Пока ты с Катюхой в ДК плясал. 9
— Не трогай её,— сплевывает Турбо, прекращая бить своего старшего рядом с ДК.
Адидас плюет на пол кровь, поднимаясь на локтях. Он сам позволил суперу избить его. За дело получать не так больно. Он вообще не должен был распускать кулаки рядом с сестрой.
— Турбо, я не хотел, ты знаешь,— хрипит друг. Валера стряхивает кровь с разбитых кулаков.
— Знаю, Вов, но заступиться должен был, не обессудь,— подает руку, чтобы тот встал с земли. Вова принимает помощь.
— Я все еще против вашего союза, Турбо, не приближайся к ней,— Вова говорит это и сразу уходит в ДК, где его ждет Наташа. Девушка.
— Да пошел ты,— кричит в след и тоже идёт танцевать. Надо отдохнуть. Хотелось бы побежать за Мирой, но она явно пошла домой. Там мама, она поможет.
*
Вахит, Маратик и Мирослава сидят уже третий час, попивая алкоголь и рассказывая веселые случаи из жизни. Суворов рассказал, что не пошел сегодня в ДК по причине ссоры с Айгуль. Вахит поведывал о своей Розе, что нравилась ему не так сильно, но танцевать ему с ней было хорошо.
Суворова же чуть не выложила историю про Цыпу и Вадима, но вовремя пришла в себя.
— Как вообще жизнь в Ленинграде?,— смотрит на подругу Зима. Про это место ей было особо нечего рассказывать. Школа, дом, улица. И так по накатанной.
— Красиво там,— жмет плечами,— Поехали как-нибудь со мной туда, папка в командировку уедет и поехали,— Мирослава курит.
— Так он сейчас в Москве,— вспоминает Марат, получая на себе две пары заинтересованных глаз.
— А че? Может рванем?,— Мирослава серьезна,— Мама уже должна спать, придем, вещи соберем до поехали. Скажем, чтоб отцу не говорила,— Мирослава знает - мама поймет и разрешит, особенно, если с ними поедет кто-то взрослый, а Зиме вот вот было девятнадцать.
— Думаешь отпустит?,— Марат кусает нижнюю часть губы. Он хочет, но боится, что без Вовы столицы им не видать,— Ладно хоть ты бы без вот этого вот была,— рукой кивает на рану.
— А вы скажите, что между собой дрались и ты ей случайно прописал,— Вахит, вроде, дурак дураком, но планы у него гениальные.
— Вахит, ты лучший,— Мирослава хлопает в ладоши,— Для правдоподобности мне придется тебя царапнуть на лбу,— смеется, глядя на младшего Суворова.
*
Турбо сегодня на дискотеке будто не присутствует. Танцевать не танцует, пить не пьет. Только стоит над колонами, смотря за скорлупой. Некоторые спрашивали что случилось, но ему все равно. Он хочет быт рядом с любимой.
*
Немного отрезвев, когда появлялись в снегу, младшие Суворовы шли домой, решив осуществить то, что пришло им в пьяном бреду. Прописать Марату справку для школы на пару дней, не составит большого труда. Тем более, Вахит сказал договорится со знакомой медсестрой.
— Готов?,— шепотом спрашивает Мира, подходя к двери сорок восьмой квартиры.
— Более чем,— парень смеётся и указательным показывает на царапину на лбу.
Войдя в квартиру, брат с сестрой удивляются, что мама не спит, а на кухне играет музыка. Видимо, подруги в гости пришли. Так даже лучше. Пьяная мама - добрая мама.
— Мамуль, мы дома,— скрестив руки за спиной оба Суворовых зашли на кухню к гостям. Там сидели пять пьяных и веселых женщин.
— Детки мои,— мама улыбается и встает чтобы обнять обоих, но замечает боевой раскрас лиц,— Мира, это что?,— прикрывает рот рукой.
— Мам, это я случайно, мы дрались просто,— младший - актер. Опускает виноватые глаза в пол.
— Аккуратнее же надо,— зло говорит мама сыну.
— Да ма, нормально же все,— девочка улыбается. Им сейчас злую маму не надо. Им добрую надо.
— Ой, Диляр, че ты пристала к детям?,— одна из симпатичных подруг мамы смеётся, отмахиваясь рукой на женщину.
— Мамуль, можно мы в Ленинград поедем?,— берет самое тяжкое на себя Мира. Она ж старшая,— Марат хочет посмотреть как я жила,— говорит причину. Мама хмурится.
— Папа сейчас не дома, дети,— звучит как отказ. Марат расстраивается, но девушка знает все уловки.
— А мы с Вахитом поедем, мамуль, ну пожалуйста- пожалуйста,— делает щенячьи глазки, от которых все без ума. Мать расплывается в улыбке. Мира ликует, но нужно дожать,— Каждый вечер будем звонить, рассказывать как день прошел. Я по Насте соскучилась,— врет про несуществующую подругу, которой всегда покрывала Цыпу в своих рассказах.
— Ну хорошо, только будьте осторожны,— мать кивает, дав добро. Ну лучшая ведь женщина,— Папе я не скажу, не разрешит.
— Спасибо, мамочка,— дочь целует родителя и убегает в комнату собираться.
— Мира на тебе!,— указывает пальцем на Маратика. Тот улыбается и бежит за вещами. Нужно успеть раньше, чем Вова вернется с дискотеки, он-то точно их не отпустит.
*
— Валер, пойдем,— Катя гладит парня по руке, приглашая танцевать медленный танец, тот соглашается. Вова видит это и ухмыляется. Так и знал.
*
Стоя на вокзале Суворовы ждали Зиму и автобус.
— Сигарету дай,— протягивает тонкую ручку Суворова Суворову.
— Мирослава, бросай эту гадость,— брат возмущается, но сигарету все же дает.
Вахит улыбается, подходя к месту встречи. Он рад уехать из Казани на пару дней. Мама обещала предупредить, как отец Суворовых соберется в Ленинград, чтобы дети не встретились с ним.
— Поехали?,— радостно спрашивает Мирослава, видя подъезжающий автобус с табличкой: «Казань - Ленинград».
Друзья занимают оплаченные места. Мира едет рядом с братом, а Вахит на сидении перед ними,— Дом жди,— смех троих ребят разносится по автобусу. Хрен знает, чем именно они думали, взяв билеты на двенадцать ночи. Ехать им все равно часов 19.
— Смотри не влюбись там ни в кого, а то останешься,— Марат смеётся, получая подзатыльник от сестры. Вахит тоже заливается смехом,— Да я же шучу,— брат не обижается, а лишь сильнее улыбается.
— Я щас тебя там оставлю, Маратик,— она начинает его щекотать и это все вырастает в импровизированную драку, где брат сильно поддается сестре.
Мира больно ударяет сжатым кулаком в нос и у Марата начинает сочится кровь. Вахит смеётся.
— Пацана девушка уработала,— подкатывает друга,— А ты Мирчик, молодец, может тебя пришить к нам?,— легко бьет в плечо девушки, которая трясясь достает салфетки из своей сумки.
— Маратик, я не хотела,— Суворова прикладывает к носу брата салфетку. Тот смеётся и кивает. Ему не больно.
— Нормально все, Мир,— отмахивается,— Ты меня после набега просто не видела,— смотрит на Зиму и тот его поддерживает. Универсам раньше часто на забег ходили по тем или иным вопросам. Такое месиво было, что еле живые домой доходили.
— Говно ты, Валер,— комментирует Вова, когда они выходят из ДК. Валера идёт молча, спрятав лицо под воротник куртки.
Все разошлись кто куда. Суворов пошел домой, надо еще перед сестрой замять ситуацию.
— Где мелкие?,— будит маму Вова, когда не находит дома своих младших.
— В Ленинград с Вахитом поехали,— сквозь сон отвечает родительница. Вова не понимает, перепила ли та или серьезно отпустила их в Ленинград.
— Ма, папа в Москве, к кому они поехали?,— Адидас треплет маму за плечом, пытаясь окончательно разбудить.
— Да я знаю, просто поехали отдохнуть, погулять,— мама потирает глаза и садится на кровати.
Вова ничего не отвечает и выходит из комнаты. Сейчас бесполезно звонить, они еще не доехали. Ложится спать.
*
Проговорив еще пару часов, все удобно уснули на своих местах. Мира спала головой на плече брата, который не возражал. Он любил свою сестру. Наверно, даже больше всех на свете.
*
— Ма, ну они ж малолетние,— с утра, Вова пытается доказать матери, что она поступила плохо.
— Володь, они с Вахитом твоим, с ними все будет хо-ро-шо,— мама целует старшего сына в макушку и уходит на работу.
Вова не понимает, что ему делать? Ехать за ними или не переживать? Зима же и правда адекватный и будет следить за мелкими. А с другой стороны, они без разрешения все уехали. Даже, блять, в известность не поставили.
— Турбо тут?,— заходя в качалку, спрашивает у скорлупы Адидас. Ему кивают на комнату.
— Вов, а где Зима?,— опережает старшего супер, выйдя из коморки. Суворов рукой заводит его обратно и закрывает за собой дверь.
— Он с Маратом и Мирой уехали в Ленинград,— сообщает старший. Ему нужен совет своего друга. Сколько бы они не ссорились или расходились во мнениях, они близкие. Ими и останутся, несмотря ни на что.
— Ты как их отпустил?,— бегает взглядом по лицу Адидаса. Тот отрицательно машет рукой.
— Сами уехали, ночью, пока ты с Катюхой в ДК плясал,— напоминает о вчерашнем Вова. Этот случай он будет вспоминать каждый раз, когда Валера будет заикаться за его сестру.
— Вов, давай не будем это обсуждать,— Турбо выдыхает и садится на диван. Адидас старший садится рядом.
— Ехать надо, мы без супера остались,— взглядом спрашивает: я же правильно все делаю? Нам надо их вернуть?
Турбо кивает. Надо.
*
— Ленинград,— бодро сообщает водитель и Зима просыпается первым.
— Суворовы, подъем,— Вахит теребит друга по свободному плечу,— Маратик, давай,— оба просыпаются и потирают глаза от света в автобусе.
На улице уже темно, но друзья весело идут по улицам города, в котором была только одна из их компании.
Все дружно решают продолжить запой и заходят в ближайший магазин за пивом.
— Мы сопьемся по-любому,— Мирослава радуется такому раскладу недели. Будет весело. Никаких Валер, Вов и остальных проблем. Только брат и лучший друг,— И я не против,— добавляет подруга.
— Никогда бы не подумал, что буду пить с малолетками,— Вахит кладет руку на Марата, который несет звенящий пакет.
Мирослава открывает дверь своим ключом.
— Добро пожаловать, родные мои люди,— все проходят в прихожую. Квартира Суворовых в Казани выглядит иначе. Уютнее, чем эта рабочая.
— О,— внимание Зимы привлекает ободок Мирославы, который она благополучно забыла забрать. Парень надевает его на свою лысую голову, выводя на смех остальных в доме,— Мирчик, подари мне его,— смеется парень, смотря в зеркало.
— Забирай, снежный,— серьезно кивает подруга. Ему идёт.
Телефонный звонок раздается на всю квартиру. Снимать трубку рисково: это могут быть папины коллеги, а может быть и мама.
— Ты бери,— Марат выставляет руки вверх, как бы говоря: я не стану вляпываться, твоя идея была.
— Ало?,— Мирослава боится.
— Мирочка, зайка, вы как?,— голос старшего брата успокаивает. Девушка выдыхает, показывая большой палец парням.
— Все хорошо, Вов, ты не обижайся, что мы не сказали, не успели просто,— оправдывает больше Вахита, чем себя с братом.
— Я на тебя никогда не обижусь, маленькая моя. Нам с Валерой приехать к вам?
— А как же универсам останется без вас?,— Мира, вроде как и хочет, чтобы эти двое были рядом, но а с другой стороны, оставлять все группировку без главного и суперов, как-то опасно.
— Не знаю, Мир.
— Вов, все хорошо, мы через три дня приедем, следите за улицей,— сестра расплывается в улыбке,— Я тебя люблю,— говорит тихо.
— И я тебя, сестренка.
Вова кладет трубку.