Глава 168.
Глубокой ночью мы заводим что-то типа небольшой дискотеки. Маша, конечно же, уже спит, но остальные здесь. На нашей вечеринке нет чужих, каждый может подойти и включить тот трек, который он желает услышать. Голову сносит невероятно. Парни время от времени позволяют себе выпить какое-то подозрительное содержимое стакана, уединившись за небольшим столиком и болтая о чём-то, я отказываюсь, ссылаясь на состояние здоровья, хотя на самом деле просто боюсь навредить малышу. На некоторое время Андрей выключает музыку, я остаюсь в сторонке, боясь того, что Егор разозлится, если я буду подслушивать.
- Владимир начал переговоры с Анастейшей, - сообщает Булаткин, кусая большой палец.
Напряжение передаётся на несколько метров. Это хорошо или не очень? Не думаю, что положительно, потому что Анастейша любит доминировать самостоятельно. Да, я её ещё плохо знаю, но понять это труда не составит.
- И как? Результат есть? - Миша нервно сжимает руки, бегая глазами от парня к парню.
- Пока что нет, - Егор грустно качает головой. - Кстати, она сказала, что у них новенькая, подающая большие надежды... Анастасия Рождественская вроде бы... Короче, неважно, кто она. Важно, что она выходит замуж за нашего красавца, - парень закатывает глаза, коварно усмехаясь.
Его взгляд на долю секунды падает на меня, но тут же возвращается к братьям по "крови".
- За Назарова? Да не пизди! - Андрей скептически корчит рожицу. - Когда он успел, если всё время был под нашим присмотром? Нереально просто!
- А может, наши источники не такие надёжные? Самойлов в последнее время вообще расслабился, - Миша говорит весьма спокойно, будто такого следовало ожидать.
- Либо это очередная девушка, свалившаяся на голову Дайсон, которую нужно срочно куда-то пристроить, что скажете? - Булаткин принимает умный вид, деловито жестикулируя руками. - Юль, включи музыку, но сделай потише и дуй сюда, пожалуйста, - он снова смотрит в мою сторону.
И я делаю, как он сказал, но не выполняю его приказ. Пожалуйста... это просьба.
Я ещё не стала его марионеткой - это такое счастье.
Двигаюсь к ним, занимаю место рядом с Егором, а Миша с Андреем теперь приносят стулья для себя и садятся напротив нас.
- А ты что скажешь по поводу этой девушки? - Тернов слегка усмехается, заставив меня сжато пожать плечами.
А что я могу сказать? Ничего! Я ничегошеньки в их делах не понимаю! Это что-то типа бандитской политики, и здесь появление какого-нибудь объекта может создать тревожную атмосферу.
Ковалёвцы этой Анастасии ещё не раз пережмут воздух, чтобы уничтожить или хотя бы попытаться это сделать.
В бандитских правилах напирать до конца, а выживет сильнейший.
Я не хочу в этом участвовать. Не хочу, даже если от этого будет зависеть судьба человека.
- От нас в последнее время никто с разбитым сердцем не уходил? - Булаткин хмуро смотрит на парней, своей рукой заползая под мою футболку и начиная какие-то манипуляции, заставившие меня уже через минуту кусать губу.
- Была там одна дама, но она повесилась, остальные устранены, - Андрей говорит это с полным пофигизмом, вынудив меня сжаться ещё сильнее.
Если бы я тогда сказала, что хочу уйти, от меня бы избавились? Ведь так получается? Что за хрень?
- Расслабься ты, - шепчет Егор мне на ухо, а дальше возвращается к спорам с парнями.
Я уже не могу слушать это. И да, его слова звучат так спокойно, словно это обычное заявление, которое можно услышать везде: в школе, универе...
Он убийца, для него это просто.
На глазах появляется мыльная пелена, которую я с лёгкостью узнаю.
Очередная потеря сознания?
- Пойду на улицу, - я встаю с места, прерывая контакт руки Егор с моей спиной.
Эти трое тут же замирают, смотря мне в след.
Ноги подкашиваются. Я вообще куда-нибудь дойду? Спотыкаюсь на ровном месте, но, к счастью, не падаю, продолжаю идти.
Открываю дверь, слыша чёткие слова Егора: "Я не понимаю, что с ней происходит!"
Мне бы в больницу сейчас, чтобы встать на учёт, как все нормальные люди. Моё самочувствие действительно заставляет желать лучшего. А если у меня какая-нибудь угроза выкидыша?
Пройдя немного, выхожу из дома и сажусь на крыльцо.
Одна повесилась, остальные устранены... Это звучит настолько жутко, что по моей коже начинают бегать мурашки. Неприятно. Странно по ощущениям.
Меня бы тоже убили? Я не могу жить с этой мыслью. Пора меняться...
А если у Булаткина тоже были девушки среди устранённых? В этом случае, сегодня - это тот день, когда последний шанс Егора с провалом рухнул.
Я снова хочу уйти.
