Глава 120.
- Как тебя зовут? - спрашиваю я, садясь как подобает девушке.
А в общем, о чём я вообще? Нормальные девочки не застревают в подобных историях.
- Богдан я, - парень недоверчиво косится на меня.
- Юля, - пожимаю плечами, а он подходит ко мне и садится на колени прямо напротив.
- Знаю. Ты здесь давно? - задаёт вопрос, но я игнорирую вопрос. - Мой папа должен меня вытащить. Он и тебе поможет, - Богдан берёт меня за руку.
- Ты себя слышишь? Ковалёв собственную дочь убил. Как думаешь, чего ему стоит уничтожить какого-то мальчишку и мужика? - практически криком отвечаю я. - Здесь нельзя надеяться на лучшее. Нужно просчитывать свои ходы на несколько шагов вперёд, рассматривая все исходы. Твой отец сможет нормально рассуждать, когда ему будут угрожать тобой? Нет! Для них нет никаких правил!
- Почему ты кричишь? - парень съёживается, смотря на меня.
Я понимаю, что ему ещё далеко до восемнадцати. Становится стыдно. Он ребёнок ещё. Подросток, которому учить уроки нужно, а не отвечать за грешки своего отца.
- Мой бывший парень один из них, что скажешь? Крутой расклад, да? Его погибшая девушка была кровной дочерью Владимира, родила дочку, а потом на моих глазах была уничтожена. Она, считай, на моих руках умерла. Как, по-твоему, я должна сохранить хоть каплю спокойствия?
- В песнях группы ты спокойнее, - мальчишка робко опускает глаза.
- Слушаешь "Blind Dreams"?
- Да, вы крутые, особенно Глеб, было бы неплохо побывать на вашем сольнике, - он улыбается, и я делают то же самое в ответ. - Твой бывший послужил вдохновением для некоторых треков?
- К сожалению, да, - я обнимаю его за плечо, усаживая на матрас рядом с собой, и легонько тормошу его волосы.
Повисает комфортная тишина. Мне удалось найти собеседника.
Но мои мысли забиты тревогами об этом бедном парнишке. Его отец должен успеть прийти на помощь, иначе случится страшное.
Дверь снова открывается, из-за неё выглядывает Булаткин, который кивком головы зовёт меня. Издавая вздох, я поднимаюсь, ещё раз провожу по волосам Богдана и выхожу в коридор, сразу же встречаясь глазами с Олегом.
- Этому ублюдку пора отправить посылку. Отрубишь мизинчик? - с улыбкой произносит Егора, а Смольный с довольной физиономией достаёт широкий нож из футляра, висящего на джинсах.
- Юля, - напуганный голос Богдана раздаётся как молния среди ясного неба.
Он будто просит помощи, а я... а я ничем не могу помочь.
- Егор, не надо. Он же ребёнок ещё. Ну, посмотри на него, - киваю головой в сторону мальчика, но глаз с Булаткина не свожу, а ещё замечаю недоумение на лице Олега. - Вы же можете связаться с его отцом и без лишних травм, верно? Зачем травмировать мальчика? У него же есть мама, а она ведь тоже не виновата. Ты же её накажешь.
Глаза Егора наполняются чем-то тёплым, знакомым мне. Он жмурится, качая головой из стороны в сторону, словно приходя в себя после сна. Булаткин будто что-то понял.
Переглядывается с Олегом. Тот пожимает плечами. Егор хмурится, смотря на меня.
- Не надо пытаться меня вразумить, ладно? - короткая фраза, слетевшая с его губ, даёт Смольному команду пройти в помещение.
- Тогда мне тоже палец отрубите! Это будет честно! - кричу я, вытягивая мизинец прямо перед его лицом.
Сама не понимаю, что делаю. Они ведь могут исполнить такую "просьбу". Почему я вообще заступаюсь за Богдана? У меня будто инстинкт сработал.
Но Егор только толкает меня прямо по коридору, уводя отсюда.
Раздаётся крик, я тут же оборачиваюсь, и только рука, тут же сжимающая мой локоть, не даёт рвануть обратно.
- Юля! - душераздирающий вопль оглушает меня.
Пытаюсь вырвать руку, но в меру своей силы и усталости у меня не получается. Булаткин оттаскивает меня к лестнице, где уже тащит с особым усилием.
- Богдан! - снова издаю крик, надеясь услышать что-нибудь в ответ, но не раздаётся больше ничего, ни единого звука. - Он же ребёнок, Егор!
- Да ничего с ним не сделают, только припугнут, - парень хмурится, выводя меня к каким-то диванам.
- То есть с ним всё в порядке будет?
- Да, никаких увечий, - Егор усаживает меня и садится на корточки передо мной, проводя своими ладонями по моим щекам. - А теперь, моя хорошая, запомни простое правило: никогда не мешай нам делать то, что мы собираемся сделать, ясно?
- Я поняла, - опускаю глаза.
- Тебе приготовили комнату. Там будешь жить. Попробуешь сбежать, вернёшься в подвал. И не думай, что это я решил. По-моему, тебе в подвале и место. Это решение Ковалёва.
- Почему ты меня назвал владимирским выродком? - вырывается у меня.
Егор заливается своей чёртовой улыбкой, но она в долю секунды превращается в ухмылку. Он кусает губу, хлопая меня по плечу.
- Узнаешь, когда-нибудь узнаешь, - Булаткин поднимается, а я только слежу глазами за его отдаляющимися движениями. - Ох, Юля, всё-то ей знать нужно. Кошмар! Ты с ума сведёшь!
Он заливается звонким хохотом, но я не вижу ни единой причины для веселья.
Что смешного? Меня этот вопрос давно съел. В конце концов, я могу знать или нет?
