Столкнувшийся

Эйден

Вдохновляющие речи, переходящие в длинные угрозы, – фирменное блюдо Килнера перед игрой. К тому времени, как он заканчивает говорить так оживленно, что слюна брызгает на большинство парней, стоящих впереди, все на взводе. Это мне намек на то, чтобы сказать им настоящие слова поддержки. Проиграть сегодня вечером – не вариант, и я позабочусь о том, чтобы все это поняли.
Сегодня «Далтон Роял» играет против «Йельских Бульдогов», и мы как никогда готовы. Мы просмотрели записи игр и скорректировали стратегии, учитывая наш проигрыш университету Браун. Я доволен тем, как мы играли на тренировках, и хотя у меня все еще остается мрачное чувство в животе, оно утихает по мере приближения игры.
— Ладно, приведите свои головы в порядок, прежде чем мы выйдем на лед, — коллективное согласие заполняет раздевалку. Как раз в тот момент, когда я начинаю выполнять упражнения на пресс, кто-то хлопает меня по плечу.
— Саммер здесь, — шепчет Дилан. Я мгновенно выскакиваю за дверь, надеясь, что тренер меня не поймает. Надев щитки, я направляюсь по коридору и сразу же замечаю ее. Она подобна лучу маяка в темном море.
— Ты пришла.
Саммер оборачивается, воздух наполняется ароматом персика. Похоже, атмосфера стадиона ее не впечатлила.
— Ты должен мне компенсацию.
— Моя компенсация – вся твоя, — когда я показываю на свою промежность, она смотрит так, словно хочет ударить меня коленом.
— Тебе повезло, что я все еще здесь.
Она права. Я везучий ублюдок.
— Как насчет того, чтобы я забил для тебя шайбу?
Она морщит нос.
— Это так слащаво. Это ты предлагаешь всем своим подружкам по сексу?
Это разжигает неприятный огонь у меня под ложечкой. Я хочу, чтобы это чертово словосочетание исчезло из ее словаря.
— Нет, — у меня сводит челюсть. — Предложение исключительно для тебя.
— Для меня это честь, — сухо говорит она. — Но нет, ты можешь сделать это в своих мечтах.
— О, это комплимент?
Она бросает на меня презрительный взгляд.
— Не притворяйся скромным. Я слышала, как ты сравнивал себя с Кросби прошлой ночью.
Когда я смеюсь, она, наконец, смеется тоже. Нежная мелодия звучит симфонией для моих ушей и столь необходимым контрастом с ее прежним невозмутимым выражением лица.
— Тогда как насчет пари?
Интрига заставляет ее поднять голову.
— Пари?
— Два гола, и мы идем на свидание.
— Что? — бормочет она.
Честно говоря, я не собирался этого говорить, но теперь, когда это прозвучало, я ничего не хочу так сильно, как остаться с ней наедине без отговорок про учебу или секс. Не то чтобы я был против, если бы свидание закончилось последним.
Я бросаю на нее серьезный взгляд.
— Я хочу пригласить тебя на свидание.
— Зачем? — выражение отвращения на ее лице должно было оттолкнуть, но я решительный мужчина.
— Ты первая девушка, в голосе которой звучит отвращение от этого приглашения.
— Ты никогда не ходил на свидания. Откуда тебе знать? — возражает она.
— На самом деле, у меня было много свиданий. У меня просто не было отношений.
Ее скучающий вид забавляет.
— И дай угадаю, эти «свидания» заканчивались сексом?
Я поджимаю губы.
— Это не важно. Так что ты скажешь?
— Нет.
Неужели она не может притвориться, что хотя бы подумает об этом? Господи, эта девушка – нечто.
— Я не воспринимал тебя как человека, который отказывается от вызова.
— Серьезно? Ты пытаешься втянуть меня в это с помощью реверсивной психологии.
— Не думаю, что ты можешь использовать это в таком контексте.
Она что-то бормочет себе под нос.
— Для тебя это слишком просто, так что все равно нет.
— Уже раздуваешь мое эго? Ты уверена, что не хочешь этого свидания?
Она непонимающе смотрит на меня.
— Отлично. Какое твое встречное предложение? — для того, чтобы пойти на свидание с этой девушкой, потребуется презентация с высокими ставками и крепкие яйца.
— Три.
Я бросаю на нее вопросительный взгляд.
— Сделай хет-трик28, и я пойду с тобой на свидание, — гримасничает она. — А не справишься, я заберу твою машину на неделю.
— Уже подготовилась, не так ли?
Радостный взгляд на ее лице говорит мне, что она ждет моего поражения. Не зря же она однажды назвала мою машину «качок мобиль».
— Тогда решено. Если я выиграю, то получу свидание.
— А если я выиграю, то получу твою машину. И никаких фокусов, — предупреждает она.
— Только хет-трики, детка.
Моя холодная уверенная улыбка – это всего лишь фасад, насколько это возможно. Йельский университет на протяжении многих лет приводил нас к серии поражений, и у нас также нет преимущества в качестве домашнего льда. Придется заранее собрать ребят, чтобы спланировать потенциальную стратегию игры.
Когда я собираюсь возвращаться, я обращаю внимание на ее кофту.
— Джерси? Я думал, такой образ жизни не для тебя.
Она смотрит на нее с презрением.
— Да, но Кэсси сказала, что пойти на мою первую университетскую игру без джерси – смертный грех.
— Я соглашусь, — я буду в вечном долгу перед Кэсси за то, что она заставила Саммер Престон носить мое имя на своей спине. Это творит настоящие чудеса с моим эго. Она определенно не снимет ее сегодня вечером.
— Ты уверен? — вопрос граничит с озорством, и когда она поворачивается, я понимаю почему.
Саммер надела номер Сэмпсона.
— Твой был занят, — она указывает на киоск, и я перевожу взгляд туда, где за нами наблюдает Кристал Янг с моим номером. Я даже не думаю, прежде чем хватаюсь сзади за кофту и стягиваю ее через голову, оставляя голыми наплечники.
— Какого черта ты делаешь? — широко раскрытые глаза скользят по моей обнаженной груди.
— Сними ее, — требую я. — Ты не будешь ее носить.
Она смотрит на джерси.
— Эйден, у тебя игра через несколько минут.
— Я знаю. Теперь надевай, Саммер, — у нашего менеджера по экипировке были запасные джерси, и то, что она надела номер Тайлера Сэмпсона, было похоже на сглаз. Она не спорит и снимает джерси, обнажая под ней облегающий лонгслив. Низкий вырез заставляет меня отвести взгляд. Возбуждаться перед игрой не самая лучшая идея.
Когда Саммер натягивает мою джерси через голову, та обволакивает ее. Она достаточно большая, чтобы вместить мою защиту, но все равно заставляет меня сдерживать смех, когда доходит ей до колен.
— Я выгляжу нелепо, — бормочет она.
— Нет, это делало тебя нелепой, — я указываю на джерси Сэмпсона.
— По крайней мере, она была моего размера, — утверждает она. — Знаешь что? Я просто не буду ее носить.
Я качаю головой и беру ее за руку, чтобы закатать рукава до предплечий. Притягивая ее к себе, я заправляю заднюю часть кофты за пояс ее юбки.
— Так лучше?
Она поправляет джерси с легкой улыбкой на губах.
— Я отдам кофту Сэмпсона Амаре, но она сказала, что скорее получит удар шайбой, чем будет носить имя какого-либо мужчины на спине.
— Я могу сжечь ее для тебя, — предлагаю я.
— Это звучит кощунственно.
— Поверь мне, я видел его джерси и в более кощунственных местах.
Она дрожит от отвращения и делает шаг назад.
— Удачи, капитан.
Я останавливаю ее, прежде чем она успевает уйти.
— Иди сюда и поцелуй меня.
Она оглядывает битком набитый коридор.
— Нет.
Команда перетасовывается, собираясь перед началом игры, но я вижу только ее.
— Поцелуй меня, или я поцелую тебя, и это будет уже не невинно.
— Здесь дети, Кроуфорд, — шипит она.
— Это твое решение, мать Тереза.
— Я тебя ненавижу, — ворчит она, сокращая расстояние между нами. Я не наклоняюсь, поэтому она кладет руки мне на плечи, чтобы приподняться на цыпочки. Поцелуй получается абсурдно коротким, но я обхватываю ладонями ее лицо, чтобы притянуть обратно.
— Ты меня не ненавидишь, — затем я наклоняю ее голову, чтобы запечатлеть глубокий поцелуй, который вызывает у нее удивленный стон. Влажный жар ее рта посылает каскад удовольствия вниз по моему позвоночнику.
Мне нужен хет-трик, а команде нужна победа. Не только потому, что это Йель, но и потому, что я готов на все ради свидания с Саммер. Одна эта мотивация говорит мне о том, что у нас все схвачено.

* * *

У нас ничего не схвачено.
На огромной скорости я вхожу в зону атаки, не сводя глаз с сетки. Толпа замолкает, когда я делаю удар по воротам, но Бенни Танг успевает его отбить. Я сдерживаю ругательство, отбивая шайбу, и, завладев ею, снова делаю передачу Сэмпсону. Находясь слева от клюшки, он делает бросок, и звучит звуковой сигнал.
Следующий удар – мой, и шайба слева влетает в сетку ворот Йельского университета, принося нам еще один гол. Катаясь по катку, я не могу удержаться от ухмылки, когда врезаюсь в стекло, за которым сидит Саммер.
Когда я показываю на нее пальцем, она свирепо смотрит на меня и отмахивается. Она на самом деле, блять, отмахивается от меня.
Я заливаюсь смехом как раз в тот момент, когда Дилан врезается в меня.
— Действительно хочешь это свидания, да?
Конечно, я хочу его. Я хочу ее. Одну единственную и только для себя.
На последних минутах игры я забиваю еще один гол, и счет становится равным. За три секунды до финального свистка Коул Картер спасает нашу команду, потрясая толпу и принося нам первую победу над Йелью.
Прошла целая вечность, прежде чем я покинул безумный каток Ингаллс.
— Два гола и голевая передача. Плюс мы выиграли, — говорю я, когда вижу ее самодовольное лицо.
— Правила есть правила, детка, — Саммер протягивает руку. Я кладу ключи ей в ладонь, и она сияет, крепко сжимая их. Судя по всему, она не станет тратить время на то, чтобы забрать ее со стоянки и отвезти в Далтон. Будет тяжело прожить неделю без моей машины, но мне нравится, что Саммер пользуется чем-то моим.
— Престон. Ты придешь на следующий матч? — голос тренера заставляет нас обернуться. — Ты нам понадобишься, чтобы поругаться с судьями в случае неправильного решения.
Легчайший румянец покрывает ее щеки, и способность заметить это кажется суперсилой.
— Я постараюсь, — говорит она.
Тренер кивает, хлопает меня по спине, прежде чем направиться к автобусу.
— Не фанатка, да? — я дразню ее.
— Тот судья был отстойным, и я пригрозила ему всего один раз, — объясняет она. Я смеюсь, когда она бросает на меня свирепый взгляд. — Встретимся дома. Сначала я должна забрать свой приз с катка, — размышляет она.
Она идет за Амарой к моей машине, а я сажусь в автобус. Сорокаминутная обратная поездка наполнена заразительной энергией, и я чувствую кайф от победы, даже когда мы выходим из автобуса и садимся в машину Дилана.
После душа я увидел Саммер, лежащей на моей кровати, и почувствовал, как во мне восстанавливается энергия. Она лежит на самом краю, и ее щеки окрашиваются в более глубокий оттенок. Ее лицо выглядит таким теплым и успокаивающим, что у меня что-то замирает в груди.
Я тянусь к ней, обхватываю ее лицо и прижимаюсь к ней губами. Я целую ее так жадно, что она задыхается, откидываясь на мою подушку, длинные каштановые волосы веером обрамляют ее лицо. Подушка будет пахнуть ею, и как бы это ни радовало меня, я буду чертовски несчастен, когда ее здесь не будет, и мне придется вдыхать ее запах, даже когда я сплю.
— У тебя мокрые волосы, — шепчет она. Господь, я обожаю ее гребаный голос. Я целую теплую складку ее шеи ниже подбородка. — Эйден.
— Хм?
— Я из-за тебя мокрая.
— Я на это и надеялся.
Она стонет, прижимаясь ко мне.
— На меня капает вода с твоих мокрых волос.
Положив руки по обе стороны от ее головы, я отстраняюсь, и, конечно, капли воды покрывают ее щеки и впадины ключиц. Я не могу перестать улыбаться, когда вижу ее раздраженный взгляд. Я целую ее еще раз, для пущей убедительности, и на этот раз она отталкивает меня сильнее. Я позволяю ей перевернуть нас, чтобы она могла устроиться у меня на коленях.
— Полотенце?
— Ты сидишь на нем.
Она смотрит на полотенце, обернутое вокруг моей талии, и приподнимается, ее волосы падают мне на лицо, когда она стягивает его. Она надувает губы.
— Кто носит боксеры под полотенцем?
Я смеюсь.
— Я хотел завернуть твой подарок.
Она закатывает глаза, поднося полотенце к моим волосам, чтобы высушить их. Она делает это тщательно, полностью сосредоточившись на задаче, ее пухлая нижняя губа зажата между зубами. Я смотрю, как она вытирает мои мокрые волосы, и мое внимание переключается на ее тонкий белый топ. К моему ужасу, она сняла мою джерси, но когда я вижу идеальные выпуклости ее грудей так близко, мне становится все равно.
— Мои глаза здесь, Кроуфорд, — ругается она.
Эти слова никак не помогают мне успокоиться. Возбуждение загорается в ее радужках, и я воспринимаю это как сигнал двигаться дальше. Стягивая с нее топ, я вижу ее грудь без лифчика. Я провожу рукой по напряженным соскам, и ее тихий стон заставляет меня превратиться в камень.
— Иди сюда, — говорю я. Она слушается, ее руки все еще в моих волосах, сжимают их крепче, когда я втягиваю ее сосок глубоко в рот. Я подношу одну руку к ее заднице и задираю юбку. — Твои трусики, наверное, промокли, да?
— Не знаю, — говорит она, затаив дыхание, когда я хватаю ее за бедра.
— Почему же?
— На мне их нет.
Разряд электричества пронзает мой член.
— Блять. Повернись.
Когда ее задница оказывается у моего лица, я приподнимаю ее бедра, чтобы расположить ее голую киску именно там, где мне нужно. Шокируя меня, она стягивает мои боксеры, чтобы провести рукой по всей длине.
— Ты не...
— Я знаю, — говорит она, оглядываясь через плечо. — Но я хочу.
Затем она полностью берет меня в рот, и мне приходится восстановить концентрацию, чтобы почувствовать вкус ее сладкого центра. Звуки, которые она издает, обхватывая губами мой член, не помогают мне долго продержаться. Моя склонность к соперничеству вступает в игру, когда я вращаю языком в вызывающей хныканье комбинации. Она прижимается к моему лицу, и я дразню ее, приближая к оргазму.
— Пожалуйста, Эйден. Мне нужно кончить, — умоляет она, но я не двигаюсь, полностью игнорируя клитор, доводя ее до грани оргазма, а затем останавливаясь. Мои яйца сжимаются так сильно, что мне приходится использовать каждую унцию силы воли, чтобы не взорваться у нее во рту.
— Господи, — стону я, когда она в отместку наносит дразнящий удар по моим яйцам.
— Я буду использовать зубы, Кроуфорд, — угрожает она.
Это вызывает у меня смех.
— Нет, ты не причинишь вреда своему любимому маленькому мальчику.
— Ты не мог так его назвать.
— А как ты предпочитаешь, чтобы я его называл? Моя хоккейная клю... — она берет меня глубоко в свое горячее горло, из-за чего мои бедра выгибаются. Ее смех вибрирует на моем члене, заставляя мое тело закручиваться спиралью. — Блять. Тебе нужно прекратить это, пока я не кончил слишком быстро.
— Скорострел? — поддразнивает она с фальшивым сочувствием. — Такое может случится с каждым, приятель.
Я пользуюсь этим моментом, чтобы ввести два пальца так глубоко в нее, что их костяшки прижимаются к ее чувствительной точке. Пронзительный стон Саммер говорит мне, что я задел ее точку G, и когда она извивается на мне сверху, все еще сводя меня с ума, проводя языком по кончику моего члена, я смыкаю рот на ее набухшем клиторе.
Она кончает вместе со мной, когда я выпускаю в ее рот все накопившееся напряжение. Саммер отстраняется, и румянец после оргазма на ее лице такой горячий, что мне приходится отвести взгляд.
Стук в мою дверь заставляет ее отскочить и поправить одежду.
— Ужин готов, — говорит Эли.
— Я поем позже, — его шаги удаляются. Когда я пытаюсь поцеловать ее, она отстраняется.
— Ты ничего не ел после игры?
— Только что поел.
Она гримасничает и отходит дальше.
— Я серьезно.
— Я тоже. И я все еще голоден, так что тащи свою задницу обратно, — несмотря на мое притяжение, она не двигается с места.
— Тебе нужно поесть. Я не знала, что помешала тебе, — до того, как я увидел свою машину на подъездной дорожке, я не думал, что что-то может сделать меня счастливее, чем наша победа над Йелью. Но осознание того, что Саммер поехала ко мне домой, а не в свое общежитие, озарило меня глубоким удовлетворением.
— Ты ничему не помешала. Все в порядке.
— Нет. Ты не можешь сжечь столько калорий и ничего не съесть. Это истощает...
— Саммер, не устраивай мне урок естествознания, — говорю я, и она хмурится. — Хорошо, но ты пойдешь со мной, — я встаю с матраса и натягиваю спортивные штаны. Мы оба смотрим на ее неприличный топ, когда она встает. Я бросаю ей футболку и спортивные штаны.
Эли первым замечает нас, когда мы спускаемся по лестнице.
— Привет, Санни!
У Дилана мурашки бегут по ребрам, когда он поднимает голову и ухмыляется.
— Почему у тебя растрепаны волосы? — Киан зевает после сна. Его боксеры с «Сумерками» на низкой посадке – единственное, что на нем надето, когда он неторопливо подходит с пакетом апельсинового сока.
Эли расставляет дополнительные тарелки. Киан вытирает рот тыльной стороной ладони, и его взгляд мечется между нами.
— Ты не ответила на мой вопрос.
— Ты задаешь глупые вопросы, Киан, — парирует Дилан, одаривая Саммер сочувственной улыбкой.
— Как однажды сказала моя очень горячая учительница в шестом классе мисс Марпл: глупых вопросов не бывает, даже если их задает Киан.
— Разве она не бросила преподавание после нашего класса? — Дилан возражает.
Киан пожимает плечами.
— Никто не может доказать, что это было из-за меня.
Непреднамеренно терроризировать учительницу в средней школе – это клеймо для Киана.
Прежде чем я успеваю сесть рядом с Саммер, Киан занимает стул. Слегка раздраженный происходящим, я сажусь по другую сторону стола рядом с очень громко жующим Коулом, который набрасывается на свою тарелку так, словно это его первый прием пищи за день. Парень запирается в подвале, если только не выходит на лед. Он не отрывает взгляда от своего телефона, за исключением тех случаев, когда замечает мое присутствие.
Киан все еще пытается играть Шерлока Холмса, поглядывая на Саммер с подозрением.
Она смотрит в ответ.
— Что?
— Ты выглядишь по-другому.
— Отвали, Киан, — говорю я.
Мое предупреждение только раззадоривает его.
— Я с тобой разговариваю? Ей не нужен сторожевой пес.
Я собираюсь нанести ему серьезные телесные повреждения, и, судя по тому, как он избегает зрительного контакта, он это знает.
— Я возвращаюсь спать, — как раз перед тем, как завернуть за угол, он останавливается. — На этот раз постарайтесь вести себя потише. Стены слишком тонкие, чтобы заглушить ваши стоны.
Ребята трясутся от смеха, а Саммер краснеет, закрыв лицо руками.