Вспышки

После всего

Есть ли слова, что заставят тебя поверить, что я не враг, желаю всегда добра? Мы ведь всегда запирали стальные двери и выжить пытались с вечера до утра.

Джезебел Морган

Ты помнишь те мои слова, то обещание? «Я не отпущу тебя. Никогда». Мое решение не изменилось. Твои попытки уйти... только сейчас я осознаю, сколько они для тебя значили. Сколько в них было отчаяния и надежды. Сколько в них было отчаяния и надежды. Только сейчас понимаю, как следовало реагировать. Вернуть и удержать, а не пускать на самотек. Не позволять тебе решать самостоятельно уйти или остаться. Хватило бы и того, первого решения. И на этом стоило подобные попытки прекратить. Но тогда мне было слишком больно, чтобы реагировать адекватно. Мне хотелось отплатить тебе, и это ослепило меня.

Что мы творили? Что мы чуть было не натворили?

Судорожно прижимаю тебя к себе, тебе наверняка больно, но ты не возражаешь. Пора поставить во всем этом точку. Я не могу тебе все объяснить, у меня нет слов, чтобы извиниться за этот год. И услышишь ли ты меня сейчас? А когда мы вообще последний раз друг с другом разговаривали? Не истерили, не ругались и не болтали о повседневных мелочах, а честно и откровенно говорили, слушали и слышали? Полтора, два года назад? Моя вина. Но и твой вклад в есть.

Сидим на полу, у так и не закрытого окна. Сплетясь, вцепившись друг в друга. Неудобно, но в то же время невероятно комфортно.

Темнеет, а в мести с этим и холодает. На полу ощутимо дует. Ежусь, и ты это чувствуешь. Прижимаешься еще теснее, хотя мгновение назад казалось, больше некуда, а потом решительно отстраняешься. Не сразу, но тебе удается выпутаться из моей хватки. Делаешь шаг к окну, я вскакиваю следом, не знаю что я собираюсь делать — пытаться удержать опять или шагнуть следом?

Но ты всего лишь закрываешь створки, поворачиваешь блокировку и задергиваешь шторы. Облегченно выдыхаю, ты передергиваешь плечами. Твое лицо мне в темноте не видно, но это движение пропустить невозможно. У меня будто обрывается что-то внутри. Опускаю голову. Я не знаю что сказать, а теперь не могу и прикоснуться.

Но ты подходишь и утыкаешься лбом мне в плечо. Всего на несколько секунд, но и этого достаточно. Ловлю твою руку, сжимаю пальцы, ты сразу же тянешь меня за собой.

Заново учимся чувствовать друг друга. Без слов, только прикосновения. Не отпускаем друг друга дольше чем на несколько минут. Касаемся, исследуем, наслаждаемся каждым откликом. Сейчас это только нежно, для страсти еще будет время. Если «мы» — будем.

Иногда мне до сумасшествия страшно, от картин не случившегося, но такого возможного будущего. Я льну к тебе, мне недостаточно одного касания. Мне нужно убедиться, что ты не исчезнешь. Когда ты прижимаешься ко мне в ответ, я убеждаюсь, что наши мысли схожи.

Мы что-то едим, смотрим какие-то фильмы, игнорируем звонки, но отвечаем на сообщения — посылаем всех далеко и надолго. Устраиваем себе длинные выходные.

Выйти на улицу не проблема. Проблема расстаться, пока не будут расставлены все точки, пока вновь не будет уверенность, что все будет. Просто «будет».

Первые мои слова: «Прости меня», твоя ответ «Я люблю тебя». Стена, мешавшая нам говорить, исчезает. Слов много, непонятно с чего начать, но я начинаю. Ты отвечаешь. Разматываем этот клубок, расплетаем паутину недомолвок и недоверия, молчания и лжи. Некоторые вещи говорить и слышать больно, некоторые — безумно стыдно. И мы смешиваем разговоры с поцелуями и ласками.

Узнав мои настоящие чувства после твоего первого побега, ты кусаешь меня за запястье. Даже не замечаешь, пока не чувствуешь во рту кровь. Ругаешь меня, что не одергиваю руку, порываешься встать обработать рану...

Слушать, как тебе было больно, от моих измен (ничем другим объяснить моих «новых друзей» и многое из сопутствующего поведения) просто невозможно. Тебя практически трясет даже от воспоминаний о тех эмоциях — уверенности в собственной ненужности. Я целую твою шею, стараясь не пропустить ни кусочка кожи. Рисую языком узоры, чуть царапаю зубами и с облегчением чувствую, как ты расслабляешься. Тоскливые нотки в твоем голосе сменяются довольными. Главное теперь не увлечься, и не отвлечь тебя, вслед за эмоциями и от разговора.

Мы не утаиваем ничего. Отвечаем откровенностью на откровенность.

Какую же высокую стену мы построили. Как старательно собирали по кирпичику, как укрепляли. И какое наслаждение сейчас от нее избавиться.

Мы не смогли бы продолжать с ней жить.

Слова закончились. Вопросы тоже. Ты улыбаешься светло и легко, в твоих глазах больше нет тоски и боли. Тону в них, и не хочу спасаться. А потом тону в твоих поцелуях. Заново вспоминаю, какого это, по-настоящему обладать и принадлежать. Не игра, не сражение. Только искренность, нежность и страсть.

Люблю тебя.

Навсегда.