Loading...

Йечжан улыбалась Чимину в зеркале, а он не мог отвести взгляда от её острых лопаток, худощавых плеч, выпуклых ключиц и тонких белых линий лифчика. Она позвала его в ванную, когда была готова, чтобы он оценил бельё, выбранное на вечеринку, и помог с остальной одеждой. Но Чимин лишь стоял, пялясь на неё, не решаясь ни прикоснуться, ни сказать что-то.

— Ну как? — она была вынуждена спросить первой. — Достаточно откровенно для Маркиза де Сада?

Она выбрала белое бельё в мелкую сеточку с вышивкой — едва различимые кошачьи силуэты и мордашки — и мелкими бантиками. Но они были настолько непримечательны, что взгляд Чимина то и дело цеплялся за соски, и он всячески осекал себя от желания посмотреть вниз — выше белого чулка на правой ноге, но ниже белого бантика под пупком.

— Учитывая, что это твоя даже не десятая вечеринка, слишком откровенно, — ответил он, невольно пятясь к корзине с грязным бельём, когда Йечжан отвела руку назад, надеясь нащупать его. Она была довольно упряма и настойчива, потому, как только наткнулась на пальцы Чимина, притянула его обратно и уложила его ладонь себе на плечо.

— Что за? — она усмехнулась своему отражению, ощущая приятный трепет из-за того, что Чимин не опирался и как будто на автомате просовывал указательный палец под лямку лифчика, поглаживая её. — Разве количество имеет значение?

Он топтался на месте, выводя какие-то узоры на её плече, и в моменте Йечжан подумалось, что это ощущалось бы ещё круче на её груди, потому она снова потянула его за руку, заставляя нырнуть в прозрачную чашечку лифчика.

— Имеет, — уверенно заявил он, обтираясь ладонью об чувствительный сосок и легонько сжимая грудь. — К тому времени ты обычно раскрепощаешься, расслабляешься, заводишь парочку знакомых фанатов секса и выкидываешь все лифчики нафиг.

— А что насчёт остального белья? Когда можно будет выкинуть его?

Йечжан таки заставила его метнуть взгляд вниз, на просвечивающие трусики, частично скрытые за раковиной и потому не отражающиеся в зеркале так, как ему того хотелось бы.

— Хм-м, — протянул Чимин задумчиво. — Это только по возвращении домой. Но я обещаю помочь с избавлением от ненужного, как только переступим порог твоей комнаты. Или, вернее сказать, оконную раму?..

Йечжан была готова к большему прямо сейчас, и покрывающаяся мурашками кожа всячески намекала на это Чимину, но он сделал вид, что не заметил. Поласкав её ещё буквально секунду, он достал руку из лифчика и чмокнул Йечжан в щёку — мягко, приятно, но чересчур безобидно для своего положения.

— А что ты собираешься надевать сверху? — спросил он, игнорируя тлеющее желание в её глазах. — Юбку?

Он сделал такой вывод из-за белого чулка, тоже с бантиками.

— Думаешь, стоит? — Йечжан чуть скривилась, до последнего сомневаясь, что это хорошая идея.

— Конечно! Ты и юбки — мой тайный фетиш.

— Не такой уж и тайный... — пробормотала Йечжан, невольно припоминая их баловство в оранжерее при зоопарке. Тогда Чимину не составило труда забраться к ней под юбку, а его языку творить такое, что у неё от одних воспоминаний кровь к лицу приливала.

Йечжан всю учебную неделю мечтала об этом моменте, и в итоге успела перебрать все возможные варианты секса с Чимином: и в общежитии, и на вечеринке, и даже в какой-нибудь забегаловке с жареной курицей... Она готовилась к этому всё утро, весь день и весь вечер, а Чимин вошёл в её комнату, как ни в чём не бывало, и только дразнился, предвкушая мероприятие.

— Признайся честно, — она обернулась, поглядывая на него с лёгким прищуром. — Ты хочешь, чтобы я надела юбку, потому что есть шансы, что нас вне очереди пустят в клуб, и потому что с протезом ко мне никто приставать не будет?

Чимин ждал, когда её неуверенность снова пробудится — чтобы растоптать её и взрастить вместо приятное ощущение.

— Идея попасть в клуб вне очереди звучит заманчиво, — подтвердил он, опять наклоняясь ближе и обтираясь своей рубашкой о её голую спину с возбуждённым шёпотом: — Но ещё более заманчиво то, что я смогу добраться до этих милых трусишек и того, что под ними, в считанные секунды.

Йечжан осторожно опёрлась на раковину, выгибая спину и нарочно задевая бёдра Чимина.

— Ты можешь сделать это прямо сейчас, — сказала она. — Даже без юбки.

— Могу, — в подтверждение своих слов он легонько шлёпнул её по правой ягодице, задерживая на ней руку чуть дольше, чем нужно было. — Но мы уже опаздываем на последний автобус. Твоя одежда на кровати, да? Жди здесь, я принесу.

У них было бы гораздо больше времени, если бы Чимин не набрал столько чужих домашних заданий в преддверии сессии. Под конец его уже тошнило от компьютера, поисковых систем и онлайн-библиотек, в которых он зависал, чтобы сделать всё качественно. Йечжан осуждала его, Чонгук ненавидел за бесконечный стук клавиш, зато у него появилась лишняя пара тысяч вон, чтобы угостить свою девушку коктейлями и сделать этот вечер особенным для них двоих.

— Подними руки, — скомандовал он, вернувшись в ванную со стопкой вещей.

Йечжан хотела, чтобы он её раздевал, а он вместо этого натягивал на неё свитшот и юбку.

— Что будем обувать? — закончив с одеждой, он стал предлагать ей кроссовки и туфли из-под вешалки. — Эти или эти?

Неужели он так сильно хотел пойти на ту вечеринку? Сильнее, чем наплевать на всё и провести ночь только вдвоём? Как будто одной её ему было бы недостаточно.

Йечжан не знала, откуда взялись эти сомнения. Она ведь сама предложила пойти туда, сама отыскала вечеринку, сама купила билеты и провела весь день в подготовке, а в итоге чувствовала себя немного... опустошённой.

— Эти, — она указала ему на пару туфель, выглядывающих из-за поворота.

Рядом с обновлённой версией Чимина легко было чувствовать себя принцессой. Он ухаживал, угождал и предлагал опереться на него, пока она слегка приподнимала ноги, а он натягивал на них туфли. И это не воспринималось ею как забота о больном, только как забота о любимой девушке.

— Куртка, ключи, проездной... — напомнил он перед самым выходом, стягивая с крючка лёгкую весеннюю курточку, с гвоздика ключ с брелоком, а с микроволновки проездную карточку. — Что ещё?..

— Больше ничего, — ответила Йечжан, выключая свет в ванной и в крошечной прихожей. Теперь единственным источником освещения оставались лампы в коридоре.

— Как это? — Чимин так и застрял на пороге, не выходя сам и Йечжан не позволяя. — А поцелуй на удачу?

— Какой ещё поцелуй и на какую ещё удачу? Мы идём на вечеринку, а не на дуэль...

Чимину это не помешало легонько сжать девичий подбородок, приподнимая её голову для того, чтобы впечататься в её губы одним из тех распугивающих все разумные мысли поцелуев.

Было это предчувствие или усталость, но Йечжан вновь подумала, как здорово было бы остаться дома.

Такие вечеринки ещё наверняка будут, а такой особенной ночи вдвоём может и не быть. Кто знает, вдруг завтра к ней возьмут и подселят соседку? Или кто-то заметит, как они влезают через окно, и поставят дежурного ещё и снаружи, предотвратив ночёвки друг у друга?

— Всё, — получив то, что хотел, он расплылся в довольной улыбке. — Ночь Содома официально началась, и мы будем с тобой веселиться до утра.

— Прям до утра? — переспросила Йечжан, наблюдая за тем, как Чимин закрывает её комнату и кладёт ключ в карман её куртки. — Уверен, что силёнок хватит?

— Обижаешь, — хмыкнул Чимин. — Чтобы сделать с тобой всё, что я хочу, не то что ночи — недели не хватит.

Она ухватилась за его плечо и повисла на нём, хотя ноги пока были в порядке. Просто ей нравилось ощущать его твёрдые мышцы под пальцами, нравилось окунаться в запах хорошо знакомого одеколона и чувствовать живую опору, не сравнимую с холодной ручкой костыля.

— Ты будоражишь меня обещаниями уже несколько дней. Когда будут действия, господин Пак-Грей?

— Я предпочитаю ЧимЧим, — сдержанно попросил он, медленно дефилируя по пустому коридору с ней под руку. — И это не обещания, это предупреждение, Джан.

Он смотрел на неё всё время, а она поймала чарующий взгляд карих глаз только в пустом холле, и у неё внутри в который раз приятно дрогнуло.

— Как только я начну, не смогу остановиться.

Она надеялась на это.

⚽⚽⚽

Очередь двигалась быстро. Иногда в ней оказывались случайные гуляки без билетов, и их сразу отправляли в другие клубы Сеула, даже не позволяя заглянуть в подвальное помещение, откуда доносилась музыка. Охранники с мрачными лицами сканировали QR-коды билетов, ставили на кисти штамп с названием клуба и рамкой из переплетённых роз с шипами, а тогда выскакивал парень с камерой, чтобы сообщить, что будет вести съёмку вечеринки, но фото будут публиковаться только с разрешения присутствующих на них. Чимин нехотя обменялся контактами, невольно напрягаясь из-за компрометирующих фото с последней такой вечеринки, где велась съёмка.

— Они же их правда нигде не опубликуют? — оттягивая рукав его рубашки, спросила Йечжан. — Ни на каких сайтах для взрослых? Мерзко даже думать о том, что будет, если кто-то из знакомых наткнётся на мои фото...

По её телу промчался неприятный холодок, который Чимин тут же прогнал ободряющими сжиманиями девичьих плеч. Он был рядом, пока они спускались по лестнице, но встал позади у входа в зал из-за парочки девушек, обжимающихся в узком дверном проёме.

— Они их нигде не опубликуют, — успокоил он Йечжан. — Они не хотят проблем с законом и дурной репутации. К тому же, в таких местах собирается достаточно и тех, кто не против попасть в сеть. Чаще без лица, но всё же...

Музыка здесь была громче, а температура выше. И разумное объяснение жаре находилось у Йечжан перед глазами.

Её взгляд метался из одного угла в другой, игнорируя танцы с заигрываниями на танцполе и очередь у бара, но цепляя каждую парочку — или даже троицу — переплетённых обнажённых тел, что занимались своими грязными делами при всех, и не думая уединиться где-нибудь.

Йечжан замерла, словно оказалась в таком месте впервые, и ощутила, как тело сковывает от приглушённых стонов, звучащих сквозь музыку.

Стонали как мужчины, так и женщины, в унисон и в разнобой, и казалось, что пол под её ногами вибрировал от этого странного хора, а не от басов.

Чимин позволил ей задержаться на входе, разглядывая чужие тела, слушая чужое блаженство и дыша чуть чаще от волнения.

Когда она приходила сюда с единственной целью — найти себе парня на ночь, она совсем не беспокоилась об окружающих, но теперь её сковало осознание, что Чимин приходил сюда не за этим. Он наслаждался компанией, атмосферой, вниманием, чувствовал себя здесь как рыба в воде, и не стеснялся разглядывать других рыбок за стеклом.

— Не совсем то, что ты себе представляла? — предположил он, опуская подбородок ей на плечо и поглядывая на неё взглядом скучающего, но очень верного щенка. — Хочешь уйти?

Он мог сколько угодно притворяться, что ему всё равно, но Йечжан была отнюдь не слепой.

— Нет, — её подбородок дёрнулся, и когда первый шаг был сделан, второй дался намного легче. — Нет, я просто... очень хочу выпить.

Одна рука Чимина обвила её плечи, а второй он принялся убирать её распущенные волосы за ушко, чтобы было удобнее шептать.

— Нормально немного стесняться поначалу, — сказал он ей. — В свой первый раз на такой вечеринке я чувствовал себя как персонаж из порно — только не главный, а где-то на заднем плане, знаешь?

— Не знаю, если честно, — Йечжан ступала крошечными шажками вместе со своей подушкой безопасности, прилипшей к ней сзади. — Я ещё не видела порно с второстепенными героями, которые не принимали бы участия...

— Значит, ты видела слишком мало порно, — сделал он вывод, щекоча её ухо тихими смешками. — Ты хочешь алкогольный коктейль или безалкогольный?

Они пробирались через толпу частично голых или абсолютно голых людей, и краем глаза Йечжан видела, как у одной госпожи с плёткой в руках сразу двое парней ползали в ногах, борясь за возможность вылизать. Они выставляли напоказ свои стояки, торчащие из-за расстегнутых брюк, а девушка и вовсе раздвигала ноги, ничуть не стесняясь мерцающего света, освещавшего все её интимные места. И таких по пути к бару было много. Очень много. Из-за этого казалось, что все прошлые вечеринки Йечжан были детским лепетом, а эта — по-настоящему взрослая.

Чимин тоже наверняка всё замечал, но сколько бы Йечжан ни пыталась уловить его блуждающий по другим девушкам взгляд, ничего не выходило — он смотрел либо под ноги, либо на неё.

— Алкогольный, — борясь с першением в горле, попросила она. — ЧимЧим, а это... Это разве не может считаться оргиями?

Оглядываясь назад, она всё отчётливее видела тонкие нити, связывающие одну компанию с другой, когда они смешивались, обменивались партнёрами и как минимум слюной, а как максимум — чем-то похуже, обеспечивая плотную запись у венеролога в следующие недели.

Поскольку они уже были у бара и один из двух барменов подошёл, чтобы принять их заказ, Чимин сначала удостоил вниманием его:

— Нам что-нибудь фруктовое и алкогольное, пожалуйста. На ваше усмотрение.

Он сразу расплатился наличными, не дав Йечжан даже потянуться за картой, а затем нежно провёл пальцами по её волосам, словно невзначай сообщая остальным, что она — его.

— Ты читала Маркиза де Сада? — спросил он.

— Только слышала.

— Потому и удивляешься оргиям. По сюжету так и должно быть. Единственное различие — тут всё строго с восемнадцати лет и по обоюдному согласию, — он указал куда-то взглядом, и когда Йечжан проследила за ним, обнаружила ещё парочку громил-охранников под стенами клуба. — Они и организаторы внимательно за всем следят, потому что это дело и так довольно деликатное и нестабильное, а никому не нужны проблемы, которые свернут деятельность.

— Ну спасибо, — Йечжан вздохнула, облокачиваясь на деревянную стойку от усталости. — Теперь я буду переживать, что ещё и охранники будут на нас смотреть. Чувство, что мы снова в зоопарке, только сегодня с обратной стороны клеток.

Это было символично, если учитывать оформление вечеринки, свист плёток, лязг бутафорских цепей и клетку, установленную на сцене рядом с местом диджея. Пока что она была пуста, но Чимин не сомневался, что совсем скоро туда заберутся жаждущие внимания, и станет ещё жарче.

— Не думай об этом так, — его пальцы задвигались быстрее на её затылке, осторожно разминая шею и пытаясь снять напряжение. — Для меня ты главная героиня, а всё остальное — фон для атмосферы. Не более. И мы не в клетке — мы можем уйти в любой момент.

Чимин намекал ей на это с тех пор, как они вошли, и тем самым нечаянно оказывал на Йечжан давление. Потому что она знала, что ему нравится, и он не хочет уходить так скоро, и только ради неё он бы бросил всё веселье.

— Мы никуда не пойдём, — решительно заявила она, кивая в качестве благодарности бармену за красный коктейль с косточками арбуза, который он поставил перед ними. — Я хочу подольше побыть твоей главной героиней.

Чимин улыбнулся, забирая оба коктейля и вновь ведя Йечжан через толпу.

Все клубы были немного похожи между собой, и даже с тематическим оформлением можно было отыскать себе укромное местечко вдали от толпы. В этот раз это был не кожаный диван, заваленный чужой одеждой, а столик с кружевной скатертью и стулья с подлокотниками, спинкой и обивкой в стиле восемнадцатого века. Чимин отставил лишние, оставляя по одному для себя и Йечжан, а тогда помог ей усесться на мягкую подушечку и навис над ней сверху. Поначалу выглядело так, будто он хотел обеспечить ей комфорт: укладывал её руки на подлокотники, поил коктейлем через трубочку, легонько надавливал ногой, заставляя Йечжан развести бёдра и расслабиться. Но когда он опустился перед ней на корточки, а затем на колени, она снова заволновалась.

— Что ты делаешь? — вытягивая шею, чтобы проследить за его руками, исчезнувшими в карманах чёрных брюк, спросила она.

— Кое-что, — ответил Чимин с загадочной улыбкой.

Он достал из кармана что-то, что у Йечжан не получалось толком рассмотреть, пока он не растянул белую атласную ленточку у неё перед глазами. Во вспышке света чёрные буковки, гласящие «Chanel», дезориентировали Йечжан даже больше.

— Что это?

— Это... — он разглаживал ленточки, складывая их одна на другую. — Моя мама обожает тратить деньги на такое, а бренды часто украшают лентами коробки. Переезжая в общежитие, я перевязывал ими свои книги, а теперь...

Йечжан чуть подпрыгнула на стуле, почувствовав руку Чимина на своей правой лодыжке. Не исключено, что левой он тоже касался, а она не почувствовала.

— Если ты не против, я могу привязать ими тебя.

Ленточка ёрзала по чулку вверх и вниз, пока Чимин примерялся, а Йечжан колебалась.

Они были не дома, не в уютной маленькой комнатке с иллюзией приватности и безопасности, которую, тем не менее, кто-то такой, как Гаон, мог нарушить, просто записавшись у дежурного в журнале. Но имело ли это значение? Йечжан любила то место больше всего, когда там был Чимин. А сейчас он был здесь, прямо перед ней, и он дожидался её ответа с лукавой улыбкой на лице.

Этот изматывающий страх, что она испытывала по дороге сюда, внезапно отступил.

Какая разница, где делать это, если Чимин смотрит только на неё, сколько бы людей вокруг ни находилось? И всегда смотрел. С первой вечеринки в окружении десятков более привлекательных и нормальных девушек.

— Если ты обманешь и бросишь меня, я выберусь из протеза, и тогда тебе не поздоровится, — шуточно пригрозила Йечжан.

Едва ли это звучало убедительно, потому что им двоим было прекрасно известно, какой немощной она становилась без протеза.

— Не обману и не брошу, — серьёзно ответил Чимин. — Я останусь рядом, заставив тебя забыть обо всём на свете, пока ты не выдохнешься от наслаждения.

Пальцы Йечжан сжались на деревянных подлокотниках, когда она кивнула. И первая ленточка обвилась вокруг ножки стула и её лодыжки.