Глава 7
Прошло два года с того рокового дня, когда Данте и Лин начали играть в кошки-мышки, между ними вспыхнула искра, которая с каждым мгновением становилась только ярче. Приближался выпускной, и Данте почувствовал, что его захлестывает смесь эмоций - гордость за их академические достижения, ностальгия по воспоминаниям, которые они разделили, и глубокая, неизменная любовь к женщине, которая была рядом с ним. Накануне церемонии вручения дипломов Данте повел Лин в сад на крыше их университета, где мерцающие городские огни служили фоном для их уединения. Он взял ее за руку, и его сердце бешено заколотилось в груди, когда он заглянул в ее глаза, видя ответную любовь и доверие.
- Да Лин, с того момента, как я встретил тебя, я знал, что ты особенный, - начал Данте, его голос слегка дрожал от эмоций. - Твой ум, твоя доброта, твоя красота - все это пленило меня. Но именно то, как ты смотришь на мир, с таким оптимизмом и надеждой, по-настоящему привлекло меня.
Пальцы Лин сжались вокруг его пальцев, слезы навернулись у нее на глазах, ее голос был едва громче шепота. - Данте, ты изменил меня так, как я никогда не считала возможным. Твоя непоколебимая поддержка, твое терпение, твоя любовь - все это было подарком.
Горло Данте сжалось, его собственные глаза наполнились слезами. - Лин, я хочу провести остаток своей жизни, делая тебя счастливой, - сказал он, опускаясь на одно колено и вытаскивая из кармана маленькую коробочку. - Ты выйдешь за меня замуж?
Лин ахнула, ее рука поднеслась ко рту, когда она уставилась на сверкающее бриллиантовое кольцо, лежащее в обитой бархатом коробочке. На мгновение время, казалось, остановилось, пока она обдумывала масштаб предложения Данте.
Затем, с лучезарной улыбкой, озарившей ее лицо, Лин кивнула, по ее щекам текли слезы. - Да, Данте, тысячу раз да, - прошептала она сдавленным от волнения голосом.
Данте надел кольцо ей на палец, встал и заключил ее в крепкие объятия под одобрительные возгласы и аплодисменты посетителей "сада на крыше", не обращающих внимания на разворачивающуюся перед ними интимную сцену.
В этот момент, окруженный огнями города и любовью всей своей жизни, Данте понял, что нашел свой вечный дом, своего партнера во всех смыслах этого слова. Он вырос, развился и научился ценить красоту уязвимости, и все это благодаря Лин.
Когда они впервые поцеловались как помолвленные любовники, Данте поклялся провести остаток своих дней, создавая Лин.
Как только они переступили порог квартиры, сдерживаемые эмоции и желание, которые накапливались на протяжении всего вечера, наконец-то выплеснулись наружу. Не говоря ни слова, Данте подхватил Лин на руки и понес в спальню, пока она обвивала ногами его талию, впиваясь ногтями в его спину.
Оказавшись внутри, Данте бросил Лин на кровать, быстро снял пиджак и галстук, прежде чем присоединиться к ней, его глаза пожирали каждый дюйм ее разгоряченной кожи. Лин потянулась к нему, нетерпеливо дергая за пуговицы его рубашки, отчаянно желая ощутить прикосновение его обнаженной груди к своей.
Их губы встретились в яростном, страстном поцелуе, языки сплелись, когда они пожирали рты друг друга. Руки свободно блуждали, исследуя, заявляя права, отмечая каждый изгиб и контур. Пальцы Данте забрались под юбку Лин, поднимая ее, чтобы обнажить кружевные края ее трусиков.
С рычанием он вцепился большими пальцами в ткань и оторвал их, открывая своим голодным взорам скользкие складки Лин. Она выгнулась от его прикосновения, всхлипнув, когда он обвел большим пальцем ее клитор, погружая палец в ее тугой жар.
- Данте, - задыхалась Лин, ее бедра выгибались под его рукой, - пожалуйста...
Он улыбнулся ей в губы, его свободная рука теребила пряжку ремня. - Терпение, любовь моя, - пробормотал он, высвобождая свою напряженную длину из оков. - У нас впереди вся ночь.
Глаза Лин расширились, когда она увидела его, у нее перехватило дыхание. - Черт, - прошептала она, протягивая руку, чтобы обхватить его плоть, поглаживая его от основания до кончика.
Данте зашипел, откинув голову назад, наслаждаясь ощущением. - Лин, - предупредил он низким и грубым голосом, - если ты продолжишь так прикасаться ко мне, мы не попадем на главное мероприятие.
Она улыбнулась ему, в ее глазах появился озорной блеск. - Тогда давай сразу перейдем к основному блюду, - предложила она, усаживая его рядом с собой.
Когда Данте устроился поудобнее, Лин оседлала его бедра, направляя его член к своему входу. Глубоко вздохнув, она медленно опустилась на него, стон сорвался с ее губ, когда он потянулся и наполнил ее.
Руки Данте сжали ее бедра, направляя ее движения, когда она начала оседлывать его, их тела двигались идеально синхронно. Звук соприкосновения кожи с кожей, смешанный с их прерывистым дыханием и подбадривающим шепотом, создавал A симфонию первобытного желания, которое эхом разносилось по их маленькой квартире, заглушая остальной мир.
Ногти Лин царапали грудь Данте, когда она набирала скорость, ее внутренние стенки сжимались вокруг него с каждым толчком. Он отвечал на ее движения с таким же пылом, его бедра приподнялись, чтобы глубже погрузиться в ее скользкий жар.
- Лин, черт возьми, с тобой так хорошо, - проворчал Данте, откинув голову в экстазе, когда она с дикой самозабвенностью скакала на нем.
- Да, Данте! - Воскликнула Лин, ее голос был хриплым от удовольствия. - Сильнее!
С диким рычанием Данте подчинился, двигая бедрами навстречу ей в мучительном ритме. Груди Лин подпрыгивали при каждом ударе, ее затвердевшие соски касались его груди, посылая электрические разряды по его телу.
Их стоны и вздохи становились все громче, отчаяннее, по мере того как они приближались к грани оргазма. Пот стекал по их переплетенным телам, смешиваясь с мускусным ароматом их возбуждения.
- Данте, я близко, - задыхаясь, произнесла Лин, ее движения стали неустойчивыми, когда она балансировала на краю.
- Кончай, Лин, - приказал Данте, его собственное освобождение было неминуемо.
С пронзительным воплем Лин разлетелась вдребезги, ее внутренние стенки содрогнулись вокруг пульсирующего члена Данте, когда волны удовольствия захлестнули ее. Он последовал ее примеру, погружаясь по самую рукоятку, опустошая себя глубоко в ее трепещущем лоно, его зрение расплывалось по краям.
Они рухнули вместе, тяжело дышащие и измученные, их тела все еще были соединены, когда они наслаждались последствиями своего интенсивного совокупления. Данте прижал Лин к своей груди, поглаживая ее влажные от пота волосы, когда она уткнулась носом в его шею, они оба наслаждались интимной связью, которую разделяли. В этот момент, окруженный свидетельствами их страсти – спутанными простынями, тяжелым запахом секса в воздухе – Данте знал, что никогда не устанет заниматься любовью с Лин, растворяться в ее объятиях, создавать новые совместные воспоминания. Она была для него всем, и он проведет остаток своей жизни, доказывая ей это одним поцелуем, одним прикосновением, одной страстной встречей за раз.