Часть 31 🐾
Минхо замер, увидев Хана. Его сердце резко сжалось, когда он заметил мужчину с ножом в руке, который уже размахивался, готовясь к атаке. Касу стоял в стороне, его смех звучал зловеще, как будто наблюдая за тем, что происходило с удовольствием.
Мужик размахнулся, и Минхо не раздумывая побежал и встал перед Ханом, пытаясь защитить его. Нож, которым мужчина замахнулся, попал прямо в грудь Минхо, царапая и оставляя будущий шрам. Боль пронзила его тело, кровь начала капать на землю, но Минхо не отступил, держал стойку, не позволяя этому извращенному персонажу достать Хана.
Когда мужчина увидел, что его удар не достиг цели, он отскочил назад, но Минхо не дал ему времени на маневр. В ярости и боли, которая всё ещё жгла его грудь, Минхо рванул в атаку и несколько раз ударил мужчину. Однако тот оказался крепким, и вскоре он тоже начал отбивать удары, нанося Минхо несколько сильных ударов. Боль не утихала, но он продолжал сражаться.
Когда мужик оказался на полу, Минхо не остановился. Он бил его вновь и вновь, его удары были сильными, а его тело словно лишилось всякого контроля. Но боль от того, что произошло, была не только физической. Это была боль от того, что происходило с его чувствами, и от того, что его мир менялся на его глазах.
Хан, наконец, не выдержав, подбежал к Минхо и крепко обнял его. В этот момент Минхо вдруг прекратил свои удары, его рука замерла, и он почувствовал, как его собственное тело расслабляется, как будто отдаваясь в руки Хана. Боль, кровь, злость — всё это стало неважным, когда Хан прижал его к себе.
— Минхо, хватит, — прошептал Хан, его голос был полон тревоги. Минхо почувствовал его пульс в его груди, как будто этот контакт снимал всю тяжесть.
Минхо, ещё немного дрожа, закрыл глаза и позволил себе просто быть в этом моменте, почувствовав, как его сердце начинает успокаиваться, а боль утихает.
Хан сидел на коленях, его глаза были полны страха и паники. Он смотрел на Минхо, который, несмотря на свою стойкость, с каждым движением излучал боль. Когда он увидел кровь на груди Минхо, его сердце сжалось. Это была не просто кровь — это был результат того, что Минхо пострадал ради него. Он почувствовал, как его собственная сила исчезает, и в его груди всё сжалось от беспомощности.
— Минхо, ты в порядке? — его голос едва слышал, он трясся, как будто слова могли вызвать больше боли, чем они уже испытывали.
Минхо попытался улыбнуться, но на лице было видно, что ему нелегко. Он снова осмотрел свою рану и быстро обнял Хана.
— Я в порядке, — сказал он, его слова звучали тихо, но уверенно, несмотря на кровь, которая всё ещё капала на его грудь.
Но Хан не мог поверить в это. Он видел, как его руки дрожат, и как кровь пропитывает ткань рубашки. Это пугало его. Он не мог сдержать слёзы. Это было слишком, слишком тяжело — думать о том, что Минхо так пострадал.
— Ты... ты пострадал из-за меня, — сказал Хан сквозь слёзы, его рука поднялась, чтобы коснуться груди Минхо, но она остановилась на полпути, словно не решалась прикоснуться к тому, что было так страшно.
Минхо снова обнял его, на этот раз более крепко, пытаясь утешить Хана, даже несмотря на свою боль. Он хотел сказать что-то, что могло бы успокоить его, но слова не приходили.
— Не переживай, Хан, я жив — главное, что ты в безопасности, — сказал он, пытаясь успокоить его, несмотря на своё состояние.
Но Хан не мог успокоиться. Он прижал Минхо к себе, его слёзы капали на плечо друга, и это было нечто большее, чем просто страх. Это было чувство вины, беспокойства и жгучей боли от того, что его близкий человек страдает.
— Я не могу... не могу терять тебя, Минхо, — всхлипнул Хан, его руки крепко обвили его тело, и он не знал, как остановить свой поток слёз.
Минхо медленно отстранился, его взгляд был полон сострадания и понимания.
— Ты не потеряешь меня, Хан. Я обещаю, — сказал он мягко, смотря в глаза Хану, несмотря на собственную боль.
После того как Минхо и Хан с трудом поднялись, Хан, несмотря на свою тревогу, постарался взять ситуацию под контроль. Он видел, как Минхо устал, и его руки дрожали, но решимость в глазах Хана была непреклонной.
— Ты не будешь вызывать скорую, — сказал Хан, когда они шли домой. Минхо молча кивнул, но было видно, что ему тяжело.
— Я сам справлюсь, — добавил Хан, продолжая идти рядом с Минхо, поддерживая его.
Когда они пришли домой, Хан аккуратно уложил Минхо на диван и сразу пошёл к аптечке. Он знал, что нужно было обработать рану, но чувство беспокойства не покидало его. Минхо уже давно научился справляться с травмами, но сейчас Хан не мог оставаться в стороне.
— Я справлюсь, Минхо, — сказал Хан, обращаясь к нему, как к своему единственному человеку, к тому, кого он мог и хотел защищать.
Минхо молча наблюдал, как Хан достал бинты и антисептик. Хан помнил, как в прошлом, когда он был один, ему приходилось ухаживать за собой после стычек и драке, но сейчас ему было гораздо важнее позаботиться о Минхо.
Он аккуратно обработал рану, не обращая внимания на кровоточащие порезы на груди Минхо. Хан не сказал ни слова, только продолжал делать свою работу с предельной внимательностью, как будто это было самым важным делом в мире.
Минхо наблюдал за ним, чувствуя, как его сердце наполняется благодарностью, но также и беспокойством за Хана. Это был момент, когда оба понимали, что их отношения не ограничиваются просто словами. Хан был готов жертвовать своей безопасностью ради него, и Минхо знал, что теперь ему предстоит что-то сделать, чтобы доказать Хану свою преданность.
Минхо смотрел на Хана с благодарным взглядом, в котором было столько любви, что слова стали лишними. Он тихо сказал:
— Прекрати.
Не дождавшись ответа, он притянул Хана ближе, обнял его и устроился на диване, не думая больше о ране или боли. В этот момент было важно только то, что они были рядом, и всё остальное не имело значения.
Минхо, внимательно смотря на Хана, наконец не выдержал и спросил:
— Что с тобой? Почему ты уходишь от меня?
Хан тяжело вздохнул и ответил, глядя в пол, словно пытаясь найти слова:
— Я сам не знаю... Просто я слишком сильно люблю тебя, и не могу это сказать. Я не могу быть рядом, потому что, когда я с тобой, мне становится слишком больно... Это слишком много для меня. Поэтому я уезжаю, говорю это самому себе, но не тебе.
Минхо молчал несколько секунд, поражённый откровением, пытаясь понять, что происходит.
Минхо, почувствовав, как его сердце сжимается от этих слов, медленно поднял руку и коснулся плеча Хана. Его голос был тихим, но полным решимости.
— Хан, ты не должен уезжать. Ты думаешь, что ты один в этом? Я тоже чувствую то же самое. Но мне не нужно, чтобы ты уходил. Ты — важен для меня, намного больше, чем ты можешь себе представить.
Хан, не выдержав, посмотрел в глаза Минхо, и его глаза наполнились слезами. Он не знал, как воспринимать эти слова, ведь ему было страшно, что его чувства могут разрушить всё, что у них было. Но всё внутри него кричало, что Минхо был тем, с кем он мог бы быть, несмотря на все свои страхи.
Минхо, увидев, что Хан сдерживает слёзы, потянулся и нежно обнял его, чувствуя, как его тело слегка расслабляется под его прикосновением.
— Я здесь, Хан. Я не уйду. Ты не один.
Хан прижался к Минхо, и оба замолчали, ощущая, как тишина в комнате становится их единственным ответом на все вопросы.
Продолжение следует...