Хрупкое счастье.

Поспать долго не получилось.

Сон ещё держал меня в своих тёплых объятиях, когда в лицо прилетело что-то мягкое. То ли какая-то одежда, то ли диванная подушка ударила с лёгким хлопком. Я вздрогнула и разлепила глаза. В комнате уже очень светло. И свет режет глаза.

— Возвращайся в задницу! Дай поспа… — бормочу, закрывая голову подушкой, будто это может спасти меня от реальности.

— Вставай! Мы едем на вечеринку, — поднимает подушку от моей головы.

— С ума сошёл? Сколько времени? — ворчу, щурясь от света. Макс стоит уже в дверном проёме, в джинсах и майке, с волосами, торчащими во все стороны, будто он только что выскочил из машины после гонки.

— 12 часов уже!

— Сегодня выходной! Дай поспать! Кто вообще устраивает вечеринки утром! — натягиваю одеяло на голову, но Макс сдёргивает его с меня и больно бьёт по заднице.

— Уже день! Вставай. Без тебя уедем!

— Макс, придурок ты! А если я голая была бы!

— Ты не спишь голая, — говорит уже на выходе из моей комнаты. — И возьми купальник!

Когда я вышла из спальни, увидела, как он опять торчит в моём холодильнике. Я сразу подхожу к нему.

— Ещё раз тронешь мою задницу… я врежу тебе по яйцам. Уяснил?

— Сестричка, по-другому ты не встала бы, — пожимает плечами, не отрываясь от еды. Поворачивается, с набитым ртом, и вдруг лукаво смотрит мне в глаза, игриво дёргая бровями. — Я, конечно, знаю один способ…

— Фу, даже знать не хочу, о чём ты, — фыркаю, беру кружку и ставлю под кофемашину. Густой аромат начинает наполнять кухню — тёплый, бодрящий, с лёгкой горчинкой.

Раздался стук в дверь. Макс идет открывать, как будто он тут хозяин. Через секунду в прихожей появляется Эрика в мятой футболке, с волосами, торчащими в разные стороны.

— Доброе утро, кофе будешь? — спрашиваю, наливая вторую кружку.

— Ага… — бормочет она, опускаясь на стул, и тут же опирается локтями о стол, пряча лицо в ладонях.

— А есть что-нибудь сладкое? — шепчет, не разжимая пальцев.

Я заглядываю в шкаф и после недолгих поисков, показываю ей плитку шоколада.

— Пойдёт?

— Ага.

Положила перед ней шоколад, ставлю кружку с кофе и поворачиваюсь к Максу. Он уже сидит на подоконнике, жуёт яблоко, смотрит в окно, будто ждёт чего-то важного.

— Так и к кому мы едем? — спрашиваю, прислоняясь к столешнице.

— Ты его не знаешь, это один приятель с университета. В прошлом году окончил учёбу. Долго был в Орландо, а теперь, как приехал, решил оторваться. Вечеринка, бассейн, весь набор.

— А где Линда и Джейсон? — спрашиваю я и пью кофе.

— У Джейсона встреча с отцом, — отвечает Макс, не оборачиваясь. — А Линда уехала домой ещё ночью.

Я резко ставлю кружку.

— Она пьяная села за руль?!

— Она из‑за чего‑то расстроилась и сорвалась, — посмотрел на меня и пожал плечами.

— Надо ей позвонить.

— Джесс! Время! — спрыгивает с подоконника и громко подгоняет: — Собирайся живее.

Он подходит к Эрике, легко целует в губы — не страстно, а так, по-своему, как будто это часть утра, как глоток кофе. А потом уходит из моей квартиры, хлопнув дверью.

Всё‑таки звоню Линде. Она долго не отвечает, и на четвёртый мой нервный звонок ответила.

— Але… — её голос — хриплый, тяжёлый, будто вытащенный из глубокого сна.

А я сразу спрашиваю:

— Почему ты так долго не отвечала?!

— Я… ещё сплю… — бормочет она.

— Почему уехала? Ещё и пьяная?!

Пауза. Длинная. Я слышу, как она переворачивается в кровати, скрипит пружина.

— Кто бы говорил… антиблюститель порядка дорожного движения… — в её голосе послышалась усталость.

— Я уже такое не исполняю. Лин, серьёзно. Что случилось? — спрашиваю, сжимая телефон в руке.

— Парни упомянули, что у Криса появилась девушка, — Линда говорит медленно, будто каждое слово — осколок стекла. — Потом я зашла на его страницу… и увидела фотографию. Он… целует её там.

— Чёрт… — выдыхаю.

Мне не просто жалко её. Мне физически больно. Потому что я знаю прекрасно знаю до дрожи в пальцах, до кома в горле — как это ощущается. Как будто тебя вычеркнули из чьей-то жизни, даже не предупредив.

— Ага, вот я и психанула и поехала домой.

— Почему ко мне не пришла?

— Я хотела побыть одна… — тихо и болезненно сказала она.

Я посмотрела на Кэти. Она всё еще сидит и пьет кофе. Смотрит то на меня, то в окно, за которым видны высокие пальцы.

— Уверена, у них это временно, — говорю в телефон, хотя сама не верю в это.

— Обычно парни не афишируют об временных развлечениях.

— Чёрт… Ты права. Хочешь, приеду к тебе? Я уже собираюсь.

— Нет, всё нормально. Хочу поспать.

— Уверена?

— Да. Всё нормально… — пауза. Длинная. — Просто стало как-то… паршиво.

— Я всё‑таки приеду!

— Джесс, правда, всё нормально. Как у меня будет время, я приеду к тебе. Обещаю.

— Ладно, если что, звони!

— Хорошо.

Отключила звонок и положила телефон на стол. В этот момент опять открывается дверь и появляется Макс. Он смотрит на Эрику и спрашивает:

— Тебя домой отвезти?

— Ага...

Эрика идет к нему, а Макс рявкнул на меня:

— Джесс, серьёзно! Собирайся! Я не хочу потом час ждать тебя!

— Ладно!

Пошла в душ. Пока я собиралась, Макс уже съездил с Эрикой к ней, чтобы она взяла всё необходимое. Теперь они сидят в машине и ждут меня. Я выхожу из дома и сажусь в здоровенный чёрный Ford F‑Series на заднее сиденье.

— Сестричка, ты бы ещё дольше собиралась… — Макс бросает взгляд в зеркало, ворчит, будто его заставили ждать целый день. Ключ в замке зажигания — резкий поворот. Двигатель ревёт, как будто и он разделяет его нетерпение.

— Слушай, я не знаю ведь, кто это, они не знают меня. Мне нужно хорошо выглядеть. А на это нужно время...

— Ты прекрасно знаешь, что в любой одежде выглядишь отлично, — говорит и смотрит по сторонам дороги.

— Подлиза, — бросаю, но улыбаюсь в ответ.

С переднего сиденья раздаётся смех. Эрика поворачивается и смотрит на меня:

— Вы когда‑нибудь можете не цапаться?

— Эрика, я тебя умоляю. Ты как будто не знаешь, как выглядит ругань с ним, — отвечаю ей с улыбкой.

Остальная часть дороги проходит в лёгкой полудрёме — я смотрю в окно, наблюдая, как пейзаж меняется: сначала городские кварталы, потом — редкие дома, пальмы, а потом вдруг открывается океан, лежащий под синевой, будто на ладони. Музыка тихо играет — ритмичный лофай-бит, который Эрика включила. Макс с Эрикой тихо переговариваются, а я в большой части молчу.

Мы подъехали, когда уже все были там. Нас встретил Себастьян — хозяин вечеринки. Высокий, загорелый, в белой рубашке с закатанными рукавами и шортах в полоску. А его улыбка широкая, как сама Калифорния. Они с Максом по‑братски обнялись, и Себастьян спрашивает:

— Чего так долго?

— Джесс долго собиралась, — Макс указывает на меня.

Я широко улыбаюсь и играючи шевелю пальцами в знак приветствия.

— А это Эрика. Она моя, — пояснил Макс, обняв за плечи Эрику. Себастьян посмотрел на меня и, улыбнувшись, спросил:

— Отлично, тогда составишь мне компанию?

— Да, конечно, — отвечаю с лёгким удивлением, будто я не ожидала, что он выберет именно меня.

Себастьян взял меня за руку и повёл в дом. Он показал мне, где бассейн. По большей части там весь народ. Потом он повёл наверх и показал что‑то вроде балкона — только балкон как комната. Тут полно народу: на диванах сидят, кто‑то просто стоит, а кто‑то танцует. Стоит стол с алкоголем. А ещё с балкона открывается прекрасный вид на город.

— Отличный вид… Мне нравится. Чем угостишь? — спрашиваю у него.

Он улыбается — чуть лукаво, будто знает какой-то секрет. Подходит к столу, берёт большой кувшин из прозрачного стекла, наполненный жидкостью цвета летнего неба. Наливает в маленький стаканчик со льдом и протягивает мне.

— Это мой фирменный коктейль. Называется «Синий прибой».

Я пробую напиток — странный вкус. Сладковатый, с оттенком жвачки, которую жуешь в детстве, с привкусом лайма и чего-то… химического? Но приятно. Очень.

— Необычно… но мне нравится, — говорю, и он кивает, будто я сдала экзамен.

И тут — кто-то подходит, хлопает его по плечу. Себастьян извиняется жестом, и отходит, оставляя меня одну у перил, с коктейлем в руке и видом, который хочется запомнить.

Я делаю ещё глоток и наслаждаюсь теплым калифорнийским летним ветром и видом.

Неожиданно чувствую, как меня обнимает кто-то со спины — крепко, по-своему, с той самой энергией, которую я узнаю с первого прикосновения. Оборачиваюсь — и вижу её.

— Наоми... Привет, ты давно тут? — обнимаю её в ответ.

Она не успевает ответить, как мой телефон начинает звонить. Я смотрю на экран — это Джейсон. Наоми видит его имя на экране моего телефона и быстро говорит мне:

— Позови его сюда!

Я отвечаю на звонок, а Наоми шипит:

— Позови его!

Я не могу удержаться — смеюсь в телефон.

— Над чем смеёшься? — спрашивает Джейсон, услышав мой смех.

— Да так, неважно.

— Хотел приехать к тебе. Ты где?

— Я на вечеринке, прости, сладкий…

— Ты уже напилась? Если да, то мне лучше быть там, где ты, — теперь в его голосе слышна улыбка.

— Эй, я абсолютно нормальная, когда напиваюсь.

Наоми закатывает глаза, а в трубке слышу скептический смех.

— Ага, видел совсем недавно твоё «нормально». Где ты?

— Если честно, не знаю… Но знаю, как зовут того, кто устроил вечеринку.

— Да, уверен, мне это много что скажет… Спроси у кого‑нибудь.

— Себастьян, ты не против…

Не успела договорить, как Джейсон спрашивает:

— Себастьян Крайт?

— Без понятия, — говорю Джейсону и подхожу ближе к Себастьяну, спрашиваю: — Ты Крайт?

— Да, а что?

— Дай ему телефон, — говорит Джейсон.

— Это тебя, — передаю телефон Себастьяну.

С любопытством смотрю, как Себастьян стоит, прижимая мой телефон к уху. Его плечи расслаблены, но по тому, как он внезапно улыбается — шире, искреннее, чем до этого, — понимаю: он хорошо знает Джейсона.

Себастьян кивает, смеётся, говорит что-то вроде:

— Да, бро, приезжай. Тут все свои.

Через минуту он уже возвращает телефон мне. Я беру телефон — экран уже тёмный. Джейсон отключился.

— Ладно, девчонки, — Себастьян смотрит на нас, одной рукой поправляет рукава рубашки, — развлекайтесь. Ни в чём себе не отказывайте. Захотите переодеться, любая гостевая спальня открыта. Ключей нет, кодов — тоже. Здесь всё просто.

А потом он уходит, растворяясь в толпе, оставляя за собой лёгкий шлейф сандала и свободы. А я поворачиваюсь к Наоми и с улыбкой говорю:

— Похоже, Джейсон скоро приедет.

Она сверкает от счастья, хлопая ресницами.

— Я тебя умоляю, — говорю ей со вздохом. — Только не влюбись в него. Мне этих драм хватило уже.

Снова вспомнила Кэти. Кстати, сейчас она встречается с парнем, и у неё всё хорошо. Даже ходила с нами гулять, когда я приезжала домой. И между ней и Джейсоном не было неловкости.

— Джесс, ты с ним не спишь и мне не даёшь. Это нечестно, — говорит Наоми.

— Ты с ним уже спала, — напоминаю, поднимая бровь в попытке скрыть улыбку.

— А как можно устоять? — сказала она, сморщив нос и улыбаясь. — Он такой обалденный. Такой лапочка.

Она делает паузу, будто вспоминает что-то и с удовольствием продолжает:

— А ещё в нём есть что‑то такое опасное. И эти его татуировки… У меня мурашки от него — в хорошем смысле.

— Я про это и говорю: не влюбись в него.

— А вдруг я буду та самая?

— Наоми, я тебе уже сто раз говорила: он не заводит отношения. Месяц, может, два… если не будешь ему лезть с вопросами и не будешь надоедать. Я просто не хочу, чтобы ты потом страдала.

Она вздыхает и смотрит по сторонам, как будто-то уже высматривает его. Медленно перевела взгляд на меня и спросила:

— Тебя к нему никогда не влекло?

— Нет. Я слишком долго знаю его для этого. Хотя не так давно я напилась и предложила ему заняться сексом.

У Наоми округлились глаза и, наверное, она сейчас врежет мне. Я тороплюсь добавить:

— Успокойся, я пошутила над ним. Ты бы видела его лицо! — От воспоминания об этом я снова начинаю смеяться и добавляю: — Всё равно что если бы Макс предложил ему заняться сексом. Ой, не могу…

Наоми смотрит на меня, нахмурившись. Ей не смешно, как смешно мне.

— Типа ты ему вообще безразлична? — с сомнением спрашивает она. — Он вообще не делает никаких намёков? Просто… у вас с ним довольно странные дружеские отношения.

Я пожала плечами и спрашиваю:

— Ты про его обращение ко мне? То, как он называет меня и всё такое?

— Ага.

— Не парься. Это было с самого знакомства так. Только… Ладно, я кое‑что расскажу тебе. Я ещё в школе училась… На мой день рождения он затащил меня в тёмную спальню и поцеловал. Я думала, что это Алекс, пока не включила свет. Потом он признался мне в своих чувствах… Но вчера мы об этом говорили с ним. Он сказал, что всё в прошлом. Сейчас я для него только подруга. Тебе не о чем переживать.

— И тебе он совсем‑совсем не интересен? — явно, всё еще не верит. Но я отвечаю ей честно:

— В романтическом смысле — нет. Совсем.

— Так ты не будешь против, если у нас с ним что‑то получится?

— Нет, не против. Только не рассчитывай на многое. Не хочу, чтобы тебе было больно.

— Я бы побеспокоилась на твоём месте за него, — говорит с хищной улыбкой. — Хоть бы он не влюбился в меня. И чтобы потом не было ему больно.

Она закусила губу и смотрит по сторонам. Джейсона еще нет. Тогда она снова посмотрела на меня и с предвкушением добавила:

— Ну что? Может, переоденемся в купальники? Я хочу показаться Джейсону во всей красе.

Я закатила глаза, и мы пошли в гостевую спальню. Спускаемся по лестнице, проходим мимо кухни, где кто-то жарит креветки на гриле, и заходим в одну из гостевых спален. Дверь не заперта. Внутри — светло, чисто, запах свежего белья и морской соли из открытого окна.

После того, как переоделись, пошли к бассейну, я увидела Доминика и Стива. Подошла к ним, чтобы поздороваться.

— Серьёзно? Розовые шорты? — спрашиваю у Доминика, еле сдерживая улыбку. Он осматривает себя и с непониманием спрашивает:

— А что?

Я уже смеюсь над его игривым выражением лица, а он продолжает:

— Я надеялся быть милым.

— Для этого розовые шорты тебе не нужны. Ты очень милый.

— Думаешь, мне лучше снять их? — уже берётся за резинку шорт. Я со смехом хватаюсь за них и держу на месте.

— Дом, ты неисправим.

Доминик улыбнулся и медленно, с прищуром провёл пальцами по моей руке, легко, как будто проверяя, дрогну ли. Я тут же отпускаю его и предупреждаю уже без улыбки:

— Прекращай заигрывать со мной — говорю уже без смеха, чётко. — Ты мне друг. И всё. Ясно?

Он скривился, будто проглотил лимон.

— Тогда иди и купайся. Мне нужно кого-нибудь подцепить для траха, — бросает, отпивая пиво.

— Фу, Дом, можно без подробностей? — морщусь.

— Ну ты же не хочешь меня, — пожимает плечами. — Что мне остаётся?

— Порой я не понимаю, шутишь ты или нет, — говорю, глядя ему в глаза.

Он не отводит взгляд.

И вдруг подходит ближе. Один шаг. Второй.

Пальцами касается моего подбородка — холодными от бутылки, но прикосновение горячее. И поднимает моё лицо к себе.

— А я ни разу не поверю, что тебе тогда не понравилось целоваться со мной.

Убрал руку от моего лица и подмигнув, уходит. Я смотрю ему в след и думаю: «это не правда!» Махнув на него рукой, отхожу к Наоми и сажусь рядом с ней на край бассейна. Она уже принесла два бокала с коктейлями и дала один мне. Мы пьём коктейль и наблюдаем за собравшимися.

— Ты не видела Макса с Эрикой? — спрашивает Наоми, оглядываясь.

— Нет, — пожимаю плечами, откидывая волосы с плеч, открываю кожу солнцу. — Наверное, сосутся где-то.

Закрываю глаза. Чувствую, как тепло ложится на лицо, плечи, грудь. А ногами болтаю в приятно прохладной воде. Тишина почти полная, если не считать смеха, музыки и всплесков.

А когда открываю, взгляд сам собой скользит вдоль бассейна. Не специально... Просто так получилось.

Взгляд сам собой задержался на парне. Он сидит с девушкой, которая уставилась в экран телефона. По всей видимости, это его девушка, потому что он нервно поглядывает на неё, то на меня. Я не отвожу взгляд и смотрю на него. А он красив, даже слишком смазливый. Из‑за такой внешности в некоторых районах могут побить. Светло-каштановые волосы, чуть длиннее, чем надо, лезут в глаза. Он то и дело отбрасывает их назад. Этот жест, уже ставший привычкой. Стройный, спортивный, но не накаченный, скорее жилистый, как бегун или серфер. Кожа загорелая, но не искусственная, с лёгким золотистым оттенком.

— Хочешь посмеяться? — спрашиваю я, не сводя глаз с парня напротив.

Наоми тут же поворачивается, прищуривается, как будто ловит момент, когда начнётся фокус.

— Давай. Над чем? — шепчет, сдерживая улыбку.

— Сейчас я устрою маленькое шоу. Смотри на того симпатягу напротив.

Он всё ещё смотрит. Не отводит взгляд. Даже когда его девушка что-то говорит, он на секунду отвлекается и тут же возвращается взглядом ко мне.

Я медленно облизываю губы, закусываю нижнюю губу, потом медленно отпускаю её. От этого он начинает меняться в лице. В нём проскальзывает лёгкое беспокойство. А я продолжаю: языком обвожу губы, упираюсь языком в щёку, складываю губы как бы в поцелуй, начинаю давить языком на щёку. Надавливаю и отпускаю. Рукой касаюсь шеи и медленно опускаю по груди… И снова закусываю губу.

Тем временем парень приоткрыл рот, наблюдая за мной.

Наоми давится смехом, прикрывая рот ладонью.

— О боже… — шепчет. — Что ты вытворяешь?

Я продолжаю. Отпускаю руку, провожу по груди, потом по животу, касаюсь резинки плавок. Резко перестаю дурачиться и улыбаюсь самой искренней улыбкой — так, что ямочки появляются на щеках. Парень заёрзал на краю бассейна. Лицо немного покраснело, руки он опустил на пах. Смотрит по сторонам, срывается с места и быстро удаляется. Определённо, у него стояк.

Его девушка наконец отрывается от телефона и кричит ему вслед:

— Нейт! Ты куда? — встаёт и бежит за ним.

Он даже не останавливается. Только слегка поворачивает голову, бросает:

— Сейчас вернусь, — и идёт дальше.

А мы с Наоми заливаемся смехом. Смеёмся так, что у меня начинает болеть живот. Наоми хватается за меня, будто боится упасть в бассейн от хохота.

Тут я замечаю, что ещё один парень рядом с нами всё это видел.

— Хватит пялиться, сходи подрочи, — говорю ему.

— Сука… — отвечает мне и уходит.

Мы продолжаем смеяться.

— Ты и правда сучка, — говорит Наоми.

— Зато было весело, — говоря это, улыбаюсь как ангел.

— Думаю, он найдёт тебя потом, — предполагает Наоми.

— А я так не думаю. Он со своей девушкой.

— Та, что сидела рядом? Брось, я уверена, что он найдёт тебя.

— Посмотрим. Если честно, наверное, не отказалась бы от секса… Наверное…

— Ты говорила, что не можешь?

— Надо просто напиться и переступить через себя. Не с этим парнем, конечно. Мне не нужен парень с «багажом», а вообще… Два года без секса… даёт о себе знать.

— Как ты так живёшь? — морщит нос Наоми. — Я так долго не могу.

— Ты и месяца не можешь без секса, маленькая ты шлюшка, — смеюсь, толкая её плечом.

Она фыркает, делает обиженное лицо, но тут же отпивает коктейль — будто это аргумент.

— Кажется, ты Дому нравишься. — говорит она. — Почему не хочешь с ним замутить?

— Он, конечно, тот ещё красавчик и обалденно целуется… Но он не в моём вкусе. И мне не нужен секс с другом на одну ночь.

— И что, так хорошо целуется?

— О да! Можно себя потерять… Целуется он фантастически…

— Я же говорил, что тебе понравилось — вдруг раздаётся голос сзади.

Мы обе вздрагиваем. Я оборачиваюсь и вижу его. Доминик стоит, прислонившись к стене, руки в карманах, на губах самодовольная улыбка победителя.

— Черт... Ты всё слышал? — спрашивает Наоми.

— Да... — мечтательно ответил он и добавил смотря на меня: — Каждое слово.

Я сама улыбнулась и спрашиваю:

— А тебе не говорили, что подслушивать нехорошо?

— Серьёзно, два года без секса? —спросил он с искренним удивлением и присаживается за моей спиной. А я отвернулась от него с желанием нырнуть в воду и сбежать. Чувствую, как он сидит близко ко мне и пальцами проводит по моей спине. А Наоми, сверкая улыбкой наблюдает за нами.

— Малыш, я могу тебя расслабить, — наклоняется к моему уху и тихо шепчет так, что слышу только я: — Детка, трахаюсь я ещё лучше, чем целуюсь, и мы можем растянуть удовольствие не на одну ночь… Ха, посмотри на себя. Ты в мурашках!

Я сижу даже не шевелюсь. Тихо и твёрдо сказала ему:

— Дом, сладкий. Отвали от меня!

— Только сегодня.

— Иди и найди себе жертву.

Доминик встал и ушёл, а Наоми смотрит ему в след и говорит:

— А он клёвый.

Я тоже посмотрела на него. Он уже подошёл какой-то девушке. Улыбнулся ей и вешает какую-то лапшу на уши. Отвернулась и ответила:

— Он не постоянный. Мне это не нужно. И я не могу его воспринимать как секс‑объект. Мне нравится он в качестве друга, я не хочу это терять.

— Ну а я сегодня надеюсь заполучить Джейсона, — поправляет она грудь и спрашивает: — Когда он приедет?

— Не волнуйся, он сразу будет искать нас.

Вернее, будет искать меня. Но этого я не сказала.

Джейсон приехал только через час. Мы с Наоми сидели на балконе. Я уже была очень даже навеселе. Тут подходит этот самый Нейт и садится рядом со мной, спрашивая:

— Считаешь, это было весело? Заводить меня, когда рядом сидит моя девушка?

— А разве нет? Нам было весело.

Выглядит он немного рассерженным. Он настойчиво смотрят мне в глаза и переводит взгляд на мои губы. Видя его взгляд, я снова медленно закусываю нижнюю губу.

— Хочешь поцеловать? — спрашиваю у него.

— Очередная твоя издевка? — отвечает слегка дрожащим голосом.

— Проверишь? — подаюсь чуть ближе.

Но он не успевает ответить.

— Нейт, — раздался голос.

Мы оба поворачиваемся.

Это его девушка. Она подходит с лёгкой улыбкой, в руках бокал с коктейлем, волосы уложены идеально, будто она только что с фотосессии. Подходит и, не спрашивая, пытается сесть к нему на колени. А он недовольно двигается, чтобы она села рядом.

Она моргает, но улыбается дальше, будто ничего не заметила. Садится рядом, прижимаясь к нему.

— Привет, — здороваюсь я с ней.

— Привет, я Дайана, — медленно говорит она и осматривает с ног до головы, словно оценивая. — Ты знакома с моим парнем?

— Ага, мы познакомились сегодня у бассейна. Я Джессика, — искренне улыбаюсь ей. С наслаждением наблюдаю, как Нейт сжимает челюсть.

— Понятно, — и ей больше нечего сказать.

Прошло несколько минут в тишине. Я качаю ногой в такт музыке, допивая коктейль. Как только сделала последний глоток, пошла танцевать с остальными. Нейт смотрит на меня, игнорируя свою Дайану.

Потом появляется Джейсон. Несмотря на тёплую погоду, он одет во всё чёрное: облегающая футболка и джинсы с дырками на коленях. Только на ногах белые высокие кроссовки. Его вид так и говорит: «Во мне не всё чёрное, есть что‑то и светлое». Он подходит ко мне и обнимает.

— Я ищу тебя уже полчаса. Почему не отвечаешь на звонок? — спрашивает он. Он какой‑то раздражённый и злой. Из‑за того, что долго меня искал?

Замечаю удивлённый взгляд Дайаны. Она просто таращится на него так, что Нейт толкает её в бок. Но её судить сложно: на Джейсона сложно не пялиться.

Джейсон — красивый парень: тёмные волосы, серые глаза, высокий, мускулистый, даже мощный. И, как сказала Наоми, в нём есть что‑то опасное. Особенно как сейчас, когда у него дерьмовое настроение. Это чувствуется в его взгляде и голосе. Но и без этого в нём всегда было что‑то настораживающее. Я просто привыкла и не обращаю на это внимания. Но вижу, как другие реагируют на него.

В Алексе тоже было что‑то такое, только больше мягкости и нежности. Поэтому мне Алекс всегда больше нравился, и именно на него я запала, и меня тянуло к нему как магнитом…

— У меня нет с собой телефона. У тебя всё нормально? — спрашиваю я.

— Как сказать…

— Как есть.

— Я хотел поговорить с тобой, — осмотревшись, добавил: — Но, наверное, позже.

— Конечно, я всегда готова тебя выслушать. И Джейсон, слушай, ты можешь поговорить с Домиником, чтобы он перестал клеить меня?

— Он пристаёт к тебе?

— Только на словах. Мне это уже надоело.

— Ладно, надо было раньше сказать.

— Я думала, может, он быстро перебесится.

Джейсон посмотрел в сторону, и я тоже перевела взгляд. К нам подходит плавной походкой Наоми. Она смотрит на него с улыбкой и коснувшись его руки, промурлыкала:

— Джейсон, привет. Можно с тобой поговорить?

— Да, конечно. — Почему-то посмотрел на меня, вздохнул и как-то напряжённо сказал: — Джесс, не уходи, не хочу опять искать тебя по всей вилле.

Я кивнула, и он уходит с Наоми, а я подошла к краю балкона, облокотилась на перила. Внизу смех, музыка, всплески воды. А над головой чистое небо. Оно уже не синее, а плавно переходит из оранжевого в розовый, с полосками лилового, будто кто-то размазал акварель кистью.

Боковым зрением заметила движение рядом, но не стала оборачиваться.

— Это твой парень? — спросил Нейт и разглядывает меня.

— Нет, он не мой парень. — Странно задавать такие вопросы, когда рядом сидит его девушка. И она точно слышит его, судя по её взгляду. — Почему спросил?

— Да так, интересуюсь.

Пока Дайана с подозрением смотрит на него, ко мне обращается какая‑то девушка:

— Ты Джессика?

— Да?

— Тебя брат ищет.

— Где он?

— Был внизу.

— Если увидишь его, скажи, что я буду тут.

Девушка уходит, а я поворачиваюсь обратно, и вижу, как Нейт смотрит на меня с лёгким недоумением.

— У тебя есть брат? Он здесь? — спрашивает. А я с лёгкой, издевательской улыбкой отвечаю:

— Нет у меня брата.

— Но она сказала, что…

— У меня нет брата, — перебиваю твёрдо. — Ясно?

— Ясно, — кивает он.

Но по его лицу, по тому, как прищурился, как сжал губы, понятно: ему ничего не ясно. Совсем.

Из‑за его выражения лица я засмеялась. А он сразу спрашивает:

— Что смешного?

— Ты смешной.

Он нахмурился, но продолжает изучать моё лицо, и его взгляд опускается на мою грудь. Из-за того, что я оперлась локтями на балюстраду, и грудь собралась в кучку, возможно, это и правда выглядит привлекательно. Игнорируя его взгляд, задаю вопрос:

— Так чем занимаешься, Нейт? Учишься?

— Нет, уже год как окончил, — нехотя поднимает взгляд и прекрасно понимает, что я знаю, куда он пялился. — Работаю с отцом. У него фирма, занимающаяся изготовлением медицинского электронного оборудования. Заказы идут со всего мира.

— Сильно.

— А ты? — теперь он смотрит только в глаза.

— Третий год учусь на факультете бизнеса. Будем играть в игру «Интервью»?

— Что это значит?

Издевательски улыбнулась и ответила:

— Задавать глупые, пресные, стандартные вопросы.

— А что для тебя не пресный вопрос? — спрашивает, твёрдо смотря мне в глаза, и, кажется, вообще забыл про свою Дайану.

А она уже села ближе к нему и хмуро смотрит на меня. Я поворачиваюсь к ней и спрашиваю:

— Дайана, скажи, что ты любишь в нём?

Она слегка смутилась, а Нейт, вспомнив о ней, напрягся.

— Нейт, можно тебя?! — встаёт и тянет его за руку. Я только прыснула.

Они отошли в сторону, и Дайана что‑то говорит ему, сложив руки. Я не особо обращаю на это внимание, но ей не очень комфортно из‑за меня. Она косится на меня, а мне плевать. Потому что вижу Макса, который подходит ко мне.

— Нужна твоя помощь. Пойдём, — говорит он, как только подошёл, и сразу идёт в обратном направлении.

— Что случилось? — спрашиваю, догнав его.

— Эрика. Она заперлась в туалете и не выходит.

— Что ты натворил?

— Да я придурок!

— Не новость…

Мы доходим до того самого туалета.

— Тебе лучше уйти, — говорю ему, но он сомневается. — Макс, серьёзно! Я потом с тобой поговорю. Иди!

После того как он ушёл, я стучу в дверь:

— Эрика, это я. Открой мне дверь, он ушёл.

Щёлкает замок в двери. Я захожу и смотрю на неё. Она не плачет, но глаза красные.

— Маленькая моя, что случилось? — обнимаю её.

— Макс долбаный ублюдок… Вот что случилось, — сказала она и садится на пол, облокотившись к стене.

— Даже не сомневалась в этом. Что он натворил? — сажусь напротив неё.

У неё появляется румянец на щеках, и она начинала:

— Ну, мы были наедине… И нам было так хорошо… Но он захотел большего. Стал активно давить на меня. А я не хотела… Он психанул и пошёл, засунул язык какой‑то девке в рот, когда выскочил из спальни. А я всё видела.

Я только провела пальцами по волосам и со вздохом выдохнула:

— Ой, дурак… Ему, конечно, не занимать терпения.

Смотрю на Эрику. А она смотрит в сторону. Уже не плачет, но глаза немного красные. А нижняя губа припухшая, как будто она часто ее кусала. Взяла её за руку, привдекая внимание и аккуратно спросила:

— А ты почему не хочешь?

Она сразу посмотрела на мою руку и грустно усмехнулась. Перевела взгляд мне в глаза всё-таки призналась:

— Я хочу… Именно с ним хочу! Меня даже бесит то, что я до сих пор не занималась сексом. Я всё равно что монашка! Но он как скажет что‑то — меня наизнанку выворачивает от этого!

Кажется, я знаю, что нужно сказать:

— Эрика... Я знаю Макса уже достаточно долго. И вот что я скажу тебе: он тот ещё оболтус…

Эрика прыснула, закатив глаза. А я не удержалась и улыбнулась.

— Он ещё ни с кем не встречался. Он ничего не знает об отношениях. Уверена, он даже понятия не имеет об настоящих чувствах… Как‑то было, он запал на одну девчонку. Как ему казалось, серьёзно запал. Но она уехала в другой штат, и он с ума сходил несколько дней. И знаешь, что было потом?

— Появилась новая девушка?

— Да… И в первый же день он уже клялся ей в любви.

— Думаешь, мне стоит забыть его? Я такая же, как и они для него?

— Нет… Я хочу сказать тебе: то, что происходит сейчас с ним, — это ему в новинку. И он понятия не имеет, как правильно поступать. Он ещё ни разу так не зацикливался на ком‑то. Не хочу говорить это раньше него, но, думаю, он влюбился в тебя по самые уши.

Эрика издала смех вперемешку со всхлипом и вытерла нос рукой. Я продолжаю:

— Дай ему время понять, как не быть идиотом.

— Ладно… — ответила она с улыбкой. — Думаю, сейчас я хочу домой. Не хочу, чтобы он видел меня заплаканной.

— Хорошо, сейчас Джейсона попрошу отвести тебя.

Иду в комнату, где оставила вещи, беру телефон и сразу набираю Джейсона.

Он, как всегда, тут же отвечает, и я спрашиваю:

— Ты можешь отвести Эрику домой? Это очень важно.

— Да, без проблем. Подождите у машины.

— Хорошо.

Мы вышли на улицу, и я сразу увидела его «Mustang». Ждали Джейсона всего несколько минут. Потом он подошёл.

— Мне поехать с тобой? — спрашиваю я у неё.

— Нет, не надо. Развлекайся. Тем более в этой тачке нет задних мест. Я завтра тебе позвоню, хорошо?

— Конечно.

— Я вернусь, — говорит Джейсон. — Не уходи.

Джейсон с Эрикой уезжают.

Я стою и смотрю, как машина удаляется. Фары мелькают в темноте и гаснут.

Вечеринка не стихает, но небо уже почти чёрное, с лёгкой синевой на горизонте. Начинает свежеть. Я решила, что пора переодеваться. Купальник больше не уместен.

Вернулась в ту комнату, где мои вещи. Но, зайдя туда, за мной сразу заходит Нейт. Одной рукой ловит мою руку и прижимает меня к стене. Вторая его рука упирается рядом с моей головой.

— Какого чёрта?! — уставилась я на него.

— Вот тебе не пресный вопрос: как ты хочешь, чтобы я трахнул тебя? Нежно или грубо?

Сейчас его взгляд стал тёмным, как штормовое небо, а зрачки расширились в два раза.

Я опомниться не успела, как наши губы уже сомкнулись. Всего на секунду я поддалась этому порыву — больше из‑за удивления, чем от желания. А он, не теряя времени, уже раздвинул коленом мои ноги и начинает просовывать руку в мои трусики. Но я засмеялась.

— Что? Тебе снова смешно? — остановился он на меня.

— Ты даже не представляешь, как.

Сама не понимаю, почему на меня напал смех, но мне смешно до боли в щеках. Наверное, это нервное. Вот почему стоит только сделать намёк на секс, и не важно, есть у него девушка или нет, он уже бежит навстречу приключениям. Вообще существуют парни, которые верны своей половинке?

— Слушай, ты действительно очень клёвый парень. Правда, — говорю я, глядя ему прямо в глаза. — Но я не хочу заниматься с тобой сексом.

С этими словами я спокойно снимаю лифчик. Алкоголь напрочь стёр мою скромность, и теперь я ничего не стесняюсь. Быстро надеваю майку, затем шорты, аккуратно поправляю волосы.

Он всё ещё стоит у стены, не двигаясь, будто застыл. Только когда я уже полностью одета, а его взгляд больше не может увидеть ничего запретного, он наконец приходит в себя.

— Какого чёрта? Ты так развлекаешься, что ли? Просто заводишь и уходишь?

— Не знаю, — пожимаю я плечами. — Ну а пока ты думаешь над этим, я, пожалуй, пойду.

Джейсон прав: мне нельзя пить… Когда он вернётся, мне лучше оставаться с ним весь вечер, пока я не наделала глупостей, или, может, вообще поехать домой.

Но а пока я нашла компанию танцующих, присоединилась к ним. Меня заметила Наоми.

— Где Джейсон? — спрашивает, оглядываясь.

— Скоро приедет, — отвечаю, не переставая двигаться. — Он повёз Эрику домой.

— Опять Макс? — усмехается она.

— Ну конечно, — смеюсь. — Кто ещё?Потанцуй со мной! — беру её за руки, заставляя двигаться. Уговаривать не пришлось: она сама уже достаточно пьяна, чтобы расслабиться.

Вскоре приезжает Джейсон, но Наоми сразу завладевает его вниманием. А я продолжаю танцевать.

Вижу, как по сторонам осматривается Нейт. Потом он видит меня и идёт ко мне уверенным шагом.

— Что нужно? — спокойно спрашиваю у него, когда его глаза сверкают от эмоций.

— Слушай, зачем играть в эти детские игры? Ты хочешь секса. И я хочу секса. Нужно просто вместе взять и расслабиться.

Приближаюсь к нему и обнимаю за плечи. Он берёт меня за талию, а я тянусь к его уху и говорю равнодушным голосом, уже не притворяясь:

— Послушай внимательно. Мне просто было скучно, я развлеклась. Просто так вышло, что именно ты был там, у бассейна. Ты не в моём вкусе, и спать я с тобой не собираюсь. Так что забудь и трахни свою Дайану.

Отстраняюсь от него, чтобы посмотреть в его глаза, они всё такие же тёмные.

— Сука…

— Да, мне это часто говорят.

Одарив меня эмоциональным взглядом, он развернулся и ушёл, даже ни разу не обернувшись.

Когда у меня устали ноги, я разулась и села на диван. Надо дождаться Джейсона. И я хочу домой… Моё извращённое веселье граничит со слезами и истерикой. И я не понимаю почему… Просто хочу уйти… Я сама себя не узнаю сегодня…

Джейсон появился только через час и теперь выглядит уже спокойным. Видимо, кому‑то секс нужен как успокоительное. За Джейсоном идёт растрёпанная Наоми. Такое чувство, что она плохо понимает, где она. Не могу удержаться от улыбки, разглядывая их. Джейсон садится рядом со мной, а Наоми со словами:

— Мне нужно выпить, — и уходит, теряясь в толпе.

— Грустишь? — спрашивает Джейсон у меня.

— Я вообще‑то улыбаюсь, не заметно?

— Меня‑то можешь не обманывать.

Я облокачиваюсь к нему на плечо и со вздохом сказала:

— Хочу домой…

— Поехали, — сразу отвечает он.

— Ты не пил? — поворачиваюсь и смотрю в глаза.

— Не успел, — ухмыляется он.

— Поехали. С Наоми попрощаешься?

— Нет. Думаю, нет необходимости.

По дороге домой он молчит.

— Ещё на прошлой неделе у тебя была девушка. Вы расстались? — спрашиваю у него.

Он чуть сжимает руль, но не смотрит на меня.

— Джесс, — говорит тихо, — я не завожу отношения. Ты же знаешь.

— Ладно, так что с той, с которой ты спал последние пару месяцев?

— Да так… Был инцидент. — ответил отстранённо. Явно не хочет говорить об этом. Я пробую сменить тему:

— Ты говорил, что хотел поговорить со мной?

— Уже не важно… — Немного помолчав, спрашивает: — Я останусь у тебя?

— Мог бы и не спрашивать.

Я уже настолько хорошо знаю его, что понимаю, когда не стоит лезть с вопросами, он даже не напрягается. Порой разговор с ним похож на минное поле. Поэтому он обычно прячется за свой дебильный юмор, чтобы никто не лез с вопросами.

Приехав домой, он сразу идёт в душ. Как‑то раз он оставил у меня пляжные шорты. Теперь, когда приезжает, ходит в них. Вот и сейчас отдала ему их. А сама пошла спать.

Сон приходит быстро, но вместе с ним приходит и печаль, боль такая сильная, что кажется физической… Я плачу, не могу остановиться. Мир такой большой и такой маленький одновременно. Я забиваюсь в угол. Пытаюсь почувствовать, что это сон. Мне так плохо, боль и одиночество раскатываются по всему телу. Как это заглушить? Наверное, этому нет конца… Но становится тепло… Постепенно спокойствие окутывает меня пеленой… И такой приятный аромат… Потом темнота…

Джейсон.

Когда вышел из душа, Джесс уже ушла. Я заглянул к ней, увидел, как она мирно спит. Тогда я включаю телек и переключаю на спортивный канал, по которому транслируется бейсбол. Думал, не смогу уснуть после сегодняшнего дня, но под звуки телевизора стал засыпать.

Я уже уснул, когда раздался какой‑то звук из комнаты Джесс. Проснулся и не понял: приснилось мне это или нет? Выключил телек и отчётливо услышал, что звук повторился. Пошёл к ней в комнату. Через окно лился свет с улицы; на её красивом лице — гримаса боли. Она хваталась пальцами за подушку, а кожа возле глаз стала мокрой от слёз. Я подошёл к ней и легонько коснулся её плеча — боялся напугать.

— Джесс, детка… — тихо позвал я её.

Она не просыпалась, только всхлипывала и схватила меня за руку — неожиданно столько силы в её маленькой и хрупкой руке!

— Алекс, не уходи… — жалобно попросила она.

Чёрт, вот дерьмо!

Другой рукой схватился за голову. «Хрен с ним…» — подумал я и лёг рядом с ней, притянув её к себе. Она ухватилась за меня, как за спасение: ногами переплелась с моими, а лицом прижалась ко мне, как котёнок. Моя футболка сразу стала влажной от её слёз…

Я обнял её. Она такая хрупкая, такая нежная… И наплевать, что сейчас в её голове не я. Глажу её по волосам, а её аромат опьяняет — что‑то похожее на запах карамели и ягод.

Постепенно она становится спокойнее, начала мирно дышать, а я, словно маньяк, хочу записать этот звук и слушать потом.

Вот как этот мудак мог её просрать? Вот как? Этот избалованный кретин привык швыряться девчонками. Привык, что они, как бумеранг, всегда возвращаются. И всё же я был уверен, что он понял: она другая, и её не стоит предавать.

Рано или поздно она его забудет... И тогда буду рядом я. Раньше не полезу к ней: она должна принадлежать мне полностью, не только телом, но и душой, и мыслями. А пока она не забудет Алекса, это невозможно…

Неожиданно для себя я снова уснул.

Проснулся от её шевеления, открыл глаза, и так приятно просыпаться рядом с ней! Только в её глазах — недоумение.

Джессика

Просыпаюсь и не понимаю, что произошло. Первое, что чувствую, это сильные руки, обнимающие меня. Мужские руки! Возможно от моего шевеления пальцы чуть напряглись, прижимая меня к себе. Между моих ног его нога высоко поднята и прижата к моей промежности. Медленно поднимаю голову, чтобы узнать, какого чёрта.

Черая футболка. Широкие плечи... Поднятая голова... Легкая темная щетина...

— Джейсон? — я приподнялась еще чуть выше, отстраняясь от него. Джейсон открыл глаза и первые секунды как будто сам не понимает, что произошло. Немного растеряно смотрит на меня.

Я уже полностью отстранилась от него и, наблюдая, как он трет лицо, спрашиваю:

— Ты почему здесь?

Он снова посмотрел на меня и спокойно ответил:

— Ты ревела во сне. Я пытался тебя разбудить, но ты не просыпалась. Вот я и стал обнимать тебя, пока ты не успокоилась. — Встал с кровати, потянулся и добавил: — Потом сам уснул.

Я смущённо заёрзала на постели. Как‑то неловко это. Джейсон усмехнулся, заметив это:

— Да успокойся ты. Ты даже не возбудила меня.

Он повернулся ко мне полностью и улыбнулся своей идеальной улыбкой. А мне в глаза бросилась его утренняя «бодрость»: даже через шорты видно, что генетика его не обидела размерами. Я сразу выставила руку перед глазами и зажмурилась.

— О, боже мой! Джейсон! Ты это специально?!

— Ну, это природа, — говорит он, ничуть не смутившись. Голос хриплый от сна, но насмешливый. — Ты должна была бы уже знать, что так происходит у парней по утрам. Хочешь помочь?

Как только он сказал это, я запустила в него подушку.

— Ты охренел? Совсем берега попутал? — воскликнула я.

— Ты что, расстроилась? — смеётся он, ловя подушку. — Я могу сам. Тебе ничего не придётся делать. Почти.

— Иди на хрен, — фыркаю, натягивая одеяло на себя. — Джейсон, мне Доминика вполне хватает с его подкатами!

— Я уже тебе говорил, что думаю по этой теме. Я предпочитаю киски.

За это я пустила в него вторую подушку, а он засмеялся и скрылся за дверью. Я начала собираться идти в душ. Когда вышла из спальни, быстро пошла туда, несмотря на Джейсона. Но уши не заткнёшь: слышала, как он посмеивается надо мной. Я остановилась, чтобы сказать:

— Чтобы я больше от тебя ничего подобного не слышала! Ясно?!

— Слушай, я не виноват. Утренняя эрекция — это нормальное явление, и это не из‑за возбуждения. Просто в туалет хочется.

— Просто… если я снова буду реветь во сне проигнорь. Ладно?

Он не успел ответить: я сразу пошла в душ.

Я примерно понимаю, почему могла реветь во сне… Когда была с Алексом, я часто будила его посреди ночи смехом или стонами — в зависимости от того, что снилось. Сны всегда очень яркие, настоящие и слишком реалистичные. Скорее всего, мне опять снилось что‑то такое. Но в этот раз я не помню, что мне снилось…

После душа иду на кухню — на вкусный запах. Джейсон приготовил завтрак и кофе, как я люблю.

— Какие планы на день? — спрашиваю я у него, не дав шанса снова надеть маску и смеяться надо мной.

— На самом деле нет планов, — нахмурился он и погрузился в мысли. Я решила не лезть с расспросами. Но что‑то мне думается, это из‑за его отца. И, наверное, поговорить со мной он хотел тоже из‑за него.

— А ты что хочешь делать? — теперь спрашивает он у меня.

— Нужно за продуктами ехать. Этот обормот съедает всё из моего холодильника.

— Тебе нужен холодильник с замком.

— Нет. Просто нужно приучить его покупать продукты. Ест он как лев, а ездить в магазин отказывается.

Щёлкает замок, и открывается дверь.

— А вот и он. Привет, — здороваюсь с ним.

— Что на завтрак? — спрашивает Макс и заглядывает в сковородку. — А что так мало? И где мясо?

— Макс, сейчас поедем за продуктами, — говорю ему без всякой надежды, что он согласится.

— Ой, сестрёнка, это без меня. Денег я дам на это, но без меня! — машет он руками.

— Почему? В прошлый раз нам даже весело было.

— Ага, а потом ты врезалась в стену.

— Это была не моя вина.

— Нет. С тобой постоянно что‑то происходит. Пусть Джейсон съездит с тобой.

— Засранец… — говорю я, продолжая уплетать завтрак. — С Эрикой помирился?

— Типа того. Только по телефону пришлось… Но я всё равно не понял, что я не так делаю, — говорит с набитым ртом. Он ест прямо со сковородки.

Терпеливо вздохнула и начала:

— Попробуй не засовывать язык другой девчонке сразу после того, как обжимался с Эрикой.

— Я психанул! Она не хочет меня!

Джейсон молча слушает нас и пьёт кофе, а я продолжаю:

— Макс, можно вот с тобой на чистоту? Хорошо? И ты не скажешь ей, что я сказала тебе это? Если скажешь, хрен тебе, когда ещё помогу, когда ты снова накосячишь! А ты накосячишь.

— Ладно…

— Она хочет секса с тобой… Макс! Не делай такую рожу, — смеюсь я. — Серьёзно, только будь аккуратнее в действиях и последовательности. Не торопи её. Вообще дай ей понять, чтобы она сама решила, когда это произойдёт.

— Ну, тогда это точно никогда не произойдёт, — уже без тени улыбки сказал он.

— Если ты будешь вести себя с ней как озабоченный кретин, то да. Согласна с тобой: это никогда не произойдёт. Ты бы уже определился — она тебе действительно нравится или это просто развлечение?

— Ладно. Поеду к ней тогда.

— Нет. Стой. Сначала продукты!

— Джесс, отстань! Вот тебе семь сотен и отвяжись от меня. Купи больше мяса.

— Зачем так много? Хочешь, чтобы полмагазина купила?

— Нет. Я плачу тебе, чтобы ты не пилила меня больше.

— Ты обалдел?

— Нет, серьёзно. Купи сыр и пиво. У тебя никогда нет сыра.

— Потому что я его не ем! Придурок.

— Как можно не любить сыр?

— А как можно не любить оливки? — спрашиваю я у него.

Кто‑нибудь видел, как кошка реагирует на маринованный огурец? Вот‑вот. Макс точно так же показал, что он думает об оливках. От его кривляний я рассмеялась.

— Я люблю тебя, сестрёнка. Но никаких оливок, — на этих словах он попрощался с Джейсоном и ушёл.

— Съездишь со мной? — спрашиваю я у Джейсона.

— Съезжу, — сказал он, допивая кофе.

Я быстро собралась. Мы поехали в ближайший супермаркет и набрали много продуктов, в том числе сыр, пиво, мясо и так далее. В этот раз я не отходила от Джейсона, хотя бояться мне уже нечего. Просто рядом с ним мне спокойнее.

Вечером Макс так и не появился — видимо, у Эрики застрял. Зато приехали Доминик, Стив и Наоми. Джейсон решил остаться ещё на одну ночь у меня, хотя завтра ему на учёбу.

Мы пили пиво и играли в покер на интересы. На мелких купюрах писали какие‑нибудь пожелания. Просто на деньги или на фишки играть было неинтересно. Например, пожелания были такими: приготовить ужин, провести день вместе, сделать уборку, купить продукты. Но только у меня были приличные пожелания. Парни писали: секс, поцелуй, кунилингус, минет, стриптиз, и самое невинное из этого было — массаж.

В итоге мне пришлось целоваться с Домиником. Хорошо, хоть ничего другого я не проиграла. А вот Макс проиграл минет Джейсону, и они ржали как кони, шутя на эту тему. В целом всё это было несерьёзно. Но Доминик потребовал с меня поцелуй. Ладно, это всего лишь поцелуй, — подумала я.

Доминик ухмыльнулся кривой улыбкой и сказал мне:

— Заметь, я не полез к тебе. Это всего лишь игра.

— Ты о чём?

— О том, что ты нажаловалась на меня! — сморщил нос, улыбаясь.

— Ты не понимаешь, когда нужно остановиться.

— Хорош трепаться, целуй её уже! — сказал Стив.

— Ладно, целуй, — я закрыла глаза, приподняла лицо и вытянула губы, ожидая поцелуя.

Не дождавшись поцелуя, снова смотрю на него. У Доминика смешное выражение лица. Я даже засмеялась. В его глазах застыли предвкушение и озорство.

— Ну что? — спросила я.

— Ничего, — ответил он, подошёл ко мне, взял моё лицо у края волос. Медленно, дразня и сладостно он прикоснулся к моим губам. Приоткрыл рот, а я уже не задумываясь, поддаюсь движениям его губ. Он просунул язык в мой рот, и поцелуй перерос во что‑то жадное и эгоистичное.

Невероятно плавные и «вкусные» движения заставляли меня подчиняться этому идеальному поцелую. Я даже не заметила, как оказалась ближе к Доминику и почти прижалась к его телу.

Когда почувствовала, как ладони Доминика скользят по моему телу и, обхватывая мою попу, прижимает к себе, кто‑то откашлялся. Доминик медленно оторвался от меня. У меня возникло ощущение, будто мне резко отключили электричество в тот момент, когда я смотрела интригующий фильм.

«Так! Больше никаких поцелуев с Домиником!» — твёрдо решила я.

Я смотрю на него, а он засмеялся и заявляет:

— У тебя даже зрачки расширились! Признайся, ты хочешь меня!

— Чёрт тебя дери, Дом! Больше никаких поцелуев!

Доминик отпускает меня и отходит, всё ещё посмеиваясь. А я вытираю губы тыльной стороной ладони.

Я не хочу его! Я хочу ласки, объятий, поцелуев. Хочу мужского внимания. Вот и всё… Но в этом не собираюсь признаваться. Хоть он в чём‑то прав: целуется он фантастически. Чёрт бы его побрал!

Потом Джейсон снял футболку, а Наоми хлопала глазами, пожирая его взглядом. Я пошла готовить еду для всех, а ребята продолжили играть.

У Макса какой‑то нюх на еду: он приехал с Эрикой ровно тогда, когда мы сели ужинать. Эрика села рядом со мной. Я сразу заметила ее особенно счастливый вид. Кажется, это всё‑таки случилось. Значит, у них всё хорошо. Хоть у кого‑то всё хорошо…

В один момент, когда Эрики не было рядом, Макс подошёл ко мне и сказал:

— Спасибо.

Я ничего не ответила, только улыбнулась. Я действительно безгранично счастлива за них.

Сегодня ночью я спала спокойно, без снов.

***

Выйдя утром из спальни, я не увидела Джейсона. На столе обнаружила остывшие блинчики и записку:

«Мне нужно было рано уехать — тренировка с утра. Ты разогрей блинчики и поешь обязательно».

Интересно, он вообще спал? Все разошлись только в половину второго. Я легла спать в два часа. У Джейсона тренировка в 6:30 утра. Немного прикинула время на дорогу — ему ведь ещё нужно было заехать домой… Значит, он выехал около четырёх часов утра — и ещё успел напечь блинчики. Со вздохом отправила блинчики разогреваться.

В среду приехала мама. К выходным нужно решить ряд вопросов по выставке. Все вырученные средства от продажи картин пойдут на очень воодушевляющий проект.

Ни для кого не секрет, что от жизнедеятельности человека страдают животные, к сожалению, это знают все. Тем не менее практически ничего не делается для их поддержки. Но появилась одна молодая компания, которой как раз нужна такая помощь: они спасают животных, птиц, акул и дельфинов, пострадавших от отходов и рук человека.

Я была поражена, когда мама перелистывала на ноутбуке фотографии черепах: у одной нет ласты, у другой — половины челюсти, у третьей — части панциря. Дельфин без хвоста вынужден плавать, как акула. Акулы без верхних плавников… Перечислять можно бесконечно.

Но когда я увидела видео живого носорога без рога — а на месте рога было только кровавое месиво, я разрыдалась и не могла успокоиться. Лучше бы она мне этого не показывала. Но это реальность — это происходит…

А эта компания изготавливает протезы для таких животных. По этому случаю мама написала серию картин на тему природы. У неё интересный стиль: видно, что это, например, океан, но картина при этом абстрактная. Цены очень высокие, но мама говорит, что это цена не картины, а очередной жизни животного.

Так мы сидели вечером, пили вино перед телевизором и обсуждали выставку. Сегодня пасмурно, и немного накрапывает дождик. Я включила газовый камин и устроилась с бокалом и книгами рядом с ним.

Позже пришли Макс с Эрикой. Сейчас их рекой не разобьёшь: где один, там и второй. Мама знает всех моих друзей — не только этих двоих. Каждый раз, когда она приезжает, они торчат у меня дольше, чем обычно.

Мама сразу пошла на кухню, чтобы накрыть для них ужин. Макс обожает, когда приезжает моя мама, потому что она много готовит — чтобы я потом не парилась несколько дней.

Только ближе к ночи я выпроводила Макса с Эрикой и легла спать. Не успела уснуть, как пришло сообщение:

«Это Нейт. Не могу забыть тебя…»

Я удивилась, но всё‑таки ответила:

Я: Сочувствую. Хотя подожди‑подожди… Мне плевать.

И добавила улыбающийся смайлик, чтобы не быть вконец грубой.

Нейт: Ты врёшь. Не верю, что я тебя не привлекаю.

Я: Привык к всеобщему вниманию? И что, по тебе сохнут тёлки?

Нейт: Ну, не совсем так…

Я: Ничем не могу помочь.

Нейт: Вообще‑то можешь.

Я: Понятно, свободен. Спокойной ночи.

Нейт: Нет, подожди! Давай встретимся?

Я: Твоя подруга не против?

Я задала этот вопрос не для того, чтобы согласиться, а чтобы напомнить ему его место!

Нейт: Ей незачем знать.

Шок‑контент в студию. Я просто в шоке.

Я: Класс!

Нейт: Это значит «да»?

Чем его огреть, чтобы у него мозги встали на место?

Я: Это значит — иди на хрен! Ещё раз напишешь мне — заблокирую номер. Забудь о моём существовании!

Вот же хренов идиот. Поражает такое: есть девушка, но когда приспичит залезть к другой в трусы, он спокойно идёт на измену, и планирует жить дальше как ни в чём не бывало!

Я, конечно, понимаю, что сама вела себя как та, кто не против по‑быстрому перепихнуться с кем попало… Но всё равно бесит!

Однажды у нас на психологии была схожая тема. Преподаватель сказал, что 99,9 % мужчин изменяют. Мужчина может прожить с женой 60 лет, но хотя бы один раз за эти годы сходит налево. Он сказал, что это природа, — а мне стало мерзко от этой информации.

В пятницу — открытие выставки. Приехал папа, а также к нам присоединились Наоми и Эрика. На выставке всё было элегантно и со вкусом. Галерея очень большая, и мама действительно постаралась. Пришло много посетителей — надеюсь, мама соберёт хорошую сумму. Мы пробыли там всего около часа.

— Мам, ты не расстроишься, если мы уйдём? — спрашиваю я с виноватым выражением лица.

Но мама ответила с мягкой улыбкой:

— Нет, идите, конечно. Мы с папой будем заняты до самого позднего вечера. Если что, у меня есть ключи от квартиры.

Я её обняла, и мы с девочками отправились в клуб. Там к нам присоединились Макс и Стив. Через несколько коктейлей у бара Наоми потащила меня танцевать. Я полностью отдаюсь музыке, наслаждаюсь каждым мгновением.

Проходит буквально несколько минут — и я вижу Нейта. Кажется, он сейчас просверлит во мне дыру. Хотелось бы мне знать, какого чёрта он вообще здесь делает!

Я выхожу из танцпола и иду к нему. На его лице — самодовольная улыбка, а наглый взгляд скользит по мне.

— Ты меня преследуешь? — складываю руки под грудью — от этого она приподнимается, а он уже смотрит на неё. — Хватит пялиться на мои сиськи!

— Извини, но это почти невозможно, — ухмыляется он.

— Так что ты тут делаешь? — спрашиваю я у него.

— Отдыхаю, как и ты.

— Странно. Именно там же, где и я.

— Ладно, Макс сказал.

— Ты знаешь Макса?

— Ага, твоего «брата», — показывает пальцами кавычки.

— Почему ты думаешь, что он не брат мне?

— Потому что я знаю его единственную сестру.

— Хм, ладно. Ну а где твоя подружка?

— Её здесь нет. Я пришёл из‑за тебя.

— Тебе было непонятно то, что я тебе сказала в прошлый раз? — провожу пальцем по его груди.

— Врёшь не только мне, но и себе. Ты хочешь меня!

— Я быстрее отсосу у него, чем пересплю с тобой! — показываю на сомнительного чувака, который стоит рядом.

Он с удивлением смотрит на меня с ног до головы и расплывается в мерзкой улыбке.

— Серьёзно? — Нейта это веселит.

Чувак всё ещё пялится на мою грудь.

— Приятель, завязывай! — обращается к нему Нейт. Тот нехотя отворачивается.

— Ладно, давай серьёзно и без игр, — говорю ему на полном серьёзе. — Нейт, у тебя есть девушка. Я не увожу парней и ценю себя выше, чем для статуса любовницы. Максимум, на что ты можешь рассчитывать, — это моё хорошее отношение к тебе. Другого мне не нужно. Возможно, где‑то я перегнула палку — согласна. Я сожалею об этом, извини. Больше этого не повторится, — сказала я и развернулась, чтобы уйти.

Но он остановил меня, поймав за руку.

— Об этом нужно было подумать ещё там, у бассейна! Ты запоздала с этим признанием. Не думаешь?

Второй рукой он берёт меня за талию, притягивая к себе.

— Мне жаль, что ты всё воспринял так серьёзно. Я всё сказала: мы можем быть только друзьями.

— Мне не нужна твоя дружба. И вообще… Я и Дайана расстались.

— Жаль. Надеюсь, не из‑за меня? — смотря в его глаза, я не специально опускаю взгляд на его губы.

— Нет, но ты сыграла роль… — наклоняется ко мне, держит меня за затылок, страстно целует и всё плотнее прижимает к себе. — Ты мне очень нравишься, — говорит, чуть оторвавшись от меня.

— Жаль это слышать… Не могу ответить тем же.

— Врушка! — отвечает он, снова целуя. — Давай уйдём отсюда?

— Не хочу я уходить, хочу ещё танцевать.

— Нет, ты хочешь извести меня.

Я улыбаюсь ему, отстраняюсь и веду его танцевать. Следующий час я танцую, позволяю Нейту прикасаться и целовать себя. И приходится ловить хитрые взгляды Наоми.

Ещё через пару часов подходит Макс:

— Мы уезжаем. Ты с нами?

— Куда?

— Сестричка, почти утро! Тут уже делать нечего. Поехали, буду ждать в машине.

— Может, я с тобой поеду? — спрашивает у меня Нейт.

Я тянусь к его уху, провожу языком и говорю:

— Нет… — разворачиваюсь и ухожу.

Садясь в машину, читаю сообщение:

Нейт: Придёт время, я тебе всё припомню.

Я: Посмотрим.

Эрика посмотрела на меня с улыбкой и сказала:

— Думала, ты с Нейтом будешь.

Я только слегка улыбнулась и честно ответила:

— Считаю, не стоит торопиться: он только что расстался со своей девушкой. Парочка поцелуев, объятий — и пока этого достаточно. Ну и, во‑вторых, родители ночуют у меня.

Наоми, сидящая рядом не удержалась:

— Наверное, всё‑таки дело в родителях.

— Нет, не только… — тихо отвечаю я и уставилась в окно.

Вообще я особо не думаю насчёт Нейта. Мне просто хочется плыть по течению. Нейт — довольно привлекательный парень, и физически меня тянет к нему. Но если он исчезнет, вряд ли я это замечу. А чтобы почувствовать что‑то большее, что‑то душевное к нему… Не знаю, что должно произойти… Смогу ли я когда‑нибудь полюбить? Может, только если из моей души уйдёт пустота.

Всё это слишком сложно объяснять, поэтому меняю тему:

— Макс, а какого чёрта ты вообще рассказал ему, что я буду в клубе?

— Он спросил — я ответил, — говорит Макс, пожимая плечами и не глядя на меня. — А ты против, что ли? Сама же сказала, что девчонки у него уже нет. А тебе давно пора двигаться дальше. Ты вообще ни с кем не встречаешься.

— Просто в следующий раз информируй меня. Не все сюрпризы я люблю. А где Стив?

— Поехал к одной тёлке, — ответил Макс. И дальше он начал рассказывать какую‑то забавную ситуацию между Стивом и какой‑то девушкой сегодня в клубе, но я не слушаю.

Приехав домой, я сразу иду спать. Даже почистить зубы у меня нет сил. А может, нет желания. Мне ничего не хочется. Я хочу превратиться в матрас.