Глава 3
Из колонок доносится музыка, а в зале летает четкий запах пота. Я отдохнувшая, и с хорошим настроением. Взгляд пробигается по родному для меня залу, освещенному красной подсветкой. Прошло три дня с начала учебы, а я так и не пришла в студсовет, но радует не это. Адам не попадался мне на глаза и не как не доставал, пропал с моего поля зрения. Видео, которое вероятно до сих пор у него меня тревожит, но пока он ничего не предпринимает моей душе спокойно. Слышится звук таймера. Все двадцать пять человек, стоявшие до нынешнего момента в планке падают на пол кто-то с глухим стоном, другие с ругательствам под нос.
Я с довольной улыбкой смотрю на них. Нет, я не изверг или садистка, мне не нравятся смотреть на страдания других людей.
Они сами подписали на это. Моя репутация в танцевальной сфере скверная. Ходят слухи, что я бью своих учеников, оскорбляю. Каюсь, могу покрыть матом, но только те группы, которые достигли совершеннолетнего возраста. А на человека поднять руку я смогу только в критический ситуациях, обычно просто кричу. Мои ученики привыкли, терпят изнурительные тренировки и высокие требования, ведь понимают, что без усилий не добиться успеха. А неудачников и слабаков, я тренироваться не собираюсь.
- Держи, - я слышу мужской голос рядом со мной и боковым зрением вижу стакан кофе.
- Спасибо, Джек - я беру протянутый мне стакан и делаю глоток.
- Ты домой? Хочешь - провожу? - он одаривает меня лукавой улыбкой и не спускает с моего лица взгляда, своих серых глаз. Его русые волосы, чуть спадают на глаза.
- Не нужно. Я прогуляюсь одна.
Улыбка спадает с его лица, и он кивает. Не хватало мне, чтобы мой бывший парень меня до дома провожал. Хоть мы и в хороших взаимоотношениях, но я буду чувствовать себя не комфортно.
Я делаю все как обычно после тренировок. Переодеваюсь, закидываю сумку с вещами на плечо, прощаюсь с администратором и иду к выходу. От дома до студии мне двадцать минут пешком. Я часто гуляю вечером после тренировок, слушая музыку, и анализирую результаты работы. Иногда придумываю новые хореографии в уме.
Погода на улице сегодня великолепная. Я только открываю дверь, и мое лицо обдувает прохладный летний ветерок. Не темно, но на небе уже закат. Я слышу в звук проезжающих рядом машин. Мне нужно пройти через парк, и я буду дома. Завтра очередной учебный день. Я совру, если скажу, что взялась за ум, выполняю все задания и слушаю преподавателей. Обычно я сплю на парах, либо играю в специально отведенной зоне. С того дня все ученики стали уважать меня, а не которые бояться.
Мой взгляд падает на Адама, он стоит, прислонившись к своей черной машине. Обычные джинсы, черная футболка и эта полуулыбка на его лице. Он вновь не сводит с меня своих глаз, его зрачки чуть расширены, а сама радужка будто блестит. Он смотрит на меня так влюблено? Глупости.
- Что ты здесь делаешь? - с удивлением спрашиваю я, остановившись в пяти метров от него.
- Тебя ждал, - его голос полностью спокоен, а слова делают впечатление, будто его действие обыденное. То, что он делает постоянно.
Каждый раз рядом с ним я удивляюсь все больше. Сначала переспали, потом публичная игра, а теперь он ждет меня после тренировки. Как он вообще узнал про мою студию?
Вот гад, пробил информацию обо мне.
Я публичная личность и информация о нахождение моей студии есть на просторе интернета.
- Ты не пришла после пар в студсовет.
Я молчу. Мне не стыдно. На его требование я просто кивнула и не дала четкого согласия. Не просила становиться действующим звеном и втягивать меня в управление иерархией университета, я и чертик желали только игры и получения азарта.
- Отец учил меня правилам трех дней. Ждать девушку три дня, а если она не приходит, то самому приходить, - он подходит ближе, - ты не пришла. Значит я приду к тебе.
Его ладонь обхватывает мое запястье, а вторая рука хватает за талию. Закидывает меня на плечо, а я удивленно ахаю.
Он собирается меня украсть? Прямо перед моей студией?
Он опускает меня на переднее кресло своего автомобиля и застегивает ремень безопасности. В этот момент его лицо в пару миллиметрах от моего. Я перестаю дышать. Хоть он и занят другим действием, но даже сейчас не сводит своего взгляда с моего лица. Он всегда держит зрительный контакт и это вводит в ступор. Адам всегда обращается так с девушками, с которыми переспал, будучи в нетрезвом состоянии?
Остается в таком положение еще пару секунд и в мою голову приходит тупая мысль, что сейчас он меня поцелует. Отстраняется и закрывает дверь. Только этот звук выводит меня из транса, и я вздрагиваю.
Адам сел на водительское кресло, завел машину, и мы поехали.
- Куда ты меня везешь? - я пытаюсь прожечь его взглядом, желая найти ответы на все свои вопросы в его мимике и жестах.
- Везу тебя домой, - его взгляд метятся от меня к дороге. Видно, что борется с желанием как обычно сверлить меня своими карими глазами, но ведет машину.
Я в замешательстве. Все эти три дня было тихо, а сейчас он ворвался в мою жизнь, как ураган и снёс с собой всë умиротворение. Если бы я не была в таком состоянии, то ему бы не поздоровилось. Кричала бы как не в себя, обматерив и проклянув, всю его семью и род. Я сделаю это позже, когда мой мозг осознает все моменты, но это произойдет как обычно.
Буду лежать ночью на кровати, и придумывать ответы и мои действия сейчас. Винить, что не сделала так.
- Что сейчас с Джен? - этот вопрос терзал меня еще с первого дня. Сердце кровью обливается, когда думаю, что такая кошечка пала до первой касты.
- Она откупилась и снова является членом третьей касты.
Я облегченно вздыхаю. Я рада, что она не пострадала из-за обычной игры. Не хочу даже думать, что было бы, если бы она попала к аморальным уродам из третьей касты, которые использовали бы ее как рабыню.
Я вспоминаю важный момент.
- Удали видео, - серьезно говорю я.
- Удали, - он небрежно кивает головой в сторону телефона на заднем сидении машины.
Я приподнимаюсь и тянусь к телефону. Когда мои пальцы обхватывают металл, машина резко тормозит, и я чуть не падаю.
- Прости, отвлекся, - виновато говорит Адам, проведя рукой по лицу.
Странный какой-то. Устал?
- Какой пароль? - я сажусь и включаю его телефон.
Машина снова трогается с места, но в этот раз он не сводит глаз с дороги, пытаясь быть максимально аккуратным.
- Девятое июня.
Мои пальцы останавливаются на клавиатуре. Это день моего рождения.
- Это день рождение моей младшей сестры, - он будто почувствовал мое смятение и решил уточнить.
Его слова успокоили меня или огорчили? Не понимаю сама себя.
Я ввела код и удалила видео как из галереи так и из корзины. Теперь ему нечем будет шантажировать меня, хотя по его реакции видно, что ему это и не нужно. Так спокойно отдал мне свой телефон и сказал пароль.
Хочу уже убрать телефон обратно, но ему приходит сообщение.
«Приедь ко мне, я скучаю. Перестань уже меня игнорировать.»
Я читаю это вслух. Только потом понимаю, что сделала что-то запрещенное. Это пишет его девушка? Мне не нужно было лезть в его личную жизнь. Мой рот открывается, чтобы произнести извинения, но его слова опережают.
- Зайди в чат к ней и пиши под диктовку, - его слова спокойны, а взгляд не отрывается от дороги.
- Ты уверен?
- Да, пиши.
Все таки я не понимаю его. Все как-то странно. Чувствуется, что между нами есть какая-то связь, что знаем друг друга давно. Мы только переспали и то по-пьяни. Мы никто друг другу, и я просто придумала чепуху.
- Что нужно написать? - мой палец нажал на сообщение, но я не позволяю читать себе их переписку. Это не культурно с моей стороны.
- Так пиши, - он делает паузу, - отъебись от меня, сука, хватит ебать мне мозги. Я таких как ты...
- Стоп,- я ошарашенно машу рукой, - давай может что-нибудь по-вежливее?
Я не могу поверить, что он просит меня написать подобное его девушке. Или я ошиблась? В любом случае это слишком грубо.
- Тогда пиши как хочешь, только вложи мысль моих слов.
Мой мозг начинает обдумывать все возможные варианты, и я пишу: «Прости, но я сейчас занят.» Коротко, четко и вежливо. Адам одобрительно кивает, услышав мой вариант ответа.
Он останавливает машину около моего подъезда, а я протягиваю ему телефон. Впервые за всю эту поездку он посмотрел на меня, его глаза не отрывались от моего лица, а когда наши пальцы соприкоснулись, передавая телефон, он чуть сжал мою руку. Но в моменте, осознав, что творит, отпускает.
Я благодарю его за то, что подвез и уже собираюсь закрывать дверь машины, как он говорит.
- Это не моя девушка, - его слова звучали как оправдание.
Мое сердце забилось чаще. Зачем он это сказал, я же не спрашивала.
- Мне это не интересно, - сухо говорю я, закрыв дверь и захожу в подъезд.
Как только его не оказалось рядом, я вздыхаю и провожу рукой по своим светлым волосам.
Почему я сказала это и так странно отреагировала?
Не хочу контактировать с ним, ведь каждый раз либо удивляюсь, либо не знаю, что делать.
Я уже поднялась на свой этаж и вставила ключ в дверь, но остановилась.
Как он узнал мой адрес?
Я не говорила ему. Если адрес студии он мог найти в интернете, то квартиры точно нет. Он точно странный.
***
Ночь окутала город. Звезды тускло блестят на небе, а полу месец освещает землю. В воздухе летает запах бензина. Вокруг громкие разговоры и звук моторов. Нелегальные гонки.
Три машины, в каждой из которых сидят парни, готовые и на взводе. Ставка большая, но и дорогая опасная. Со своими резкими поворотами, где нужна скорость и маневриность. Люди столпились и ждут шоу, а мне нужно начать. Моя работа проста. Выйти и махнуть рукой, давая знак о начале гонки. Здесь меня знают все. «Гадюка». Слышу я каждый раз, проходя рядом с людьми. Нет, это не оскорбление, а кличка. Завязалась за мой после того, как набила татуировку большой гадюки с ребра до половины правого бедра.
Я хожу в маске, закрывающая половину моего лица. Никто не знает, как я выгляжу полностью и моё имя, но все меня любят. Я открыта к общение и готова поддержать любого гонщика.
Это моя отдушина. Место, куда я могу прийти, и меня примут.
Нужно начинать свою работу.
На мне короткий топ, и джинсовые шорты с массивными черными ботинками. Многие скажут, что это пошло. Но все тут понимают, что мне шестнадцати лет. Они не видят во мне сексуальный объект, просто веселого и жизнерадостного подроста. Я встаю на нужное место, и люди разрываются воплями.
- Гадюка, гадюка, гадюка!
Нижней части моего лица не видно из-за маски, но я искренне улыбалась. Никто из присутствующих не знал с какого момента обычной девушкой, начинающей гонку стали восхищаться больше, чем самими гонщиками. Но это реальность и моя жизнь.
Взмах рукой и гонка началась.
В моменте, когда машины начинают ехать мое сердце замирает, а я чувствую эйфорию. От их большой скорости меня обдувает прохладным порывом ветра. Это опасно, но дает желание жить.
Дальше все как обычно. Все смотрят и обсуждают, кто же выиграет. Ставки поставлены, а все болеют за тех на кого потратили деньги.
Одна из машин подъезжает в финишу на большой скорости. Люди кричать. Не которые не довольны, а я с замиранием сердца смотрю на это, стоя с боку. Вокруг меня нет людей, ведь моя голова начала болеть от всех громких звуков, и я отошла.
Он пересек финишную черту. Выиграл. Я восхищенно начинаю хлопать со всеми и радостно прыгать, как маленькая девочка.
Машина не останавливается, ее занесло, и в этот момент я чувствую сильный удар. Все люди кричать в ужасе и бегут ко мне. Мои глаза закрываются, и я погружаюсь в вечную темноту, из которой мне не выбраться.
***
Я вскакиваю в холодном поту. Мне снится этот сон часто и каждый раз, ощущение, что татуировка гадюки на моей коже начинает сжечь. Но я жива, проснулась в своей квартире, в собственной кровати. Все обошлось. Несчастный случай и не более. Как бы сильно я не желала забыть этот кошмарный день, он слишком сильно въелся в мое сознание.
На экране телефона высвечивается девять утра, на учебу мне к одиннадцати. Честно, я бы не ходила на пары, не вижу смысла в получении образования маркетолога. За эти три дня я просто игра, а сегодня обязана начать копать под Дамиана.
Я бы с радостью еще повеселилась, но обдумав всю вечернюю ситуацию, захотела побыстрее обрезать любые контакты с Адамом. Ведет он себя странно, будто знакомы давно, но я его не знаю или просто забыла. Он не танцор, поэтому вариант с танцами отметается. В школе моей не учился, и я уверена в этом на все сто процентов.
Я училась в обычной школе, среди детей среднего достатка, хотя моя семья чертовски богата. Такому как он, нет места в таком учебном заведение. Какой-нибудь частный лицей, где обучение стоит заоблачных денег и к ученикам относятся, как к правителям данного заведения, вот место, где он учился.
Погрузившись в свои раздумья, я не сразу концентрирую свое внимание на звуках на кухне.
Кто это может быть? Только у Миа есть ключи от моей квартиры, но ночью она уехала на чемпионат со своей командой в другой город. Я тоже должна была поехать со своим соло, но ситуация с Дамианом не дала мне такой возможно. Но я не грустила, недавно мне предложили стать судьей на одном из чемпионатов.
Так, а сейчас не об этом.
Кто-то находится в моей квартире, и делает что-то на моей кухне. Шестое чувство наводит меня на мысль, что это Адам.
Если это так, то я точно накричу на него из-за вчерашнее.
Я должна бояться, но не чувствую этого. Выглядываю из-за угла и вижу знакомую макушку черного цвета. Это Адам, мое шестое чувство не обмануть. Он стоит спиной, и я не могу понять, что он делает. Готовит? Нет, стоп, он в моей квартире. Как- то пробрался сюда и это меня бесит. Ярость просыпается во мне как вулкан, и я чувствую, как скоро взорвусь и весь мой гнев за последнее время будет направлен на него.
- Что ты здесь делаешь? - раздраженно кричу я, заходя на кухню.
Его руки останавливаются от готовки, и он поворачивается ко мне лицом. Опирается двумя руками об столешницу и искренне улыбается мне. Смотрит таким взглядом, которым никто на меня не смотрел. Даже Джей, когда мы были в отношениях. Там смесь эмоций: восхищение, облегчение и любовь? Я хотела кричать на него и рушить все вокруг от злости, но ему хватило секунды, что бы мой рот закрылся, и отступила назад, забыв про ярость.
- Прости, я беспокоился. Увидел в твоем тик токе видео о том, что ты не успеваешь нормально питаться и решил приготовить тебе завтрак, - его голос спокоен как прилив на море, а глаза блестят теплом.
Каждое его слово и действие загоняет меня в тупик. Он ведет себя нерационально и глупо. Он, действующее звено, а точнее уже глава университета игровых стратегий.
- Как ты зашел в мою квартиру? - мой голос полон замешательства и непонимания.
- Помог один человек.
- Кто?
- Миа.
- Ты с ней знаком?
- Нет, одна моя знакомая занимается в ее команде.
Я убью Миа, как только она вернется. Как можно было дать ключи Адаму? Чем она думала?
Но мне становится тепло на душе от его слов. Его знакомая занимается в ее команде, значит, моя студия уже стала популярна, раз люди из разных кругов общества занимаются там. Я до этого понимала, что Студия «Dancing from hell» востребовательна, но думая об этом каждый раз, я хочу плакать от счастья.
Моя злость начала возвращаться или я попросту пытаюсь внушить себе недовольство этой ситуации.
- Ты не можешь просто так врываться в мою квартиру, - я пытаюсь выдавить из себя презрение и серьезность.
Он не отвечает. Его взгляд не спускается с моей татуировки. Только сейчас я вспомнила, что в одном топе на тонких лямках и коротких шортах В такой одежде большая часть татуировки видна очень хорошо. Меня начинает бесить его спокойствие, когда мои эмоции меняются каждую секунду.
- Не пялься на мое тату, - в приказном тоне говорю я.
Адам будто выходит из транса и снова улыбается, посмотрев мне в глаза. Лучше бы смотрел на тату, чем на лицо. Становится не комфортно от пристального внимания.
- Поешь, - он кладет тарелку с сырниками на стол.
Мой тик ток меня погубит. Я публичная личность и показываю людям не только мои танцы, но и жизнь. Я говорила, что люблю сырники, но это видео выходило четыре месяца назад, неужели он просмотрел все? Псих.
Я не понимаю себя, но я обязана сказать это.
- Между нами ничего не может быть. Та ночь ничего не значит.
- Я понимаю, - сразу после моих слов произносит он.
Мне надоело удивляться на каждое его действие, он ведет себя не понятно для моего мозга.
- Тогда уходи, - холод четко слышен в моих словах.
- Поешь, и я уйду.
Мои губы сжимаются, а руки чешутся ударить его.
- Ты меня плохо слышишь, придурок? Съебывай - говорю. Из моей квартиры вон. Я ментов вызову и заявление на тебя накатаю за проникновение в мою собственность, - я перехожу на крик.
Мои слова глупы, у него столько денег, что с легкостью откупится от полиции.
- Раз понимаешь, что ночь ничего не значит, так зачем ведешь себя как влюбленный дурак? Чего встретил меня, а потом еще весь такой невинный и пушистый влез в мою квартиру без спроса и готовишь завтрак? - я на взводе, не могу больше сдерживаться.
Он стоит все так же, прислонившись к столешнице, его голова наклонена чуть в бок, а улыбка становится все нежнее, как у влюбленного школьника, который впервые почувствовал симпатию к своей однокласснице.
Его отношение к моим словам является последней каплей моего терпения. Он выпил эту чашу до дна, и я больше не буду сдерживаться. Я хватаю его руку, начинаю толкать все его тело к двери, уперев свои ладонь ему в спину. Он лишь тихо смеется, но не сопротивляется. Я выталкиваю его из своей квартиры и захлопываю дверь перед его носом с такой силой, что мне кажется она упадет с петель, тяжело выдохнув, прислоняюсь к стене спиной, начиная сползать по ней.
Утро вышло слишком эмоциональным. Я только начинаю успокаиваться, а напряжение с моего тела спадать, как слышу звонок в дверь.
Этот придурок вновь пришел.
Я его прикончу.
Он стоит все такой же расслабленный с лукавой улыбкой и нежным взглядом, наполненным любовью.
Я готова кричать, но он перебивает.
- Сыграем? - поднимает пачку карт на один уровень с моим лицом. Разница в росте у нас весомая.
Чертик внутри меня просыпается и начинает долбить стенки черепа, крича о согласии.
« Играем! Не смей отказывать!»
Сколько бы раз я не пыталась биться с ним, нникогда не выходит. Чертик сильнее и профессионально манипулирует моим желанием играть везде и всегда, нажимает на нужные кнопки.
Я стискивают челюсть. Меня злит вся эта ситуации, но больше, что я не могу отказаться от игры. Я не могу не играть, тем более, хотела сыграть с Адамом. Ведь он тот кто впервые за долгое время заставил меня так сильно думать во время игры, и отдаться на полную, получая удовольствие.
И да я про игру в покер, а не про ночь. Ее не помню.
Борьба с собой становится почти удушающей. Ногти впиваются в ладонь, а чертик продолжает уговаривать.
Я проиграла в этой битве.
Хватаю Адама за руку и затаскиваю в свою квартиру, закрыв дверь.
- Раздавай, - недовольно бурчу я, идя на кухню.
Его улыбка становится еще шире, обнажая зубы, а в глазах мелькает удивление, смешанное с удовлетворение.
Я не вижу его, ведь иду спереди, но слышу, как он что-то радостно пробормотал себе под нос.
Это заставляет меня улыбнуться и кажется милым. Я беру себя в руки, я должна злиться на него, а не считать его действия милыми.