Общий лед
Их новая гармония проходила проверку на прочность. У Максима начинался ответственный этап чемпионата, у Киры — подготовка к зарубежным гастролям. Но теперь они подходили к этому иначе.
Однажды вечером Кира засиделась в студии, разбирая новую хореографию. Вдруг дверь приоткрылась, и на пороге появился Максим с двумя контейнерами еды.
— Знаю, ты не ела, — просто сказал он, расставляя коробки на столе. — И не говори, что не голодна.
Она хотела возразить, но желудок предательски заурчал. Они ели вместе, сидя на полу, обсуждая её новые идеи. Он не давал советов, но задавал вопросы, которые помогали ей самой увидеть слабые места.
Когда она снова начала репетировать, он не ушёл. Достал ноутбук и начал разбирать записи прошлых игр. Они молча работали в одном пространстве, и это молчание было удивительно комфортным.
Через несколько дней случилось обратное. У Максима была тяжёлая тренировка, он задержался на арене, разбирая ошибки. Когда он вышел из душевой, то обнаружил её, сидящей на трибунах.
— Как ты здесь оказалась? — удивился он.
— Угадай, — улыбнулась она, протягивая ему термос с горячим чаем. — Тот самый, с имбирём.
Они сидели на пустых трибунах, пили чай, и он рассказывал о проблемах в команде. Она слушала, иногда задавая вопросы, и её взгляд был полон понимания.
— Знаешь, — сказал он вдруг, — я раньше думал, что мы из разных миров. Но сейчас понял — мы просто говорим на разных языках, а хотим одного и того же.
— И чего же? — тихо спросила она.
— Быть счастливыми. И чтобы другой был счастлив рядом.
В день его важного матча она стояла за стеклом, как когда-то давно. Но теперь её взгляд был другим — не восторженным, а твёрдым и поддерживающим. И когда он забил решающую шайбу, его первый взгляд был обращён к ней.
После игры они шли по ночному городу, и он держал её за руку.
— Спасибо, — сказал он. — За то, что была сегодня.
— Всегда, — ответила она.
И в этом «всегда» не было прежней наивности. Была осознанная решимость. Они нашли свой баланс — между страстью и уважением, между близостью и свободой. Их миры больше не сталкивались, а дополняли друг друга, как две части одного целого.
Они научились быть не просто парой, а командой. И эта команда была готова к любым испытаниям.