Глава 34
— Ух ты, Лив. Ты прям напилась в зюзю.
Зарываюсь в одеяло с головой. На другом конце провода Несса, а у меня просто раскалывается голова.
— Сколько вы с Мурмаером вчера выпили?
Пэйтон. А что вчера было? Помню клуб, музыку и... мы танцевали? Кажется, да... и, да, на нас накричала какая-то девица, и мы вышли на улицу и... о нет.
Не, не, не.
Я резко сажусь и — твою мать! — голова просто ВЗРЫВАЕТСЯ. Закрываю глаза от болезненного света и медленно, тихонько опускаюсь в кровать.
— Вы чуть не переспали друг с другом прямо на танцполе. Правда что ли?
Снова открываю глаза и тут же об этом сожалею – Кажется, я простыла.
Из горла вырывается один только хрип. Я умираю от жажды. Во рту сушняк. Отвратительно. Я словно полизала подстилку в клетке Капитана Джека.
— Скорее похмелье. Выпей немного воды. Только немного, а то тебя снова вырвет. — Снова?
— Загляни в раковину.
Я стону.
— Не хочу.
— Мы с Джошем фактически принесли тебя домой. Скажи нам спасибо.
— Спасибо. — Я сейчас не в настроении болтать с Нессой. — А Пэйтон в порядке? — Ещё не видела. Вчера он ушёл к Кэтрин.
Стоило об этом думать, как мне стало так плохо, что хуже просто не бывает.
Кручу углы подушки.
— Я, эм, вчера не ляпнула ему ничего странного?
— Не считая того, что ты вела себя как ревнивая подружка и сказала, что больше говорить с ним не хочешь? Нет. Ничего странного.
Я стону, когда Несса рассказывает мне подробности прошлой ночи. Каждое её
слово точно новый гвоздь в крышку гроба.
— Слушай, что у вас произошло? — спрашивает она, закончив с «докладом». — Ты о чём?
— Ты знаешь, о чём я. Вы же двое не разлей вода.
— Не считая того времени, что он проводит со своей девушкой.
— Точно. Так что случилось?
Я снова стону.
— Не знаю.
— Вы... эм... ничего не наделали?
— Нет!
— Но он тебе нравится, и ты нравишься ему.
Перестаю душить подушку.
— Думаешь?
— Пожалуйста. У парня встаёт, стоит тебе только в комнату войти.
Приоткрываю глаза. Она говорит фигурально или буквально что-то видела? Нет.
Сосредоточься, Лив.
— Так почему...
— Почему он до сих пор с Кэт? Он сказал тебе прошлой ночью. Он одинок или по крайней мере боится быть одиноким. Джош говорит, что это всё из-за его матери. Он боится что-либо менять в своей жизни.
Авани была права. Пэйтон боится перемен. Почему я с Нессой раньше не поговорила? Теперь это кажется таким очевидным. Конечно, она в курсе всего, потому что Пэйтон болтает с Джошем, а Джош — с Нессой.
— Ты, правда, думаешь, что я ему нравлюсь? — Не могу не спросить.
Она вздыхает.
— Лив. Он всё время тебя задевает. Это классический синдром «мальчик дёргает
девочку за косичку». И если кто-нибудь отдалённо пытается к тебе подкатить, он всегда занимает твою сторону и говорит убраться.
— О!
Она делает паузу.
— Тебе ведь он действительно нравится?
Пытаюсь не заплакать.
— Нет. Всё не так.
— Врунья. Ты сегодня собираешься вставать или как? Тебе нужно поесть.
Я соглашаюсь встретиться с ней через полчаса в кафетерии, только вот не понимаю, какой чёрт дёрнул меня согласиться, потому что стоит мне встать с кровати, как сразу же хочется заползти обратно под одеяло. Меня подташнивает, а по голове словно настучали битой. И тут до меня доходит, как я пахну. Кожа разит алкоголем и чем-то кислым. Волосы провоняли сигаретным дымом. А одежда. Ужас! Бегу к раковине, едва
сдерживая приступ тошноты.
И там я обнаруживаю вчерашнее содержимое своего желудка. И меня действительно выворачивает. Снова.
В душе я рассматриваю странные синяки на коленях и ступнях. Не понимаю, как я
их набила. Забиваюсь в крошечный уголок душевой, и позволяю горячей воде бежать по спине. Бежать. И бежать. Опаздываю на завтрак на двадцать минут. На обед. Неважно. Париж припорошен снегом. Когда успел пойти снег? И как я могла это проспать? От яркой белизны хочется прикрыть глаза.
К счастью, к моему приходу за нашим столом сидит одна только Несса. Больше я никого не вижу.
— Доброе утро, солнышко, — ухмыляется она, завидев мои мокрые волосы и опухшие глаза.
— Что-то я совсем не понимаю, как люди находят алкоголь забавным. — Вчера вечером на танцполе тебе было весело.
— Как плохо, что я этого не помню.
Несса подталкивает ко мне тарелку с гренком.
— Съешь. И выпей воды, только немного. А то тебя снова стошнит. — Уже.
— Ну, хороший старт.
— Где Джош?
Откусываю маленький кусочек гренка. Мдя. Я совсем не голодна.
— Тебе станет лучше, если поешь. — Она кивает на тарелку. — Он ещё не встал. Ты же понимаешь, что мы не проводим каждую минуту вместе.
— Ага. Точно. Поэтому ты всё время тусуешься со мной.
Упс.
Кожа Нессы покрывается румянцем.
— Я понимаю, что для тебя это станет откровением, Оливия, но проблемы есть не
только у тебя. Сейчас мы с Джошем не в лучших отношениях. Сползаю по стулу.
— Прости.
Она вертит в руках крышку от сока. — Проехали.
— Так... что с вами, ребят?
У меня уходит целая минута, чтобы подтолкнуть её к признанию, но как только Несса начинает говорить, то словно срывает плотину. Оказывается, они ссорятся чаще, чем я думала. Джош прогуливает школу. Несса давит на него. Она думает, что он подавлен из-за того, что она уедет на следующий год, а он нет. Мы все разъедимся по колледжам, а он нет.
Я как-то об этом раньше не думала.
Несса расстроена из-за своей младшего брата, Джулиана, она беспокоится за него, так как над ним издеваются в школе, и она злится на своих родителей, потому что они постоянно сравнивают её со старшей сестрой, Сарой, которая окончила американскую школу два года назад. Ава вечно занята со своим футболом, я с Пэйтоном так увлекалась нашей дружбой, а ещё... Несса потеряла свою лучшую подругу.
Кэтрин так ей и не позвонила.
И пока Несса изливает душу, мне становится так стыдно. Я никогда не понимала, что ей не с кем поговорить. То есть я понимала, что Кэтрин — её лучшая подруга, и её больше нет рядом, но я совершенно забыла, что у Нессы больше никого нет. Или, может, я решила, что Джоша ей будет достаточно.
— Но мы справимся, — заканчивает она рассказ. Она старается не заплакать. — Всегда справлялись. Просто тяжело.
Я передаю ей платок, и она сморкается.
— Спасибо.
— Не за что. Спасибо за тост.
Она одаривает меня полуулыбкой, но она исчезает, стоит Нессе заметить что-то за
моей спиной. Я оборачиваюсь, чтобы проследить за её взглядом. Там он.
Его волосы совершенно растрёпаны, и он надел футболку с Наполеоном, которая морщится сильнее, чем обычно. Он шаркает от месье Бутена с тарелкой... гренка. Кажется, Пэйтон не спал целую неделю. И он до сих пор прекрасен. Моё сердце разбивается вдребезги.
— Что мне сказать? Что мне ему сказать?
— Глубокий вдох, — советует Несса. — Сделай глубокий вдох.
Дышать невозможно.
—А если он не захочет со мной говорить? Я же сказала ему со мной не разговаривать.
Несса сжимает мою ладонь.
— Ты справишься. Он идёт к тебе, так что я пошла. Веди себя естественно. Ты справишься.
Правильно. Я справлюсь. Правильно. Он мучительно медленно приближается к нашему столику. Закрываю глаза. Я беспокоюсь, что он не сядет с нами, что он НИКОГДА не заговорит со мной больше. И тут его поднос опускается напротив меня. Не помню, когда он сидел не рядом со мной, но всё нормально. Главное, он рядом.
— Здорово! — говорит он.
Открываю глаза.
— Здорово.
— Чёрт! — восклицает Несса. — Мне надо позвонить Джошу. Я обещала, что
разбужу его до обеда, и совсем забыла. Увидимся-позже-ребят.
Она убегает от нас, словно мы заразны.
Я вожу гренок по тарелке. Пытаюсь его откусить. Давлюсь.
Пэйтон откашливается.
— Ты в порядке?
— Нет. А ты?
— Словно в аду побывала.
— Говорит девушка, у которой вода течёт с волос, словно с мокрой зверюшки.
Я как бы смеюсь. Он как бы качает плечами.
— Спасибо огромное, Пэйтон.
Он берёт свой гренок, но ко рту не подносит.
— Так я снова Пэйтон?
— У тебя так много имён.
— Только одно. Люди просто странно его произносят.
— Проехали. Да. Ты снова Пэйтон.
— Хорошо.
Интересно, этот разговор можно принять за извинения.
— Как она?
Не хочу произносить её имя.
— Рвёт и мечет.
— Мне очень жаль.
На самом деле нет, но мне очень хочется доказать ему, что мы можем оставаться
друзьями. У меня скребут кошки на душе, так сильно он мне нужен.
— Я не хотела всё портить. Не знаю, что на меня нашло...
Он трёт виски.
— Пожалуйста, не извиняйся. Это не твоя вина.
— Но если бы я не уболтала тебя на танец...
— Лив, — медленно произносит Пэйтон. — Ты не совершила ничего, чего бы я ни хотел.
Лицо багровеет. Слова возымеют эффект разорвавшейся бомбы.
Он любит меня. Пэйтон действительно любит меня.
Но как только информация доходит до мозга, на смену приходит смятение; от понимания так тошно, что эмоции сменяются на прямо противоположенные.
— Но... ты всё равно останешься с ней?
Он закрывает глаза от боли.
Я не могу контролировать свой голос.
— Ты провёл с ней ночь!
— Нет! — Пэйтон резко открывает глаза. — Нет, не проводил. Лив, я... не спал с Кэт уже очень долго. — Он смотрит на меня с мольбой. — С самого Рождества.
— Не понимаю, почему ты с ней не порвёшь.
Я плачу. Боль так близка к желанной и всё же так далека.
Пэйтон, кажется, в панике.
— Я был с ней так долго. Мы через столько прошли, всё так сложно...
— Ничего сложного. — Я встаю и толкаю поднос. Гренок выпрыгивает с тарелки и
падает на пол. — Я вышла из зоны комфорта, и ты отверг меня. Больше я не повторю этой ошибки.
Бросаюсь наутёк.
— Лив! Лив, постой!
— Олифант! Тебе лучше?
Я отпрыгиваю, так как чуть не врезаюсь в Брайса. Он улыбается. Его друзья Энтони и Эддисон, ждут позади с подносами.
— Эм. Что?
Оборачиваюсь. Пэйтон встал из-за стола. Он хотел пойти за мной, но стоит ему увидеть Брайса, как он теряет уверенность.
Брайс смеётся.
— Я видел тебя в вестибюле прошлой ночью. Хотя ты, наверное, не помнишь. Твои друзья пытались довести тебя до лифта, и я им помог.
Несса об этом не говорила.
— Тебя очень сильно рвало.
Брайс был в моей комнате.
— Ты как сегодня?
Он заправляет растрёпанный локон за ухо.
Ещё один взгляд на Пэйтона. Он делает несколько шагов вперёд, а затем снова
сомневается. Я поворачиваюсь к Брайсу. В душе рождается новое уродливое чувство.
— Я в порядке.
— Отлично. Мы сегодня собираемся в ирландский клуб на Монмартре. Хочешь с нами?
Хватит с меня уже попоек.
— Спасибо, но я лучше останусь.
— Хорошо. Может, в другой раз? — Он усмехается и слегка подталкивает локтем.
— Когда тебе станет лучше.
Я хочу наказать Пэйтона, причинить ему боль также, как он причинил её мне.
— Да. С радостью.
У Брайса брови ползут на лоб. Видимо, от удивления.
— Отлично. Тогда до встречи.
Он снова улыбается, на этот раз застенчиво, и идёт с друзьями к их столику на другом конце кафетерия.
— Отлично, — говорит за моей спиной Пэйтон. — Было очень приятно с тобой поговорить.
Я разворачиваюсь на пятках
— В чём проблема? Значит, тебе с Кэтрин говорить можно, а мне встречаться с Брайсом — нет?
Пэйтон выглядит пристыжённым. Он пялится на свои ботинки.
— Прости.
Даже не знаю, что делать с его извинением.
— Прости, — повторяет он. На этот раз он смотрит на меня. Умоляет взглядом. —
Я понимаю, что просить такое нечестно, но мне нужно больше времени. Разобраться в отношениях.
— У тебя был целый год, — произношу я ледяным тоном.
— Пожалуйста, Лив. Пожалуйста, будь моим другом.
— Другом. — Я горько усмехаюсь. — Хорошо. Отлично.
Пэйтон беспомощно смотрит на меня. Я хочу отказать ему, но я НИКОГДА не смогу
сказать ему «нет».
—Пожалуйста, — повторяет он.
Складываю руки на груди в защитном жесте.
— Конечно, Мурмаер. Друзья.