Глава 29
Было около девяти утра.
В палате стояла мягкая тишина, нарушаемая только тихим посапыванием вашей дочери, свернувшейся крохотным комочком на груди Авы.
Ты лежала, измученная, но счастливая. Твоё тело ещё дрожало после тяжёлых, долгих родов... но рядом был он.
Мэтт сидел возле вас, не отводя взгляда от малышки, будто боялся моргнуть и упустить хоть секунду её жизни.
Он держал твою руку в своих огромных ладонях, нежно, медленно, как будто прикасался к хрустальному стеклу.
На его лице читались усталость, восхищение и — впервые за жизнь — абсолютная, бесконечная благодать.
Он гладил спинку новорождённой дочери кончиком пальца, и та едва слышно хлюпала носиком, укладываясь удобнее у твоего сердца.
— Мэтт... — тихо позвала ты.
Он поднял на тебя взгляд, мягкий, почти сияющий.
— Да, детка? Как ты себя чувствуешь?
— Помираю от усталости... но счастлива.
Он улыбнулся — так, как улыбался только тебе, только в самые особенные моменты.
— Ты сделала невозможное, Ава. Ты... подарила мне её.
Он наклонился, поцеловал твой лоб, затем осторожно — руку, плечо, щёку.
Ты видела, как дрожат его пальцы, когда он касается ребёнка.
— Мэтт, — сказала ты немного сонно, — который сейчас час?
Он глянул на часы.
— Девятый утра.
— Девятый?..
Ты моргнула, словно пытаясь осознать что-то, и повернулась к нему:
— Мэтт... у тебя же сегодня...
Он замер.
Даже дыхание на секунду остановилось.
— У меня сегодня что? — спросил он тихо.
Ты улыбнулась — устало, но тепло.
— День рождения.
Он моргнул.
Потом ещё раз, будто пытался осознать услышанное.
И только после этого ты увидела, как его губы чуть дрогнули.
— Сегодня... 16 мая... — медленно произнёс он. — Мой...
— Твой, — кивнула ты.
Он посмотрел сначала на тебя, потом на малышку, потом снова на тебя.
И его лицо изменилось полностью.
Словно кто-то убрал из него годы боли, напряжения и тьмы, которые он носил с собой.
Осталась только чистая, детская, почти святящаяся радость.
Он наклонился и осторожно провёл ладонью по головке девочки.
— Она... родилась в мой день, — прошептал он, будто не верил словам. — Ава... ты понимаешь...
Ты кивнула.
— Это судьба, Мэтт.
Его дыхание сбилось.
Он трясущейся рукой потер лицо — так делают мужчины, когда пытаются не расплакаться.
— Моя девочка... — выдохнул он. — Моя маленькая принцесса пришла ко мне в день, когда я появился в этом мире.
Он посмотрел на тебя — и впервые за много лет в его глазах появились настоящие слёзы.
— Ава, это лучший подарок в моей жизни. Ты понимаешь? Лучший.
Никакие годы, никакие достижения, никакие деньги...
— Он коснулся вашей дочери. — Ничто... никогда... не сравнится с ней.
Ты улыбнулась, прижимая малышу ближе.
— Она выбрала тебя, Мэтт. Выбрала свой день.
Он осторожно взял твою ладонь, поднёс к губам и поцеловал так, словно благодарил за всю свою судьбу.
— Это мой самый счастливый день рождения, — прошептал он. — Потому что я получил обеих своих девочек в одном мгновении.
Ты почувствовала, как сердце наполнилось теплом.
— С днём рождения, любимый.
Он наклонился, поцеловал тебя в губы — очень мягко, боясь потревожить лежащую у тебя на груди крошку.
— С днём рождения нам обоим, — сказал он. — Мне... и нашей дочери.
И впервые за много лет Мэтт Риверс выглядел абсолютно, безоговорочно счастливым.