Дурацкое предложение

«Шейла»

Мы с Диланом пришли домой под утро. Вернее, я тащила его домой. Та самая разница, которая ощущалась каждой клеткой моего тела. Этот козёл напился в стельку так, что едва держался на ногах. И мне, такой доброй подруге, пришлось ловить такси, чтобы не тащить его до дома пешком. Его чёрная машина осталась у виллы Джейка, сияя под фонарём, как напоминание о том, насколько Дилан безответственный раздолбай.
Таксист косился на нас через зеркало.
Я в помятой толстовке, с уставшим лицом, и рядом со мной Дилан, который бормотал что-то невнятное и то и дело пытался опустить голову мне на плечо.
– Сядь нормально, придурок, – шикнула я на него, отталкивая.
Он только усмехнулся и пробурчал:
– Ты – самая лучшая. Если бы не ты, я бы... – и всё, вырубился.
Я закатила глаза. Самая лучшая, ага. Особенно в роли грузчика.
Когда такси остановилось у дома Дилана, я чуть не прокляла всё на свете. Попробуй-ка вытащить из машины парня, который весит раза в полтора больше тебя, да ещё и не шевелится. Я поднырнула под его руку, он повис на мне всем телом, и я застонала от тяжести.
– Ты что, кирпичи жрал? – выдохнула я, таща его к двери. – Или сталь качал целыми днями?
Он только хрипло засмеялся, а потом опять отрубился. Вот козёл.
Я буквально волоком доволокла его до крыльца, и тут дверь открылась. На пороге появилась тётя Джулиет. Женщина в халате, с усталым, но при этом строгим видом. Она оглядела нас, и глаза её сразу загорелись гневом.
– Дилан! – ахнула она, а потом бах - дала ему ладонью по голове.
Он всхрапнул и заворчал, но даже глаз толком не открыл.
Я не выдержала и прыснула со смеху. Сцена была слишком смешной. Я- вся красная от усталости, и этот великовозрастный ребёнок, которого только что пришибли при мне.
– Спасибо тебе, Шейла, – тётя Джулиет вздохнула и помогла мне втащить его в дом. – Если бы не ты, он бы уже валялся где-нибудь в канаве.
– Да не за что, – улыбнулась я, хотя внутри хотелось сказать: «да пожалуйста, в следующий раз пусть сам там и валяется».
Мы уложили его на диван. Он тут же растянулся, закинув руку за голову, будто это не он только что едва не рухнул лицом в пол. Я покачала головой и уже собралась уходить.
– Ты спасение, правда, – сказала тётя Джулиет, искренне поблагодарив меня. – Ты хорошая девочка.
Я смущённо кивнула.
Попрощавшись с тётей, я выскользнула из их дома.
Хорошо, что мой дом был прямо напротив. Иначе я точно сдохла бы на полпути, настолько устала. Но стоило мне вытащить телефон, чтобы проверить время, как я осознала: его нет. Я хлопнула себя по карманам, потом заглянула в сумку, а там пусто. И только тогда вспомнила.
– Блин! – тихо выругалась я. – Ну конечно.
Когда тащила Дилана, телефон мешался в руке, и я сунула его в его карман. И всё, забыла. Отлично. Теперь до завтра я без связи. Хотя, если честно, у меня не осталось ни сил, ни желания возвращаться за ним.
«Заберу утром», – решила я и поплелась к воротам своего дома.
Надеюсь, мама спит. У меня был план: соврать, что я вернулась около двух ночи. В принципе, сойдёт. Но если она узнает, что я пришла под утро... да мне конец.
Я осторожно открыла дверь, на цыпочках проскользнула в прихожую, и чуть не взвизгнула. Прямо передо мной стояла мама. В халате, с руками, скрещенными на груди и выражением лица, от которого волосы вставали дыбом.
Я судорожно улыбнулась.
– Доброе утро, мама...
Она улыбнулась в ответ. Фальшиво, холодно.
– Утро совсем не доброе, моя милая Шейла.
Я попятилась на шаг.
– Я тебе что говорила? – её бровь изогнулась, как хлыст.
– Вернуться не поздно... – виновато пробормотала я.
– А сейчас сколько времени?
– Четыре? – наугад брякнула я.
– Шесть. – Голос её стал ледяным. – Шесть грёбаного утра.
Я почувствовала, как сердце уходит в пятки.
– Ну мама, прости! Такого больше не повторится.
– Эти слова я слышу каждый раз, – отрезала она. – Но ты делаешь обратное.
– В этот раз точно в последний! – попыталась я улыбнуться, хотя голос дрожал.
Она кивнула.
– Конечно, в последний. Потому что ты больше не будешь нигде тусить.
Я замерла.
– Что? Мама, нет! Ну пожалуйста! – Я почти взвыла.
Она просто развернулась и ушла в свою комнату, не обращая на меня внимания.
– Супер, – нервно прошептала я и закатила глаза.
Жаль, папа в командировке. Он бы меня хотя бы защитил.
Я поднялась к себе, открыла дверь в комнату и едва не рухнула лицом в кровать. Сбросила с себя мешковатую одежду, плюхнулась на матрас и с наслаждением закрыла глаза.
Вечеринка у Джейка была сумасшедшей. Мы все играли в карты, и проигравший пил. К счастью, я умею играть так, что обыграть меня почти нереально. Иначе я бы уже валялась где-нибудь рядом с Диланом. А вот он... полнейший придурок. Проигрывал снова и снова, и в итоге отключился от алкоголя, как самый слабак.
И всё это время он пялился на Сандру Пресли. Ту самую. Красотку, на которую у него теперь, видимо, настоящая охота. Только вот она даже головы в его сторону не повернула. И может, поэтому он был таким раздражительным?
Ай, плевать. У меня сейчас одна цель - спать.
Я зарылась лицом в подушку, и через пару минут меня уже не было.
***
Я проснулась в обед. Голова раскалывалась, словно внутри кто-то бил молотком по наковальне. Во рту сухо, тело вялое, будто меня переехал грузовик. Первое желание: снова закрыть глаза и провалиться в сон, но организм требовал воды. Я с трудом поднялась, выпила пару таблеток и долго стояла, упираясь руками в раковину, пока прохладная вода стекала с лица.
Комната была в полном хаосе: джинсы валялись у кровати, толстовка на полу, кеды свалены в угол. Я привычным движением нащупала карман джинсов, потом заглянула на тумбочку, под подушку... и только тогда вспомнила. Чёрт. Мой телефон остался у Дилана. Вчера я сама сунула его ему в карман, когда тащила этого пьянчугу домой.
Я чуть не выругалась вслух. Без телефона как без рук. Пришлось одеться, кое-как пригладить волосы и выйти. К счастью, дома никого. Мама, похоже, уже ушла.
Дорога до его дома заняла минуту, напротив же живём. Дверь открыла тётя Джулиет, как всегда приветливая, улыбка до ушей.
– О, Шейла! – она приветливо улыбнулась. – Заходи, милая.
– Здравствуйте, – я улыбнулась ей в ответ. – Дилан у себя?
– Вроде бы да. В комнате. Но я его ещё не видела сегодня. Может, спит, а может, уже проснулся. Сама посмотри.
– Хорошо, спасибо, – кивнула я и поднялась на второй этаж.
Его дверь была приоткрыта. Я осторожно толкнула её, заглянула внутрь. Пусто. Кровать помята, одеяло сброшено, но самого Дилана нет.
– Дилан? – позвала я негромко.
Тишина. Но вдруг из-за двери ванной донёсся звук льющейся воды. Ну конечно, он там.
Я закатила глаза и вошла в комнату. Зачем ждать? Найду свои вещи и уйду.
Я сразу заметила его вчерашние брюки на стуле. Сердце радостно подпрыгнуло. Вот они, мои спасители. Я сунула руку в карман и нащупала телефон. Всё. Миссия выполнена.
Я уже собиралась уйти, как дверь ванной вдруг распахнулась.
Я застыла.
Из ванной вышел Дилан. Голый. Совсем.
Время будто остановилось. Капли воды блестели на его коже, медленно скатывались по плечам, по груди, по животу. Я сглотнула и почувствовала, как сердце ударило где-то в горле. Моё дыхание сбилось, я не могла пошевелиться.
И тогда взгляд сам, абсолютно предательски скользнул ниже. И я увидела. Боже.
У меня перехватило дыхание. У него что, анаконда между ног? Серьёзно? Почему это такое огромное? Это вообще реально? Я, конечно, видела картинки в интернете, слышала болтовню девчонок, но одно дело - слухи, а другое - реальность, вот так, прямо передо мной.
Меня будто обдало жаром. Щёки вспыхнули, кровь ударила в виски. Я даже не сразу сообразила, что нужно отвернуться. Просто стояла, вцепившись в телефон, и смотрела. Как будто загипнотизированная.
Только потом, когда мозг включился.
– О БОЖЕ!, – завизжала я и резко отвернулась.
Но слишком поздно. Я увидела. Чётко. И мозг моментально зафиксировал картинку.
Между его ног...
Я почувствовала, как лицо вспыхнуло жаром. Стояла, вцепившись в телефон, боясь повернуть голову. Сердце стучало так, что, казалось, его услышит даже тётя Джулиет на кухне.
В ванной хлопнула дверь. Он вернулся и захлопнул её. Я слышала, как он там двигается, возится.
Минуты тянулись мучительно долго. Я стояла как вкопанная, боясь даже вдохнуть.
Наконец дверь снова открылась. Я услышала его шаги. Осторожно, очень медленно обернулась.
Он уже был с полотенцем, небрежно завязанным вокруг бёдер. Вода всё ещё стекала с его плеч, волосы мокрые, прилипшие к вискам. Но взгляд всё равно непроизвольно метнулся вниз. Я поспешно отвела глаза, стараясь не выдать, что всё ещё думаю о том, что видела минуту назад.
– Что за чёрт это было?! – вырвалось у меня так громко, что эхо прокатилось по комнате. Я всё ещё не могла прийти в себя. с
Сердце колотилось, лицо горело, а в голове крутился один-единственный кадр: он, выходящий из ванной абсолютно голый.
Дилан, как всегда, выглядел так, будто ему всё равно. Спокойный, расслабленный, полотенце едва держится на его бёдрах, а он ухмыляется так, словно это я виновата, что вообще жива и дышу.
– Мне-то откуда знать, что ты придёшь ко мне? – лениво бросил он, проводя рукой по мокрым волосам. – Постучала бы хоть.
– А откуда мне знать, что ты выйдешь голышом?! – голос мой сорвался на визг, и я сама себя испугалась. Грудь вздымалась, дыхание рваное. И что хуже всего внутри было ощущение... жара. Как будто кто-то поджёг меня изнутри. Стыд и жар перемешались в такую взрывоопасную смесь, что хотелось либо провалиться сквозь землю, либо заорать ещё громче.
– Да ладно тебе, – ухмыльнулся он. – Можно подумать, что ты не видела членов.
Я замерла. Чувствую, как горло сжалось, а щеки мгновенно заливает краска.
– Не видела, конечно! – выкрикнула я слишком резко, а потом добавила тише, почти себе под нос: – В жизни.
И тут этот придурок разразился смехом. Громким, наглым, заразительным.
– Так ты у нас ещё девственница, – сквозь смех выдавил он, хлопнув себя по бедру.
– Ты впервые узнал об этом? – закатила я глаза, хотя внутри всё колотилось. Хотелось провалиться в пол.
– А с чего бы? Откуда мне знать о твоей половой жизни? – пожал он плечами, словно это вообще не имеет значения.
Я стиснула зубы, отвернулась, чтобы он не видел, как у меня горят щеки. Господи, да он, наверное, наслаждается этим моментом!
– Зато теперь знаешь, как он выглядит в жизни, – не унимался он, и снова это самодовольное хохотание разрезало тишину.
Я резко развернулась, не выдержав:
– Придурок! Ты смеёшься в такой ситуации? У меня, вообще-то, теперь травма! Тебе бы постесняться хоть немного!
– С чего бы мне стесняться? – спокойно сказал он, слегка усмехнувшись и покосившись вниз, туда, где под полотенцем угадывались очертания. – Вот если бы был маленьким, тогда другое дело.
У меня отвисла челюсть. Самодовольство просто сочилось из него, будто у него на лице красными буквами написано: «Я совершенство».
– И всё-таки! – воскликнула я, но слова застряли в горле. Хотелось что-то добавить. Про наглость, про идиотизм, про то, что нормальные люди в такой ситуации хотя бы краснеют... но ничего умного не пришло в голову.
Он хмыкнул и, как будто делая мне одолжение, сменил тему:
– Ладно, шутки шутками. Почему ты вообще пришла?
Я сжала телефон в руке так сильно, что пальцы побелели.
– Телефон забрать, – бросила я и показала его, как доказательство, что миссия выполнена. – И я взяла. Всё. Я пошла.
И, не дожидаясь, пока он что-нибудь ещё ляпнет, быстрым шагом направилась к двери.
Когда только вышла и оказалась в коридоре, меня трясло. Внутри всё клокотало. Смесь раздражения, стыда и чего-то ещё, чего я сама боялась назвать.
«Что, чёрт возьми, только что было?» – пронеслось в голове.
Я увидела член. Настоящий. Впервые в жизни. И не какого-то парня из порно, не случайную картинку в интернете, а живого, настоящего... и это был Дилан. Мой друг.
Почему у меня так жарко? Почему щеки горят, а сердце колотится? Почему в голове до сих пор крутится его голое тело и это... между ног?
Я тряхнула головой, как будто это могло стереть воспоминание. Но нет. Оно прилипло, въелось в память, будто я его выгравировала себе на сетчатке.
«Супер. Просто супер, Шейла. Теперь, каждый раз, когда ты будешь видеть этого придурка, будешь вспоминать его... анаконду».
Я прикусила губу, сдерживая нервный смешок. Нельзя. Абсолютно нельзя позволять себе думать о его члене. Это странно. Это неправильно. Это Дилан!