очередная прогулка.
Во время очередной прогулки, когда они остановились у моста и болтали о всякой всячине, Полина вдруг спросила:
–А не хочешь зайти ко мне?
Антон засмеялся и сказал:
–Мне еще уроки делать.
–А... Ну хорошо... — помрачнела Полина. — Тогда до завтра. Пока.
–Пока
Он чувствовал себя полным балваном, хотелось догнать ее и крикнуть: «Да, конечно хочу!» Но Антон не мог объяснить себе, почему ответил нет.
Поднявшись на мост, он глянул вниз. Там на укрывшем лед снегу кто-то вытоптал два имени:
_
________
ВОВА
КАТЯ
_________
Поднялся ветер, и мост застонал.
Сглотнув подступивший к горлу комок, Антон двинулся дальше. За поворотом дороги случилось то, чего он давно боялся. Его окликнули.
–Эй, лупогоазый!
Антон остановился. От деревьев отделились иемные фигуры.
Семен и Рома
–Слышал, ты с Полинкой мутишь? — спросил Семен, дружески улыбаясь. — А? Жених и невеста? Все дела?
–Я не...
Толстяк подошел и без лишних разговоров ударил Антона в живот. Мальчик согнулся, пытаясь восстановить дыхание.
–Мне то на тебя плевать, а вот Рома обижается. У него планы. А ты...
Антон с трудом выпрямился.
–Да что с тобой говорить! — сказал Семен и врезал Антону в лицо.
Мир вокруг вмпыхнул красным. Антон повалился в снег, очки слетели, и он, чуть не плача, ползал на коленях и пытался отыскать их на ощупь.
–В общем, ты к ней больше не подойдешь, понял? По-хорошему ведь прошу.
Семен присел на корточки и дружески приобнял Антона за плечи.
–Понял, — едва сумел выдавить Антон сквозь душившие его рыдания.
–Громче говори!
–Понял!
–Мололец. А теперь извинись перед Ромой.
–Пошел ты! — неожиданно для себя заорал Антон, попытался встать и махнул на угад кулаком.
Кто-то с разгону пнул его в живот, и удар был такой силы, что мальчик слетел на обочину и скатился по снегу в овраг.
–Этот придурок нас послал! — послышалось сверху.
Антон рыдал теперь во весь голос, слезы застилали глаза, Все плыло и кружилось
–На первый раз прощаю, — продолжил голос. — Валяйся тут. А очки твои себе возьму. За моральный ущерб.
Смех затих вдалеке.
Антон плакал, привалившись к дереву, никак не мог остановиться, пока не услышал сквозь плачь хриплое дыхание прямо у себя над ухом. В нос ударил запах зверя. Мокрой шерсти. Пота.
Кто-то пришел к нему из леса.
Антон вскочил и вслепую попытался вскарабкаться к дороге, но, съехав по горке, повалился на спину. Свет померк, все заслонил расплывчатый черный силуэт. Мальчик чувствовал на себе дыхание — обжигающе горячее, смрадное, словно рядом была дверца раскаленной печки, наполненной гниющим мясом.
Он закрыл глаза. У него не было сил ни кричать, ни сопротивляться. Что-то владное, скользкое прошлось по его лицу. До Антона дошло, что незнакомец лизнул его.
А придя в себя, мальчик понял, что все еще лежит под деревом. Сверху по дороге проехала машина, но водитель не заметил его — видимо, тоже старался не смотреть на эти деревья.
Антон поднялся, выкарабкался из оврага и побрел домой. Его трясло.
В тот день мама повезла Олю в город, и, к счастью для Антона, они еще не вернулись. Первым делом он отыскал старые очки, которые не носил с третьего класса, затем осмотрел себя. В носу запеклась кровь, на животе уже начал чернеть синяк, но этого родители не заметят. А вот как объяснить пропажу очков?
–Козел! — сказал он, глядя в зеркало. И представил, как бьет Семена в жирное, рыхлое, как творог, лицо, как тот падает. И от этого он ощутил странное спокойствие, будто кто-то большой и сильный пообещал ему скорое возмездие.
Когда приехали мама с Олей, он как ни в чем не бывало делал уроки. Насчет очков сказал, что уронил их с моста, когда играл, возвращаясь из школы, молча стерпел все упреки, а после ужина сразу отправился в постель, уверенный, что никто ничего не заподозрил.
Ночью в окно постучали. В жтот раз Антон не испугался — наоборот, решил драться. Можно издеваться над ним в школе, можно караулить на улице, но приходить домой, заглядывать в окна... Это слишком. Антон готов был швырнуть незванного гостя вниз, прямо со второго этажа, но, когда он отдернул штору, за стеклом ничего не было, только на припорошенном снегом подоконнике лежали его очки.
Антон открыл окно, взял их и выглянул во двор. Как и в прошлый раз, там стоял ребенок в костюме совы. И помахал крылом.
Протерев очки, Антон надел их вместо старых, затем залез в свитер, прокрался по лестнице на первый этаж и, отыскав в темноте куртку, вышел на улицу. Дыхание сразу перехватило от холода, и колени под пижамными штанами затряслись.
Совы на заднем дворе не быоо, не было и следов, но калитка, ведущая в поле, стояла распахнутой, а на снежной равнине вдалеке стояли фигуры. Антон побрел к ним и, приблизившись, понял, что все они в масках.
________________________________
Сова, лиса,
Медведь,
Какая-то птица
С красными щеками,
Волк и черный
Бородатый козел
С доинными
Позолоченными
Рогами.
________________________________
–Долго же тебя ждать пришлось, Зайчик, — сказала Лиса.
Голос у нее был тягучим, со слалкой ленцой, и совсем не подходил к ее холодному взгляду.
Антон никак не мог сообразить, как же устроены их костюмы, как крепятся к лицам маски, не уверен был даже, дети они или нет. То они казались маленькими, его роста, то вытягивались выше любого взрослого.
–А он ли это? — спросила Птица, щелкнув клювом с такой силой, что могла бы одним махом перекусить антону руку.
–Он, — ответил Волк. — Я его пробовал.
Звери зашептались
–Кто вы такие? — спросил Антон.
Он не боялся, хотя его и трясло. Дрожь была от холода и еще от охватившего его странного волнения, предвкушения чего-то невероятного.
–Мы ветер, — ответил Козел. — Летаем туда-сюда, обрываем листья.
Медведь фыркнул, точно услышал шутку.
–Мы друзья, — сказал он.
–Хочешь поиграть с нами? — Лиса протянула мальчику руку с длинными черными когтями. — Смотри!
Сова полпрыгнула высоко, намного выше головы Антона.
–И ты так можешь! Попробуй.
Антон подпрыгнул и, к своему удивлению, оказался почти вровень с верхушками деревьев, а потом упал в снег, но было не больно.
–Говорил же! Это он, — прорычал Волк.
Звери засмеялись, а мальчик поднялся, и прыгнул еще раз. Теперь у него получилось приземлиться на ноги, он оттолкнулся и прыгнул еще. Казалось, если приложить усилие, он долетит до самых звезд, ставших вдруг огромными и до странности близкими.
Антон прыгал и прыгал в надежде дотронутся до звезд, когда понял, что слышит музыку. Снова оказавшись на земле, он увидел, что звери кувыркаются в снегу, прыгают, борются и пляшут, и лишь один Козел сидит, скрестив ноги, и играет на флейте.
От музыки тело само задвигалось в танце, и чувстао потери контроля было удивительно приятным. Тело хотело танцевать и танцевало, и это была настоящая свобода. Он кружился, и снег, деревья, звезды и звериные морды кружились вместе с ним...