Глава ~ 7 ~
Родственная ошибка
После слов Ивена Кайт будто выключился. Он сидел в доме Сейти спокойно, слишком спокойно, смотрел в стену, ел, отвечал, двигался — как человек, у которого внутри больше ничего не болит, потому что уже оторвалось. Эш и Роан не понимали, как после такого можно просто жить. А Кайт жил. Ровно. Безразлично. И это пугало сильнее криков. Кайт внезапно сорвался и направился к двери. Резко, без объяснений, будто решение давно созрело. Роан проводил его взглядом и коротко кивнул Эшу — без слов, без приказов. Просто ясно дал понять: *иди за ним.* Эш поднялся сразу, не задавая вопросов.
Город встретил их молча.
Не враждебно — хуже. Равнодушно. Камень под ногами был холодным, узкие улицы тянулись вперёд, как коридоры без выхода. Здесь не прятались и не нападали. Здесь просто жили — и этого было достаточно, чтобы захотеть уйти.
Кайт шёл впереди.
Не потому что знал дорогу — потому что так было проще. Если не оборачиваться, не смотреть по сторонам, можно было сделать вид, что всё происходящее — обычное дело. Очередной город. Очередной заказ. Очередная ошибка, за которую придётся расплачиваться.
Эш держался рядом. Не слишком близко и не слишком далеко — ровно на том расстоянии, которое не требует объяснений.
— Мы идём к Ивену, — сказал Кайт спустя несколько минут.
Это прозвучало не как предупреждение и не как признание. Как констатация.
Эш кивнул.
— Понял.
Он не спросил «зачем».
И Кайт это заметил.
Улица сузилась. Дома стали выше, окна — ниже. Здесь не горел свет, даже несмотря на ранний час. Город будто экономил на людях.
Кайт замедлил шаг.
Он знал этот район.
Не помнил, когда был здесь в последний раз — память предпочла стереть детали. Но тело помнило. Плечи напряглись, дыхание стало глубже, медленнее. Так дышат перед ударом.
— Если передумаешь, — сказал он, не глядя на Эша, — сейчас самое время.
— Не передумаю, — ответил тот сразу.
Кайт усмехнулся.
— Зря.
— Возможно, — спокойно согласился Эш.
— Но тебя, я не оставлю одного —
Они остановились у дома без вывески. Ничего примечательного: тёмный фасад, облупившаяся краска, тяжёлая дверь. Такой дом легко не заметить — и невозможно забыть, если уже заходил внутрь.
Кайт смотрел на дверь слишком долго.
В голове всплыло ощущение — не образ, не лицо.
Звук.
Тупой, глухой. Удар о металл.
— пришли, — сказал он наконец.
Кайт поднял руку, но так и не постучал.
Дверь открылась сама.
На пороге стоял Рейн.
Тот самый. Человек Ивена. Всегда рядом, всегда молчаливый. Верный, как пёс.
Он был выше, чем Кайт помнил. Или просто держался иначе — прямо, спокойно, без суеты. Лицо — пустое, собранное. Шрамы не бросались в глаза и не прятались — просто были. Как часть формы.
Рейн посмотрел на Кайта.
Потом — на Эша.
И только после этого произнёс:
— Значит, ты всё-таки пришёл.
Голос ровный. Без удивления. Без интереса.
Кайт медленно выдохнул.
— Значит, ты всё ещё служишь. Верная шавка Ивена.
Рейн не отреагировал. Лишь чуть сдвинулся в сторону.
— Заходи.
Это не звучало как приглашение.
Скорее — как разрешение, выданное по привычке.
Кайт не двинулся.
— Я ненадолго, — сказал он сухо.
Рейн чуть склонил голову.
— Ты никогда не приходишь просто так.
Он перевёл взгляд на Эша.
— А это кто?
— Никто, — резко ответил Кайт.
Эш спокойно встретил взгляд Рейна.
— Я с ним.
Рейн задержал взгляд дольше, чем нужно. Словно что-то прикидывал. Потом уголок губ едва заметно дёрнулся.
— ясно
Он развернулся и ушёл вглубь дома, даже не проверяя, пойдут ли за ним.
Кайт сжал челюсть.
И шагнул внутрь.
Он не знал.
И даже не подозревал.
Что всё это время смотрел в лицо не слуге.
А единственному человеку, который пережил то же самое —
и остался.
Эш шагал позади, не вмешиваясь.
Рейн шёл первым — прямо, ровно, без оглядки.
Кайт — следом.
Для Кайта Рейн был всего лишь человеком Ивена. Шавкой без собственного голоса. Тем, кто выполняет приказы и не задаёт вопросов.
Хотя Кайт слишком хорошо помнил: когда Ивена не было рядом, именно Рейн не раз прикрывал ему спину.
Шаги отдавались громко, сухо — дом был пустым, слишком пустым.
Пройдя первую комнату, Рейн остановился.
— Своему «дружку» сам всё покажешь?, — сказал он спокойно, не оборачиваясь. — Или уже забыл, где что находится?
Кайт замедлил шаг, но ухмыльнулся — лениво, почти насмешливо.
— Рейн, — протянул он. — Я же сказал:
"мы ненадолго."
Эш чуть напрягся, но вмешиваться не стал. Он не знал, на чьей здесь стороне слова.
Рейн повернулся. Окинул Кайта взглядом — не злым, не холодным. Осуждающим.
— Ты правда думаешь, — он приподнял бровь, — что Ивен тебя отпустит?
Кайт ответил без паузы:
— Отпустит.
Рейн смотрел ещё секунду. Дольше, чем следовало.
Потом медленно отвернулся.
Ивен сидел у стола, как у себя дома.
Хотя это и был его дом.
Ни напряжения, ни спешки. Он даже не поднялся, когда они вошли — только лениво оторвал взгляд от стакана.
— Ну вот, — сказал он. — Семейные сборы.
Кайт остановился. Не подошёл ближе.
— Говори, — бросил он. — Пока я не передумал.
Ивен усмехнулся.
— Ты всегда был прямолинейным. Даже когда это тебе вредило.
Он поставил стакан и наконец посмотрел прямо на Кайта.
— Ты спрашивал, где твой брат, — продолжил он. — Забавно, что ты только сейчас узнал о его существовании.—
Кайт ничего не сказал. Только челюсть напряглась.
— Рейн, — Ивен кивнул в сторону. — Ты всегда считал его моей собакой. Верной. Удобной. Без собственного мнения.
Он усмехнулся шире.
— А он просто выжил лучше тебя.
Кайт резко выдохнул.
— Он был старше, — продолжал Ивен, будто читал отчёт. — Сильнее. Быстрее понимал правила. Когда его били, он запоминал, как бить в ответ. Когда его ломали, он выбирал, что именно отломать в себе.
Ивен наклонился вперёд.
— Ты пытался остаться человеком.
— Он — нет.
Рейн стоял у стены. Лицо каменное.
— Он смотрел, как ты унижаешься, — тихо добавил Ивен. — Как просишь. Как молчишь. И сделал вывод: ты слабый.
Кайт сделал шаг вперёд.
— Заткнись.
— Он считает, что ты выбрал самый жалкий путь, — спокойно закончил Ивен. — И знаешь что? В этом он прав.
Тишина была невыносимой.
— Зачем ты нас позвал? — вмешался Эш. Голос был жёсткий.
Ивен перевёл на него взгляд — с интересом.
— А, ты.
Он встал.
— Потому что у меня есть предложение, — сказал он. — Очень простое.
Он подошёл ближе к Кайту.
— Твой брат остаётся здесь. Под моей защитой. Целый. Живой.
Пауза.
— А ты возвращаешься ко мне.
Кайт замер.
— Не как раньше, — Ивен улыбнулся. — Теперь честно. Открыто. Ты работаешь на меня. Делаешь то, что я скажу. Когда скажу. Сколько скажу.
Он наклонился к уху Кайта.
— И тогда Рейн будет жить.
Кайт медленно поднял голову.
— А если нет?
Ивен пожал плечами.
— Тогда он перестанет быть полезным.
Эш двинулся вперёд.
— Ты охуел.
Ивен даже не посмотрел на него.
— Уберите его.
Рейн шагнул первым.
Он не говорил. Просто ударил.
Эш успел увернуться, но следующий удар пришёлся в плечо. Воздух выбило. Эш выругался и ответил — кулаком, без техники, со злостью.
Рейн был быстрее.
Но Эш был злее.
Они врезались в стол. Стакан разлетелся. Ивен отступил на шаг, наблюдая, как за представлением.
— Хватит! — рявкнул Кайт.
Но Рейн уже схватил Эша за ворот и впечатал в стену.
Эш сплюнул кровь.
— Ты не шавка, — выдохнул он. — Ты просто трус.
Рейн дёрнулся.
Этого хватило.
Кайт влетел между ними — резко, жестоко. Удар пришёлся в челюсть Рейна. Тот отшатнулся, но устоял.
Ивен хлопнул в ладони.
— Вот и ответ, — сказал он довольно. — Подумай, Кайт. У тебя не так много времени.
Кайт стоял, тяжело дыша. Между Эшем и Рейном. Между прошлым и тем, что ещё можно спасти.
И впервые — не знал, что хуже.
Кайт выдохнул. Пытался выровнять дыхание, но выходило хреново — грудь ходила рвано, воздух резал горло.
А потом он рассмеялся.
Смех вырвался резко, истерично, отскакивая от стен. Пустой. Ломаный. Такой, от которого Ивен поморщился.
Эш шагнул ближе.
— Кайт... — прошептал он и положил ладонь ему на спину.
Кайт дёрнулся и резко выпрямился, сбрасывая прикосновение.
— Забавно, — произнёс он хрипло, глядя прямо на Ивена. — Смотреть, как ты пытаешься вернуть меня.
Он усмехнулся, но в глазах плескалось бешенство.
— Я же ничтожество, — процедил он. — Поломанный. Удобный. Такой, каким ты меня сделал.
Кайт сделал шаг вперёд.
— Зачем тебе рядом такой, как я?
Тишина сжалась, будто готовая лопнуть.
Ивен медленно улыбнулся. Не тепло — с интересом. Как смотрят на вещь, которая всё ещё работает, но уже трещит по швам.
— Ты правда думаешь, что я пришёл за тобой из жалости? — спросил он спокойно. — Не льсти себе.
Он сделал шаг вперёд. Не спеша. Уверенно.
Рейн остался у стены — молчаливый, напряжённый, как натянутая проволока.
— Ты удобен, Кайт, — продолжил Ивен. — Был. Есть. И, если захочешь выжить, снова станешь.
Кайт сжал зубы.
— Мне нужен не ты, — Ивен чуть склонил голову. — Мне нужен результат.
Он посмотрел на Эша. Долго. Оценивающе.
— А вот он — проблема.
Эш не отвёл взгляда.
— Говори уже, — сказал он сухо.
Ивен усмехнулся.
— Всё просто. Вы находите виновных в саботаже. Быстро. Тихо.
Он снова посмотрел на Кайта.
— А ты возвращаешься туда, где тебе и место.
Слова повисли в воздухе, как приговор.
— Нет, — сказал Кайт сразу. Без раздумий.
Ивен вздохнул, будто ожидал именно этого.
— Тогда выбирай.
Он щёлкнул пальцами.
Рейн выпрямился.
— Либо ты идёшь со мной, — продолжил Ивен, — либо твой корабль завтра не выйдет из порта. Никогда.
Эш резко дёрнулся.
— Ты не посмеешь.
Ивен повернул к нему голову.
— Уже посмел.
Он сделал знак Рейну.
— Проводите гостя.
Рейн шагнул к Эшу.
— Не трогай его. — произнёс Кайт тихо.
— Ты не в том положении, — ответил Рейн ровно и потянулся к Эшу.
Эш среагировал первым.
Он ударил — резко, снизу, вкладываясь всем телом. Кулак врезался Рейну в челюсть. Звук был глухой, мясной. Рейн отшатнулся, но устоял.
— Хреново, — выдохнул он и ударил в ответ.
Комната взорвалась движением.
Эш пропустил удар плечом, врезался в стол, но тут же рванулся обратно. Они сцепились — жёстко, без слов, как звери. Удары сыпались быстро, коротко, злые.
— Хватит! — рявкнул Кайт.
Но Ивен лишь наблюдал. С интересом. С холодным удовлетворением.
Рейн ударил снова — сильнее. Эш пошатнулся.
И тогда Кайт двинулся.
Он влетел между ними, схватил Рейна за ворот и впечатал в стену с такой силой, что та глухо отозвалась.
— Не. Трогай. Его, — прошипел он.
Рейн смотрел на него в упор. И впервые в его взгляде мелькнуло что-то живое.
— Ты всё ещё не понял, — сказал он тихо. — Ты никуда отсюда не уйдёшь.
Кайт ударил.
Холодно. Точно.
Ивен усмехнулся.
— Вот поэтому, — сказал он мягко, — ты мне и нужен.
Рейн медленно сполз по стене. Нос был разбит, бровь рассечена — кровь тянулась тонкой дорожкой по щеке.
Кайт обвёл его взглядом почти машинально... и вдруг замер.
Он задержался на лице.
И, всматриваясь, нашёл сходство.
Тот же взгляд.
Та же пустота в глазах, спрятанная под напряжением.
Тот же цвет волос.
Кайта передёрнуло. Ладонь дрогнула, пальцы сжались в кулак, но он не отвернулся. Продолжал смотреть — будто проверял, не врёт ли ему зрение.
Слишком знакомо.
Слишком мерзко.
— Узнал? — раздался голос Ивена.
Он подошёл ближе и почти нежно положил руку Кайту на плечо.
Кайт промолчал.
Тогда Ивен резко дёрнул его за ворот и швырнул в стену.
Боль накрыла сразу — глухая, разливающаяся по телу. В ушах тонко запищало.
Во рту он почувствовал кровь мгновенно: тёплую, вязкую, с металлическим привкусом ржавчины.
— Я спросил, — повторил Ивен мягко, почти ласково. — Узнал?
Эш рванулся к Кайту, подхватил его, прижал к себе, не давая сползти.
— Ты как?.. — прошептал он, быстро осматривая голову, прижимая рукав кофты к ране.
Рейн зарычал.
Глухо. Низко. Опасно.
— Мы договаривались, — сказал он, делая шаг вперёд. Голос дрожал от сдерживаемой ярости. — Ты обещал, что его не тронешь.
Ивен пожал плечами, будто речь шла о пустяке.
— Кто же знал, — протянул он лениво, — что он будет рыпаться.
Рейн сжал кулаки.
И впервые за всё время встал не между — а перед Кайтом.
— Ещё раз, — процедил он, глядя Ивену прямо в глаза, — и я забуду, кому я тут обязан.
Тишина в комнате стала острой, как лезвие.
Ивен усмехнулся первым. Медленно. Почти лениво.
— Вот это да, — протянул он. — Семейные чувства. Кто бы мог подумать.
Он отступил на шаг.
— Забирай его, — бросил он, будто речь шла о вещи. — Мне он сегодня надоел.
Ивен развернулся и ушёл, не оглядываясь. Его шавка задержалась на секунду, бросила на Эша злой взгляд, но тоже исчезла за дверью.
Комната опустела.
Остались только тяжёлое дыхание, кровь на полу и запах металла во рту.
Эш всё ещё держал Кайта.
Кайт отстранился.
— Иди, — сказал он глухо. — Пожалуйста.
Эш колебался.
Рейн посмотрел на него впервые внимательно.
— Он не сорвётся, — сказал он коротко. — Я прослежу.
Эш медленно кивнул.
— Я буду за дверью.
Он ушёл, оставив их вдвоём.
⸻
Кайт сел на пол, спиной к стене. Закрыл глаза.
Руки дрожали — не от боли, от напряжения, которое больше некуда было девать.
Рейн опустился напротив. Не близко. Не далеко.
Как привык.
— Ты долго смотрел, — сказал он наконец. — Значит, понял.
Кайт хрипло усмехнулся.
— думал ты просто шавка.
Рейн кивнул.
— Я и был.
Он вытер кровь с брови тыльной стороной ладони.
— Пока не понял, что цепь можно тянуть в обе стороны.
Кайт открыл глаза.
— Ты знал?
— Про тебя? — Рейн покачал головой. — Нет. Я узнал позже. Когда тебя уже не было.
Он помолчал.
— Нас продали в разные места. Меня сюда. Тебя туда.
Кайт сжал пальцы до боли.
— Почему ты остался?
Рейн усмехнулся криво.
— Потому что выхода не было.
Он говорил ровно, без жалости к себе.
— Я был тем, кого можно оставить. Тем, кто не ломается сразу. Удобным.
Кайт отвёл взгляд.
— А потом?
— А потом я понял правила, — сказал Рейн. — Если ты полезен, тебя не выбрасывают.
Он поднял глаза.
— Ты выбрал побег.
— Я выбрал выжить здесь.
Молчание между ними было тяжёлым, злым.
— Ты меня ненавидишь, — сказал Кайт. Не вопрос, это был факт, который он озвучил.
Рейн кивнул.
— Да.
Пауза.
— За то, что ты смог уйти.
— И за то, что из-за тебя я всё ещё помню, кем был.
Кайт хмыкнул.
— Взаимно.
Рейн смотрел на него долго.
— Но ты не просто кто-то, — сказал он наконец. — Как бы мне ни хотелось это отрицать.
Кайт поднял взгляд.
— К сожалению.
Рейн усмехнулся жёстко.
— Одна кровь, херовая причина, чтобы лезть обратно в ад.
— Достаточная, — ответил Кайт.
Рейн поднялся.
— Я так не думаю.
— Я и не спрашивал.
Они смотрели друг на друга, как на отражение, которое хочется разбить.
— Что дальше? — спросил Рейн.
Кайт посмотрел на дверь.
— Дальше ты не остаёшься здесь.
— Даже если я не хочу?
— Ты никогда не хотел, — отрезал Кайт. — Ты просто привык.
Рейн медленно выдохнул.
— Ты всегда был самоуверенным ублюдком.
— А ты послушной шавкой, — ответил Кайт. — И меня от этого тошнит.
За дверью послышались шаги Эша.
Кайт развернулся.
— Собирайся.
Рейн не сразу ответил.
Потом сказал:
— Если всё пойдёт не так, это будет на тебе.
Кайт кивнул.
— Я знаю.
И в этот момент стало ясно:
он делает это не из любви.
И не из жалости.
А потому что кровь — вещь, от которой не отказываются.
Даже если ненавидят.