Глава ~ 5 ~
Цена за дом
Роан вернулся только под вечер. Увидев лицо Кайта, он не задал ни одного вопроса — словно с самого начала знал, что всё именно так и закончится.
Кайт так и проспал в каюте до самого вечера. Эш тянул на себе всю его работу, не жалуясь и не оглядываясь. Когда солнце начало медленно тонуть за горизонтом, он подошёл и сел рядом с Роаном.
Роан после возвращения был не в себе. Слишком тихий. Слишком злой.
— Что случилось? — первым разорвал тишину Роан.
— Ты о чём? — Эш либо сделал вид, что не понял, либо и правда не хотел понимать.
Роан медленно повернул к нему голову.
— С Кайтом. Что с ним?
— Подрался, — коротко бросил Эш.
Взгляд Роана стал тяжелее, холоднее. Он смотрел так, что под этим взглядом хотелось оправдываться даже за собственное дыхание.
— Мы шли к кораблю, — Эш резко выдохнул. — И тут какой-то ублюдок пристал к нему.
Роан приподнял бровь, молча требуя продолжения.
— Повторял одно и то же, как заевшая тварь, — продолжил Эш. — «Кайт — собака, где его хозяева», «собака без поводка»...
Эш сжал кулаки.
— Кайт не выдержал. Они сцепились.
Роан выдохнул, потер лицо ладонью, будто хотел стереть усталость и злость сразу.
— Этот мудак жив? — спросил он без эмоций.
— Жив, — сразу ответил Эш. — Хотя, если бы нас не растащили... — он не договорил.
Повисло гнетущее молчание. Эш опустил взгляд в пол и резко дернулся, когда Роан заговорил снова:
— Тебе тоже прилетело?
Эш медленно поднял глаза.
— Я пытался их разнять, — глухо сказал он. — Кайт орал, чтобы я не лез. Я не послушал.
Он усмехнулся криво.
— Он случайно мне врезал.
— Случайно? — переспросил Роан. В его голосе было непонятно — насмешка или ядовитый сарказм.
— Да, — коротко ответил Эш. — После этого он сразу остановился. Подошёл, проверил, жив ли я... и молча ушёл на корабль.
Роан долго смотрел на него. Слишком долго. Потом медленно втянул дым — так глубоко, будто хотел задохнуться, — и выдохнул, выпуская его сквозь зубы.
— Кайт в драках не останавливается, пока его не оттащат, — хрипло сказал он. — У него только два варианта: добей или сдохни.
Он затянулся ещё раз.
— Похоже, он наконец понял, за кого стоит держаться. Заботиться он не умеет, — Роан усмехнулся без радости. — Делает это хреново, через кулаки и кровь... но старается.
Он стряхнул пепел.
— Своих он не трогает.
А если сцепится с чужим — не пожалеет никого.
Эш долго перебирал пальцами, словно пытался стереть ими собственные мысли. Вопросы жрали изнутри, не давали покоя. В конце концов он сдался.
— Кайт... он всегда был таким? — спросил Эш и посмотрел на Роана.
Роан не ответил сразу. Он просто курил. Ни одной эмоции на лице — будто всё это его больше не касается, будто ему уже всё равно.
— Кайт не умеет говорить, где болит, — наконец сказал он. Голос был ровный, но мёртвый. — Он всё глотает. Молча. До последнего.—
Роан стряхнул пепел и продолжил:
— А потом из этого вырастает... недоразумение. Злое. Поломанное. Которое дерётся, потому что по-другому не умеет. Которое не знает, что такое сочувствие.— Он усмехнулся криво.
— И надеется только на себя. Всегда.
Эш слушал, не перебивая. Слова Роана резали хуже ударов. Некоторое время он молчал, а потом всё же выдавил:
— А вам... он вам доверяет?
Пальцы Роана, сжимающие сигарету, едва заметно дрогнули. На долю секунды. Потом он стиснул её сильнее, словно хотел раздавить.
— Не знаю, — честно сказал он. — Кайт меня ненавидит.
Он сделал паузу, затянулся.
— И одновременно благодарен.
Роан выдохнул дым, не глядя на Эша.
— Хреновая смесь, —
добавил он тихо.
Эш молчал. Он чувствовал — если сейчас задаст ещё один вопрос, Роан либо сорвётся, либо замолчит навсегда.
Роан заговорил сам.
— Его называли собакой не просто так, — тихо сказал он. — Это не уличная грязь. Это старая привычка.
Он снова затянулся. Дым резал горло, но это было даже к месту.
— Отец Ивена... — Роан скривился. — Купил Кайта. В прямом смысле. Закрыл за него долг — и всё, считай, получил живую вещь.
Эш напрягся, но не перебил.
— Ивен не бил его просто так, — продолжил Роан. — Он ломал. День за днём. Медленно. Учил слушаться. Учил не спорить. Учил, что у него нет имени, нет выбора, нет права злиться.
Роан на секунду замолчал.
— Только приказы. Только «да». Только подчинение.
Он стряхнул пепел резче, чем нужно.
— Поэтому, когда ему орут «где хозяин», он срывается. Потому что для него хозяин — это не человек. Это боль.
Эш сглотнул.
— А ты? — тихо спросил он.
Роан усмехнулся. Без тепла.
— А я его забрал.
Он произнёс это так, будто это было преступление.
— Не выкупил. Не разорвал цепи. Просто... вытащил. Забрал себе. Думая, что этого хватит.—
Роан покачал головой.
— Не хватило.
Он посмотрел на Эша впервые прямо.
— Семья Твенов никуда не делась. Они до сих пор власть. Завод, топливо, деньги. Мы до сих пор пересекаемся. В глаза улыбаемся. Ходим друг к другу, будто ничего не было.
Его голос стал глухим.
— А Кайт всё это видит. И понимает.
Эш тихо выдохнул:
— Поэтому он не доверяет...
— Он не умеет, — перебил Роан. — Ему нельзя было.
Он снова затянулся.
— Норленд — это всё, что у него есть. Этот чёртов корабль. Здесь приказы. Чёткие. Без эмоций. Без «почему».—
Роан усмехнулся.
— Он их выполняет идеально. Слишком идеально.
Он сжал сигарету между пальцами.
— Он ненавидит это. И без этого не может.
Эш нахмурился.
— Тогда почему он не уходит?
Роан долго молчал. Потом сказал:
— Потому что это единственный дом, который он знает.
Он посмотрел в темноту за бортом.
— Я могу дать ему еду. Крышу. Оружие. Работу.
Роан усмехнулся, почти зло.
— Но я не могу дать ему другое прошлое. И он не хочет другого будущего.
Он выдохнул дым.
— Норленд его мучает.
— И держит.
Роан встал.
— А я... — он сделал паузу. — Я просто человек, который когда-то решил, что забрать — значит спасти.
Он отвернулся.
— И теперь расплачиваюсь за эту ошибку каждый раз, когда он смотрит на меня, как на очередного хозяина.
Роан уже собирался уйти.
Эш понял это по шагам, по скрипу досок, по этому холодному ощущению, когда человек рядом уже принял решение.
И тогда он заговорил.
Глаза были прибиты к полу. Пальцы переплетены так сильно, будто он пытался сломать себе руки. Нога под столом мелко дрожала.
— Когда я бежал... — голос сорвался, но Эш заставил себя продолжить. — Я был готов сдохнуть.
Он сглотнул.
— Я смирился, что это конец. Что меня либо догонят, либо я просто не добегу.
Он поднял голову на мгновение и снова опустил взгляд.
— А потом я увидел корабль, — выдохнул он. — Чёртов Норленд. И я... — слова застряли в горле. — Я надеялся. Как последний идиот. Что кто-то поможет.
Эш горько усмехнулся.
— И ты помог.
Он прикрыл глаза.
Роана не было слышно. Эш не знал — ушёл тот или всё ещё стоит за спиной. Но скрип пола сказал всё: он здесь.
— Я до сих пор боюсь, — продолжил Эш тише. — Боюсь, что за мной придут. Что однажды просто приплывут и скажут: «Пора домой, тварь».
Его дыхание сбилось.
— Я думал, что если сбегу, то начну жить. А по факту... — он сжал зубы. — У меня нихрена нет. Ни дома. Ни прошлого, которое не хотелось бы сжечь.
Голос дрогнул.
— Я должен вам за всё это. За еду. За крышу. За то, что ещё дышу.
Он замолчал. Слова закончились. Силы тоже.
И тогда на его плечо легла рука.
Тяжёлая. Горячая. Настоящая.
Она не гладила и не утешала. Просто лежала, будто забирая боль себе, как долг.
— Хватит, — сказал Роан низко.
Эш вздрогнул.
— Никто тут никому не должен, — продолжил Роан. — Ты не просил, чтобы тебя ломали. И не виноват, что хотел жить.
Рука на плече сжалась сильнее.
— Если бы за каждый побег надо было платить жизнью, — Роан усмехнулся сквозь злость, — этот мир давно бы сдох.
Он наклонился ближе.
— Пока ты на Норленде, за тобой не придут.
— А если придут, — голос стал жёстким, — мы придумает, что делать.
Роан убрал руку.
— Ты не обязан быть благодарным, — бросил он напоследок. — Просто живи. Этого более чем достаточно.
Эш продолжал сидеть.
Он не мог переварить всё сказанное. Слова Роана застряли где-то между рёбрами — давили, мешали дышать. Взгляд скользил по Норленду: по стенам, по трубам, по потолку, будто он видел корабль впервые.
И вдруг зацепился.
Панель.
Один из индикаторов мигал неровно, с перебоями. Не аварийно — хуже. Так мигает то, что ещё держится, но уже не уверено, что дотянет до следующего выхода.
Эш нахмурился. Поднялся, подошёл ближе, присел у панели и провёл пальцами по холодному металлу.
— Чёрт... — выдохнул он.
Норленд дышал неправильно.
Он не грохотал и не выл сиренами — просто тянул, глухо и тяжело, как больной, который слишком долго молчал. Эш прислушался, затем выпрямился и резко обернулся.
— Роан.
Тот стоял у выхода с палубы, всё ещё с сигаретой, будто никуда и не уходил. Медленно поднял взгляд.
— Посмотри сюда, — сказал Эш. — Это не нормально.
Роан подошёл, не задавая вопросов. Один взгляд на панель — и лицо стало жёстче.
— Давно мигает? — коротко спросил он.
— Я только заметил, — ответил Эш. — Но Норленд тянет уже какое-то время.
Роан выдохнул дым сквозь зубы.
— Кайт.
Тот был у входа, как всегда — спиной к стене, руки скрещены, взгляд пустой. Услышав своё имя, он сразу подошёл. Присел у панели, положил ладонь на корпус — осторожно, почти бережно, будто проверял пульс.
— Топливная линия, — сказал он без колебаний. — Перегрев. Контур ведёт себя криво.
Он выпрямился.
— Ещё пара выходов, и встанем.
Эш тихо выругался.
— В этом городе мы не починимся, — сказал Роан за него. — Тут нет нужных деталей.
Кайт кивнул.
Молчание повисло тяжёлое, но короткое.
Роан уже знал ответ.
— Значит, к Сейти, — сказал он спокойно.
Кайт медленно поднял взгляд.
— Других вариантов нет.
Роан затушил сигарету о поручень.
— Тогда разгружаемся и идём на землю.
Норленд скрипнул тихо, будто был согласен.