Полудница Весна
Представьте себе окружность с тонким разрывом в ней:
один конец символизирует безумие, а другой - здравый смысл.
"Бессознательное" находится где-то рядом с безумием,
но это не безумие.
Sidney Cohen
Утром (оно в этот раз наступило ближе к десяти утра) дико болели и зудели ступни, изрезанные и израненные после нескольких километров босиком по ночным дорогам. Как ни удивительно, волны разнонаправленных впечатлений и похмелий взаимно аннигилировали и осталось светлое, прозрачное весеннее настроение, а может, зелье еще не до конца выветрилось. Я приехал домой около четырех утра, к счастью, сегодня на работе был выходной - какая-то там профилактика.
Проснувшись, я внимательно осмотрел себя на предмет язв, воспалений и т.п., - побаивался я купаться в Дунае. Ничего такого не было, а в Нови Саде есть даже официальный пляж, так что это не так уж и страшно.
Сняв с шеи амулет, я внимательно его осмотрел - классика игр жанра «приключение» - и обнаружил там неожиданную надпись «Ада, натуристский пляж, 11:50, у щита». Я, как и весь Белград, знал это место, да и все равно собирался прогуляться на острове. Почему бы и нет. Конечно, сам бы я туда не полез, а по приглашению вполне даже можно.
Ни секунды не раздумывая, я отключил телефон и оставил его на столе. Ноги побаливали, но там можно добраться на автопоезде, я думаю, все получится. У меня было смутное подозрение, что думаю я не той головой с момента вчерашней встречи, более того - было подозрение, граничащее с уверенностью, что меня просто используют для укрепления своего влияния.
Больше я не боялся, хотя трусом быть не перестал. Именно сейчас абсолютно ничего не боялся, не стеснялся, и, что лучше всего - чувствовал причастность к великому, к бездонной сербской природе, к природе вообще, к Великой Воде, и в голове было легко, и солнечно, как у беззаботного школьника в начале лета. И, кроме прочего, за окном была прекрасная погода, ранняя и теплая весна. Температура воды меня мало волновала - в Савском озере она теплее, чем в реке, и, как я понял, мора может исправить эту проблему, если захочет, пусть я и не понимал как именно - изменяя мои ощущения или реально нагревая воду. Или то тоже были последствия волшебного зелья? Неважно.
Естественно, в автобусе было людно. Постояв на жаре в пробках, как это водится, в районе Ярмарки-Саjама, я, наконец, вышел на воздух. Как назло, сегодня были соревнования по гребле, большая часть острова Ада Циганлия, расположенная у воды, была перекрыта.
Я взял в аренду велосипед и, морщась от боли в ногах, покатил по дороге. Щебетали птицы, шелестели листья и, в целом, было очень приятно. И тут я снова вспомнил, что Томита меня убеждал, будто Морена считает меня отработанным материалом. Расходником, если угодно. Если это правда - весь вчерашний флирт с ее стороны - только очередная попытка манипуляции. Вероятнее всего, так и есть.
Но ведь было хорошо! Да и сейчас неплохо.
Меня также очень беспокоил Томита. Я думаю, он начнет продавливать меня в экономическом аспекте - может, заблокирует счета. Или натравит полицию. Кстати, я до сих пор не знал, виноват он или Морена в их визите. Татуировка в виде коловрата намекала на последнюю, но мегамозг умел отлично обманывать, и владел дипломатией. У нас тут ведь наверняка используется упрощенная его копия - никто тут не даст 500 мегаватт на дата-центр. Или, может, они используют распределенные вычисления? Будем исходить из наихудшего для меня варианта - он тут такой же хитрый, изворотливый и непонятный.
Наконец, я свернул к пляжу и подъехал к железной вывеске на двух столбах. На ней краской были написаны правила поведения на пляже. На часах было 11:52. Никого видно поблизости не было. Начал читать правила, и тут услышал оклик от самой кромки воды. Там стоял шезлонг, над ним - большой солнечный зонт, притом не обычный, а плетеный из камыша. В шезлонге лежала Морена, обратилась ко мне именно она. Рядом с ней, но на солнце, хотя тень от зонта была довольно обширной, а солнце палило немилосердно, лежала на маленькой плетеной циновке загорелая рыжая кучерявая девушка. Рыжие - редкость в Сербии, впрочем, и в России тоже. С трудом таща по песку велосипед, я подошел к ним и увидел, что Морена выглядит ужасно - очень бледная, скрученная как будто от боли, в соломенной шляпе с широкими полями, c ввалившимися, опять бесцветными глазами. Похоже было, что приползла сюда она с ужасного похмелья. Что было странно, учитывая, что вчера она была весьма бодрой, да и цветочной жидкости выпила в разы меньше.
«Ночь-день», «день-ночь», что-то с этим связано - мелькнуло в моем сознании.
Морена медленно выдавила:
- Знакомься, это моя сестра - Весна (она произнесла имя, естественно, с ударением на первый слог, в Сербии это слово не означало время года, было просто именем, а само это время называлось пролеће.
Рыжая девушка была на вид попроще, чем сестра. Более того, сходство между ними совершенно отсутствовало. Весна была ярко-рыжей, натурального цвета, со множеством веснушек, и, как ни странно, темно-загорелой, хотя большинство знакомых мне до этого рыжих имели очень светлую кожу. В ее правильных чертах лица как будто угадывались восточные, а может и слегка цыганские черты. Черты подростка и одновременно - женщины. В волосы были вплетены одуванчики. Тоже, никакой косметики, но был как будто едва уловимый запах дорогих духов - ощущение нагретого полуденным солнцем луга. Что меня приятно удивило - она смотрела открыто и просто, в отличие от Морены, которая просто излучала высокомерное неодобрение... почти все время, кроме как вчера ночью.
Весна искренне улыбнулась мне:
- Раздевайся и пошли купаться
- А пить мутное зелье сегодня не будем?
Она засмеялась и посмотрела на сестру, но та не поддержала ее смех:
- Нет, вон смотри - Морене уже хватит. А мне и не надо, значит не надо и тебе.
При всех отличиях манера разговора была похожей - я не мог понять, какой язык слышу, но голос (или ощущение от ее телепатической передачи, я точно не знал) был мелодичным и приятным.
Вокруг никто не купался, хотя было жарко - вода еще была холодной. Для всех, но не для нас.
Я аккуратно поставил велосипед рядом с зонтом, разделся, здорово смущаясь - я, в общем-то не ожидал увидеть кого-то кроме Морены, но ощущение бесшабашности, появившееся вчера, только укреплялось.
Мы медленно подошли к воде, она впереди, я чуть сзади, любуясь. Она была гораздо младше сестры, ниже её, фигура тонкая, но определенно женственная. Женщина с лицом девочки - излюбленный вайб аниме.
Солнце, из-за глобального потепления, или еще по какой-то причине, лупило немилосердно, на часах был почти полдень. Я как будто растворился в этом сиянии, оно было снаружи, внутри, кругом, и, определенно, в Весне.
Она повернулась ко мне, почувствовав взгляд, но не обиделась, снова улыбнулась и начала танцевать. Это был, видимо, какой-то народный танец, музыки не было, но она великолепно держала ритм, потом начала хлопать в ладоши, приблизилась ко мне в танце, и, подняв левую руку с растопыренными пальцами, закрыла ей Солнце. На ее запястье виднелась черная, довольно грубо выполненная татуировка в виде сложных крестов.
- Давай, повторяй за мной, не стесняйся!
И, как бы это глупо не звучало, мое грузное тело начало делать движения вместе с ней, а внутри черепа звучала странная музыка, я не мог ей придумать название, кроме как космически-народная, как вчера на Дунае.
Двигаясь в танце, она тоже передала мне свое Настоящее ее имя - Полудница, и, как и у сестры, тут было два смысла - очевидный, полдень. И еще полудити означало на сербском «сойти с ума». Она была ребенком Солнца, и жест левой руки означал именно его.
И она рассказала мне танцем, как ту великую энергию, что дарует нам, людям, Солнце, запирают в тесных бетонных тоннелях, заставляя работать на машину, у которой нет и не может быть души. Как издеваются над Великой водой, заставляя охлаждать их прожорливые системы. Как роботы уродуют природу.
Я снова потерял сознание.
Когда очнулся, девушек видно не было, я лежал на лавке в тени и пара медиков приводили меня в чувство. Я попытался объяснить, что со мной все нормально, но от неожиданности не мог быстро вспомнить нужные слова. Заметив мой акцент, один из них сказал на беглом английском:
- Вы устроили отличное представление, но в самую жару, в полдень, это бывает опасно. Хорошо танцуете, кстати - он улыбался.