Глава 4
К обеду Мария успела забежать домой, чтобы подготовиться к важной встрече с Августом ван дер Хольтом, о которой, благодаря Пчёлкиной, она чуть не забыла. И переодеться в более деловую одежду. Чёрный костюм сидел на Марии, как вторая кожа. Пиджак был расстёгнут, открывая вид на обычную голубую рубашку, верхние пуговицы которой были небрежно расстёгнуты.
С утра хозяйка квартиры вела себя, мягко говоря, странно: встала рано утром, приготовила завтрак, много болтала, грозилась не выпустить Марию из квартиры, пока та хотя бы не выпьет кофе. Так что пришлось задержаться на завтрак.
Мария заметила, что Пчёлкина переоделась в спортивную майку-топ и чёрные джинсы, образ безупречно подчёркивал стройное тело.
Пока Архипова молча завтракала, Юля без умолку что-то говорила о последних происшествиях в Питере, а когда я сказала, что у меня важная встреча с Хольтом, она с жгучим интересом переключилась на него.
Беседа началась за здравие, а закончилась за упокой.
Сначала Пчёлкина колебала Марию, зачем ей встречаться с этим Хольтом.
«А по какому поводу у вас сегодня встреча?», - подливая кипятка себе в кружку, словно невзначай спросила девушка.
Архипова знала, что та не отстанет, пока не получит ответ на интересующий её вопрос, поэтому безэмоционально ответила: «Дроны».
Она рассчитывала, что после короткого ответа Юля переключится на что-то другое, но не тут то было.
«Дроны? Зачем они вам нужны?» - Пчёлкина всё никак не унималась.
На этот вопрос генерал-лейтенанту пришлось объяснять свою позицию: провести реформу полиции, поскольку значительная часть сотрудников, по её мнению, бессмысленно занимали рабочее место.
Дроны не могли напиться в баре после работы. Дроны не занимались фигнёй на рабочем месте вместо работы. В конце концов дроны быстрее и результативнее.
«Это полнейший бред», - Пчёлкина выразила своё кардинально отличное от Архиповой мнение.
- Бред или не бред - решать не тебе, - раздражение с каждой фразой девушки в Марии нарастало.
«Вот опять выводит меня из себя! Случайно или издевается?»
- Вы уже точно решили на счёт дронов?
- Да, осталось подписать документы, - с гордостью сказала Мария, прокручивая в голове исход удачной сделки.
Юля не стала продолжать разговор на эту тему. Видимо, поняла, что смысла будет ноль, а ругаться из-за расходящегося мнения не хотелось. Пчёлкина успокоила себя тем, что Мария Андреевна - генерал-лейтенант и разбирается в делах точно лучше, чем она, ведь это её сфера деятельности.
Пчёлкина любезно проводила гостью до машины.
- Удачи с дронами, - девушка стояла на тротуаре, с необычно горящими глазами, словно зная, что случится.
- Я не полагаюсь на удачу, - ответила Мария, задержав на ней взгляд чуть дольше, чем обычно. - Я рассчитываю только на себя и свой профессионализм, но признаюсь, сегодня она мне не помешает. - Напоследок сказала генерал-лейтенант, заводя машину.
Двигатель зарычал, словно зверь, вырвавшийся на свободу. Одним уверенным движением она включила передачу, и «мерседес», словно услышал приказ, рванул с места, оставляя за собой облако выхлопных газов. В этом рывке чувствовалась вся сила и решительность Архиповой - контроль над ситуацией, мгновенная реакция и готовность действовать.
Встреча с Августом была запланирована месяцем ранее, но из-за всего происходящего вокруг Грома её пришлось отложить на неопределенный срок. Который наконец настал, и с этим можно покончить.
Генерал-лейтенанту не терпелось как можно скорее избавиться от бесполезных сотрудников, которые просто так занимают место. Заменить на продуктивно работающих дронов. Она не могла приходить в отдел полиции и каждый день наблюдать одну и ту же картину: сотрудники делали денежные ставки друг на друга, отходили от похмелья, занимались чем угодно, но только не работой.
А потом, когда Мария предъявляла Прокопенко за его же сотрудников, он мастерски удивлялся, как-будто и не видел того же, что и она. Процент раскрываемости преступлений стремительно падал, а заявлений с каждым днём становилось всё больше.
«С Громом ситуация, конечно, была не такая плачевная, но его метод раскрытия преступлений оставлял последствия, которые приходилось столько же времени разгребать», - от этой мысли хотелось закатить глаза.
Гром. Завтра Архипова передаст его дело другим специалистам. «Лучшим» по её мнению.
«Да тут даже дурак поймёт, что дело провальное! Есть один единственный выход - отсидеть положенный срок в тюрьме», - в голове заговорил голос демона.
«Как мне сообщить это Юле?» - первое, о чём подумала генерал-лейтенант.
«Можешь не сообщать, в конце концов, это не твоя забота. Она не твоя забота», - назло давил на нервы чужак.
«Если Юля узнает не от меня, то разозлится ещё больше».
«Она в любом случае не будет прыгать от радости».
«Буду решать проблемы по мере их поступления, с Пчёлкиной разберусь потом», - на этом решила
Архипова.
Место встречи было назначено в роскошных временных апартаментах Хольта. Апартаменты Августа ван дер Хольта, занимавшие два последних этажа небоскреба, покоряли своей роскошью и изумительным стилем. Стены, отделанные полированным мрамором и редкими породами дерева, визуально увеличивали пространство, Свет многочисленных светильников и люстр из хрусталя отражался от стен, создавая ощущение воздушности.
Мария успела рассмотреть только коридор, прежде чем перехватило дыхание. Она боялась сделать лишнее движение, словно находилась в музее, где можно рассматривать объект искусства на расстоянии.
Её встретили два мужчины. Указав куда нужно пройти, они провели девушку до дверей гостинной.
Панорамные окна от пола до потолка открывали захватывающий вид на Санкт-Петербург. Просторная гостиная была обставлена дизайнерской мебелью из кожи и бархата, в которой сочетались строгие формы и плавные линии.
«Явно не дешёвый бренд», - сделала приблизительную оценку Архипова.
Повсюду в апартаментах были расставлены произведения искусства: картины известных художников, скульптуры, антикварные предметы интерьера. Это подчёркивало статус и утончённость вкуса.
Посередине комнаты стоял вытянутый мраморный стол, больше похожий на алтарь, который ломился от количества еды на любой вкус. Во главе стола, не скрывая свою уверенность от предстоящей удачной сделки, расположился Август.
Увидев генерал-лейтенанта, уверенно направляющюся к столу, мужчина подскочил, радостно приветствуя гостью в своих владениях.
- Мария Андреевна, как я рад вас видеть! - Мужчина в знак приветствия взял мягкую руку Марии и кротко поцеловал.
Мария стояла немного в замешательстве от манер Хольта.
- Август, взаимно, - сдержанно ответила генерал-лейтенант, поближе рассматривая мужчину.
Август предстал перед ней в повседневном домашнем халате.
«Слава тебе, Господи, он хотя бы додумался завязать пояс».
- Прошу, - жестом пригласил за стол владелец корпорации Holt International. - Я уж было подумал, что в самый последний момент вы передумали, - мужчина галантно подвинул гостье стул.
- Если бы вы знали меня лучше, то знали бы, что я не сбегаю в последний момент, как крыса с тонущего корабля. - Генерал-лейтенант кинула резкий, как молнию, взгляд на Хольта.
- Надеюсь, мне посчастливится узнать вас получше, - с надменной ухмылкой произнёс Август, словно вступая в эту игру.
Мария сочла нужным оставить слова мужчины без ответа, ей хотелось поскорее приступить к условиям сделки, для чего они здесь, собственно, все и собрались, а не пиршествовать, слушая пустые речи.
- Что-нибудь желаете? - Хольт успел набить рот каким-то ресторанным салатом.
«Почему меня никто не предупредил, что с ним невозможно вести деловые встречи?»
- Давайте ближе к делу, - Архипову начал бесить Хольт, этот стол с едой; ей казалось, что в его словах слышен пафос.
«Он смотрит на меня свысока, как-будто я какая-то пешка в его партии, которая безотказно будет согласна на любое предложение».
- Вы куда-то торопитесь? Я рассчитывал, что вы составите мне приятную компанию, - невнятно проговорил мужчина, прожёвывая еду.
- К вашему сожалению, откажусь, у меня есть дела, если вы не забыли, что я глава МВД, - отрезала Мария, демонстративно отворачиваясь в сторону обслуживающего персонала. В профиль она выглядела неприступной, как снежная королева.
Раздались два звонких хлопка, нарушившие несколько секунд молчания.
В комнату вошли мужчины, которые сопровождали Марию, и принесли серую папку с документами.
Отодвинув пустые тарелки, предназначавшиеся для неё, чтобы освободить место для бумаг, Мария взяла в руки папку с наименованием «Holt».
«Какого это держать в руках проект, от которого зависят судьбы людей? Будущее Питера, а в дальнейшем, возможно, и целой страны?»
Лёгким движением руки папка поддалась, и Мария увидела заветные слова, которые стали явью на бумаге, и цену...
«Блять»
«Сука, он поднял цену втрое!»
- По глазам вижу, впечатляет, правда? - словно желая поиздеваться, сказал мужчина.
«Если он имеет в виду цену, то да. Впечатляет ещё как! Я аж ахуеваю просто!» - от этой мысли хотелось истерически засмеяться.
- Вы хотели меня задобрить едой, чтобы я первым делом не посмотрела на цену?
- А что не так с ценой?
- Вас, конечно, всё устраивает, но меня определенно нет, - прошипела Мария, сверля Августа взглядом, в котором плескалось раздражение.
- Мария Андреевна, как вы хотели? Это накапал процент за ожидание, пока закончится неразбериха с вашим... как его там? Громом. - в словах, жестах, мимике даже дураку стало бы понятно, что он издевается, растягивая слова, наслаждаясь своей ролью в этом спектакле сполна. - Я ради вас задержался в городе.
Хольт запивал съеденный салат вином, не отводя от Марии Андреевны пронзительного взгляда, желая наблюдать, как от его слов меняется выражение её лица.
- Как же нам несказанно повезло, что вы решили задержаться в городе ради меня и при этом щедром жесте великодушно подняли цену в три раза! - в произношении слов слышалась издёвка, словно Мария вонзает иголку за иголкой.
Как-будто это её игра, и она будет играть только по своим правилам.
Генерал-лейтенант какое-то время прожигала сумму взглядом, трясущейся рукой стараясь стабилизировать руку с ручкой.
- Вы будете подписывать, или вернёмся к этому позже, когда я ещё раз подниму цену? - с стопроцентной уверенность в том, что Мария Андреевна сейчас подпишет документы, сказал Хольт. Глаза сверкали; он без стеснения разглядывал Марию, замечая особенности внешности - для него это было своего рода развлечением, пока девушка бессмысленно тянула время.
Архипова на всякий случай повторно взвесила «за» и «против».
Тревожный голос в голове не вовремя проснулся:
«Точно ли это стоит того?»
«А если твой план потерпет крах? Как ты будешь оправдываться?»
«Ты же так хотела провести реформу полиции, а сейчас думаешь дать заднюю? Так не пойдёт», - убеждала себя генерал-лейтенант.
Она отказывалась понимать, что эта игра изначально принадлежала Хольту. Отказывалась осознавать своё поражение. Теперь виделся один выход - подписать чёртовы документы.
Мария почувствовала, как рука отяжелела от ручки.
«Соберись!»
- Не трогайте меня, - за пределами комнаты раздался знакомый голос.
В гостиную, как фурия, ворвалась взъерошенная Пчёлки, за которой отчаянно неслись мужчины в форме - охранники.
- Стой, дура! - вслед ей кричал грубый мужской голос одного из охранников.
Юля забежала за спину Марии, в поисках защиты. Она знала, что Мария не допустит, чтобы с ней что-то сделали. Архипова подпрыгнула с места, моментально среагировав, завела девушку за спину, укрывая от охранников, которые остановились в метре от них.
- Ты что здесь забыла? - повернув голову, едва слышно прошептала Мария, не выдавая испуга.
- Вас обманывают, - задыхаясь от бега, смогла сказать Пчёлкина.
- Девушка, на выход! - прозвучал грубый окрик.
- До этого вы назвали меня «дурой», - съязвила Юля, возвращая на лицо ухмылку от происходящего.
- Она со мной, - строгим тоном отрезала генерал-лейтенант, останавливая громил.
Охранники посмотрели на Хольта, как собачки, ожидая разрешения.
- Оставьте её, - отдал приказ Август, накладывая в тарелку кусок шоколадного торта. Он удостоил Юлю беглым взглядом, словно смотрел на диковинную игрушку.
Пчёлкина ощущала себя не в своей тарелке: громадные охранники, равнодушный взгляд Хольта пронизывал её насквозь, наводя ужас. Она продолжала сжимать папку в руках, корешок которой, казалось, пульсировал от важности заключённой внутри информации. Мария с усталым, но острым взглядом повернулась к ней, ничем не выдав своих эмоций, но Юля заметила едва заметное дрожание её руки.
Подождав, пока Август с видимым удовольствием откусит кусочек торта, Пчёлкина, сделав глубокий вдох, вручила папку генерал-лейтенанту. Её пальцы коснулись плотной обложки, и Юля почувствовала непреодолимое желание исчезнуть, убраться отсюда в безопасное место. Архипова открыла папку, листая страницы с невозмутимым видом. Лишь небольшое сужение зрачков выдало то, какое влияние произвело содержимое на девушку.
Когда генерал-лейтенант закончила изучать содержимое, она закрыла папку, и её взгляд намеренно встретился с взглядом Юлии. В нём не было той холодной оценки, которая присутствовала, когда она листала страницы, а была благодарность.
Каким-то образов Пчёлкиной удалось выйти на Августа ван дер Хольта с обвинениями в причастности к беспорядкам и на таинственного подрывника Олега Волкова. Представленные доказательства были более чем убедительны.
На прощание, окинув Хольта взглядом победителя, генерал-лейтенант молча задвинула стул. Её молчание было более красноречивым, чем любые слова.
Мария нежно, но твёрдо, положила свою руку на локоть Юли. Движение было плавным и поддерживающим, больше напоминающим мягкое руководство. Она слегка, едва заметно, надавила, направляя девушку к выходу. Взгляд генерал-лейтенанта был сосредоточенным, но тёплым, словно она заботилась о том, чтобы Юля не споткнулась или не почувствовала себя неудобно. Вся сцена была исполнена деликатностью и заботой.
- Мария Андреевна, что это значит? - Август вскочил с места, голос его повысился. Он не понимал, что только что произошло и почему Мария уходит.
- А вы до сих пор не поняли? - Архипова ослепительно улыбнулась, торжествуя. - Сделки не будет, - от этих слов она словно чувствовала сладкий привкус во рту.
- Если дело в цене, то... - на лице мужчины появилось заметное волнение.
Хольт ощущал власть над ней, холодную и уверенную. Генерал-лейтенант была загнана в угол; другого выбора, кроме как принять сделку на выгодных Августу условиях, у неё не оставалось.
- Нет, что вы, - не оборачиваясь бросила Мария. Она стремительно направлялась к выходу под руку с Пчёлкиной, которая явно чувствовала себя так же, как и Мария: победителем.
Август посчитал нужным не продолжать бежать за гостьями:
«Они сами ко мне приползут. Сейчас время на моей стороне».
- Проводите их, - приказал мужчина, с каплей сожаления, возвращаясь к прерванной трапезе.
Слуги любезно открыли девушкам двери, выпуская на долгожданную свободу. Только выйдя за раскошную территорию Хольта, Мария, оглянувшись, спросила, понизив голос:
- Ты где взяла эту информацию? - слегка тряся папкой перед глазами Юли, голос был мягким, но в нём сквозила сталь.
Внутри Марии бушевали противоречивые чувства: восхищение, ярость, страх.
Ярость на Юлю за то, что она рискнула, за то, что пошла наперекор правилам. Восхищение за то, что выручила в трудную минуту.
Страх за то, что стояло за сбором полученной ею информацией.
- У журналисток тоже есть свои связи, - невинно и загадочно улыбаясь, ответила Юля. Как-будто она передала ей не папку с обличающей информацией, а угостила жвачкой.
Мария нависла над Юлей, от неё пахло крепким кофе и терпким парфюмом, запах, который сейчас казался угрожающим. Она чувствовала, как участилось сердцебиение. Не страх. Волнение. Юля ощущала себя школьницей, пойманной с поличным, хотя знала, что действовала из лучших побуждений. Или же это было просто эгоистичное желание быть ближе к Марии, быть нужной, угодить ей, доказать свою ценность? Мысль об этом жгла изнутри, как раскалённое железо.
Она вдруг осознала, что боится разочаровать Марию, потерять её доверие. Эта мысль была больнее, чем любые упрёки или наказания.
- Пчёлкина, мне нужно знать источник, и прекрати играть в шпионов, - вздохнула Архипова. - Это тебе не сенсацию для газеты искать.
Мария молчала, глядя вдаль. Она не могла произнести эти, казалось бы, простые слова: «Спасибо, Юля». Ей казалось, что если она это сделает, то даст Юле карт-бланш на любые безумства, но внутри чувствовала признательность.
В горле застряли слова. Журналистка точно рисковала, чтобы достать эти данные, и Мария это понимала, но показывать слабость было нельзя.
На это Юля лишь закатила глаза. Девушка ожидала кардинально другую реакцию.
- Вы как всегда умудрились испортить такой момент, - пробормотала она с обидой, рассматривая улицу, словно отказываясь обращать внимание на Марию, как маленькая девочка.
- О, поверь, я могу испортить момент куда сильнее, - парировала генерал-лейтенант, скрестив руки на груди. - Например, оформить твоё задержание за незаконный сбор информации. Так что радуйся, что я ограничилась лишь словесным порицанием. - голос мгновенно перестал быть мягким, в нём звучала строгость, от которой по спине пробежали мурашки
Мария отвернулась, и Юля увидела, как напряглись её плечи, спина расправилась, словно невидимый корсет стянул фигуру. Уверенной, грациозной походкой глава МВД подошла к машине. С каждым шагом сердце Пчёлкиной билось всё быстрее. Щелчок замка – дверь распахнулась, открывая тёмный салон автомобиля. На автомате Юля сделала шаг назад, готовая бежать, но тут же одернула себя, понимая, что это было бы глупо.
В одно мгновение она перестала быть той Марией, которую Юле посчастливилось узнать вчера ночью. Сейчас перед ней стояла генерал-лейтенант Мария Андреевна Архипова, жёсткий и бескомпромиссный руководитель, чьё слово закон, а приказы не подлежат обсуждению.
Аура власти, которую она излучала, ощущалась физически. Казалось, воздух вокруг неё стал плотнее, а звуки приглушённее.
Её присутствие давило, заставляя невольно съёжиться и почувствовать себя маленькой и незначительной. Каждое её движение было отточено, каждое слово грамотно подобрано, чтобы оказать максимальное воздействие. В глазах не было ни капли сомнения, лишь уверенность в своей правоте и готовность применить силу, если потребуется.
Юля почувствовала себя загнанной в угол, словно попала в ловушку, расставленную умелым охотником.
На секунду ей показалось, что её сейчас арестуют.
«Неужели правда арестует?», - пронеслось в голове.
Она не понимала, чего ждать от Архиповой, какой будет её следующая реакция. Мария, сложив руки на груди, прожигала журналистку взглядом, ожидая, видимо, её дальнейших действий. Насмешливый блеск в глазах генерал-лейтенанта, стоявший у открытой двери, предвещал что-то нехорошее.
- Чего стоим? - твёрже спросила Мария, с едва заметной усмешкой, нахмурив брови. - Думаешь, я буду тебя упрашивать? Иди сюда, преступница. - она сделала шаг навстречу Юле, сокращая расстояние до минимума.
Теперь между ними почти не оставалось места, и девушка чувствовала тепло её дыхания. Пчёлкина отшатнулась, впервые видя Марию...такой.
В словах генерал-лейтенанта сквозила не просто строгость, а опасная игра. Усмешка, едва тронувшая её губы, говорила о том, что она наслаждается этой ситуацией, своей властью над Пчёлкиной.
- Сама в машину полезешь? Или мне помочь? - не дожидаясь ответа, Мария схватила Юлю за руку и резко потянула к себе. Девушка, потеряв равновесие, чуть не упала, но Архипова вовремя подхватила её, крепко прижав к себе.
Застыв в её объятиях, Пчёлкина почувствовала, как бешено колотится сердце Марии. Без лишних разговоров она повиновалась и села в машину.
Мария Архипова устанавливала свои правила игры, вынуждая девушку реагировать. Тепло её дыхания на щеке Пчёлкиной - это не просто физическое ощущение, а символ близости, которая одновременно манит и пугает.
Реакция Юли, её отшатывание, лишь подзадорило Марию. Она видела замешательство в её глазах, смесь страха и восхищения.