Глава 24. Вне рамок и правил
"И впервые в жизни Ник понял - если Кай уйдет, он уйдет вместе с ним."
Воздух на теннисном корте был пропитан азартом и резким запахом разогретого покрытия. Кай и Кейт двигались по площадке с синхронностью, доступной только тем, кто тренировался вместе годами. Это не была просто игра - это было сражение двух стихий. Кейт играла технично, с легкой долей кокетства в каждом взмахе ракетки, но Кай... Кай был воплощением сокрушительной силы.
Ник сидел на трибуне, и его взгляд был прикован к одной фигуре. Он смотрел на Кая не как зритель, а как художник, влюбленный в свою натуру. В каждом движении Кая сквозила первобытная грация. Когда тот подавал, мышцы на его спине натягивались под тонкой тканью поло, прорисовывая четкий, почти скульптурный рельеф. Белая ткань намокла от пота, становясь полупрозрачной и облепляя тело, словно вторая кожа.
Ник ловил взглядом то, как Кай тяжело выдыхает, как капля пота скатывается от виска по шее к ключице, исчезая в вырезе футболки. Это зрелище было пугающе красивым и глубоко интимным. При каждом мощном ударе Кай издавал короткий, хриплый звук, и Ник чувствовал, как по его собственной коже бежит странный жар. В этом моменте, среди яркого света и свиста мячей, Кай казался Нику по-настоящему живым - не наследником, не функционером, а стихией, которую невозможно подчинить.
- Всё, я пас! - Кейт со смехом бросила ракетку и потянулась, заставляя Ника на мгновение отвести взгляд от Кая. - Ты сегодня невыносим, братец. Совсем меня заездил.
Она подошла к трибунам и бесцеремонно уселась рядом с Ником, обмахиваясь полотенцем.
- Расскажи мне, Ник, - она кокетливо склонила голову набок, и её глаза лукаво сверкнули, - каково это - рисовать лед? Я слышала, ты занимаешься искусством. Это ведь безумно романтично, правда? Искусство должно будоражить, вызывать трепет...
Ник открыл рот, чтобы ответить, его увлекла живость Кейт, но договорить он не успел. Кай, набросив на плечи куртку, подошел к ним стремительным шагом. В его взгляде промелькнула необъяснимая тень - то ли ревности, то ли желания поскорее разорвать эту нить общения.
- Мы спешим по делам, - отрезал Кай, не давая Нику вставить ни слова. - Кейт, собирайся. Мы завезем тебя домой.
Кейт недовольно надула губы, переводя взгляд с серьезного лица брата на растерянного Ника.
- Домой? В этот склеп? Ну уж нет, - она решительно встала. - Если ты так хочешь избавиться от моей компании, завези меня к подруге. У Лизы сегодня вечеринка, и я всеми силами хочу поехать развеяться. Там хотя бы пахнет жизнью, а не антиквариатом и папиным контролем.
Кай лишь коротко кивнул. Он был готов отвезти её хоть на край света, лишь бы снова остаться с Ником наедине.
Когда машина наконец скрылась из виду, оставив Кейт у ворот шумного особняка её подруги, в салоне повисла иная тишина. Она больше не была напряженной. Это была тишина двоих людей, которые наконец-то сбросили лишние роли.
- Куда мы? - тихо спросил Ник, глядя на профиль Кая.
- Просто погуляем. Без свидетелей.
Они припарковались у старой набережной. Вечерний город начинал зажигаться огнями, отражавшимися в темной воде маслянистыми бликами. Они шли медленно, разговаривая о мелочах: о предстоящих экзаменах, о нелепых профессорах и о том, как Ник умудрился пролить черную краску на свой лучший эскиз на прошлой неделе. Кай смеялся - искренне и открыто, и этот звук казался Нику ценнее всех сокровищ мира.
В какой-то момент Кай остановился. Они стояли в тени раскидистого дерева, скрытые от редких прохожих. Кай повернулся к Нику, и его лицо в полумраке казалось высеченным из мрамора, но глаза... глаза светились нежностью.
Он медленно поднял руку и поправил выбившуюся прядь волос Ника, едва коснувшись пальцами его лба. Это движение было таким естественным и бережным, что у Ника перехватило дыхание.
- Ник... - голос Кая стал тихим, почти серьезным. - Ты хотел бы уехать отсюда когда-нибудь?
Ник замер. В этом вопросе слышалось не просто любопытство, а затаенная надежда, смешанная с горечью.
- Уехать? - переспросил он. - Ты имеешь в виду навсегда?
- Навсегда. В место, где нет фамилий, нет «советов директоров», нет пластмассовых витрин. Где мы могли бы просто быть. Ты... ты поехал бы со мной, если бы я попросил?
Ник смотрел в эти «ледяные глаза», в которых сейчас бушевал настоящий шторм. Он понимал, что Кай спрашивает не о путешествии. Он спрашивает о спасении. И впервые в жизни Ник понял - если Кай уйдет, он уйдет вместе с ним.