Глава 7. Театр теней и золотые клетки
Зал приемов в поместье Марлоу утопал в золоте и хрустале. Воздух был тяжелым от ароматов лилий и дорогих сигар, а звон бокалов напоминал тиканье часового механизма. Кай стоял у входа, застегивая запонку. Его лицо превратилось в непроницаемую маску из мрамора - образ идеального наследника, который он оттачивал годами.
- Кай! Наконец-то! - звонкий голос разрезал гул толпы.
Лиззи приближалась к нему, словно сошедшая с обложки глянца. Платье от-кутюр цвета шампань облегало её фигуру, а на шее сияло ожерелье, стоимость которого равнялась небольшому острову. Она была дочерью генерального директора корпорации «РЕН» - гиганта, способного одним звонком обрушить или возвысить любую компанию. Лиззи была воплощением власти, красоты и... абсолютной пустоты для сердца Кая.
Она обняла его, оставив на щеке едва заметный след помады. Кай невольно напрягся. Раньше это прикосновение вызывало в нем тепло, но сейчас он чувствовал лишь холодное равнодушие.
- Мы должны выглядеть так, будто завтра венчание, - прошептала она ему на ухо, дежурно улыбаясь фотографам. - Твой отец и мой сегодня подписывают меморандум. Не подведи.
Весь вечер превратился в утомительный спектакль. Кай вел Лиззи под руку, представляя её партнерам, поддерживал светские беседы о волатильности рынка и новых налогах. Это был танец на острие ножа: малейший жест скуки мог стоить миллионов. Но в те моменты, когда Лиззи смеялась над чьей-то плоской шуткой, а вспышки камер слепили глаза, Кай мысленно уносился в другое место.
Перед глазами всплывали синие стены «Индиго». Он вспоминал, как Ник щурился от солнца, как на его белой футболке виднелось маленькое пятнышко от кофе, и как честно звучал его голос. В этом зале все были в доспехах из шелка и бриллиантов, а Ник... Ник был просто собой. Эта мысль стала для Кая спасательным кругом. Каждый раз, когда Лиззи прижималась к нему для очередного фото, он вспоминал Ника. Он видел фальшь в улыбках, видел расчет в глазах отца и понимал, что этот «идеальный брак» - лишь еще одна строка в финансовом отчете.
К полуночи, когда гости начали расходиться, Джейк Эренфрост подошел к сыну. Он держал в руке бокал виски и выглядел победителем.
- Хорошая работа, Кай, - произнес отец, и в его голосе прозвучало редкое одобрение. - Вы с Лиззи были великолепны. Акции компании подскочили на два пункта только на слухах о вашем воссоединении. Ты наконец-то начал понимать, что чувства - это переменная, которую можно и нужно контролировать.
Кай промолчал, склонив голову в знак согласия. Его «контроль» сегодня прошел испытание на прочность, но победа была горькой.
Уже в своей машине, смывая с лица усталость, Кай вытащил из кармана смокинга салфетку, которую тайком забрал из кофейни. На ней быстрыми штрихами Ник набросал какой-то символ - то ли птицу, то ли просто росчерк крыла. Кай провел пальцем по следу карандаша. В этом мире цифр и корпоративных войн маленькая бумажка с наброском была единственной вещью, которая имела для него реальную ценность.