Глава 5. Сбой в системе
Библиотека университета была местом, где время, казалось, замедляло свой бег, вязнув в запахе старой бумаги и полированного дерева. Кай любил это место за его функциональность: здесь тишина была не давящей, как дома, а продуктивной. Он сидел в самом дальнем углу, окруженный горой литературы по международному праву и макроэкономическим циклам. Лампа с зеленым абажуром бросала резкие тени на его лицо, делая черты еще более жесткими, почти хищными.
- Знаешь, если смотреть в эти графики слишком долго, они начнут смотреть в тебя, - раздался шепот над самым ухом.
Кай вздрогнул - редчайшее явление для него - и резко обернулся. Рядом стоял Ник. В библиотечном полумраке его глаза казались еще больше, а копна волос - еще хаотичнее. Он прижимал к груди какую-то потрепанную книгу по анатомии для художников.
- Ты меня преследуешь? - Кай выпрямился, мгновенно возвращая себе маску ледяного безразличия.
- В библиотеке? Скорее, это статистическая вероятность, - Ник улыбнулся и без приглашения опустился на соседний стул. - Я искал Дюрера, а нашел Эренфроста. Судьба иронична.
Кай хотел было ответить едкостью, но его взгляд зацепился за пальцы Ника - сегодня они были чистыми, но он всё равно подсознательно искал на них следы краски.
- Ты всегда такой... шумный? - спросил Кай, закрывая тяжелый том.-
Я просто живой, Кай. Это большая разница. - Ник замолчал, внимательно изучая безупречный профиль собеседника. - Скажи, ты когда-нибудь задумывался... если бы завтра все цифры в мире исчезли, и твои активы, и графики, и семейные счета превратились в пыль... что бы осталось от тебя самого? Кто ты, когда за тобой не стоит империя?
Кай замер. Вопрос был не просто сложным - он был опасным. Он бил прямо в фундамент, на котором была выстроена его личность. Обычно он пресекал подобные разговоры, считая их праздным философствованием, но сейчас, в этой тишине, защитные барьеры дали трещину.
- Я бы остался... - Кай запнулся, и его голос стал глуше. - Я бы остался человеком, который умеет держать удар. Отец учил меня, что мир - это хаос, и только порядок дает право на существование. Наверное, я бы просто начал строить новый порядок. Но иногда... иногда мне кажется, что я просто хорошо обученный актер в пьесе, которую написал не я. И если декорации рухнут, я не буду знать, куда деть руки.
Он сказал это почти шепотом, глядя не на Ника, а куда-то сквозь стеллажи. Это было секундное откровение, вспышка истины в стерильном мире логики. Но осознание собственной уязвимости тут же ударило по нервам. Кай резко выдохнул, его взгляд снова стал холодным, как лед в бокале виски.
- Впрочем, это бессмысленный разговор. Цифры не исчезнут, а гипотезы не приносят прибыли. Мне пора.
Он начал порывисто собирать вещи, словно боялся, что если останется еще на минуту, Ник увидит то, что скрыто за «пуленепробиваемым стеклом».
- Кай, постой! - Ник потянулся к нему, но вовремя остановил руку. - Не убегай в свою крепость.
Кай уже закидывал сумку на плечо, его движения снова стали выверенными и резкими.
- В субботу в центре, возле старой ратуши, есть кофейня «Индиго», - быстро произнес Ник, стараясь перехватить взгляд Кая. - Там лучший эспрессо и худшие в мире круассаны, зато стены выкрашены в цвет, который тебе точно не понравится. Приходи в два часа. Без водителя, без планов на захват мира. Просто выпить кофе с парнем, который не боится испачкать руки краской.
Кай посмотрел на него сверху вниз. В его голове уже всплыло напоминание о благотворительном вечере, о котором говорил отец, о необходимости «картинки» с Лиззи.
- Я не обещаю, - отрезал он.
- Обещания - это для бизнеса, - Ник подмигнул ему, хотя сердце его билось так сильно, что, казалось, его слышно на всю библиотеку. - А кофе - это для души. До встречи, Кай.
Кай развернулся и быстро пошел к выходу, не оглядываясь. Но где-то в глубине его сознания, в самом центре ледяной империи, маленькая трещина начала медленно, но неумолимо расти.