Агония любви. 🔞

– Реально, Вьен, я балдею от твоего препода по танцам. Мужик огонь! Ему уже более сорока, а он такой офигенный! Двигается так, что я нахрен начинаю сомневаться в своей ориентации! И знаешь, правда, не знаю кто более офигенный он или Сианэ... Ауч! – вскрикнул Джефри, получив толчок от Вьена.

Они уже третий час мчались в ночи на машине, по сельской местности. Необычайно яркая луна освещала дорогу, звезды будто россыпь бриллиантов, мерцали на темном небе. Что с одной стороны, что с другой, от дороги вдаль расходились поля.

– Я тебя даже не сравниваю. – поспешил сказать Джефри. – Ты вне сравнения и конкуренции!!!

– Так я тебе и поверил! – наигранно строго ответил Вьен другу, в душе получая удовольствие от его лести. – Меня пригласили во Францию на интервью... Помнишь я говорил тебе о нем перед летом. Поможешь уломать маму согласиться?

– Да, ладно?! Это же такая удача для тебя!

– Да, но ты же знаешь её. Она считает это глупостями! – печально вздохнул Вьен думая об отношении матери к его увлечению.

– Ну, не унывай! Придумаем что-нибудь! – Джефри подумал, что будет отличной идеей, если Вьен поедет во Францию. Его мысли будут заняты подготовкой, и он напрочь забудет свой интерес к профессору. Он свято верил, что его друг мало чем отличается от любого парня в этом возрасте, который пускает слюни по любому мало-мальски привлекательному телу. Во Франции же, коль у его друга разыгрались гормоны, по мнению Джефри, будет много соблазнов. Да и сама атмосфера «города любви». Таков был расчет Джефри. Дело за малым, уговорить мадам Боне!

Так за разговорами, они сами того не заметили, как дорога привела их вглубь леса. Не прошло и получаса по извилистой лесной дорожке, как деревья расступились, показав идеальную гладь воды лесного озера, в которой отражалось, будто на картинке, ночное небо.

Машина остановилась у одноэтажного деревянного дома, построенного ещё в прошлом веке. Перед дверью к ним навстречу поднялся сморщенный от старости, страдающий от ревматизма в спине мужчина. Он тепло поприветствовал своего внука и его друга. И всё не прекращал сетовать на то, что они ехали ночью и что это весьма опасно, пока размещал их в небольшой комнате.

– Джефри, ты вот ложись тут. На полу я тебе постелил. Вьен, если будет холодно, то вот плед. Укроешься. Я тут вам натопил вроде тепло. Сейчас вот еще дровишек подкину... – суетился мужчина.

– Дед, да мы сами тут разберемся. Иди отдыхай! – Джефри уже не терпелось остаться в тишине, и не слушать старческого ворчания...

– Да, че вы тут разберетесь?! Городские! Что вы там умеете?! – ворчал старик. И только когда убедился, что оба парня уже легли и одеяла были подпихнуты, а в печи весело потрескивали дрова, он ушёл, кряхтя, в свою комнату.

Проснулись оба парня на следующий день только к обеду. Джефри ещё валялся в кровати, когда Вьен, искупавшись в холодной освежающей воде озера, зашел в комнату и смахнул капли воды с волос на спину друга. Но тот даже не шевельнулся, продолжая лежать на полу, на импровизированной кровати.

– Просыпайся! Иди корми меня! А то я пойду сам себя кормить! – пристал Вьен к другу.

– Это шантаж и давление! Я не поддамся! – прозвучал ворчливый голос парня.

– Ну, как знаешь! – пожал плечами Вьен, и хотел было выйти из комнаты, но был пойман за лодыжку.

– Стоять!

– Эй, пусти! Ауч! – Вьен с размаху шлёпнулся на пол и между парнями завязалась возня. Дом наполнился их хохотом и шумом. Вьен пытался отползти к двери, но был всякий раз удержан другом.

– Ты и кухня, вещи категорически несовместимые! Даже не думай туда зайти без присмотра!!! – смеясь приговаривал Джефри, при этом он тянул Вьена за ногу, в надежде отцепить последнего от косяка двери, в который тот вцепился мертвой хваткой. Провозившись ещё минут десять, парни, пихаясь и смеясь ввалились на кухню.

– Ты! Сидеть тут и ничего не трогать! – скомандовал Джефри, усадив друга на лавку рядом со столом. – Что тут у нас? – Под льняной салфеткой стояло два глиняных небольших кувшина с молоком и каравай свежевыпеченного цельно зернового хлеба. С десяток яиц, сваренных вкрутую, лежали в старой эмалированной миске. Тут же в плетёной корзине, были румяные ароматные деревенские яблочки.

– Еду-то трогать можно?! – капризным тоном спросил Вьен, и схватив яблоко, откусил чуть не половину от него. Вытащив яйцо из миски, он хотел было его очистить, но друг отобрал яйцо из его рук, и даже отодвинул миску подальше от Вьена.

– Эй! – возмутился Вьен.

– Я сам тебе почищу! – безапелляционно заявил Джефри и принялся очищать яйца от скорлупы.

– Да, что я не справлюсь что ли? – Вьен потянулся к миске, но Джефри шутливо хлопнул его по руке.

– После тебя потом задолбаешься кухню вычищать от скорлупок! Проходили уже!!!

– Ой, да ладно тебе наговаривать! – пододвинув обратно мисочку поближе к себе, Вьен начал счищать скорлупу.

– Только устрой бардак! – Джефри погрозил другу пальцем, на что Вьен скорчил ему недовольную рожицу. И через некоторое время с гордостью продемонстрировал тому очищенное яйцо и аккуратно сложенные горкой скорлупки.

– Я профессионал! – довольный собой, Вьен отломил ломоть хлеба. Он ел всё с удовольствием, совершенно не думая, что по субботам он не потребляет яиц, а по утрам – хлеб.

Позавтракав, оба парня ушли на задний двор, где отец Джефри тепло поздоровался с обоими, не делая разницы между ними. Вьен был ему так же дорог и близок, как родной сын.

– Вы позавтракали? Там дед вам оставил на столе всё.

– Да, а сам то он куда подевался? – Джефри начал помогать отцу складывать дрова. Вьен же устроился на скамейке и вяло наблюдал за работой мужчин.

– К соседям пошел. Вьен, ты подумал над тем, что я предложил тебе? – спросил отец Джефри.

– Да я ещё слишком молодой для этого... – Вьен нахмурившись начал пальцем босой ноги ковыряться в земле.

– Ну хоть и молодой, но я уверен ты справишься. – настаивал мужчина.

– Это слишком сложно... – продолжал отнекиваться Вьен, – И скучно!

– Вьен, это отличная идея! – весело воскликнул Джефри, вмешиваясь в разговор отца с другом. – Ты будешь читать лекции первому курсу раз в неделю – твоя мама лопнет от гордости за своего сына! Она будет всем и каждому тобой хвастаться! Это выгодно!!! – Джеф многозначительно посмотрел на друга и начал напевать "Sous le ciel de Paris", чем рассмешил Вьена до слез – акцент у него был кошмарным.

– Твой акцент ужасен! – смеясь Вьен кинул щепкой в друга.

До заката они занимались дровами. И только с последними лучами солнца, усталые, но не Вьен, конечно, ушли в баню, что растопил дед. От соседей он принес головку домашнего сыра и свежих овощей, и пока молодежь парилась в бане, он приготовил легкий овощной ужин.

Ночь их встретила на веранде, где они вчетвером уютно разместились в плетёных креслах. Дед попыхивал трубкой, попивая свой неизменный ежевечерний бокальчик коньяка. Джефри с отцом сидели над шахматной доской, Вьен же был занят игрой в телефоне.

– У тебя мат следующим ходом. – сказал Вьен Джефри, мельком глянув на доску.

– Не подсказывай ему! Пусть своим мозгом пользуется. – ухмыляясь, отец Джефри взял стакан коньяка и, откинувшись в кресле, попивал янтарную жидкость любуясь природой.

Это было поистине прекрасное место. Тут можно было наслаждаться, слушая тишину. Окружённая сосновым лесом гладь озера была точно поверхность зеркала, отражающая ночное небо с багряной кромкой заката, черные силуэты деревьев и первую звезду. Лишь рыба плескалась, оставляя расходящиеся круги на воде и нарушая идеальное отражение.

В этой глуши, так далеки все заботы городской жизни. Так несущественны. Ни разу за весь день, Вьен не вспомнил о профессоре. Безмятежно и спокойно было у него на душе. Как и предполагал Джефри, он был занят размышлениями о возможной поездке во Францию.

Спокойным был его сон, в эту ночь. По-детски подложив кулачок под щёку, спал он здоровым молодым сном. И ничто не беспокоило его ум и душу.