Пророчество чужого мира. Книга 2

Франческа специально прошла через кухню, чтобы ее не видели те, кто собирался на Охоту. Выйдя к конюшням, она увидела, что там царила страшная суматоха. Все слуги седлали лошадей и готовили их для выезда Короля. Даже Главный конюх, всегда такой уверенный и неторопливый, помогал в подготовке. Несмотря на то, что конкретно эта конюшня была королевской, и здесь содержались лошади, предназначенные для Его Величества, но также здесь были лошади, которыми пользовались его личные слуги и охрана.

Наездница получила личное королевское дозволение для себя и ее спутников, на право взять отсюда лошадей. Что творилось на других конюшнях, представиться было страшно.

Как поняла девушка, королевская Охота, это очень многочисленное мероприятие, и все обязаны были сопровождать Короля верхом, никаких повозок и пеших прогулок. А поскольку Его Величество был молод и очень любил верховую узду и азарт охоты, в этот день он пребывал в исключительно хорошем настроении, чем часто пользовались те, кто хотел отличиться перед ним. Загнал вместе зверя, и ты уже сидишь недалеко от Короля на будущем сегодняшнем пиру.

Когда Франческа незаметно пошла вдоль стены к конюшне, стараясь избежать встречи с Главным конюхом, до которого она так и не смогла донести, что нет ничего особенного, в том, что тот, кто на лошади ездит, тот о ней и заботиться. Приглядевшись, крадущаяся поняла, что, то, что она приняла за суматоху, оказалось вполне продуманными четкими действиями, которыми руководил Главный конюх, попутно проверяя каждого запряженного скакуна. Просто обычно в этом дворе было тихо. Король нечасто мог себе позволить выехать из замка просто развеяться, а сейчас во двор выводили всех имеющихся здесь лошадей.

Пришедшая прошмыгнула в почти опустевшие стойла и сразу увидела молодого конюха, которому всегда передавала свою кобылу, когда заканчивала чистить ее после выезда.

- Привет, Конрад, - Франческа махнула рукой юноше, - шумно у вас тут сегодня.

Молодой человек остановился и, посмотрев, на вошедшую застенчиво кивнул. Конюх никак не мог привыкнуть к доброму и хорошему обращению от этой госпожи. Она даже спросила и запомнила его имя. Хотя на королевских конюшнях никто не мог позволить себе кричать на слуг, кроме Главного конюха, который делал это только для острастки. Такой он был человек. Но господа никогда не вели бесед с простыми конюхами. Они просто отставляли своих лошадей.

А эта девушка и мужчина, с которым они стали выезжать по утрам на лошадях, вели себя с ними, как с равным. Когда оба закатывали рукава, чтобы в тазике с водой промыть щетку и почистить своих лошадей, эта пара совсем не походила на господ из замка.

Конрад иногда специально отходил, чтобы оставить их одних, но останавливался неподалеку, чтобы посмотреть, как внимательно и заботливо этот мужчина помогал своей красивой жене, хотя девушка по большей части всегда пыталась облить водой его, а не лошадь.

Но однажды юноша стал невольным свидетелем необычной сцены. В одно утро они приехали с конной прогулки, распрягли лошадей, отдав Конраду седла. Пара осталась снаружи под навесом, чтобы почистить животных. Конюх заметил, что не мешало бы принести еще воды, в бадье ее совсем не осталось. Когда молодой человек возвращался, тихо идя вдоль стены конюшни, то застал такую картину.

Наездница наклонилась и обмакнула щетку в бадью с водой. С ее мокрых рук и щетки еще стекала вода, когда девушка поднялась. Она повернулась к мужчине, который стоял к ней спиной, снимая уздечку и поводья с черного коня, и намерено обрызгала его водой.

- Прекращай, - спутник повернул к ней голову, все еще занимаясь расстегиванием ремней. - Лучше займись лошадью.

- Так я и занимаюсь, - покорно произнесла лисица, всем своим видом показывая, что она ничего не делала.

Девушка сразу отвернулась к лошади и стала чистить щеткой ее бок. Но сегодня у Франчески было восхитительное настроение. С раннего утра сияло солнце, заливая еще не проснувшийся замок своим ярким светом и отражаясь золотом в ее волосах. В такой прекрасный день и с таким хорошим настроением, ей хотелось немного подурачиться, особенно когда перед глазами было такое спокойное лицо Алека. Она снова намочила щетку и снова, вместо лошади хорошенько встряхнула ее у спины спутника.

Алек уже снял уздечку и держал длинные поводья в руке, второй рукой поглаживая морду Ветра. Почувствовав, что его снова намочили, спутник, не поворачиваясь, сказал:

- Мне тебя связать, чтобы ты прекратила? – низким глубоким голосом произнес охотник, прекратив гладить коня.

- Мм, - раздалось в ответ, казалось, шутница испугалась и снова отвернулась к лошади.

Но ровно на пару секунд, чтобы повернуться обратно к мужчине и снова поднять руку со щеткой. Алек резко развернулся к пойманной с поличным и молча схватил ее за руку. Спутница протянула вторую руку, чтобы высвободиться, но в этот момент на обе ее руки была накинута кожаная петля. Охотник затянул поводья и, шагнув ближе, поднял руки добычи над головой. Но вместо того, чтобы испугаться, что разозлила его, она подняла вверх голову и улыбнулась уголком губ, смотря в темные от гнева серые глаза.

Мужчина нахмурился, не ожидая такой реакции, но Франческа чуть наклонилась к нему, даже не пытаясь освободиться, все с той же озорной полуулыбкой. Охотник замер и его глаза распахнулись, когда мысли вдруг потекли совсем в другом ключе. Он шумно втянул воздух и медленно стал поднимать вторую руку.

В этот момент Конрад так испугался, что госпожа разозлила этого мрачного мужчину, и он с ней что-то сделает, что решил тут же вмешаться. Хоть конюх и побаивался господина, но за молодую госпожу переживал больше. Юноша нарочно ударил ведром о стену, так, чтобы раздался плеск и шум, и пошел вперед, делая вид, что только что подошел.

Господин, не оборачиваясь, тут же отпустил руки пойманной и одним быстрым движением скинул с них петлю, отступив в сторону. Конрад выдохнул с облегчением, когда понял, что успел вовремя, но почему-то на лице госпожи уже не было улыбки.

- Подскажи, а не забрали еще белую кобылу, на которой я езжу? – спросила подошедшая, зайдя внутрь.

- Нет, госпожа. Я оставил Луну для госпожи, - смущаясь рядом с этой очаровательной наездницей, ответил юноша. – И Ветер тоже здесь.

Франческа посмотрела вглубь конюшни. В самых дальних стойлах стояли черная и белая лошади.

- Отлично, спасибо тебе, Конрад, - улыбнулась собеседница, чем заставила молодого человека еще и покраснеть. – Тогда у меня к тебе есть одна просьба.

- Да, конечно, госпожа, - тут же воскликнул юноша, сразу кивая.

- У меня тут есть колчан, - начала она, протягивая его конюху. - Прошу тебя, закрепи его у седла Луны. И если тебе не трудно, укрой его попоной, чтобы не сильно бросался в глаза.

- Конечно, не трудно, госпожа, - засиял молодой человек, обрадованный таким вежливым обращением. - Я все сделаю для вас. Закреплю колчан так, чтобы он не помешал госпоже сидеть в седле. Со свободной стороны, не с той, где будет ноги госпожи.

Франческа стояла и улыбалась, слушая сбивчивые заверения, что все будет сделано. Конюх покивал и направился к седлам, чтобы начать запрягать для нее лошадь. Наездница проследила за ним взглядом и пришла в ужас.

- Даже не вздумай запрячь кобылу под женское седло, - тут же быстро произнесла девушка, поняв его намерения.

- Но госпожа не сможет на ней скакать в платье, - тихо сказал он, повернувшись к ней.

- А это уже моя забота, - отрезала Франческа и вышла во двор.

Перед воротами и на прилегающих улицах собралась довольно большая толпа из всевозможных вельмож и красиво разодетых дам. Большинство уже подъезжали на лошадях, собирались в маленькие группы, и медленно выезжали за ворота.

Придворные дамы, как обычно, большой группой стояли в стороне, дожидаясь, когда слуги с их дворов приведут им запряженных лошадей. Эта группа женщин пестрела нарядами всевозможных цветов от ярко-красного до нежно зеленого, которые совершенно не подходили для охоты в лесу. Как можно было незаметно подойти к дичи, когда ты ярко выделяешься на фоне приглушенных красок леса. Но помимо всего прочего, шеи и запястья дам украшали изящные золотые украшения. А вот ничего похожего на луки и арбалеты ни у кого из них не было.

Ранее Беатрис рассказала подруге о королевской Охоте. Это было самое ожидаемое событие, после празднования дня рождения Короля и годовщин Коронации. Но если первые два события были максимально строго официальными, то охота была любимым развлечением монарха.

Здесь разрешалось, несмотря на титулы, отойти от дворцового этикета. Даже у Короля можно было увести добычу, если удача в этот день была на твоей стороне, но обычно это было не так.

Короля с детства учили управлять страной, разбираться в ведении военных действий и пользоваться всевозможным оружием, чтобы, несмотря на личную охрану, он сам мог защитить свою жизнь. Ну а держаться на коне в этом мире умел каждый мужчина почти с того же момента, как начинал ходить.

Франческа со спокойной душой шла по боковой улице к этому столпотворению. Поодаль, в конце этой улицы на границе площади девушка увидела брата и сестру, которые вместе со всеми ждали начала Охоты. По сравнению с придворными дамами, наряд Беатрис был совершенно не примечателен. Подруга была одета так же, как и всегда, в свободное синее платье и высокие охотничьи сапоги, чтобы удобнее было ехать на лошади. Франческа направилась прямиком к ним.

Алек сразу увидел приближающуюся тонкую высокую фигуру в развевающейся темной юбке. Ткань была легкой и объемной, и при каждом шаге словно жила своей жизнью, то окутывая ноги владелицы, то разлетаясь и разматываясь вокруг нее, создавая ощущение, будто ее хозяйка не касается земли.

Сверху была свободная белоснежная рубашка, с широкими длинными рукавами, доходящими до пальцев. Темный зеленый цвет юбки еще больше высветлил белую ткань, так что та почти сияла под ярким дневным солнцем. Увидев, что Алек внимательно следит за ней, девушка слегка улыбнулась ему, подходя ближе.

- Беатрис сказала, что Его Величество был недоволен твоим верховым нарядом и велел одеться как все, - вместо приветствия усмехнулся охотник.

- И как видишь, - ехидно ответила наездница, - я не могла ослушаться повеления Его Величества.

Подошедшая покрутилась на месте, демонстрируя длинную свободную юбку. Легкая ткань разлетелась в стороны, показывая, что верхний слой юбки не целый, а состоит из широких полос, разрезанных почти во всю ее длину. А под ними был следующий слой такого же легкого темно-зеленого материала. Юбка была настолько свободной, что заполнила собой все пространство вокруг крутящейся, развеваясь от ее поворотов.

Алек прищурился, смутно догадываясь, что хоть наряд выглядит самым пристойным образом, но что-то в нем не так. Он совсем не походил на то, в чем придворные дамы вышли на охоту. Но тут, в широких рукавах ее рубашки мелькнули наручи. И когда она остановилась, спутник молча протянул руку и взял ее за запястье, убеждаясь, что разглядел правильно. Приподняв вверх ее руку, и демонстрируя наручи, он спросил:

- Ты же знаешь, что женщины, обычно, не принимают участие в охоте.

- Обычно, да, - с готовностью кивнула девушка. – Конечно, я это знаю. У меня же нет с собой ничего. А это, так, привычка.

Стоявшая рядом показала вторую руку, демонстрируя, что она пуста и кивнула на видневшийся из-за его плеча колчан и арбалет. Спутник отпустил ее руку.

- Я тихо, мирно, проведу время с Беатрис и дамами, - лучезарно улыбнулась собеседница.

Но после этой фразы, стоявший рядом мужчина ей совершенно не поверил. «Интересно, - вдруг подумал он, - а ножи в наручах есть?» Уже жалея, что отпустил ее руку, не проверив это.

- О, ты поедешь со мной, - обрадовалась Беатрис. - А то одной с этими дамами, иногда становится совсем не по себе.

- А в чем дело? - не поняла Франческа.

- Как, - удивилась собеседница, - ты же каждый день с ними проводишь. После турнира они постоянно обсуждают Алека.

Беатрис покосилась на брата, стараясь говорить тихо. Но мужчина услышал и нахмурился, не понимая, что именно они обсуждают, говоря о нем.

- А разве это не про генерала Орландо? – вторая девушка внесла еще больше непонимания в разговор. – Я обычно не вдаюсь в подробности.

- И про него тоже, - кивнула первая.

Удивляясь, как можно спутать его и генерала, Алек еще больше помрачнел, намереваясь выяснить, о чем они говорят. Но на площадке перед воротами началась еще большая суета. Сначала по прилегающей улице вывели небольшой табун лошадей, для придворных дам, чтобы те могли, все вместе сесть на лошадей и направится из крепости. Беатрис тоже подвели лошадь, и брат помог ей сесть в седло.

И после сразу выехал Король в сопровождении личной охраны. На огромном белом коне он медленно проехал мимо, ни на ком не останавливая взгляда, кроме одной девушки, что сидела на лошади в стороне на прилегающей улице. Беатрис встретилась с ним глазами и опустила голову, с легким румянцем на щеках. Смутившаяся была такой восхитительно милой, что даже Франческа решила над ней не подшучивать, хотя собиралась это сделать за платье для охоты.

- Езжай уже, - махнула рукой подруга, глядя на это смущение, - я к тебе сейчас присоединюсь.

Рядом с Королем ехал генерал Орландо, как всегда в черном, но, увидев Алека и девушек, он притормозил и повернул коня в их строну. Поравнявшись с Беатрис, мужчина сделал ей поклон, сидя в седле:

- Госпожа Беатрис, рад видеть вас на Охоте, - он до мозга костей был ловеласом и не мог пройти мимо красивой девушки. – Уверен, мы с вами еще сегодня увидимся.

Беатрис снова засмущалась и кивнула, против обаяния этого мужчины было очень сложно устоять.

- Эй, генерал, - крикнул Алек, - я тебе уже говорил держаться подальше от моей сестры.

Беатрис вздрогнула, как от наваждения, и быстро направила свою лошадь к воротам, куда уже выезжали придворные дамы. Генерал расплылся в улыбке, провожая ее взглядом.

- Господин Алек, - шутливо обратился он, подъехав ближе, - я же просто вежливо поздоровался.

- Ага, - Алек всегда очень трепетно относился к сестре и защищал ее от всего, чего мог, - оставь свою вежливость для кого-то другого.

- Госпожа Франческа, - генерал тут же переключил свое обаяние на его спутницу, - хоть вы поддержите меня.

- Ах, генерал, - засмеялась объект этого внимания, - не тратьте сил понапрасну. Мне казалось, мы понимаем друг друга.

- Да, - притворно тяжело вздохнул говоривший, - какая вы несговорчивая парочка. Но где же ваши лошади?

К ним уже подходил молодой конюх, ведя в поводу черного мерина и белую кобылу. Конрад поклонился им:

- Госпожа, господин, ваши лошади, - юноша протянул им поводья. – Приношу извинения, за то, что заставил вас ждать.

- Благодарю, Конрад, - улыбнулась Франческа, - мы совсем не ждали. За это привезу тебе белку.

Конюх смутился еще больше и отошел назад, а охотник медленно повернул к ней голову и молча поднял одну бровь.

- Ой, что это я, - сразу поправилась говорившая под пристальным взглядом серых глаз, - забудь, ерунду сказала.

- Это же Ветер и Луна, - воскликнул генерал. – Говорят, что это самая быстрая кобыла во крепости.

- Не всегда, - пробурчала Франческа, проверяя как затянута упряжь, и как аккуратно конюх приторочил и накрыл ее колчан.

Сегодня на рассвете, когда они с Алеком на лошадях выехали из крепости, мужчина сразу сорвался в галоп, крикнув, что должен взять реванш. Все ее восклицания вслед, что так нечестно без предупреждения начинать гонку, канули в Лету. В ответ ей вернулись еще же слова: «А никто не говорил о честности». Какой бы быстрой ни была Луна, но с такой форой она не смогла добыть девушке победу. Поэтому еще с утра Франческа ждала, что придумает этот бесчестный тип в расплату за проигрыш.

Алек тоже, по привычке, проверял, хорошо ли затянуты ремни. Это не значило, что всадник не доверял королевским конюхам, так делал каждый наездник, прежде чем сесть в седло.

- Я вижу сегодня госпожа сменила наряд, - снова раздался чарующий низкий голос генерала, ему нравилось прямота в ответах этой девушки, и он специально формулировал фразы так, чтобы это услышать. – Хотя, прошлый мне нравился больше.

- Все, ради поддержания этикета, - ничуть не смутившись, поддержала игру собеседница. - Нужно выглядеть соответственно.

Охотник повернулся к ней и тут понял, что его смутило, когда конюх подвел лошадей. На белой кобыле было мужское седло. Спутник сурово нахмурился, уже уверившись, что эта женщина точно что-то задумала.

Наездница взялась за луку седла, поставила ногу в стремя и одним плавным движением, перекинув другую ногу через круп лошади, вскочила в седло. Широкая юбка взметнулась вместе с ней темно-зеленым облаком, окружив и всадницу, и лошадь, совершенно не стесняя движений. Верхний слой юбки разлетелся широкими полосами по крупу лошади, полностью накрыв его собой. Но под ним был еще один слой ткани, также разрезанный на широкие полосы таким образом, что ноги наездницы, даже после таких маневров, были аккуратно закрыты до самых щиколоток. Похоже на изготовление этого наряда у портнихи ушел не один метр ткани.

- О, - восхищенно воскликнул генерал Орландо, - беру свои слова обратно. Вы не перестаете меня удивлять.

- Не смею вас больше задерживать, - всадница обворожительно улыбнулась генералу, склонив голову в знак признательности за комплимент. – Мне нужно присоединиться к придворным дамам.

С прямой спиной, укрытой золотом волос, удаляющаяся медленно поехала в сторону ворот. От этой улыбки, предназначенной другому мужчине, Алек помрачнел еще больше. Охотник быстро запрыгнул в седло и, так же стремительно, направил коня к воротам.

- Так и будешь на нее пялиться или мы уже поедем, - бросил он генералу, проезжая мимо.

- Так если есть на что, - засмеялся мужчина, разворачивая своего жеребца и догоняя спутника.