Глава 7. Удовольствия людям!
Мексиканский очевидец записал:
"Я издалека увидел громадные серебряные машины с рогами на крышах. Они рычали, извергали голубой огонь. Гедонисты приручили природу: одна из машин выпустила ужасный торнадо, другая - солнечный луч, поймав его из космоса, а третья - гигантскую молнию <...>
Их оружие поистине грозно. Мой знакомый позвонил и рассказал, как видел полностью разрушенные орудия, тела наших солдат и запчасти наших боевых мехов. Часть из них и вовсе теперь - кучки пепла или чёрные следы <...> И такие разрушения эти чудовища несли с расстояния десятков миль".
Другой свидетель писал о бесчинствах солдат-мехов:
"Они ворвались в город и начали приставать к людям. Один из них застал молоденькую девушку в цветастом платье:
- Может, в кафе с Вами?
- Какое кафе? У меня дома дети и муж ждут. И убрать дома надо.
- Зачем эти хлопоты? - настаивал он. - Если можно просто наслаждаться жизнью!
- А куда деваться-то? - пожимала она плечами. - Дома приготовь, постирай, спать уложи, накорми, развесели... Какое кафе?
Тогда её схватили два других железных солдата. Хотелось помочь, но я старый: самого забьют. А дома жена с внучатами..."
Ещё один мексиканец записал:
"Они связывали людей, как хворост, и отправляли в какие-то весьма яркие разукрашенные палатки, которые они называют "энджойтерами" или "плезирами". Вроде, с английского слова "enjoy" и "pleasure" переводятся как "наслаждаться", "получать удовольствие". Но, судя по сопротивлению людей, ничего весёлого в этих бараках нет. Как говорят прохожие, мои друзья и родственники, в этих шалашах люди сходят с ума, а кто-то и вовсе - не возвращается оттуда живым".
Гедонистские флоты, морской и воздушный, блокировали приморские города всей Латинской Америки. Нет торговли - нет экономики, нет экономики - нет военной мощи.
Жительница одного из приморских городов рассказала журналисту Доминико Аристе:
"Не было видно их техники. Она ведь у них "стелс". Я уверена, это огромные машины, металлические монстры. Мы видели только силу их оружия: молнии, бури, ураганы, метели, вулканическая лава, солнечные всплески... Всё сметают на пути. Эти чудовища невозможно расстрелять из пушки, взорвать или сжечь..."
Идею о вторжении горячо поддержала ВОГ, Всемирная Организация государств, называя это зверское нападение "миротворческой миссией" и "войной за латиноамериканские свободы". В английскую Америку сотнями тысяч тонн из других частей Империи и союзных ей государств стали поступать сундуки с деньгами, оружие и многое другое, необходимое войскам.
В самой империи многое изменилось. Помимо тысяч реклам развлечений, стали появляться плакаты с изображениями гигантских полуголых уродливых окровавленных латиноамериканцев с зубами вампира или волка, хватающих и нещадно пожирающих "цивилизованных" людей: американцев, европейцев, корейцев, японцев, австралийцев и новозеландцев, стоящих в очереди за ужасной смертью. И всё это на кроваво-красном плакате, а снизу подписано чёрными буквами в лужах крови: "Латинос - угроза цивилизованному процветающему обществу!"
Появилось ещё больше экранов с яркими рожицами "императрицы Кэтрин" с цветами на голове и самыми разными улыбками в самых разнообразных цветовых гаммах. Эти экраны с каждым днём всё пристальнее следили за исполнением ужесточённого закона Великого Правительства "О повседневных удовольствиях", повысившего "нормы наслаждения" вдвое. Так что теперь наслаждающиеся в поддержку правительства и в "благодарность ему за защиту от жестоких нелюдей" должны были:
- есть ежедневно по восемь раз в день, съедая не менее двадцати блюд, из них сладкие десерты - сорок процентов;
- совершать покупки на сумму не менее ста миллионов долларов ежедневно, покупая не менее тридцати наименований товаров;
- по столько же тратить на развлечения, посещая не менее двенадцати их видов в день;
- делать по двадцать ярких разнообразных фото самих себя (селфов) и вайдонов в день и размещать их в W-net и других приложениях;
- удовлетворять свои сексуальные желания не менее десяти раз в день;
- в конце дня подробно рассказывать о том, как было весело, здорово и приятно Топ-Чупе, императрице Кэтрин, экран с которой теперь был у каждого наслаждающегося, и этот экран видел всё за сотни миль, сквозь препятствия и мог, как Великий Уравнитель, читать мысли, определяя уровень счастья каждого отдельного человека.
О латиноамериканских правителях, как и о народах, не приходилось слышать приятных слов. Так, рекламные щиты, экраны, вайдоны, рольсы и рильсы на "YouHap" и не только - кричали о порче президента Мексики Бонито Моаресе. Тысячи статей и вайдонов говорили о проведённых врачами и учёными из разных университетов экспертиз здоровья Моареса. В Париже и Сеуле говорили о его порче, в Лондоне и Чикаго - о меланхолии, в Осаке и Риме - о паранойе, в Берлине, Брисбене и Велингтоне - и вовсе о бесах. Именно для этого пришлось вспомнить такое "старое и ненужное", "оверлодящее [перегружающее] сердце" понятие, как наука. "Великие науки во имя Великих дел", - говорила глава Империи.