Глава 13
В принципе все было не так плохо. Я пила горькие пилюли, которые обладали просто убойной силой, облегчала состояние Какаши, помогала вести домашнее хозяйство Тсунами – дочери Тазуны. Она была милейшим души человеком. Спокойна, добра, терпелива, трудолюбива – и еще много качеств, делающих ее идеальной дочерью и матерью.
Но был один маленький минус, который все два дня до пробуждения Какаши успел вывести нас из себя настолько, что при одном виде этого «минуса» у всех начинал дергаться глаз, а парни еще и кулаки крепко сжимали. Но никто ничего не предпринимал, так как все понимали, что этот «минус» часть семьи заказчика, а значит, даже к нему нужно быть учтивым и вежливым.
«Минус» звали Инари, и он был сыном Тсунами, а соответственно, и внуком Тазуны. Он невзлюбил нас с самого первого взгляда. Потом оказалось, что этот шкет вообще всех ниндзя не любит и считает, что мы все умрем. Он жужжал об этом все время, как мерзкая толстая муха, которую нельзя убить, потому что она оставит после себя такой след, что хоть обои заново клей. Парни, зная про запрет, смывались с Тазуной на мост, а я оставалась с этим чудовищем наедине.
Конечно, нам рассказали, в чем заключается такая причина его поведения, но меня это успокоило мало. Я не могла дождаться, когда этот мост будет достроен, и мы свалим отсюда. Сейчас же я лишь слащаво улыбалась Инари и мысленно била его головой об стол.
Когда Какаши очнулся, то огорошил нас новостью о том, что Забуза жив, а тот АНБУ был его сообщником. Видите ли, его тело должны были уничтожить прямо там, на месте смерти нуукинина, но АНБУ тело-то забрал, а значит жив. На робкое возражение Наруто о том, что шею Забузу охотник пронзил сенбонами, и от этого тот и умер, Какаши ответил, что есть специальные точки, при попадании в которые человек «умирает», причем нет ни дыхания, ни пульса. Да что с этим миром не так?!
Поэтому, обрадовав нас новостью, что скоро нам предстоит битва, он повел нас на тренировку в лес, и никакие отговорки не принимались. Мы встали у высоких деревьев, и Какаши показал мастер-класс, как по ним нужно ходить. И это все?
Поскольку я ходила на курсы в госпиталь, то уже, разумеется, умела ходить и по деревьям, и по воде, и по стенам, и так далее. Поэтому, показав, что я вообще красавчик, каких еще поискать надо, я отправилась охранять Тазуну на мосту.
Через несколько дней у ребят все еще никак не получалось освоить навык хождения по деревьям, поэтому, утянув меня с собой, они попросили показать, как именно я это делаю.
Показав им несколько раз, я села на землю и прислонилась к дереву. Приступ головокружения и дезориентации стали частыми гостями в моей жизни, поэтому я просто прикрыла глаза и замерла, ожидая пока все придет в норму.
– Всё так плохо? – Саске подошел и сел рядом. Я повернула голову в его сторону и попыталась улыбнуться. Наруто встревожено посмотрел на меня.
– Нет, все нормально, – по их глазам я поняла, что мне не поверили. – Я просто чувствую слабость и постоянно хочу спать...
– Тебя сегодня тошнило, – сказал Саске и тут же увернулся от пущенного мною куная. – Что? Скажешь я не прав?
– Мой организм бунтует против этого климата и всей обстановке в целом. Но я в порядке, со мной уже было такое... – я прикусила язык, ведь в роли Сакуры я еще ни разу не покидала Конохи, – один раз мы с родителями выезжали за пределы страны Огня, – соврала я. – Тогда, поверьте, все было намного хуже.
Парни переглянулись и приготовились слушать дальше.
– Что? Все, история закончена. Расскажите что-нибудь о себе? Например, Наруто, что там за техника, которую ты используешь? Усиленное Теневое клонирование? Мы такое не проходили, – этот вопрос волновал меня еще с практического экзамена, и, по-видимому, не одну меня.
– Эхе-хе, это очень крутая история. После практического экзамена ко мне подошел Мизуки-сенсей и предложил научиться усиленному теневому клонированию. А я знал, что мои шансы сдать практический экзамен без этой техники равны нулю, поэтому, конечно, я согласился! Мизуки-сенсей сказал взять свиток из резиденции старика Хокаге...
– Стоп-стоп-стоп. Это тот свиток, в котором записаны запретные техники? Которые записали в него предыдущие Хокаге, потому что они опасны как для тех, против кого они использованы, как и для тех, кто их использует. Ты про ЭТОТ свиток? – я сказала это мягко, максимально мягко, но почему-то парни вздрогнули.
– Эхе-хе, даттебайо, похоже на то, – услышав мой дружелюбный голос, Наруто занервничал и неловко почесал затылок. Я прикусила губу и махнула ему, мол, продолжай. – А охранники заснули, так что я с легкостью забрал свиток. Ну, и пошел тренироваться, а потом... потом... – было видно, что ему тяжело продолжать, и я хотела его остановить, но тут он встряхнул головой и твердо сказал. – Мизуки оказался предателем. Он хотел передать свиток нашим врагам, но Ирука-сенсей вмешался, а потом... я узнал кое-что. В общем, Музуки наказали, а у меня остались знания об этой технике, ведь я смог ее освоить, круто, да?
– Да, Наруто, круто, – я шутливо толкнула его и нахмурилась. – И все равно это было глупо, очень глупо. Теперь мы команда, так что сначала говори нам, если что.
Наруто отвел глаза, а после улыбнулся, и я поняла, что это еще не все и там, в тот самый день произошло еще что-то, и это что-то сильно беспокоит его. Но я решила не трогать его.
– Саске? А ты что скажешь? Расскажи что-нибудь о себе, – Саске, до этого сидевший и смотревший куда-то в сторону, посмотрел на нас и чуть наклонил голову.
– Хм, мне нечего рассказывать... – Саске немного нахмурился, будто что-то вспоминая, и продолжил. – Когда мама была жива, она занималась огородом. Не сказать, что для нас это было необходимо, но ей нравилось. Она говорила, что ее это успокаивает. И... я был очень привередлив в еде, почти ничего не ел, тогда еще мой старший брат говорил, что настоящий шиноби должен хорошо питаться, – казалось, что он очень далеко ушел в свои воспоминания и совсем забыл о нас. Ему явно очень хотелось вернуться туда, где вся его семья была жива, а старший брат не был убийцей. – К нам пришли знакомые родителей, я совсем не помню ни их лиц, ни имен, они принесли с собой разные овощи, и там были помидоры. Такие крупные и сочные... Помню, съел их все очень быстро, пока мама разговаривала с гостями. Скоро эти помидоры всегда были на нашем столе, а потом я узнал, что это брат их выращивал для меня, чтобы я... – он посмотрел на нас таким взглядом, в котором перемешалось столько сильных чувств, что я тут же дотянулась до него и обняла. Эта история меня потрясла. Сильно потрясла. И не меня одну.
Мы долго молчали, но связь, которая образовалась между нами, говорила все и без слов.
Когда мы вернулись в дом Тазуны, парни были истощены, но довольны. Пока я помогала почти закончившей готовку ужина Тсунами, Наруто и Саске рассказывали Какаши о своем успехе. Тот их похвалил, и мы сели ужинать.
Семья Тазуны относилась к нам очень хорошо (кроме Инари, конечно же), наверно, это было связано с тем, что мы не отказались от миссии, несмотря на то, что Тазуна обманул нас. Но больше всего они почему-то выделяли меня. Меня! Которая почти что в бою-то никакого участие не принимала, но тут, как сказал мне Какаши, дела было в том, что я вытолкнула тогда Тазуну на камни, из-за чего тот не промок. Мой жест самопожертвования был высоко оценен, как самим Тазуной, так и его дочерью. Не буду скрывать, мне это очень льстило и заставляло улыбаться.
Во время ужина Тазуна рассказывал о ходе работы, оказалось, что сегодня работников запугали угрозами и несколькими ударами какие-то бандиты из шайки Гато. Поэтому они один за другим отказываются работать, но тут Какаши сказал, что завтра мы все будем присутствовать на стройке, так что работники могут не волноваться. Тазуна обрадовался и поблагодарил нас.
Но тут вскинулся Инари, который опять сказал, что мы все умрем, нагрубил нам и вышел из-за стола. Тсунами и Тазуна принялись извиняться за его поведение, мы заверили их, что ничего страшного. Неожиданно Наруто поднялся и, поблагодарив за ужин, тоже вышел. Я окликнула его, он посмотрел мне в глаза, и все стало понятно: он собирается поговорить с Инари. Я одними губами сказала ему не переусердствовать и вернулась к еде. Саске шепнул, что-то вроде, «давно пора», и я кивнула.
На следующее утро мы отправились на мост, оставив проспавшего Наруто дома. Уж не знаю, что он сказал Инари, но сегодня тот вел себя, как шелковый: смерть никому не пророчил и пожелал удачи.
Ночью я почему-то долго не могла заснуть. Все ворочалась, ворочалась. Поэтому нет ничего удивительного в том, что я не выспалась, круги под глазами старались сделать из меня панду, а волосы походили на чье-то гламурное гнездо. Но нет ничего, чтобы я не могла изменить косметикой, поэтому, замазав круги, уложив волосы и закинувшись пилюлей-энергетиком, я вместе с Саске, Какаши и Тазуной отправилась на мост.
Работа шла полным ходом, когда неожиданно весь мост оказался погружен в густой, как сметана, туман. И стало понятно, что сейчас состоится наш последний бой с Забузой и его таинственным помощником.
Я тут же встала рядом с Тазуной и вытащила кунай. Саске вызвался биться с Хаку, а именно так звали лжеАНБУ в маске, а Какаши занялся Забузой.
Я оттеснила Тазуну к перилам на мосту и начала, прикрывая его, двигаться к месту сражения Саске и Хаку. Несколько раз в нас летели кунаи и сюрикены, но я успевала их отбивать, а появляющегося перед нами Забузу отвлекал Какаши.
Я чувствовала даже не страх, а ужас от всего происходящего. Но когда Тазуна спросил, будет ли все хорошо, я нашла в себе силы ответить твердое «да», хотя сама до конца в это не верила. Тут же передо мной появился Забуза, но я воткнула в него кунай по самую ручку. Он взревел и хотел смести меня одним ударом, но тут же появился Какаши и увел удар в сторону.
Мельком я увидела проскочившего мимо нас Наруто и вздохнула с облегчением, теперь у Саске боле шансов на победу. Облив новый кунай ядом, вызывающим слабость мышц и головокружение, я вновь заняла обороняющую позицию. Этот яд готовился просто и из минимума компонентов. К тому же, он был один из трех ядов, которые я вообще умела варить.
Прошло еще какое-то время, везде слышался звон металла, я оборачивалась на каждый шорох или звук. Но никто больше на нас не нападал. Как вдруг раздался чей-то рев. Даже сквозь пелену тумана, я увидела ядовито-оранжевую чакру. Я в страхе отшатнулась, а потом поняла, что это Наруто. Вот почему его ненавидят жители Конохи, вот почему он не любит свой день рождения, вот, что он узнал от Мизуки – в нем заточен Кьюби. Наруто – джинчюрике.
Я услышала какой-то грохот, лай собак, но это все было не важно, нужно было пробраться к Наруто и Саске, но я не могла бросить Тазуну, а таща его за собой, я подвергла бы его жизнь опасности. Поэтому я стояла, прикусив губу и сжав кулаки, и вглядывалась в туман, пытаясь отыскать ребят.
Туман постепенно рассеялся, и я увидела, который посмотрел на меня и тут же отвел глаза.
– Наруто? Наруто! Я так рада, что с тобой все в порядке, но... где Саске? – смотря на то, как он отвернулся и сжал зубы, я поняла, что что-то случилось. – Наруто! Где Саске? – он махнул рукой в сторону, где они сражались. – Охраняй Тазуну-сана! – и я побежала туда.
Он лежал там. Из его тела торчали сенбоны, из, вроде бы, неглубоких ран текли ручейки крови. В голову пришла бредовая мысль, что теперь он точно как ежик, и по характеру и по внешнему виду. Я упала перед ним на колени, тут же начиная осматривать его ирьенин-дзюцу. Подошли Наруто и Тазуна, они замерли, следя за моими действиями и ожидая вердикта.
– Жив... – прошептала я. По моему лицу текли слезы, а я сама едва сдерживалась, чтобы не зарыдать в голос. Наруто подошел и сел рядом. Я тут же обняла его. – Просто сильное чакроистощение, повреждение нескольких суставов, но ничего серьезного. Наруто, помоги Какаши, я останусь здесь.
Я слышала, что там далеко Наруто что-то говорил, снова началась битва, но смотрела лишь на Саске. Я пыталась залечить все, что смогу.
Он слабо застонал и открыл глаза. Наверно, перед ним предстало ужасное зрелище из растекшейся косметики и опухшего лица, но он не отвел взгляда.
– Сакура, у тебя краска растеклась, – хрипло сказал он, а я не выдержала, закрыла лицо руками и склонилась над ним, рыдая.
Все закончилось хорошо. Забуза и Хаку мертвы, хотя и оказались не такими уж плохими парнями. Гато и его шайка также мертвы, ну, этих совсем не жалко. Теперь Тазуна сможет продолжить строительство моста. А Саске – дурак и идиот. Оказалось, что он пробудил Шаринган, это вызвало перенапряжение глаз, вот он и валяется в бессознательном состоянии.
Я зачитала до дыр медсправочник, в котором говориться, как облегчить пробуждение додзюцу, и теперь постоянно делала ему глазные маски, почти не отходя от него. Наруто было пытался пошутить над этим, но, чуть не схлопотав в лоб кунай, предпочел не нарываться на конфликт.
Саске открыл глаза и посмотрел на меня.
– Сакура?
– Саске? Ты как? Вот выпей это... и это, – вливая в него восстанавливающее, сказала я. – Глаза не болят? – после отрицательного ответа. – Я сейчас вернусь, нужно позвать Какаши-сенсей, – я встала и подошла к двери. – И да, Саске?
– Что, Сакура?
– Я... рада, что тебе лучше.
Примечание:
Ну, как вам глава? Она вышла в два раза больше, чем все предыдущие, но я очень хотела закончить эту миссию в этой главе.
Ставьте звездочки, пишите комментарии, указывайте на ошибки) Всем бобра)