Стекло под кожей
Он снова курил. Прямо в клубе, у черного выхода, где пахло мусором и устаревшим алкоголем. Руки тряслись, как у наркомана. Пепел сыпался на кроссовки. Он почти не чувствовал дыма, только горечь внутри.
Хёнджин выдохнул и пнул урну. Пластик глухо стукнулся о стену. Плевать. Пусть вычтут из зарплаты. Пусть закроют клуб к чертям. Пусть всё рухнет.
Енчжун выбежал, задыхаясь:
— Нашёл. Чувак по имени Тэгу, бывший техник. Его уволили три месяца назад. Но у него остались коды.
— Где он?
— Телефон выключен. Последний IP — хостел в Йонсане.
Хёнджин сжал зубы:
— Поехали.
В особняке Хванов бушевал шторм.
Отец откинул стул и с силой ударил кулаком по столу:
— Нам нужно молчать. Ни одного слова в прессу. Никаких оправданий. Только действия.
Мать поднялась, дрожащая, с перекошенным лицом:
— Она подставила нас. Всех нас. Всю семью. Ты понимаешь, что она сделала?!
Её голос надломился. Она схватилась за бутылку вина и выплеснула остатки в камин.
Наверху хлопнула дверь. Еджи стояла у зеркала. Лаковые губы. Халат сползал с плеча. Она красилась. Спокойно. Словно её не касался весь этот фарс.
— Что ты делаешь?.. — мать вошла, пошатываясь. — Ты с ума сошла?
— Съёмка, мама. В три. Ты же сама говорила — не опаздывать.
Мать сорвалась. Резко. Кинулась вперёд, вцепилась в локон дочери:
— Ты не пойдёшь туда! Ты останешься здесь, пока всё не затихнет! Ты… ты не выйдешь отсюда!
— Ты в своём уме? — хрипло засмеялась Еджи. — Я — лицо бренда. Или была. Мне надо показать, что мне плевать. Тогда они тоже забьют.
— Тебе не плевать! — закричала мать. — Ты просто сломалась. Вся наша жизнь — из-за тебя!
Еджи вырвалась. В зеркало смотрела уверенная, даже высокомерная женщина. Но в зрачках — страх.
Хёнджин с Енчжуном ворвались в хостел, как в боевик. Администратор заикался, Тэгу не было. Комната пустая. Вещи — нет. Только пустая пачка сигарет и карта памяти, вдавленная в край матраса.
Хёнджин схватил её, как реликвию. Сжал до боли.
Поздно вечером он вернулся домой. Грязный, злой, с кругами под глазами. В коридоре пахло вином и одеколоном отца.
Мать лежала в тени гостиной с пустым бокалом. Отец пил с каким-то юристом.
Никто не обернулся.
Хёнджин поднялся по лестнице. Мимо зеркала. Увидел себя. И не узнал.
Он открыл ноутбук. Вставил карту памяти.
Файлы. Видео. Имена. Скрип серверов. Метки времени. Счета. Переводы.
Он смотрел. Долго. Молча.
А потом начал писать:
"Я тебя найду. И это будет не слив. Это будет расплата."