БОСАЯ НОЧЬ
Действующие лица: Артем и Денис Соколовы, Принцессы Дианы, Диана, Я, Мои Мысли (обязательно с заглавной буквы), добрые дома, а также Луна в роли приглашенной звезды
Силуэты – так прекрасны и обманчивы, но отнюдь не для меня. Прекрасная тень элегантной дамы, падающая на плотные стены тюли, может заинтриговать одинокого мужчину, но не меня, знающего, что тень принадлежит всего лишь картонной фигуре декораций очередного городского спектакля. Мои жители никогда не задумывались, что они все – часть бесконечного спектакля, и о чем они никогда не задумаются, так это о том, что роль, которую чаще всего они играют в тайне от самих себя – роль декораций в чужой жизни.
Главные роли бывают разными: запоминающими и отталкивающими, для спектакля не важно кто звезда, главное, чтобы было кому сиять.
БОСЫЕ МАЛЬЧИКИ
Как распознать главного героя? По улыбке? По количеству крупных планов? Ведь именно благодаря им мы понимаем, кто играет главную роль в нашей жизни, кто-то появляется в ней всего лишь эпизодически, но их участие невозможно забыть, и невозможно представить финал той или иной серии без них.
Как распознать главного героя? Он должен оставить след, желательно, в глубине души. След в нашем сердце.
Как распознать главного героя? Если посмотреть на неровную дорожку решительных следов, принадлежащим двум ногам и узнать, что на самом деле такой путь был пройден двумя людьми.
Для горожан главный герой Дениса – всего лишь декорация, да такая, о существовании которой так сразу и не узнаешь, не разглядишь за бесчисленным количеством теней и предметов.
Для меня – главные герои всегда одни. Вы наверняка подумаете, что я говорю о Диане и о ее принцессах, и отчасти будете правы, однако мои главные герои – все, чье сердце бьется в моих ушах, чьи дома стоят на моих улицах. Об одних я рассказываю часто, о других – почти никогда. Есть фильмы, которые требуют обсуждения, есть роли, которые требуют наград, а есть люди и они – мои главные герои.
Артем оставлял глубокие следы в моих снегах, с каждой минутой сильнее привыкая к ежесекундным встречам с холодной землей. Несмотря на то, что его руки весь путь держали брата, самым тяжелым Артему казалось то, что находилось вокруг него. Яркий свет, освещающий чужой праздник, мамы, которые в такой вечер были с семьей, счастье, подаренное и распакованное кем-то другим. Все это расплывалось перед глазами побелевшего тринадцатилетнего мальчика, как картины, чьих значений не понимали даже взрослые. Он думал не только об этом, но и том, как бы не оставить свои пятки на моих улицах.
Я одновременно сражался с болью и силой воли, радовался открытым подаркам и сказанным словам, бежал рядом с замершими мальчиками и разжигал потухший огонь в каминах и печах.
Боюсь показаться излишне сентиментальным, но я всегда считал, что дети в первую очередь принадлежат мне, а уже потом родителям, потому что ни одна мама, ни один папа не знают столько о своих детях, сколько знаю я. И это, признаться, самая сложная роль, о которой непринято говорить, потому что ее невозможно сыграть идеально.
Босые пятки Дениса смотрели на все, что их хозяин не успевал рассмотреть. Иногда на их гладкую кожу опускались руки брата, изо всех сил пытающиеся создать иллюзию тепла.
Я винил себя за их босые ноги, за босое сердце отца, которое за столько лет не сумел обуть во что-нибудь надежное, абсолютно все приходилось его сердцу не по размеру. Как и я сам. Он находил спасение на дне бутылки, и пока содержимое бутылки находилось внутри него – только тогда он верил, что шагает в нужном направлении.
Светлана прошла этот путь вместе со мной: она принадлежала тому типу женщин, которые боялись одиночества, потому что были глубоко убеждены, что страшнее одиночества, с женщиной такого возраста, вряд ли может что-либо случиться.
Мальчики продолжали прокладывать себе путь, сосредоточившись только на одном.
- Куда мы направляемся? – спросил Денис, заметив, что в этой части города они редко бывали, но что-то ответило ему вместо брата. – Мы пойдем к той доброй женщине, у которой мама берет книги?
Артем кивнул, так как на иной знак не был способен, его легкие покрылись льдом, как он наивно полагал, так как холод бродил по его телу, отталкиваясь от его босых пяток с обратной стороны, резко устремляясь вверх, прямо к горлу.
- Сегодня ведь праздник, Артем! – прошептал мальчик, словно только что осознав, чего лишился.
- Самое время для волшебства, если оно существует! – подбодрил не то себя, не то брата Артем.
Денис не до конца понимал, какого Артему: он думал, что его брату по плечу абсолютно все, и замерший асфальт, и задачи по математики, и уголь, что Артем умело разгружал за небольшую плату. Он никогда не задумывался, что его брат чего-то не может. Все волшебство, в которое он верил – таилось в ногах его спасителя. Артем чувствовал, что помимо рук брата на его шеи лежит огромная ответственность. Я слышал или же видел, как он, скрипя зубами, закрыл невидимые веки совей сформировавшейся гордости. Он высекал слова убеждения на обратной стороне своей груди, чтобы поверить в отсутствие необходимости спасения. «Это нужно для брата!» - повторял он.
Если Денис верил, что праздник все еще возможен, то Артем с каждым пройденным метром чувствовал, как отдаляется от него.
Что до меня, читатели, я смотрел на мальчиков изо всех окон сразу. Я бежал с ними рядом, отмечая, что к списку моих нелюбимых звуков присоединился еще один. Совсем неожиданный. Я не хочу испортить Вам настроение, и не стану перечислять звуки, которые заставляют меня вздрагивать, но я уверен, что Вы достаточно проницательны, чтобы догадаться, какие звуки означали для города потерю. И вот сейчас мой слух разрезали эти звуки: обнаженные пятки, обцарапанные моей черствой землей, отстранялись от земли, как от поцелуев жадного огня. Если бы у меня были руки, я бы смог пододвинуть Вельский дом прямо к ногам мальчиков, даже если бы пришлось пожертвовать памятником или чет-то еще.
БОСЫЕ ДОМА
Домам не нужна обувь, они с самого рождения привыкают ко всем настроениям погоды. Вам уже известно, что дома могут чувствовать, расти и даже погибать. Они могут думать, принимать решения и стараться. Я говорю на многих языках, потому что умею слушать, потому что многие вещи говорят благодаря мне, я и до конца дней моего существования буду учить своих жителей слушать голоса их стен.
Вельский дом был одним из самых больших зданий в городе по очевидным причинам, и иногда людям казалось, что со временем он становился больше: растекался, растягивался как любимый свитер, выросший на теле человека. Голубая краска Вельского дома зашевелилась, наморщилась, как лоб недовольной девчонки, передавая тревожные сигналы всему телу.
Остальные дома очнулись, пробудились, как если бы товарищ прикоснулся к их плечу, оповещая об опасности.
Люди, сидя за своими накрытыми и украшенными столами, не заметили, как земля уходила из под ног у их домов. Вернее, как дома уходили от земли, изо всех сил стараясь окружить двух мальчиков.
Дома гораздо добрее людей, потому что, если быть до конца честным, они говорят со мной на одном языке. Несмотря ни на что, они никогда не откажут человеку в помощи, даже если сами будут нуждаться в ней больше.
Артем замедлился, он не мог понять, что происходит, он предположил, что его тело промерзло настолько, что ему чудилось невозможное. Дома, окружавшие их с братом, словно ожили. Он почти видел, как они открывают двери своей любви, выпуская тепло, заражая им землю, бросая вызов законам природы. Он на некоторое время почувствовал жар в центре своих пяток. Он не мог пошевелиться.
- Артем, ты чего? – испугался Денис, когда брат остановился и с широко разинутым ртом смотрел на дома так, как будто они с ним поздоровались. У Артема была температура, которая передалась и брату. Их лихорадило.
Старший Соколов посмотрел на небо, словно его окликнул кто-то очень близкий. Я видел, как на его детском лице появилась улыбка, она напомнила мне кое-что. Этот совершенно невозможный для человека мираж, вызванный очевидным холодом, придал Артему сил.
Я улыбнулся судьбе, появившейся во всей своей красе на моих улицах: она облокотилась своим телом на крыши моих домов и самодовольно улыбнулась: самый лучший из ее подарков нашел своего хозяина.
Дорога, которая способна Вас убить, в какой-то момент перестает казаться бесконечной, и когда Вы это осознаете – знайте, Судьба выбрала Вас. Вы стали счастливым обладателям редкого дара.
Люди нарочно недооценивают иллюзии, порой именно они спасают нашу жизнь.
БОСОЙ ПОРОГ
Проигрыватель щедро награждал комнаты Вельского дома звуками, рисуя невидимые пируэты на ровном потолке. Мария кружилась в легком танце, опьяненная волшебством вечера. Аня пританцовывала рядом, пока Диана с Алисой завершали последний штрихи праздничного стола, прислушавшись к советам Евгении, которая замерла, как будто кто-то вытащил из ее тела корни и заставил отпустить их на волю, словно она была растением.
Я вздрогнул, потому что мне показалось, что Евгения посмотрела мне прямо в глаза, услышала мои мысли, и я впервые за столько лет поразился настолько, что на секунду забыл обо всем.
Она чувствовала, что в доме скоро что-то произойдет. Она обернулась в поисках источника грядущих перемен, но ее брови недовольно соединились, негодуя, куда пропало предчувствие? Что оно хотело сказать Евгении, когда дернуло ее за рукав интуиции?
Она словно услышала стук в дверь прежде, чем он прозвучал, и корни забрались обратно в ее тело, вдоволь наобщавшись с землей.
Проигрыватель замолчал, как талантливый певец, решивший немного передохнуть.
Диана почувствовала, что именно она должна подойти к двери. Подол ее платья зашумел, поцарапав воцарившуюся тишину.
Евгения неизвестно по каким причинам для самой себя взглянула на свои ноги. Тоненькие пальцы Алисы обвили ручку золотистого заварника, нуждаясь в чьей-то руке. Неизвестное для Ани слово появилось на ее губах, не раскрывая своего значения, и одна Мария сохранила непоколебимость своего веселья.
Диана запустила холодный воздух в дом вместе с мальчиками: она обеспокоенно посмотрела вдаль, как будто видела, откуда пришел холод, как будто знала, в каком доме он родился сегодняшним вечером.
Она широко улыбнулась мальчикам, скрывая боль за легким румянцем своих щек.
- Вы как раз к столу! – произнесли ее губы мягко, освобождая мальчиков от унизительных объяснений.
Вопрос или же просьба застряли где-то между потрескавшимися губами Артема. Он пытался объяснить все глазами, или же наоборот увидеть в глазах Дианы объяснение, неожиданно для меня именно ему потребовалось какое-то оправдание от Дианы за такую легкость приема, но он быстро проглотил свой шок, согреваясь благодарностью, забурлившей в его теле.
Диана жестом пригласила мальчиков в дом. Артем виновато посмотрел на свои грязные, покрасневшие ноги, испытывая необъяснимую гордость за них. Он не понимал, что происходит с ним, словно почти наступившая ночь заставляла мальчика повзрослеть быстрее, чем он планировал.
Артем чувствовал, как пятки утопают в неглубоком коврике, казавшемся в ту минуту целым океаном тепла.
Он добрую минуту не решался постучать в двери Вельского дома, гадая, что же сказать, а сейчас испытывал незнакомое облегчение, как будто этот порог никогда не пропускал в свой дом нечто нехорошее, кому бы оно не принадлежало, за чьими бы ногами не увязалось.
Я видел, как Диана на секунду позволила себе ужаснуться, когда мальчики прошли в ванную комнату.
- Нужно немного подождать, - сказала она, - помогая Денису усесться на край ванны поудобнее. – Резкая перемена температуры может навредить.
Мальчики с легкостью доверились доброй леди, Денис совсем не переживал из-за происходящего, а Артем не мог поверить, что такая элегантная дама с легкостью забыв про свой красивый наряд, возиться с их ногами, как будто они с Денисом могли назвать ее мамой.
- Простите, - прошептал Артем, в ответ получав ласковое прикосновение. – Я не знал, куда еще пойти.
- Ты пришел в нужно место.
- Только не говорите маме...Сегодня. – попросил он.
Диана относилась к тем взрослым, которые всегда могли увидеть в ребенке не только его возраст, она возгордилась просьбой мальчика, не говоря уже о том, как сильно была покорена теми следами, что прожигали зимнюю землю за окном. Уже через час снег вновь заполнит ту пустошь, что была создана детскими, но мужскими ножками. Ей было известно, что через много лет Артем станет тем мужчиной, который оставит большой след в сердце правильной женщины.
Диана подождала и, затаив дыхание незаметно для мальчиков, задала главный вопрос, который определял грядущую ночь.
- Покалывание появилось? – спросила она.
Мальчики кивнули и заметили, как из груди доброй леди вырвалось осязаемое облегчение.
- Вам очень повезло, юные джентльмены!
Холодок прощально прокатился по спине Дианы, задиристо прощаясь с негостеприимной леди.
- А что, если бы не началось? – спросил Артем, когда брат отвлекся количеством шампуней в ванной.
Диана не стала отвечать словами, он прочитал ответ в ее глазах, и вновь почувствовал себя взрослым, с которым леди молчала как с настоящим мужчиной.
Он понял, что если бы чувствительность не вернулась, то скорее всего им бы не смогли помочь в этом доме.
Артем смог вернуться к мыслям о девочках, живших в доме вместе с доброй леди, он не заметил их, даже когда Диана проводила их мимо столовой-гостиной, где праздничный стол был готов к трапезе.
Когда они вместе с Дианой появились в столовой, девочки дополняли незначительными деталями столы.
- Привет, - поздоровалась первой Евгения, протягивая руку для рукопожатия старшему брату. На несколько секунд в комнате воцарилась проснувшаяся тишина.
Артем решительно пожал руку девочке, чьи волосы казались ему белее снега, в ее глазах он прочитал нечто понятное только ему одному.
Когда они сели за стол, их пятки приятно пульсировали, спрятанные в теплые носки, которых, словно по счастливому стечению обстоятельств, хватило на всех.
Артем не мог заставить себя перестать возвращать свое внимание Евгении, потому что знал: эта девочка возможно и не прошло через лед, как он, но мальчик откуда-то знал, что однажды она прошла через огонь и нашла спасение от него в том же доме, что и Артем.
БОСАЯ ЛУНА
Ее роль всегда кажется второстепенной. Она никогда не ждет аплодисментов, и не ждала их сегодня, когда своим ликом подарила маленькому храброму мальчику надежду.
Она вспоминала момент их истинного знакомства, когда он услышал ее зов и посмотрел, нет, увидел, какая она на самом деле, она рассказала ему историю, которую он будет понимать постепенно с каждым днем.
Мальчик подошел к окну и вновь посмотрел на нее. Отныне он всегда будет видеть в ней линии, напоминающие ему человеческий след, вернее, он всегда будет видеть в своих следах линии луны. Кто-то настолько же храбрый, как и он, наступил однажды своей босой ступней на ночь, чем спас мальчику жизнь, и Артем верил, что, подарив земле сотни лун по дороге к Вельскому дому, он также указал кому-то путь к спасению.
Как распознать главного героя, спросите вновь Вы. А я отвечу: он всегда оставляет след.