С УВАЖЕНИЕМ, АНТОН
Доставкина Оля – один из моих самых безобидных жителей. Несколько лет назад она закончила школу, отучилась на курсах почтового дела, и вот уже целых два года доставкой писем по всем моим владениям занимается именно она. Старушки, любя, называют ее почтовым голубем, или же просто - почтовой Олей. Сегодня, например, Галина Сизикова, выглянув в окно, остановит Олю вопросом:
- Уже летишь по делам?
Та простодушно улыбнется, польстившись вниманием такой важной персоны, а когда получит от той приглашение на чашечку кофе, и вовсе зальется румянцем очевидного смущения.
- Ты, Олечка, проходи, не бойся порог запачкать.
Такие птицы, как Оля, часто становятся жертвами таких людей, как Галина Сизикова. Они никогда не заподозрят, что оказанное им внимание – лишь приманка. Мне ли не знать, что еще в детстве, будучи для горожан просто Галькой, отныне гостеприимная особа, запросто могла поймать любую пернатую дичь.
На этой кухоньке именно так все и происходило: чайник наполнялся терпением, стол покрывался капканами из расслабляющих угощений, перед гостями опускались глубокие стаканы расположения, а затем, доведя терпение до кипения, керамические изделия наполнялись доверием. Горизонты бесед расширялись, и вот уже через некоторое время люди верили, что сидят за столом с самым настоящим другом, товарищем, едва ли не с давней родней.
Такие приемы очень важны, на самом деле, это я говорю, чтобы Вы не спешили осуждать Галину Сизикову. По крайней мере, раньше времени. Ведь даже самой маленькой пташке любо быть накормленной, поглаженной и тепло принятой.
Если Вы еще не поняли, с чем именно связанно такое дружелюбие, то я перенесу Вас в ту часть беседы, где все становится ясно:
- Олечка, скажи, я до Маргариты все никак дозвониться не могу. Так переживаю за нее! Колька-то письмо ей написал или нет?
Поправив перышки, и почувствовав себя птицей высокого полета, Оля, ничего не подозревая, ответила.
-Да. Вот как раз несу ей письмо.
Лицо Галины просияло: не зря варенье было открыто, предложено и наполовину съедено.
- Ну слава тебе Господи! Я уже думала, что он все! Как же я рада!
Вас вряд ли заинтересует, кто такая Маргарита, кто такой Колька и для чего Галине было знать о наличие письма. Главное в следующем: информация была получена, потраченные ресурсы возмещены, сплетни возрождены, а настроение поднято.
Каждый, кто садился за этот стол, так или иначе получал то, что ему было необходимо. Еще в самом детстве Галине полюбилась фраза ее бабки «посади за стол врага, а проводи друга», но дело в том, что никто не уточнял, кто именно должен выйти из стола другом.
-Ну, лети, Олечка. Дел, наверняка, невпроворот.
Собеседницы стояли в пороге, и одной не терпелось проводить другую. Заслуга хорошего рассказчика, когда читатель может понять его без пояснений, не правда ли?
- Вы даже не представляете, Галина Петровна, - и только хозяйка хотела прервать порыв бесполезной речи закрытием двери, как она услышала нечто интересное. – Письма к Губаревым из суда несу аж целую стопку!
- Неужели?
Смысл жизни у каждого разный, потому я стараюсь радоваться, когда мои жители его находят, даже если избранное не вызывает у меня восхищения. Для меня, как для города, очень важен баланс, который необходим в любом месте. Когда я только рос и расширялся, мои старшие друзья говорили мне: город должен любить своих злодеев, а остальным помогать их победить.
Давайте все же вернемся к птицам.
За один день Ольга успевала облететь все дома, поэтому, если для одних почта была утренней, то для других – вечерней. Знаю, трудно в это поверить, но именно в сумке почтовой Оли собиралось все: признания в любви, прощания, долги, угрозы, все самое хорошее и пугающее. Вряд ли она осознавала, какая важная ноша, в прямом смысле, лежит на ее плечах.
Каждое утро она летит на перрон «Голубых рельс», и каждый раз восторгается при виде сияющих локаций голубым светом.
Такие птенцы редко выпадают из гнезд, в свои двадцать четыре года Оля еще ни разу не любила, и она была не из тех, кто ждал любви, а из тех, кто не понимал, для чего ее нужно ждать. Она получала достаточно любви из всего, что ее окружало, удивительным способом этим насыщаясь. Возможно, всему виной сумка чужих судеб, что висела на ее плече изо дня в день. Вам покажется смешным, что я скажу, но у нас с почтовой Олей много общего: мы проживаем нашу жизнь, наблюдая за тем, как живут другие.
Уверен, Вы задаетесь вопросом, почему я рассказываю Вам об Оле, а возможно, Вы думаете, сколько еще людей этот старый зануда поселит в эту книгу?!
Почтовая Оля, мой птенец, сама того не понимая, принесла в город любовь. Именно ее руки впервые прикоснулись к ней, к ее острым краям и тонким линиям. Именно почтовая Оля принесет к дверям Дианы неожиданный подарок судьбы, спрятанный в конверте.
В конце этой книги, Вы задумаетесь, как бы эта история выглядела, не закончься сегодняшний день для обычного почтового голубя так, как я сейчас расскажу:
Оля никогда не следила за временем: ее сумка являлась ее часами, и чем легче она становилась, тем ближе был вечер, приготовленный ужин, мамина любовь и ласка трех котов и двух попугайчиков.
В ее груди становилось теплее при мыслях о доме, о теплых, вязанных носках, об их любимой с мамой передаче. И я радовался, как радуются родители, когда понимают, что хотя бы один из их многочисленных детей счастлив и пристроен.
Поужинав с мамой, а затем устроившись на диване у телевизора, Оля согревалась теплом мурлыкающих питомцев, когда заметила выглядывающий из ее сумки краешек конверта. На секунду девушка испугается, затем подумает, что сошла с ума, ведь за все время ее работы на почте такого не происходило еще ни разу.
Она не отдала письмо.
- Мама, кажется, я пропустила один дом, - позже Марина Евгеньевна услышит от своей дочери дикость.
- Что за вздор? Ты? Пропустила?
Они обменяются короткими взглядами, и как бывает в детективных фильмах под определенную музыку, они посмотрят в одном направлении, и когда увидят действительно существующий конверт, издадут звук, оповещающий о проблеме.
- Я должна идти! - с чувством долга перед родиной, сообщит дочь матери.
- Не глупи, давай позвоним владельцу письма, завтра утром занесешь. Поди, посмотри, кому там письмо. Может, позвоним...
Идея мамы успокоила Ольгу, так часто бывает с идеями мам, но, когда имя получателя стало известно обеим женщинам, обе решили, что такую важную личность просто невоспитанно заставлять ждать.
В девять часов вечера городская библиотека уже была закрыта, но горожане знали, что Вельский дом всегда готов простить опоздавших.
Почтовая Оля сильно торопилась, более того, она совсем забыла, что из-за своей безответственности, она пропустит серию своей любимой передачи.
Диана Вельская, получатель того самого письма, была застигнута прямо на пороге своего дома у почтового ящика. При виде высокой, стройной хозяйки библиотеки и я, и Ольга одновременно испытали облегчение.
- Диана, добрый вечер! Мне так жаль! Случилось непоправимое...- Ольга позволила себе отдышаться, чтобы набравшись сил, все объяснить.
- Ольга, добрый вечер! Куда же вы так торопитесь? Может, хотите чашечку чая?
Девушке стало в разы совестливее после приглашения Дианы. Когда раскрасневшаяся Ольга рассказала в чем дело, Диана рассмеялась.
- Ну что вы! Не стоило так переживать! Это совсем не проблема. Спасибо, что так ответственно относитесь к своей работе. Пожалуй, нам всем стоит у вас поучиться! -абсолютно серьезно сказала Диана, и Ольга почувствовала облегчение, как прощенный питомец.
- Извините еще раз! Больше такого не повторится!
Диана убедила городского почтового голубя отправиться домой и постараться забыть об этом инциденте.
Диана долго смотрела вслед ссутулившейся Ольге, с улыбкой на устах провожая ее до самого конца улицы. И только потом она обратила внимание на письмо. Письмо, ставшее виной таких переживаний.
Диана увидела свое имя и незнакомые инициалы А.Д.
Мы с интересом открыли письмо, и начали читать его прямо на крыльце, а закончили уже в доме. Мы перечитали его дважды на кухне и один раз в спальне перед сном.
Здравствуйте, Диана. Вы наверняка меня не знаете, но это совсем не важно. Я живу в соседнем городке, и у нас до сих пор нет библиотеки, представляете? А я так люблю книги! Вы не поверите, но каждый месяц мне приходится преодолевать сотни километров, чтобы добраться до книжного магазина. Там я отвожу душу. Я слышал, что в Вашей библиотеке можно найти самые редкие произведения. Правда ли это? Боюсь показаться излишне сентиментальным, сказав, что нахожусь под сильным впечатлением после того, как прочитал о Вашем доме в газете. То, что Вы делаете – вызывает восхищение! Почему-то я посчитал, что должен об этом сказать. Сам не знаю , почему.
С уважением, Антон
Письмо было написано красивым почерком, и я заметил, что Диана не один раз вознаграждала определенные изгибы букв, отдавала особое предпочтение некоторым словам. Она останавливалась на запятых, и зачем-то благодарно кивала в ответ.
Диана знала, что вызывает восхищение, ей не редко об этом говорили взгляды прохожих, обрывки фраз, доносившиеся до нее, а иногда и сами люди, не страшащиеся говорить человеку правду. Однако к данным комплиментам она могла вернуться взглядом, освежить их в памяти, и между строк, нет, даже между букв, она могла прочитать нескрываемую симпатию к тому, что она делает. Нет, к тому, что она сделала.
Богатое воображение рисовало образ мужчины, настолько открытого и искреннего, способного потратить свое личное время на письмо незнакомому человеку.
Диана была хорошо воспитана, в первую очередь самой собой, но также и временем, и различными ситуациями, и людьми, встречавшимися ей на пути. Она знала цену и ценность времени, и всегда запоминала, когда люди решались уделить ей драгоценность истекающего, увы, не вечного, дара.
На моих глазах миллионы вещей становились значимыми, и несмотря на то, что отправитель и читатель данного письма были совсем чужими друг другу людьми, я в очередной раз стал свидетелем уже давно известного мне в своем величии волшебства. Волшебства рождения новой истории. Истории, которую я непременно буду вынужден рассказать.