«Лермонтовский проспект»
Четверо людей сидели и смотрели на детское тельце.
- И что дальше? - прохрипел Генка, пытаясь успокоить отца. Он, как и все присутствующие, дрожали и молились, что бы об этом никто не узнал. А как об этом не узнать? Никак..
Нервный холод пробежал по спине Волка. Тяжёлый рюкзак тянул вниз, ноги подкашивались, а в груди больно Бухало сердце. Все лишь смотрели на истекающее чёрной кровью детское невинное тело. Они были максимально спокойны, ведь не им, кроме как Валеры, отделываться от этого. Это же именно художник должен был следить за Андреем.
Из туннеля веяло леденящим душу холодом. Смена вот - вот должна была закончится, но ноги бойцов просто не волокли из этого проклятого Богом места.
- Я пойду, - всё таки решился и прохрипел Виталик, совершенно забыв про гитару, которая аккуратно лежала на коленях Волка. Генка вскочил и повёл отца прочь.
Валера и Егор остались наедине с трупом, догоравшими угольками костра и гитарой.
- Уходи, - безжизненно буркнул товарищ, поворачиваясь к художнику, - Всё равно узнают. Беги. Есть противогаз? Отлично. Уходи отсюда быстрее. Ни Даша, ни Игорёк - отец Андрея, ни начальник станции - Бурый, тебе покоя не дадут.. это единственный твой выход, понимаешь? Уходи
- Почему ты сваливаешь всю вину на меня?
- Не легче ли получить пизды одному, чем делить ее с кем то, а? Да, согрешил, но что пропадать то нам обоим? Это ты привёл Андрюшу. Не я.
Волк лишь обречённо смотрел то на Валеру, то на мёртвое тело. Он дело говорит.. Бурый, может, человек весёлый, но всё же жестокий. Он считает гуманным убивать людей за убийство... с одной стороны да, но, с другой, если это произошло по такой глупой случайности.. не слишком ли беспричинно?
Но делать было ничего. Всё же, он не совсем лишился ума, чтобы оставаться после этого на станции..
его товарищ же решил не продолжать этот душещипательный разговор, потому встал, смахнул с плеч пыль и побрёл в Жулебино.
Сглотнув горькую слюну тошноты, он томно вслушивался в медленные тяжёлые шаги Валеры. Громкие стуки сапогов били по ушам, заставляя ушные перепонки содрогаться, будучи расшатанными бесчувственной туннельной тишиной.
Стало тихо. Очень.
Даже не слышно завывание ветра в пустых туннельных трубах.
Откашлявшись, мужчина в последний раз взглянул на догорающие угли и встал, положив калаш и гитару рядом с ним. С такой бандурой в виде старой ржавой пушки идти смысла не имеет, потому вздохнув, он тяжело поплёлся в противоположную сторону от станции. Вперёд, на Лермонтовский Проспект.
Волчару терзало желание пройти этот остаток пути спокойно без происшествий, но.. разве туннели дадут этого сделать?
Конечно нет. Они словно живые, имеют разум и характер, потому если у человека всё очень плохо в жизни, они добьют его. И вы действительно думаете что в туннели забредают люди, у которых в жизни всё хорошо? В метро это огромная редкость, и чаще всего такие люди сидят по своим палаткам и наслаждаются, то и дело скрашивая вечера монотонными стонами, которые слышит вся станция. Обычно туннели доводят до лишения ума или суицида. Это было их изюминкой, это было тем, что оставил после себя верхний мир, это то, за что Волк так ненавидел этот же подземный мир.
В этом мире нету психологов, юристов и архитекторов, нет места писателям и художникам, будут бесполезными программисты, космонавты и учёные.
Психологам самим давным давно нужна психологическая помощь, юристам самим нужно найти дом, архитекторы сами нуждаются в построении своей жизни, писатели и художники желают добавить сказок и цвета в свою нудную судьбу, программисты уже давно сгнили после программного сбоя, случившегося из за неизвестного вируса, который они подхватили гуляя по различным станциям, космонавты уже давно улетели рассудком и сейчас летают в стратосфере, подкалывая себе в Вены неизвестную жидкость, которую они воспринимают за кислород, а учёным только и остаётся, что исследовать аспекты каждой ямочки в теле противоположного пола.
Холодная дрожь пробежала по спине художника. Он резко обернулся, вглядываясь в кромешную тьму. Его настигла жуткая паника, он набрал в грудь побольше воздуха и бросился вперёд, надеясь что ему удастся убежать от того, что гналось за ним в туннеле.
Упав и разодрав губу в кровь, он встал и отряхнулся. Резко обернувшись, ничего мужчина не увидел. Как и всегда. А было ли там что - то, кроме страха и пустоты?
Вот уже стали виднеется тёмные и старые выгравированные буквы «Лермонтовский проспект».
Людей на станции не было, все они либо в Жулебино, либо решили уйти в большое метро, но.. естественно, тогда фон был ещё больше и никто из людей просто не дошёл.. а если и дошёл, то прожил ещё не долго.
Лермонтовский проспект находится очень близко к поверхности, потому даже на нём следовало бы надеть хотя бы респиратор.
Хоть Волчара и колебался над тем, надевать или нет, ведь засорять фильтры простым небольшим фоном не хотелось, но в то же время, может, ему ещё удастся пожить в метро хотя бы годик?
Хотя, нет вряд ли. Либо обстоятельства, либо он сам - особо смысла существования.. даже не Волка, а в принципе любого человека - стало бессмысленным, потому.. удивительно, как хомо - сапиенсы ещё не вымерли, а прожили эти грёбаные 17 лет.
Станция была пуста и холодна. Ну или просто была не обитаема. Интересно, чувствовал ли кто то из жильцов метро теплоту, находясь в своей душной палатке или рядом с близким человеком? Говорят в, так называемом, «Полисе» люди хорошо живут.. кто знает, кто знает..
Медленные шаги глухим эхом раздавались по кафельным стенам, запачканными пылью, паутиной и грибком. Тяжёлый влажный воздух заполнял грудь Волка, мешая набрать побольше воздуха.
Он с детства ненавидел метро. Пыльный запах резины, оглушительный шум колёс и душная толпа бездушных тел напрягали и порой даже пугали юного Егора, заставляя шарахаться от каждого прикосновения, которого, увы, не избежать при нахождении в метро. И по сей день, эти жуткие и противные станции и туннели пугают и напрягают мужчину, заставляя шарахаться от каждого прохожего. Хотя, после туннелей, опустевший и опасный Лермонтовский проспект становиться обычным и даже приятным местом, в котором не грех повести время.
Но останавливаться нельзя - всё таки ему хотелось пожить хоть немного в этом бренном мире. Да, вскоре он всё таки хотел закончить это страдание, но всё же, хотя бы годик, хотя бы часик, чтобы увидеть как живёт Полис. Как живут.. люди... Но даже несмотря на то, что Волчара уже выбрал для себя путь скорейшей смерти, он боялся её. Всегда ведь страшно осознавать, что твоё существование может в один миг просто исчезнуть, ведь так? Опознавание того, что ты смертен, что в один момент твоя рутинная жизнь может привести в никуда, что это всё может закончиться... Нет, говорить об этом можно долго и спокойно, но как только ты задумаешься, вдумаешься в то, что всё это может когда - нибудь кончиться - к голове тут же подскочит жар и сердце сильно и испуганно застучит в груди, больно разрывая грудную клетку чрезмерной вибрацией. Даже будучи в таком противном мире, как Метро, ты боишься смерти. Конечно, пока не потеряешь смысл жить.. но сейчас не об этом.
И Волку тоже было страшно. И ему до сих пор страшно! И эта безумная паника будоражит сознание, заставляет отключиться от реальности и пустыми глазами смотреть вперёд, осознавая что может произойти так, что ты даже не сможешь просто узреть мир. Ты ничего не сможешь. Ты не сможешь даже чувствовать. Ты - мёртв.
Пройдя небольшую станцию вновь его встретила голодная пасть туннелей. Там уже было опасно, а так как умирать сейчас ему не особо хочется, он решает всё таки достать из рюкзака резиновый зелёный противогаз и пойти дальше. Вглубь...
Сколько прошло времени? Час? Два? Этот туннель оказался спокойным и никакой паники не навевал. Лишь глухой стук ботинок и учащенное дыхание сквозь противогаз.. Сколько осталось идти до Выхино? Только бы сейчас была ночь, иначе от резко палящего дневного света, ослепившем бы Волчару, он вряд ли дошёл бы до большого метро...
Но вдруг позади мужчины послышалось глухое шипение. Мутировавший кот? Такого он ещё не встречал. Сглотнув страх, он решила было обернуться, но после, котик издал странный и пугающий рёв, и он окончательно резко обернулся, приготовившись бежать наутёк.
Позади стояло мохнатое существо, размером с собаку, и агрессивно клацало зубами, издавая характерное шипение.
Когда видишь собак нужно медленно отходить.. А что делать тут? Вдруг существо резко рвануло к мужчине. Бежать было бессмысленно.
«Кажется на этом моё путешествие заканчивается..»