Глава 10
Пегас Кеша, или как на Руслана кирпич упал
— Не, ну он точно с ума сошёл! Крыша «тю-тю» и даже записку не оставила. Это ж надо было до такого додуматься! Ты случайно не мерил у него температуру, а? Ну и как? Нормальная, говоришь? Значит, плохо мерил! Дурья твоя башка, у тебя же зрение как у улитки! Если петрушку от укропа отличить не в состоянии, то как ты там циферки различить сможешь?! Ёлочка у него это, видите ли. Тьфу! Ты, наверно, не заметил и вместо ста сорока пяти нормальные для полудракона сорок градусов увидел, с тебя станется! Молчать! Тебя мама в детстве учила, что старших перебивать не хорошо? Так вот: не перебивай меня, скотина! Не, ну это где-нибудь видано? Точно — больной. Больной и точка! Слышите?! Наш император больной! Причем на всю голову! Смирительную рубашку мне в суп, сумасшедший! Нами правит сумасшедший! Какая досада, да, Савка?
— Да успокойся ты, Лана! — рявкнула на повариху откуда ни возьмись появившаяся Рокка. — Весь дом перепугала.
— Да ладно тебе! Я же не просто так ору. Слышала уже новость?
— Да, — кивнула девушка, — и не вижу в этом ничего такого.
— И ты туда же, — всплеснула руками повариха, — он же только-только от яда оправился! Ну, куда ему ещё праздник весеннего равноденствия устраивать? Я ему предлагала перенести дату или отдать организацию другому дому, но он ни в какую! «Взялись его устраивать — значит, устроим!» — не, ну не бред, а? Он же еле-еле на ногах стоит! Боги, что с этим миром не так…
— Мужик сказал — мужик сделал, — припечатала Рокка. — Наш император не из пугливых. Тем более, у нас уже почти всё готово. И да, он вполне себя хорошо чувствует.
— Да не в этом дело, — вздохнула гномка, — это же праздник. В доме будет столько народу! Вдруг среди них будет преступник? И всё повторится.
— Мы сделали усиленную охрану.
— Да толку от этой вашей усиленной охраны? В любой книжке её на раз-два выносят.
— Лана, — процедила девушка, — это книга! Там всегда так! А это жизнь. Тут всё по-другому. И давай закроем уже эту тему. Из-за твоих завываний император своё решение не изменит.
Несмотря на своё подкосившееся здоровье, Рудалон действительно не отменил предстоящее мероприятие. Ему не хотелось наводить панику в обществе, и он выдал это происшествие за несчастливую случайность. Монарх пребывал в бессознательном состоянии немного больше суток — старый хрыч не подкачал. И, как только более-менее встал на ноги, обнаружил, что Сифлис за это время изрядно похозяйничал в деле о покушении на его жизнь. Как следует выслушав доклад о допросе, Рудалон, мягко говоря, не одобрил действия своего помощника. Всё это время он терялся в догадках, придумывал оправдания и причины такому предательству, но весть о том, что генерал Локс полностью отрицает свою вину, вызвала у него неимоверное облегчение. Всё же таким образом у него появится хоть какая-то надежда на то, что брат его матери действительно не виноват. Но тогда кто его подставил?
Эта ситуация приобретает всё больше и больше острых краёв. Пересекая все возражения Сифлиса, император приказал перевести своего дядюшку на стандартный уровень и просто приставить к нему вдобавок ещё двух-трёх охранников. Этого будет вполне достаточно — генерал Локс никогда не был особо буйным вампиром. По крайней мере, Рудалон на это надеется. До праздника всего пара дней и за это время надо успеть подготовить банкетный и танцевальный залы. Слуги работают в поте лица и постепенно нагоняют упущенное время. Кстати, о слугах. Чучундрик, оказывается, не так прост, как казалось на первый взгляд. Те картинки, которые всплывали у него в голове, когда монарх хотел ему предложить поработать массажистом, поразили Рудалона. Он никак не ожидал, что этот маленький человечек пережил такое.
И император впервые заинтересовался прошлым Руслана.
***
— Эй, Хрыф! Как ты думаешь: мне пойдёт борода?
— Наверно… нет, юная леди, — замялся великан, — женщинам не положено.
— «Не положено», — передразнила его Рокка и обратилась к рядом стоящему уборщику, — вот видишь? Полная дискриминация! Как вообще тут можно жить, если даже женщинам бороду отращивать не положено? Где справедливость и демократия? У вас, наверно, там всё по-другому, да?
— Ну, есть у нас отдельные личности, — пожал плечами Руслан, — но так вообще у нас тоже, мягко говоря, странно, когда женщина носит бороду.
— Ай!
Девушка отскочила в сторону, чуть не сбив при этом ведро с водой.
— Ты чего копыта свои распустил? Совсем что ли берега попутал? — возмущённо уставилась она на Кешу.
Кеша в смущении опустил голову и с искренне виноватым видом сожрал упавшую заколочку девушки.
По приказу свыше Рокка, Руслан и Хрыф должны были отдраить все особые сектора. Да, те самые, в которых первым делом очутился наш главный герой. Они делятся на особые и побочные. В побочных секторах содержат обычный для всех нормальных людей «бабушкин зверинец»: куры, гуси, коровы, свиньи… Только названия у них отличаются. Но, помимо них, там есть ещё такие особи, которые не встретишь даже в какой-нибудь чернобыльской лаборатории. Смесь чего-то с чем-то, разрушающее психику интеллигентного гражданина, в общем. В особых же секторах живут магические животные: дикие дракончики, пегасы, единороги, фениксы, саламандры, грифоны, ёжики и так далее. Да, в этом мире ёжики считаются магическими животными.
И вот, сейчас наша троица убирает в секторе пегасов. С помощью третьего измерения для них отведена довольно обширная территория с сочной зелёной травой и голубым небом высотой примерно со стапятидесятиэтажный дом. Солнца не было — у небосвода имелась своя собственная подсветка, парнокопытные тут ели, пили, летали и размножались. Ну, и, в общем-то, всё.
— Молодой ещё, — Хрыф с любовью погладил Кешу по вороной гриве, — буйный. Играться ему хочется.
— Вот и пусть играется со своим стадом… стаей… в общем, ты меня понял, — проворчала она, вставая и отряхиваясь, — до сих пор не понимаю: почему император именно Кешу выбрал своим пегасом? Он же хулиган ещё тот!
— Рудалон выбрал его своим пегасом? — удивился Русик.
— Ага, — кивнула девушка и показала кулак Кеше.
— Его Величество говорит, что он забавный, — нахмурился Хрыф, — говорит, что он с ним хорошо поладит. Нам не суждено понять его вкусов и предпочтений.
— Эх, нам далеко до его внутренней философии и личных мировоззрений, — с наигранным страданием сказала Рокка, — мы ведь всего лишь нормальные существа.
— Не говорите так про Его Величество, юная леди, — покачал головой Хрыф, — он многое пережил.
— Это да, — кивнула девушка, проводя мыльной щёткой по шее вороного пегаса, — взять хотя бы недавний случай. Меня до сих пор трясёт от осознания того, что он… — и тут она настороженно посмотрела на Руслана, — впрочем, неважно.
Мужчине этот момент не понравился. Почему она замолчала? Их смутило его присутствие? Они что-то скрывают от него? Неприятно. Любопытство забурлило в нём с новой силой, когда на секунду, но всё же увидел, как великан посмотрел на Рокку с каким-то злым страхом. Что такого не договорила девушка, что, казалось, вечно спокойный и вежливый Хрыф проявит такие эмоции? Может, спросить как-нибудь потом у Рокки, когда они останутся наедине? Хотя навряд ли это поможет. От такой несправедливости у Русика чуть зубы не заскрипели. Заинтересовали, черти. Ну-ну, он еще выяснит, что это за инцидент такой, про который и заикаться нельзя.
Хотя, у каждого есть свои секреты, зачем ему туда лезть? Не думаю, что это им очень уж понравится. Разве человек не в праве хранить тайну от определённого круга людей? Руслан тоже разозлился, если бы в его жизнь лезли такие же любопытные личности, как он. Может быть, если они не хотят об этом рассказывать, то на это есть какая-то причина? В любом случае он не хочет показаться слишком дотошным перед этими существами. Руслан только-только освоился в этом обществе, и общество его, вроде как, приняло, не побрезговав даже его внешностью и происхождением. Таким, какой он есть. Мужчина не хочет потерять это маленькое, но всё же достижение из-за чрезмерного любопытства. Статус тихони надо сохранять. Может быть, когда-нибудь ему это пригодится.
— Кеша! Ну это уже чистой воды наглость! Прекрати немедленно жевать моё платье, это тебе не трава! — возмущённо прикрикнула на молодого пегаса Рокка.
— Не ругайте его, юная леди, — улыбнулся Хрыф, — видимо он посчитал эти кружева весьма аппетитными.
— А мне ну очень приятно, что это животное оценило моё платье от «Риджи» со стороны экзотического блюда, — фыркнула девушка.
Руслан и полуоборотень засмеялись.
— А зачем ты его в сектора надела? — спросил уборщик.
— Чтоб красивой быть, — буркнула она и с максимально умным видом инстаграмщицы проговорила, — женщина должна оставаться прекрасным полом даже во время поноса! Что уж говорить о каких-то секторах.
Да уж, в этом вся Рокка. Приведя в порядок всех пегасов, они вышли в основной коридор с многочисленными дверями. Пришлось немного пригнуться и спрыгнуть, так как вход в сектора пегасов представлял собой маленький квадрат метр на семьдесят и располагался на приличной высоте от пола. Как только вся троица оказалась на светло-серой плитке, девушка вдруг серьёзно взглянула на мужчин.
— Знаете, у меня есть предположение, что в нашем коллективе завелась крыса, — выдала она.
Оба собеседника удивлённо на неё уставились.
— С чего вы взяли, юная леди? — напряжённо спросил Хрыф.
— Ну, — замялась она, нервно теребя цепочку сетевого браслета, — просто сами посудите: насколько я знаю, генерал Локс отрицает свою вину и постоянно утверждает, что его кто-то подставил. Предположим, что это правда. Для того чтобы провернуть такое дельце, надо было подготовиться, что занимает несколько часов. Но как преступник узнал, что император поедет именно к дяде? Да ещё и выяснил дату и точное время отъезда. Все экипажи крытые, и невозможно узнать, кто внутри — они не могли таким образом выследить его. Логично предположить, что у них есть кто-то свой в императорском доме. Кто-то, кто докладывает им всё, что тут творится. И… — тут она всхлипнула, — мне кажется, что я им помогла. Это я виновата в том, что Его Величество подстрелили!
Вытерев слезу, сорвавшуюся с ресниц, она закрыла лицо руками. Обескураженные таким резким развитием событий мужчины переглянулись. Хрыф тут же кинулся успокаивать девушку, а Руслан же молча подал ей чистый платок. В этот момент что-то внутри кольнуло его. Так нельзя. Он должен хотя бы обнять эту девушку. Сказать слова утешения и тому подобное… Но почему-то он особо не рвался это сделать. Неужели ему стали настолько безразличны чужие переживания, горе, слёзы? Неужто за всю свою прошлую жизнь он стал настолько… чёрствым? Впервые Руслан почувствовал себя чем-то, напоминающим бесчувственную тварь. Странно, раньше он об этом как-то не волновался.
— Почему ты так решила? Ты ни в чём не виновата, Рокка, — попытался он утешить рыдающую подругу.
— Под-дожди, я с-сейчас приду в себ-бя и всё в-вам рас-скажу, — прогнусавила она, уткнувшись в широкое плечо Хрыфа.
Спустя несколько минут к ней всё же вернулась способность нормально говорить и она продолжила:
— Это знали только я и Сифлис. Ну, о намечающейся поездке. Все остальные узнали только тогда, когда Рудалон уже садился в экипаж. В последние дни наш император стал очень осторожным в таких делах. Он даже самого кучера предупредил в самый последний момент. Я не осознавала всю серьёзность такого поведения и в тот же вечер рассказала прямо в этом коридоре о поездке Маргарет. У неё ещё сын есть — Кира, знаешь такого? — обратилась она к Русику.
«Лучше бы не знал», — пронеслось у него в голове. С тем желтоглазым пацаном он иногда сталкивался в холле или коридорах императорского дома, и каждый раз мужчина при виде него нервно вздрагивал. Ну, не может он забыть тот злосчастный случай.
— Да, — кивнул он.
— Так вот, я ещё заметила, что рядом, в секторе фениксов, кто-то находился. Убирался или что-то вроде того, я не знаю, но дело в том, что он или она могли слышать, о чём мы с Маргарет говорили. Я ещё рассказала о поездке тебе, Русик, но дело не в этом. Я ещё тогда удивилась, почему он вдруг резко так затих. Теперь я поняла: он подслушивал. Мне кажется, что тот кто был тогда там и есть та самая крыса. Ну, или Маргарет… Ох, всё сложно.
— В ваших словах есть смысл, — кивнул задумчиво Хрыф, — но ведь это вам только кажется. Мы не можем обвинять кого-либо без вещественных доказательств.
— Да и обвинять-то некого, — вздохнула Рокка, — я не знаю кто именно был в тех секторах, так что пытаться что-то выяснить у нас не получится. По крайней мере сейчас. Кстати, говорят, что император наш надумывает в скором времени остепениться.
— Давно уже пора, — кивнул полуоборотень, — хозяйка в доме всегда нужна.
— Ой, я тебя умоляю. Какая там хозяйка? — немного неловко и нервно махнула рукой девушка. — Ты графинь-княгинь наших видел? Такие только и умеют, что ванны со всякими маслами принимать, да ножку бокала с вином держать правильно. Ну, может быть, им хватит мозгов ещё мужику в постели удовольствие доставить. А так: крыло бабочки, а не женщина, честное слово! Повыдёргивать бы им эти опахала. И скоро у нас точно такой же зверь заведётся, представляете? А через несколько лет, глядишь, и ребятня подтянется. Маленькие голожопые имперятки. Я сдохну, если меня оставят когда-нибудь за ними присматривать. Никогда не любила детей, тьфу. Я, наверно, на это время поселюсь на чердаке.
Руслан всё это время с искренним интересом слушал разговор двух бывалых слуг, попутно отмечая для себя всё больше ненужных, но интересных подробностей. Не влезая в их беседу, мужчина потихоньку шёл рядом, погружённый в свои мысли. Получается, Его Величество скоро женится? Неожиданно. Наверно, она будет красавицей — у императора весьма недурной вкус. Хотя, может, он будет выбирать не по внешности, а по внутренним качествам? Навряд ли. В политике обычно всё по расчёту. Быстро и с определённой выгодой. Интересно, а он вообще когда-нибудь любил?
Весть о том, что Рокка недолюбливает детей его неприятно удивила. К маленьким людям Руслан всегда относился очень нежно. И, если честно, втайне от своих дворовых собратьев мечтал о своём собственном карапузе. Ребёнок для него был кем-то внеземным. Маленький комок искренности и любви, их смех завораживал и заставлял улыбаться в ответ. Они не оценивали человека по его одежде, недвижимости или же дорогому авто — им без разницы у кого волосы выдирать. Больше всего ему нравятся стеснительные малыши. Они так мило отворачиваются и, улыбаясь, закрывают ладошками лицо, неуклюже мнут пухлые щёчки. От этого в груди появляется такое щемящее чувство… Но по понятным причинам Руслан не мог завести себе такого кроху. Да и какая женщина согласилась бы выносить от него ребёнка? Хотя, попадались и такие. Но они по большей своей части были алкоголичками, наркоманками, просто хотели с кем-нибудь потрахаться и всё в таком роде. Мало ли каких болячек от них малыш может нахвататься? Да и у самого Руслана на них вряд ли бы что-то встало.
— Русь, а ты чего молчишь? Как думаешь, кого он выберет?
— А?
В последнее время мужчина стал замечать, что полностью выпадает из реальности. Вот и сейчас из задумчивости его неожиданно вывел голос девушки.
— Вот, — цокнула Рокка, — опять всё прослушал! Говорю: на место императрицы претендуют три молоденькие девахи: графиня Дарина Пиром; Вилира Эрин, дочь местного чиновника; и ещё какая-то таинственная леди, с отцом которой Его Величество переговорит как раз-таки во время праздника. Так как я знаю первых двух особ, то почти уверена, что их он не выберет. Так что остаётся только надеяться на нормальность третьей.
— А откуда ты столько знаешь? — внимательно её выслушав, спросил Руслан.
— Ну, — протянула она, немного ускорив шаг, — я в весьма близких и доверительных отношениях с нынешним правителем Арии. Даже, мягко говоря, в очень близких и доверительных.
— Что-то не очень похоже, что сам правитель Арии так считает, — покачал головой мужчина.
— Ты про тот указ о колючих ягодах? — догадалась девчушка, отворяя основные ворота в императорских двор, — так ведь правила для всех. Перечить императору может только существо с особым статусом. Начиная от верхушки среднего звена и выше. Верхушка среднего звена, чтобы ты понимал, — это генералы, руководители большого и процветающего бизнеса, правители других государств, и всякая такая богатенькая дребедень. Простым слугам, как я, нельзя повышать голос на монарха. Даже Лана, напрямую разговаривая с Рудалоном, пытается делать это настырно, но максимально мягко. В тот момент я как-то забылась и была за это наказана. Всё честно. Всё по правилам.
Последние слова она почему-то произнесла тихим, отрешённым голосом, смотря себе под ноги. Видимо, на этот счёт у неё были какие-то свои личные мысли. Так как они были достаточно близко друг к другу, Руслан не упустил момент и осторожно взял её ладонь в свою. Поникшие плечи вздрогнули, и Рокка с удивлением взглянула на мужчину. Тот ободряюще ей улыбнулся, стараясь держать лицо как можно более искренним и уверенным. Дамы это любят. Он пока сам не понимал, какие планы у него на эту девчушку, но до того момента, как он определится с этим решением, надо на всякий пожарный подготовить почву.
— А ты рассказывала об этом ещё кому-нибудь? — спросил он.
— О чём?
— О своих догадках. Ну, про крысу.
— Нет, и не собираюсь. Я уверена, что и сам император знает, что в его доме кто-то по-чёрному сливает информацию. Но мне он об этом не рассказывает, так как я тоже попадаю под подозрение. Единственный, в ком он точно уверен — это ты, Руслан.
Мужчина чуть не споткнулся. Он?
— Почему именно я? — удивлённо спросил уборщик.
— Не строй из себя идиота, — скептически посмотрела на него Рокка, — ты тут единственный без ментального иммунитета. Он тебя как открытую книгу читает. Как ты организуешь полномасштабное свержение власти, если даже император в курсе, как ты с Цяком Палычем в нарды на раздевание играл. С Цяком Палычем!
— А кто виноват, что банка с мятой такая же как и банка с дурманом? — тут же возмутился Руслан. — Я ещё думал: почему чай приобрёл розоватый оттенок? Подожди. Мало того, что император теперь знает всё, о чём я думаю, так он ещё и рассказывает это кому-то! Это уже какое-то… плохой он человек, в общем.
— Он вообще не человек, — усмехнувшись, посмотрела на него Рокка, — помню, долго с этой истории смеялась. Даже слезу пустила.
— Больше я перед сном и не посмотрю в сторону чая, — пробурчал мужчина.
— Юная леди, — обратился к девушке Хрыф, — не забудьте, что вас ждёт Тула. Он хотел обговорить с вами декор танцевального зала.
— Точно, — хлопнула она себя по лбу, — этот чудик, наверно, уже горшки отбросил, ожидая меня. Всё, мальчики, я побежала. Не скучайте без меня!
И девушка упорхнула куда-то в сторону вишнёвого сада, попутно чуть о что-то не споткнувшись. Руслан с Хрыфом остались наедине около парадной лестницы. Рядом с этим великаном мужчине становилось как-то не по себе, хоть он и знал, что полуоборотень — существо вполне мирное. Вон, даже Рокка его не боится. Кстати…
— А какие у вас с ней отношения?
От неожиданности вопроса Хрыф немного подзавис. Потом поняв, что от него всё же ждут какого-то ответа, внимательно взглянул сверху вниз на уборщика.
— В смысле?
— Ну, — пожал плечами Русик, — ты к ней постоянно на «юная леди», «вы» обращаешься, выполняешь все её прихоти, не шибко споришь и так далее… Кто ты ей? Не просто же хороший знакомый, да?
Великан вздохнул и с сомнением посмотрел на Руслана, словно сомневаясь: а стоит ли рассказывать? Но после минутного молчания всё же начал:
— Это не по моей воле. Я приставлен следить за ней самим императором и просто выполняю свою работу, — сказал он и дальше продолжил с небольшими паузами, — Понимаешь, Рокка — она… не совсем обычная девушка. Эта юная особа действительно, можно сказать, дорога Его Величеству, так как несёт… определённую пользу.
— Пользу? — не понял мужчина.
— Мне запрещено говорить какую именно — это слишком личная информация, — вздохнул Хрыф, — да и вообще, я тебе не советую влезать во всё это. Потом пожалеть можешь. Ладно, у меня ещё есть свои дела, а ты пока сходи к Его Величеству и отчитайся о проделанной нами работе. До встречи.
— До встречи.
Дождавшись, пока Хрыф скроется за ближайшим поворотом, Руслан неторопливо направился на третий этаж. Его изрядно заинтересовали слова полуоборотня о Рокке. Она какая-то особенная? Что он имел в виду, когда говорил о пользе? Как она связана с императором помимо трудовых взаимоотношений? Вопросов по-прежнему довольно-таки приличное количество, но ответы, увы, так и продолжают оставаться дефицитным товаром. И в доме творится что-то несусветное. Версия про крысу вполне имеет право на существование, и каждый встречный теперь может оказаться так называемым «засланным казачком». Да и расследование дела о покушении на императора всё ещё идёт, а значит, что преступник скорее всего всё ещё на свободе. Эх, тайны мадридского двора, мать твою я уважаю! Хорошо, что он не в самом эпицентре этих событий, а наблюдает только издалека. Иначе точно бы уже с катушек слетел.
— Ваше Величество, можно войти? — спросил Руслан, постучав по массивной двери.
Неожиданно она широко распахнулась, буквально отбросив мужчину на приличное расстояние. Вдобавок ещё и стукнула по носу. Взвыв от резкой боли Русик приложил ладонь к пострадавшему месту.
— О Боги, Сифлис, ты решил мне поубивать весь персонал?! — донеслось до него со стороны кабинета.
— Он сам под дверью стоял. Может быть, даже подслушивал, — цокнул светловолосый эльф.
— Враньё! Я не подслушивал, — прогнусавил раненый боец.
— Мне некогда с этим разбираться. У меня в отличии от тебя, недолеший, нет времени прохлаждаться — меня ждут дела, — сказав это, старик пафосно развернулся и пошёл дальше по коридору, громко стуча высокой подошвой сапог.
«Показушник», — мысленно плюнул в его сторону Русик.
— Не обращай на него внимание, чучундрик, просто он сегодня не в настроении.
Руслан повернул голову, продолжая зажимать уже изрядно кровоточащий нос, и увидел стоящего в дверном проёме монарха. Тот в свою очередь подошёл и присел возле него на корточки, внимательно рассматривая лицо своего работника. «Очень, блять, интересно, не правда ли?» — не удержавшись подумал он. Хотя, почему не удержавшись? Его мысли — что хочет, то и думает, и никакие императоры нашему Руслану не страшны! Может, Рудалону даже надоест такой бред слушать и он перестанет заглядывать в его голову?
Но, видимо, Его Величество не спешил оскорбляться до глубины души и просто, устало вздохнув, поднялся с корточек.
— Вот же ж, горе луковое, — покачал он головой, — и медицинское отделение, как назло, в другой стороне — пока дотопаешь, всё само заживёт. Ладно, вставай и заходи в кабинет. Я, конечно, не лекарь, но первую помощь оказать в состоянии.
«О, как, — пронеслось в голове у Русика, — меня будет лечить сам Великий Император. Какая честь!».
— Не зазнавайся, — фыркнул он, — это я пока такой добрый.
«Ну-ну, — мужчина, опираясь одной рукой о стену поднялся и направился к открытой двери, — и опять даже руку не подал».
— Садись на то кресло возле окна, — сказал император, одновременно пытаясь что-то найти в тумбе под столом.
Руслан послушно сел на указанное место и с любопытством посмотрел на Его Величество. Нос ощутимо болел и кровоточил. Но, видимо, ему всё же удалось его не сломать. Рука, которой он держался за него, уже вся стала сырой и липкой и вызывала у мужчины стойкое желание её вымыть. Тем временем Рудалон наконец нашёл то, что искал, и направился прямиком к пострадавшему бойцу.
— Убери руку, — попросил или приказал он, наклонившись над Русланом, — будет немного щипать, но оно того стоит, поверь.
Уборщик от всего сердца надеялся, чтобы это не оказалась какая-нибудь зубодробительная штукенция наподобие одеколона. Он ещё в детстве как огня его боялся. Проследив, как император достал из небольшой коробочки бутылёк с зеленоватой жидкостью, мужчина нервно сглотнул и отлепил ладонь от своего лица.
— М-да, нехило тебя так приложило, — покачал головой Рудалон, смачивая ватку этим раствором. — Так, а теперь не двигайся.
И Его Величество осторожно прикоснулся ваткой к носу. Вот, честно: лучше бы это был одеколон! Место, куда попала жидкость тут же опалило резкой нестерпимой болью, от которой на глазах даже выступили слёзы. Инстинктивно отпрянув от такого агрессивного внешнего раздражителя, мужчина с болезненным стоном вжался в спинку кресла.
— Ну-ну, тихо. Тихо, чучундрик, — зашептал Рудалон, остановив эту пытку, — потерпи немного. Скоро всё закончится.
«Он меня… утешает?» — от этой мысли Руслан даже глаза открыл. Вот это номер! Император, оказывается, ещё и такое умеет? А он-то думал, что Его Величество полный эгоистичный мудак. Видимо, он немного в нём ошибался. Совсем чуть-чуть. Капелюшечку. Ладно, может быть, он не такой уж и плохой. Наверно.
— Всё? Прошло? — участливо поинтересовался Рудалон. — А теперь попробуй сосредоточиться на чём-нибудь. Давай, попробуй сосчитать, сколько я моргну. Я потом спрошу. И если число будет правильным, то получишь мармеладную конфетку.
— Я что, ребёнок? — возмутился мужчина. — Хочу шоколадную.
— Ну, шоколадную, так шоколадную, — улыбнулся император и ещё ближе наклонился к лицу своего слуги.
Глубоко вздохнув, Руслан заёрзал на кресле и попытался расслабился. Вроде, немного получилось, но всё равно тело ещё помнило ту боль и находилось в некотором напряжении. Подняв голову, он встретился взглядами с Его Величеством.
— Готов? — отчего-то шёпотом спросил его император.
После короткой паузы мужчина уверенно кивнул. Ничего, и не такое терпели. Откинувшись на спинку, Русик сосредоточился на глазах монарха.
«Один», — начал он счёт.
Нос снова опалило резкой болью. На этот раз уборщик дёрнулся, но обрывать контакт с жгучей жидкостью не пытался, а лишь продолжал считать.
«Два».
Боль переместилась в район переносицы, отчего глаза ещё больше заслезились. Держать веки открытыми давалось всё труднее, но Руслан продолжал сосредоточенно всматриваться в ярко-фиалковую радужку.
«Три».
Интересно, а в его мире есть люди с таким же цветом глаз? Скорее всего нет. А жаль — он очень красивый. Если честно, оттенки фиолетового всегда были самыми любимыми для Руслана из всего многообразия цветной палитры. Смесь красного и синего. Горячего и холодного. Пламени и льда. Добра и зла. Хах, философ из него навряд ли получится. Это же просто цвет. Видимое глазу излучение. Волна определённой частоты. Зачем из него раздувать что-то большее? Наверно, боль сделала что-то с его мозгом. Хотя, императору и вправду он очень даже к лицу.
«Четыре».
Незаметно взгляд скользнул дальше, рассматривая чёткие линии скул, прямой аристократический нос и тонкие чувственные губы. Красив. Чертовски красив, мерзавец.
— Спасибо.
«Пять».
— За что? — не понял Русик.
— За такие лестные мысли.
Вот же ж… нехороший человек. И за что его природа такой внешностью наградила? Наверно и от девиц отбоя нет. Хотя, это же император, с ним так просто не позаигрываешь. Интересно будет посмотреть на его будущую жену.
«Шесть».
Монарх обновил раствор и опять прошёлся по крыльям носопатки уборщика, но боль уже не была такой явной, как раньше, а лишь немного пекла, заставляя недовольно фыркать. Но, видимо, хватило и этого — пару слезинок, державшиеся всё это время на ресницах, всё же сорвались и прошлись мокрой дорожкой по щекам. Руслан собирался было их стереть, но монарх на полпути перехватил его руку.
«Семь».
— Я сам. Не хватало ещё рану зацепить.
«По ходу, сегодня снег пойдёт», — удивлённо подумал мужчина. С чего это такая забота? А может, это и вовсе не забота? Он же реально может случайно зацепить рану и тогда всё по новой. Тёплые пальцы легко коснулись лица и провели от подбородка до самых уголков глаз, вытирая лишнюю влагу.
— Сырость он тут развёл, — с раздражением пробубнил Рудалон, вытерев руки прямо о футболку самого Руслана.
«Восемь».
М-да, снега сегодня всё же не предвидется. Ну нахрена именно о его одежду надо было вытирать, спрашивается? Другой ткани под рукой не нашлось? Правда, это всего лишь слёзы и от них ничего не будет. Ладно, Русик, так уж и быть, простит Его Величеству это маленькое своеволие. В следующий момент мужчина увидел, как монарх усмехнулся.
— Ну, вроде бы всё, — напоследок придирчиво взглянув на нос уборщика, сказал полудракон.
Первым делом мужчина пощупал пострадавшее место. На его немалое удивление: никакой боли не было. Будто бы не его некоторое время назад долбанули дверью. И ещё какие-то совсем странные ощущения появились. Что-то не так. Что-то определённо не так. Оторвав пальцы от носа, он внимательно рассмотрел их, словно выискивая там смысл своей жизни. Крови нет. Мужчина встал с кресла и завертел головой, стараясь отыскать более-менее отражающую поверхность. И он нашёл её прямо за своей спиной — там на стене висело приличного размера зеркало в массивной золочённой оправе.
— Что вы сделали с моим носом?! — не удержавшись, ошарашено воскликнул Русик, отшатнувшись от своего отражения.
— Потише, чучундрик. Помни, с кем ты разговариваешь, — спокойно ответил Рудалон, пряча обратно в тумбочку своё страшное зелье, — и вообще, что тебе не нравится? Вполне себе симпатичный носик получился.
— Где моя благородная горбинка? Где она? Я же её ещё с того случая около пивмаркета берёг! Да бомжи с другого конца города ко мне приходили, чтобы посмотреть на неё! На меня кирпич тогда упал, понимаете, Ваше Величество? Кирпич! Прямо перед моим лицом пролетел и задел нос. Придвинься я хоть на сантиметр ближе, то всё! Был пацан, и нет пацана! Удивительный случай. Я же с того времени эту горбинку как талисман носил. Берёг, как невиданное сокровище. А тут на тебе и исчезло моё кровно нажитое богатство! Эх…
— М-да, — удивлённо покачал головой этот убийца носовых горбинок, — признаться, от такой истории я даже всплакнуть захотел… А нет, это у меня просто глаз зачесался.
— Простите меня конечно, Ваше Величество, но вы бессердечный, — шморгнул обновлённым носом мужчина.
— Что правда, то правда, — вздохнул Рудалон и сел на своё бордовое кресло, — моё сердце, увы, мне уже не принадлежит.
Руслан резко перестал убиваться и непонимающе уставился на императора.
— А кому оно принадлежит?
Монарх в ответ загадочно улыбнулся, с некоторой толикой грусти посматривая на самого уборщика. Откинувшись на спинку своего императорского сидения, Рудалон тяжело вздохнул и, уже не отрываясь, оценивающе посмотрел на Русика, скользя внимательным взглядом по каждому изгибу худенького тельца. От этого мужчине стало, мягко говоря, не по себе. Ещё и эта властная аура вокруг правителя Арии, от которой хотелось спрятаться как минимум под базальтовым слоем земли, усилилась. Руслан что-то не то спросил?
— Государству.