Средний ярус
- Держи!! - по ярусу разносится шипение и крики, сопровождающиеся грохотом и землетрясением. Команду сбивает с ног, но ребята подрываются обратно, не понимая происходящего.
- Осторожно!! - длинная труба, из которой под большим напором выходит что-то непонятное, неторопливо разгибается и падает в проём.
- Сун, - Джин дёргает старшего за руку, пока Хосок цепляет Гука, а тот ещё двоих за ворот.
- Лежать!
- Пригнись! - загорается красная лампочка, включается сирена.
- Спускайтесь вниз, она там!
- Бери стабилизатор!
- Лежи, - приказывает Сун и спускается следом за рабочими. Нужно помочь, срочно помочь. Это всё-таки какой-то газ, который поднимается и обволакивает их дымкой. Можно ли дышать?
- Чонгук-а!! - парень резко подскакивает, подбегая к бортику.
- А??! - нагибается, чуть ли не повислая на прутьях.
- Скинь сумку!! Синюю со знаком!!
- Понял! - Чон оборачивается, ища сумку глазами, но не находит. Паника поднимается к горлу. Он ведь недавно её видел. Куда делась? Отправляется на поиски, осматривая каждый угол, врезаясь плечами в стенки и еле держась на ногах. Город шатается из стороны в сторону, никак не находя баланс. Видимо, задели систему курсовой устойчивости, и это очень плохо.
- Чонгук-а!!!
- Я ищу!! - глаза цепляют обрывок синей ткани, куда тут же бежит парень, наклоняясь к полу и вытягивая руку. Но не хватает лямку и тут же притягивает к себе, когда шестерёнка вновь проходит круг, - не достану, - а сумка уходит всё дальше. Из-за грохота не слышно происходящее вокруг. Гук не придумывает ничего дельного, кроме как лезть в сам механизм за этой чёртовой сумкой. Да, это опасно, его может чем-нибудь прижать, придавить, может покрамсать и убить. Но он лезет. На кону жизни граждан города. Нельзя так бездарно пускать ситуацию на самотёк.
Чон изгибается, лезет, прижимается к стенкам, чтобы шестерёнки не задели. Пола под ногами, как такового, нет. Всё движется, падает и возвращается. Механизм приведен в работу.
- Нет-нет-нет, - Гук замечает, как сумка начинает падать, и спешит забрать её, наплюя на безопасность. Перескакивает с одной ленты на другую, вытягивается, вытягиваясь в полный рост, и хватает за лямку, притягивая и прижимая к груди. Возвращаться назад нужно в два раза быстрее, избегая острых углов. Ему почти удаётся добраться целым, его задело несколько раз, но не смертельно, - лови!! - подлетает к бортику, видя внизу уже туман, кидает и надеется, что не опоздал.
- За мной, - его дёргают за руку неожиданно, тянут на себя и заставляют подниматься, - вентиль!! по часовой!! крути!! - у парня напротив рассечена бровь, но тот не обращает внимание, убегая дальше. А Чон напрягается, прикладывает все силы, но сдвинуть не может. Тот наглухо застрял и не собирался двигаться, - ну?!
- Застряло!!! Не поддаётся!!!
- Чертовщина! - тот спрыгивает через лестницу, опираясь руками о перила, прибегая, - давай!!
- Айщ... - Гук шипит, сжимает зубы сильнее и пытается повернуть.
- Жми!! - вентиль скрипнул и поддался, сдвинувшись на миллиметр, - ещё!! - руки не слушаются, скользят, но Чон перехватывается удобней, - есть! - тот резко прокручивается, давая управлять собой, - крутим, крутим, - Чон еле руками успевает перебирать, слыша, как шума становится меньше, - продолжай, - парень куда-то вновь убегает, - включай систему 'ног'!!! - слышится его голос.
- Достаточно? - их снова встряхивают, отчего парень подпрыгивает.
- Нет, ещё немного, - прибегает обратно и закручивает вентиль окончательно. Теперь на ярусе стоит тишина, прерываемая каплями воды и дыханием. Гук скатывается на землю, часто дыша и чувствуя капли пота, медленно стекающие по лицу.
- Молодец, - рядом садится парень, откидывая голову, внимая кепку и вытирая пот со лба, - Дима.
- Чонгук, - они пожимают руки, - а как ты... понимаешь меня?
- Со станции?
- Ага.
- Один язык учим, - кивает в понимании, выдыхая. Мышцы неприятно ноют в напряжении, не желая больше подчиняться хозяину, - надо вытяжку включить, - кряхтя, парень поднимется, щёлкает кнопками, - у тебя кровь, нужно обработать, - протягивает руку и помогает встать.
- Тебе тоже не помешает, - они выходят в проходы, освещая для себя всю тяжесть случившегося. Из-за внештатной ситуации, теперь повреждений гораздо больше. Труба успела побить много техники, пока падала, где-то слышался поток воды, вокруг дымилось.
- Все живы?! - Дима кричит вниз, встречая обеспокоенный взгляд Суна.
- Живы, - кивает, удостоверяясь, что и Чонгук в порядке, - что это было? - вздыхает и упирается руками в колени.
- Я убью их! - кричат с другого прохода, и там появляется светлый мужчина, держа в руках какой-то механиз.
- Что это? - Чон поворачивает голову к новому знакомому.
- Бомба, - парень звучит устрошающе, и Гук с испугом смотрит на устройство. Такие помехи придётся восстанавливать куда больше времени, чем они предполагали.
***
- Подай гаечный, - Гук кивает и быстро шагает к коробке с инструментами, выбирая на глаз нужный размер, и отдаёт Джину, - подержи.
- Почти всё, - рядом садится Сун, притаскивая свою коробку, - не верится, - верно, не верится. Они потратили на ремонт три недели, работали с самого утра, ещё подъёма на станции не было, и оставались до поздней ночи на ярусе. Дело осталось за малым. Но это не потребует таких больших усилий. Чон вспоминает, как они поднимали эту чёртову трубу. Тогда показалось, что руки у них оторвутся. А сейчас по мелочам заканчивают с работой, больше отдыхают.
- Ну вы посмотрите на них, просто безобразие, - Хосок залетает ураганом, как обычно, только на этот раз возмущенным и злым. Не лезет к ним, а снаружи кричит. Но и на расстоянии прекрасно чувствуется его негодование.
- Что на этот раз? - Коля, стоящий недалеко, опускает руки от механизма, поворачивая голову к ним. Все знают эту команду разведки, она больше всех старалась и помогала. А запомнить яркого, вечно шумного Хосока было просто невозможно.
- Осмотрите город, мало ли какие ещё повреждение будут. Да и порядок нужно восстановить, - коверкает голос и передразнивает управляющего, - мы им кто?!
- Не кричи, мы всё равно почти закончили, - усмехается Сун.
- Да, нам нужно пару дней на полную проверку, и всё, - подтверждает рабочий, вытирая руки о тряпку.
- Они издеваются над нами.
- Зато мы благодарим, не управились бы так быстро.
- Иди лучше, пока ещё работы не накинули.
- Разве это не должны делать солдаты города? - интересуется Чонгук, вспоминая, как мама жаловалась на этих необученных ленивцев.
- Должны. Но нет, теперь дело за нами, - Хосок все ещё недовольствует, - пойдём, Гук, - парень смотрит на старших, получая кивки, убирает инструменты в ящик и вылезает, ловя автомат, - раньше начнём, раньше закончим, - не может не согласиться.
В отличии от хёна, он не такой ворчащий, потому что это прекрасная возможность посмотреть город изнутри. А то они всё на нижнем да на на нижнем. Так хоть походит везде, посмотрит. Хосок, правда, по началу будет его подгонять, но потом смилуется и даст везде заглянуть.
Средний ярус С-25 защищён плотным металлическим куполом, отрезающим его от внешнего мира, звуков и токсинов. Внутри располагались аккуратные каюты, связанные маленькими улочками, свободное место между которыми, на удивление, занимала трава. И Чон долго трогал колючие травинки, не мог отстать. Новые ощущение казались приятными, вызывали улыбки. Ещё повсюду располагались склады для искусства, куда они зашли в сопровождение местного охранника и начальника. Чонгук не знает, как описать эстетическое наслаждение глазами. Ведь внутри ещё и бабочки порхали. Парень впитывал в себя всё, как губка, постоянно задавал вопросы Хосоку, который, если что-то знал, отвечал и рассказывал. Но больше толку было от мужчины, который сопровождал их, устраивая короткую экскурсию, говоря кратко. Гуку очень бы хотелось попасть на настояющую глубокую экскурсию, рассмотреть экспонаты поближе. Но работа есть работа, поэтому они проходили, осматривались, слушали и уходили.
Медленно, но верно они обошли половину среднего яруса, направляясь к старой консерватории.
- Консерватория? А что такого в ней? - любопытный ребёнок.
- Ничего. Она сейчас пуста.
- Но она стоит практически посреди города, - её вышка - самая высокая точка С-25, не скрытая куполом.
- Вообще, если мне не изменяет память, то это вышка для музыкантов, - Хосок задумчиво чешет подбородок, прикусывая нижнюю губу, - не знаю, почему она сейчас так важна, - пожимает плечами, открывая дверь и пропуская парня первым. Они разделились на входе, чтобы охватить больше пространство и закончить раньше.
Внутри было просторно и пусто. Огромный потолок купола уходил далеко вверх, было не совсем понятно, где он кончается. Ни одного предмета мебели, ни одной картины или плаката. Голые стены, обшарпанные местами, холодный пол, с пятнами. Что же в нём такого? Может, это реликвия? Может, здесь что-то произошло? Или происходит? Может, она всего лишь прикрытие?
- Нет, не надо, - доносится ломающийся голос и всхлипы, заставляя Чона моментально поднять оружие, зарядить его и быть начеку, - прошу...
- Ты имеешь наглости ещё что-то просить? - ему отвечает грубый, сильный голос, а за ним следует удары, - где остальные?
- Я... я не знаю...
- Знаешь, - ещё удары. Гук медленно подходит ближе. Ему нужно оставаться незаметным. Поэтому осторожничает, - говори.
- Я правда н-не знаю...
- Можно подумать, это так важно, - третий голос мягко окутывает перепонки, так приятно, - нам стоит знать: ты оставил бомбу или нет, - парень подходит к проёму, прижимаясь спиной к стене и осторожно выглядывает, поднимая оружие. Один мужчина на коленях, одетый в какие-то тряпки. Он в крови и синяках, плачет и смотрит на насильников. Второй, одетый в форму, держит его за волосы, сжимая вторую руку в кулак и готовясь ударить вновь. Третий, по всей видимости, босс ситуации. На нём серый костюм, выглядящий идеально, светлые волосы убраны с изяществом. Неширокие плечи, средний рост, стройный. Он стоит спиной к нему, разглядеть лица не удаётся.
- Не я...
- Тогда кто?
- Не знаю... - слышится смешок, и тот, что в костюме, садится на корточки.
- Тогда тебе не о чем волноваться, - треплет за щеку и пару раз легко удаляет, - отпусти его.
- Спасибо, господин. Спасибо, - тот кланяется, благодарит, пока на него не нацеливают пистолет и не стреляют в ногу, - ааа!
- Ты думаешь, всё так легко? - Хосок вздрагивает, слыша выстрел, заряжая автомат и ища младшего. Который, к слову, не дёрнулся, наблюдая во все глаза за происходящим, - даже если не ты устанавливал бомбу, ты точно знаешь, кто это. Ты причастен к этому преступлению. А за него полагается наказание.
- Прошу, господин... я не знаю, кто это сделал...
- Знаешь...
- Чонгук, - Хо шепчет на ухо, кладя руку на плечо и выглядывая в зал.
- И скажешь нам. Иначе, умрёшь.
- Пожалуйста...
- Уходим, - командует старший, дёргая парня, застывшего как статуя.
- Пробей его хорошенько...
- Идём, - Чон не двигается с места.
- С удовольствием... - хруст костяшек и мольбы.
- Это приказ, Чон, - Хосок произносит со всей строгостью и серьёзностью, дёргая на себя и, наконец, сдвигая с места младшего, - уходим сейчас же, - они шагают на выход, пока с того конца кричат и молят о пощаде. Чонгук порывался развернуться и выстрелить, но у старшего Чона сильная хватка, а сам он идёт, как танк, ничем не остановишь, - возвращаемся к нашим, уже поздно.
*
- Проверь по камерам, кто ходил по улицам с оружием, - смотря на проём, где увидел дул автомата, приказывает молодой мужчина.
- Будет сделано, господин.
~~~~~~~
Ваша Тень~