1. И смех, и грех
Стоя около какого-то не вспаханного поля, девочка, лет около 10, смотрела по сторонам, пытаясь понять, что вообще происходит. Несколько секунд назад её за шиворот вышвырнули из какого-то дома, сейчас требуют вспахать поле гектаров так на 20-30 в одиночку, а что будет дальше остается только гадать. Ещё и уведомление от «системы»...
— «Боже ты мой, какого черта...» — она готова была стать верующей, если бы получила взамен ответы на вопросы. Глядя на плавающее перед глазами окно, девочка ввела руку в волосы.
— Чего стоишь бездельница мелкая! Работать давай! — едва успев повернуть головой, она чуть не получила по черепушке металлической мотыгой, что упала перед её лицом.
— ..."У меня сильное предчувствие, что стоит лучше уж послушать... Ладно, а как вскапывать-то?»
***
Единственное, что делала для «вспахивания» девочка, это просто тащила по земле мотыгу, периодически ускоряясь или замедляясь. После короткого марш-броска через оставшиеся гектары, она, отдышиваясь, спрашивала себя, почему она словно по наитию пошла работать, вместо того, чтобы пытаться понять хоть что-то. Само тело словно чувствовало, что лучше сделать так, а не иначе.
— «Без подвоха тут точно не обошлось...» — окидывая взглядом вид с небольшого склона, то видела деревню, где на домах была зеленая черепица, а одна из самых больших построек в виде храма обладала характерными для древнекитайской архитектуры прямоугольным строением комнат. Это подтверждало сообщение от системы о том, что она находиться в новелле. В теле Шан Цинхуа, которая почему-то девочка.
Присев под деревом и осматривая свою одежду, то видела на себе легкую, пошарпанную коричневую футболку с широкими рукавами и такие же по состоянию и цвету шорты, да легкие тапочки. Задаваясь вопросом, где она вообще находиться, то вспоминала текст своего любимого произведения. Если так подумать, особо о прошлом Шан Цинхуа ничего не говорилось, так что оставалось только гадать и надеяться на удачу, пока определяешь, где находишься.
Переводя взор на руки и любуясь своим ладонями, она с легкостью сделала вывод о том, что эти руки постоянно выполняли тяжелую работу, судя по мозолям, потертостям, мелким царапинам и шрамам. В голове уже начали возникать предположения, но их только оставалось подтвердить.
С другой стороны, ей ещё повезло, что она не как оригинальный Шан, он же Братец-Самолет, попала сюда в момент рождения Шаны.
А что вообще с оригинальным обладателем тела?
— Система, — обратилась она в пустоту, но получила лишь ответ:
__________________________
Система временно недоступна!
Подключитесь к основному серверу!
__________________________
— «Ну разумеется... Весь мир вокруг Ло Бинхэ крутиться, в целом ожидаемо.» — предполагать, что происходит с Шень Цзю она не стала. Если она ничего не путает, то Шан попал в свое творение раньше, а следственно — сейчас это ходячее недоразумение, которое в теории может напортачить и убить кого-нибудь важного раньше, чем предписывает сюжет. Когда прокнет эффект бабочки от любых её действий в теле Цинхуа — вопрос тот ещё, потому что вероятность есть всегда, а какая она — черт высчитает!
Отряхивая ноги и руки, поднимаясь с земли, она почувствовала как забурчал живот. Ну, она пахала по меньшей мере 2-3 часа, не удивительно, что устала и хочет есть. Беря в руки мотыгу, и спускаясь вниз, не заметила, как уже подул ветер. Только сейчас она почему-то заметила, что у неё довольно... короткие волосы. Будто под ежика, да ещё и не аккуратно отстрижены...
— «Почему я не могла попасть в Лю Цинге хотя бы?! У него такая шикарная шевелюра!» — почти что кусая локти от зависти к персонажу, Шан дошла до дома. Заходя внутрь и пробормотав «Я все!», то никого не увидела. — «Кому мне отчитываться?..»
Выдыхая и проходя дальше по комнате, то неожиданно услышала будто бы... скуление? Кто-то мычал, и судя по звуку — сквозь слезы. Поняв, что это где-то за стеной, то сжав посильнее орудие труда, побежала на выход, в поисках источника звука. Забегая за угол дома, то увидела весьма... странную сцену. Нет, как странную.
Какой-то мальчик, с виду лет 6-7, лежал весь исполосованный, будто его били жесткой плетью. Одежда на нем порвана почти полностью, на нем живого места почти нет! На шее у него светилась какая-то полоса, заставляя его выворачиваться почти на изнанку. Его руки, прикрывавшую голову, пробиты мелкой дрожью, губы сильно поджаты. Видно, что он пытается не издавать ни звука.
Пока сверху, почти над ним нависает взрослый с плеткой, на которой есть острые шипы. На лице старикашки была мерзкая, самодовольная ухмылка, а рука замахивалась на очередной удар. Наблюдая эту картину, неожиданно она почувствовала прилившую к голове... злость.
Как кто-то смеет издеваться над человеком, над ребенком в первую очередь?! Он не имеет моральных устоев?! Кем он себя возомнил?!
Вопросы, нет, скорее благой мат с оскорблением этого отродья с бородой затмили здравый смысл. И вот через пару секунд она уже стоит, воткнув в руку этого урода лезвие инструмента. Он заверещал, как какой-то петух на вырубке, и начал махать плеткой по сторонам. Приложив усилия, она отмела его в другую сторону от ребенка, пока он продолжал кричать.
— С тобой все в порядке?.. — произнесла она, подходя к малышу и занося над ним руки.— С-се-с-стрич-ка Ш-шан?.. — он говорил тонкий, дрожащим голоском, и едва сдерживался от того, чтобы закричать и потерять сознание от боли, по нему видно.
— «Ещё немного и он умрет от потери кро-!» — через секунду, прямо от шеи, словно громадная волна паразитов, её тело пронзила ужасающая боль, да настолько сильная, что голосовые связки не могли разжаться для того, чтобы издать хоть один звук. — А!.. — хватаясь за шею, она почувствовала как к глазам от боли приливают слезы.
— ТЫ! ЖАЛКАЯ РАБЫНЯ! КАК ТЫ СМЕЕШЬ ПРЕРЫВАТЬ НАКАЗАНИЕ ЭТОГО УБОЖЕСТВА! — кричал мудак, ударяя по спине плетью и выбивая последние силы. Едва успев увернуться и сквозь боль в руках, отползать от остальных ударов шатающегося убожества, Шан почувствовала как в голове что-то щелкнуло.
Похоже, судьба у оригинального Шан Цинхуа действительно незавидная. И похоже сейчас она стала рабом.И возможно, её могут убить прямо сейчас.
Вот ирония, не правда ли?