2. Пурпурное небо
Звонит будильник.(Единственный, кто мне звонит).
Открываю глаза и вижу вечернюю тьму, окутывающую мою комнату.
Вот оно - настоящее лицо зимы.
Когда вечер, когда утро - не поймешь.
Именно поэтому мне тяжелее всего просыпаться зимой. Как и всем, наверно.
Быстро собираюсь, и в этот раз мама подбрасывает меня к школе, потому что ее офис в той же стороне.
На первом уроке одноклассники интересуются моим здоровьем, представляются мне.
Я стараюсь любезно всем отвечать, но имена не запоминаю. Есть такая проблема у меня. Но зато имею хорошую фотографическую память, и запоминаю всякие мелочи.
Во время перемен ни с кем не разговариваю, потому что занята учебным материалом или своими мыслями.
Проходя по шумному от разговоров коридору третьего этажа, я за спиной слышу:" Эй, Glace!".
Оборачиваюсь и вижу Бориса Дмитриевича с огромной стопкой какой-то макулатуры. Он движением головы подзывает меня к себе, а кучеряшка забавно подпрыгивает. Я вздыхаю и иду к нему.
-Спасибо, Glace, а то мне никто не хочет помочь! - мужчина строит обиженное лицо, думая, наверно, что это мило.
Я беру у него треть бумаг и спокойно говорю:
-Может потому, что вы даете всем глупые прозвища?
Приподнимаю немного бровь и встаю справа от учителя.
Борис Дмитриевич улыбается и пожимает плечами.
Это немного поднимает мне настроение.
Хоть что-то забавное за сегодня.
Шествуя рядом, я иногда разглядываю руки учителя: его тонкие пальцы и предплечье, которое приоткрыто от закатанных рукавов темно-синей флисовой рубашки.
Я ловлю себя на мысли, что хочу потрогать материал его одежды. Снова чувствую его одеколон, но в перемешку с нотками крепковатого кофе.
Видимо, учитель пьет американо в кофейне рядом со школой.
Через огромные окна видно фиолетовое небо, которое начало светлеть. Сиреневатый свет падает на оголенную руку учителя, смешиваясь с голубыми венами, создавая пурпурные оттенки.
Почти на голову выше меня Борис Дмитриевич, мне приходится поднять голову, чтобы посмотреть на его аккуратный профиль и легкую улыбку глаз с морщинками вокруг них. Само лицо учителя непринужденно расслабленно и кажется немного скучающим и уставшим, несмотря на всю дружелюбность улыбок.
Коридор кажется бесконечным, но мне совершенно не хочется избавляться от компании Бориса Дмитриевича, потому что я чувствую спокойствие, да же если ему самому я безразлична.
Бывает такое, что человек равнодушен к тебе, а ты чувствуешь тепло, уют и расслабление рядом с ним.
Вот, что у меня сейчас.
Открывая дверь в библиотеку, я встречаюсь взглядом с очень милой молодой женщиной, которая лучезарно улыбается, делая "сердечко" губами в красной помаде.
Но она улыбается не мне.
Ее прищурившиеся глаза смотрят на Бориса Дмитриевича.
Тот искренне улыбается и ставит на стол стопку макулатуры, аккуратно берет из моих рук, едва касаясь своими горячими пальцами моих холодных ладоней, и, поблагодарив меня, поворачивается к женщине с милой улыбкой.
Я замечаю его легкую складку морщин у губ и на лбу. Мужчина испытывает искреннее удивление и радость.
Я покидаю помещение, закрывая за собой тяжелую дверь, с непонятным чувством разочарования.
Но в чем или ком именно - не понятно.
После пятого урока ко мне подходит одноклассник и говорит, что Борис Дмитриевич просил меня подойти в наш класс.
Я киваю головой в знак благодарности и, взяв телефон и карту школы, иду к кабинету.
В той части рекреации свет не горит, и я чувствую себя умиротворенно и сонно.
Подойдя к двери, я останавливаюсь и прислушиваюсь. Учитель там не один.
Он с кем-то негромко разговаривает.
Это женщина.
Из приоткрытой двери доносятся обрывки фраз, которые я стараюсь пропускать мимо ушей.
Что-то про их взаимоотношения... Они встречаются?
Мои размышления прерывает мелодия телефонного звонка.
Я, буквально, подпрыгиваю на месте и быстро нажимаю сбросить.
Меня замечают.
Торопливые шаги приближаются к двери.
Женщина ее открывает и оглядывается по сторонам.
-Никого, - выдыхает она в сторону учителя и поспешно покидает кабинет.
Борис Дмитриевич пытается ее догнать с какой-то папкой в руках, попутно нервно закрывает дверь.
Что-то плавным движением падает на пол.
Я сижу за углом и не дышу.
Аккуратно выглядываю и смотрю, чтобы они ушли.
Подойдя к кабинету вижу письмо.
Открытое.
Беру его в руки и вымазываю подушечку большого пальца о красную помаду немного смазанного поцелуя на конверте.
В сердце ударяют иглой. Вроде бы ранка совсем маленькая, но дико болючая.
Под поцелуем написан адрес.
Там живет Борис Дмитриевич.
Я должна отдать ему это письмо.
Оно же личное и, скорее всего, очень ценное.
Я улыбаюсь от мысли, что хочу сделать благородный поступок, и иду в класс за сумкой.