1. Пустынные коридоры
Темно-бордовая жидкость вязкостью заполняет рот, оставляя неприятное послевкусие.
Мне сегодня восемнадцать лет, а меня уже пытаются споить родственники. Пищевод обжигается алкоголем, и приятное тепло в груди начинает согревать холодным январским днем.
Восьмое число - последний день зимних каникул перед тем, как я переведусь в новую школу.
В одиннадцатом классе это делать неразумно, но переезд в другой город из-за работы матери изменил все.
После трех бокалов ноги начинают терять контроль, а голова идет кругом.
А через пол часа я уже лежу на бордовом диване гостиной среди галдящих гостей, которые неустанно кушают все подряд в час ночи.
Кое-как добравшись до своей комнаты и мягкой кровати, я засыпаю раньше всех, и, видно, до школы еще надо будет самой.
Ясное утро.
Мягкие лучи солнца заполняют мою комнату светлых оттенков, превращая все в один огромный блестящий сугроб.
Встаю я в семь часов, пытаюсь заесть дикую головную боль таблеткой, быстро надеваю теплую одежду, накидываю пуховик и плетусь на остановку.
Холод сковывает мышцы, и двигаться не хочется.
Хочется только домой: под одеяло и кружку горячего какао.
Но вскоре подъезжает троллейбус, тем самым напоминая, что мои желания не будут исполнены.
Первый урок французский.
Меня радует то, что в прошлой школе мы с первого класса изучали этот красивый язык.
Я вхожу в класс после звонка и извиняюсь.
На меня все пялятся, и гул одноклассников прекращается.
Надменные, похотливые и лишь малая доля приветливых лиц: все это бросается мне в глаза.
-Bonjour, mademoiselle Alice, - бархатный мужской голос заставляет меня поднять свою светлую голову на человека около доски.
-B...bonjour...monsieur...- я запинаюсь и смотрю на лицо мужчины: острые скулы, зеленые глаза, темные взъерошенные кучерявые волосы, серая оправа круглых очков, немного пухлые губы, легкая щетина, заметная родинка на шее ниже затылка, тонкие пальцы, сильные руки, вены на которых выпирают синими путями.
-Хах, я и не думал, что ты знаешь французский! - только и говорит он, а после поворачивается к классу. - Прошу любить и жаловать нашу новую ученицу, Алису...- учитель заглядывает в журнал, чтобы прочесть мою необычную фамилию с легким несдержанным смешком. Ох уж эти молодые учителя. - Айсберг. Сядь, пожалуйста, за третью парту у окна.
Мне дурно. Силуэт учителя немного двоится в глазах и заставляет меня чувствовать себя на бушующих волнах. А все лица одноклассников наводят на меня панику.
Я быстрым шагом, не смотря по сторонам, дохожу до парты, усаживаюсь на стул, немного поёживаясь от холода.
Чувство неловкости и того, что я здесь лишняя, усиливается, несмотря на то, что я достаточно общительная натура.
Но что-то мучает меня и заставляет свернуться в комочек.
Я не концентрируюсь на речи и не улавливаю смысл всего.
Наверно, из-за выпитого алкоголя.
Просто смотрю в окно на пушистые деревья, и чувство тревоги утихает, но голова не перестает кружиться.
Под конец урока учитель раздает распечатанные задания.
Мне совсем плохо: тошнит и начинает темнеть в глазах, а руки дико трясутся.
Я хватаю проходящего мимо учителя за край светло-розовой рубашки, поверх которой надет черный свитшот и говорю тихо, заставляя легким движением наклониться достаточно высокого мужчину: "Мне надо выйти".
Мой сладкий с нотками цитруса парфюм ударяет в нос учителю, и открывается вид на мою худую шею и проколотые уши с двумя кольцами на правой мочке и с одним на левой.
Его зеленые глаза медленно осматривают все это, а только потом поднимаются на мой болезненно затуманенный взгляд.
Учитель кивает головой, поджимая губы.
Встаю и делаю один шаг. У меня кружится голова, и подкашиваются ноги.
Если бы не учитель, я бы ударилась виском об угол парты.
Он вовремя ловит меня и относит на спине в медпункт.
Приятный легкий одеколон я вдыхаю все время нашего пути.
Шампунь учителя цветочный: орхидея или сирень.
Я обожаю оба этих запаха.
Теперь видимо и запах мягких кудряшек учителя.
Сильные руки аккуратно укладывают меня на койку.
Усталость берет вверх, постепенно заставляя закрыть глаза.
Я проваливаюсь в сон.
Вскоре что-то резкое заставляет меня проснуться.
Перед глазами расплываются предметы вместе с яркими вспышками.
Снова эти зеленые глаза.
-Ты отравилась? Что с тобой?- тихо спрашивает мужчина, сидя на краю кровати.
-Вы мне так и не представились,- болезненно произношу я и смотрю своими серыми глазами на слегка испуганное лицо учителя.
-Меня зовут Борис Дмитриевич, а теперь говори, что с тобой,- его голос вздрогнул от волнения, но взгляд остается немного равнодушным.
-Вчера меня официально могли спаивать родители,- слабо смеюсь я и отвожу взгляд в потолок.
-Значит тебе уже восемнадцать?!- Борис Дмитриевич наигранно вскакивает с края и пялится на меня с легкой улыбкой ребячества.
Я лишь киваю и снова смеюсь.
-Нас разделяют семь лет!- тихо произносит он себе под нос.
Видимо, учителя поражает то, что я самая старшая в классе.
Не считая его конечно.
Чуть позже я снова засыпаю, но с приятным чувством на душе, а учитель со спокойной душой возвращается на урок.
Я просыпаюсь только после полудня, и, кажется, все уроки закончились.
Я пропустила свой первый день в школе.
Что может быть хуже.
Одноклассники думают, что я хилячка, а учителям приходиться нянчиться со мной.
Я резко встаю от этой ужасающей мысли, и голова снова идет кругом.
Собирая все мысли в кучу, я поправляю вещи на себе и направляюсь в класс французского, чтобы забрать сумку с вещами и узнать, что говорили на классном часу.
Однако найти кабинет с мед. пункта непосильная задача для топографического кретина (т. е. меня), да и мое состояние шаткое, поэтому я иду до двери выхода из школы, сажусь на скамейку у раздевалок.
Слезы постепенно наполняют глаза, и всхлипы нарушают тишину пустынной школы.
Потерянная, никому не нужная девушка без друзей сидит и рыдает, что по жизни она топографический кретин.
Да.
В этом вся я.
Но через пять минут я слышу чьи-то шаги.
-Mademoiselle Glace?-знакомый голос, и я поднимаю голову, тряхнув длинными пшеничными волосами. Он называет меня льдом. Это немного поднимает мне настроение.
-Ах я так рада, что вы нашли меня!- почти плача говорю я, словно ребенок, увидевший своего спасителя.
Мужчина смеется и чешет свой кучерявый каштановый затылок.
-А я вот, как раз шел тебя проведать.
Я вскакиваю и дергаю за длинный рукав растянутого свитшота (видно у мужчины привычка натягивать в кулаки края рукавов) и пару раз дергаю в направлении кабинетов, словно ребенок, указывавший на магазин с мороженым.
Сначала Борис Дмитриевич удивляется моему поведению, но когда я его отпускаю после нескольких секунд, он понимающе кивает и с легкой улыбкой направляется в сторону своего кабинета.
Чуть позже я вспоминаю , что мне уже восемнадцать и что надо прекратить вести себя как ребенок.
Но это так сложно.
Мы заходим в помещение.
Оно кажется мне не таким душным и наполненным незнакомыми мне людьми.
Борис Дмитриевич рассказывает мне немного о школе и о том, что говорил ребятам на классном часу.
Позже он начинает расспрашивать меня по поводу моей семьи и меня, но однозначного ответа не получает.
Я не люблю разглашать личную информацию, да и любую другу знакомым или даже одноклассникам.
Да.
Проблемы с доверием.
Во время нашей болтовни у него при каждом вздохе и движении тела мило подпрыгивает кучеряшка на лбу. Это меня умиляет и заставляет чувствовать себя так уютно.
Я пытаюсь разузнать о его увлечениях, но мужчина лишь усмехается и рассказывает про пластинки и книги, которые слушает, когда приходит домой, при этом не засыпая сразу от усталости.
Это немного выводит из веселого настроя, и заставляет задуматься о его сложной работе учителя.
Борис Дмитриевич видит мой немного потупившийся взгляд и исчезновение улыбки и легонько тыкает носом своего ботинка в мою икру.
Я смущенно улыбаюсь от этого, а учитель жадно ловит мой взгляд.
И получает его.
Так же Борис Дмитриевич постоянно поправляет указательным согнутым пальцем очки, касаясь своих острых скул.
Но, слава богу, мы сидим напротив друг друга: он - за учительским столом, а я - за первой партой. Пару раз задеваю его ботинки своими туфлями, когда закидываю ногу на ногу. Нас разделяют всего тридцать пять сантиметров(парта вплотную стоит к столу), но я не ощущаю сильной близости с ним. Это к лучшему. Он же учитель.
В два часа дня я только выхожу из школы и получаю карту кабинетов и расписание на учебный год.
Вторая половина дня прошла лучше, чем я ожидала.