I. naivety.
2009 год.
Нижний Новгород.
Богоявленский детский дом.
***
Шум машин смешался с гулом детей, которые затеяли очередную войнушку из за неподеленной игрушки. Инициатором этих разборок была девочка, которая в данный момент с довольной улыбкой на лице смотрела на дерушихся, из за ее игрушки, детей. Ей не была интересна эта мягкая говорящая игрушка, но были интересны события, эмоции. Она легко могла бы дать изначально тому мальчику свою вещицу, если бы одновременно с ним не попросили еще двое. И, конечно же, она могла бы по очереди дать им поиграть, но...это же так скучно. В этом огромном доме итак никаких интересных событий, а тут хоть какое то развлечение будет.
Не думайте, что эта маленькая девочка такой дьяволенок. Она просто любит наблюдать за яркими, и не обязательно, чтоб они были только негативными, эмоциями. На самом деле, она изначально хотела позвать воспитателей, но когда поняла, что если позовет их, то они просто загонят всех детей в такой солнечный день в здание, не дав Еве хорошенько прогреться на солнышке, передумала. Она не понимала, что из за нее могут пострадать, из за нее некоторые дети плачут, а некоторые визжат от гнева, как поросята. Она просто хотела понежиться на солнышке и чуть чуть развеять скуку, наблюдая за всем этим. Ведь за последние месяца, так, четыре, это самое грандиозное событие. Серьезно. Она в детском доме почти с рождения, и с того момента, как она начала хоть что то запоминать, ее дни не меняются. Просто серая рутина.
- Ева! - Немного писклявый голос отвлек девочку от созерцания неба над головой. Сев на лавочке, на которой она буквально несколько секунд назад лежала, свесив ноги и чуть покачивая ими, повернув голову, она вопросительно ею качнула. - Что у вас там за возня?! Ваши писки отсюда слышно! Скажи ребятам либо они успокоятся, либо я заведу их обратно и мы еще долго не выйдем. И сама к Ольге Викторовне подымись.
Тихо вздохнув, Ева решила, что сегодня, видимо, не судьба ей погреться на солнце. Буркнув что то неразборчивое под нос, пока надевала легкие тапочки, она подняла голову и прикрикнула - Ладно! - Вы, наверное, задаётесь вопросом, почему же воспитательница сама не вышла и не пригрозила малышам? Ну, во первых, это самый худший детский дом во всем городе, соответственно и воспитатели там соответствующие. А во вторых, они не боялись дать такую задачу Еве, ведь, она, по их мнению, нашла общий язык с абсолютно каждым ребенком в детском доме. И не только из младших групп. За ней шли, ее слушали. Наверное, это из за того, что она самая красивая в группе, а может, из за характера, кто ж знает.
Дошагав до кучки детей, Ева не громко, но так, чтобы ее услышали, произнесла:
- Ну хватит, пожалуйста! Я дам вам всем с ней поиграть, только послушайте меня. - Гул притих, но не совсем, большенство еще слушали ее в пол уха, продолжая громко обзываться друг на друга. - Варвара Валерьевна сказала, что если вы не прекратите, она заведет нас обратно и мы уже не скоро выйдем опять. Так что давайте будем тише, пожалуйста. - Но я хочу поиграть с твоей лисичкой! - Хныкая произнесла девочка с двумя хвостиками, протягивая ручки к игрушке. - Я тоже хочу! - И я! - начали хором, хныкая, да притаптывая ножками, гудеть ребята.
***
Кое как договорившись с ребятами, Ева шагала вверх, отсчитывая ступеньки, прямо к директору. Она, конечно же, не знала, почему ее вызвали. Ведь никакого плохого поведения не было замечано воспитателем. Она всегда вела себя хорошо, а даже если и нет, то делала это аккуратно, чтоб ее не наказали. Насчитав 42 ступени, Малышева остановилась около потертой двери, за которой было слышно голоса. Открыв ее, она увидела перед собой 3 лица. Темноволосой женщины, лысого мужчины, и, непосредственно, самой деректриссы, которая сейчас улыбалась во все 32, - О, а вот и наша Евочка! - Девочка, едва улыбнувшись, зашагала к креслу, которое было сбоку от стола директриссы, плюхнувшись в него.
Сидящие напротив нее люди, у которых не сходила улыбка с лица с момента появления девочки в кабинете, придвинулись на диване ближе к креслу, чтоб девочка могла их лучше разглядеть. - Здравствуйте! - Звонко прозвучало приветствие вкупе с широченной, заразительной, улыбкой. - Какая милая девочка, - С придыханием произнесла женщина, - Ева на это лишь еще больше улыбнулась и произнесла самым милым голосом, которым она только смогла - Вы тоже очень милая и красивая, я бы хотела себе такую красивую маму - Женщина на эти слова снова улыбнулась и погладила девочку по, немного пухленькой, щеке, - Тогда, я думаю, ты не будешь против, если мы тебя заберем отсюда, - Нежно улыбаясь, тихо сказала брюнетка.
Счастью Евы не было предела. Конечно, она не будет против! Кто бы вообще отказался уезжать отсюда? Она так долго ждала, что кто то ее заберет отсюда и она сможет свободно смотреть на мир, а не через железный решейтчатый забор.