Сказка о бумажном тигре

– Подъем! – воскликнула Яна, одновременно доставая сигнальный огонь.

Марионетка незамедлительно обернулась.

...А Яна пустила энергию по трубочкам. Но направила она сигнальные огни не вверх, а в сторону существа. Вырвался столб пламени, цветными искрами сбивая тело с тропы с такой лёгкостью, словно то было бумажным.

Дальше Яна, стыдно признаться, не видела: она зажмурилась от слепящего света, прикрывая глаза рукавами.
Нечеловеческий крик пронесся над деревней. Казалось, ещё секунда – и земля разломился под тяжестью этого звука.

Яна, помня свой изначальный план, понеслась в сторону домиков, вереща как подбитый пёс. Она быстро передвигала ногами, чудом не запутавшись в слоях халатов и длинной траве.

Предсказуемо, существо кинулось следом. Тело его вытянулось, удлинилось как распластанный на камне слизень. Правая рука свисала сбоку ошметками.
Двигалась марионетка не очень быстро, но определенно целенаправленно.

На крики из дома Сюн И вылетел Фэн Чэнмэй. Он появился столь стремительно, что показался не человеком, но зеленым вихрем. Мгновенно обнажив меч, Глава Огненной резиденции широко взмахнул им через миг после того, как Яна почти кубарем нырнула в сторону. С треском, похожим на срубленное дерево, существо разделилось пополам где-то в районе живота. Верхняя часть упала на траву, тут же начиная молотить в воздухе рукой, чтобы подняться.

Обрезанные полы ханьфу тоже упали, обнажая тело, где вместо кожи в свете луны и одиноко висящего на сарае фонаря виднелось переплетенное красными нитями сено.

Высыпавшиеся из дома ученики завороженно замерли: не каждый день увидишь, как твой учитель расправляется с марионеткой, носящей его же лицо.

Фэн Чэнмэй, едва ли прилагая усилия, разрубил существо поперек. Меч в его руках двигался четко, резко, не совершая ни одного лишнего взмаха.

— Мастер Цзи, все хорошо? — прозвучал неожиданно голос Бай Сыюя.

Яна, сидящая на земле, постаралась как можно непринужденнее подняться. Она неторопливо отряхнула бока от прилипшей листвы, краем глаза наблюдая за убирающим меч в ножны Фэн Чэнмэем. Глава Огненной резиденции сделал несколько шагов к верхней части своей копии, которая до сих пор дергалась, пытаясь ни то сбежать, ни то продолжить драться.

Все краски сошли с лица Яны, когда Фэн Чэнмэй безжалостно, с какой-то холодной яростью во взгляде, высоко занес колено, с силой наступая на голову марионетки. Хруст ломающейся сухой древесины в ночной тишине прозвучал непозволительно громко.

— Солома и дерево, — констатировал Фэн Чэнмэй, ногой распихивая кучку, которая стремительно теряла человеческие очертания.

* * *

Фэн Чэнмэй выволок старуху за волосы, бросив на пыльную дорогу. Очертания старой женщины стремительно менялись. Сползала кожа с обвисших щек, падая в грязь кровавыми ошметками. Обнажались нечеловечески острые зубы, и лишь белесые глаза совершенно не двигались, словно зависнув на одной точке.

Шэнь Чжань с соклановцами вытащил из ветхого домика многочисленных кукол, сбрасывая их в кучу.

Яна наблюдала за действом издалека, неторопливо обмахиваясь шляпой. Марионетки заменяли настоящих людей, принимая облик знакомых и уводя за собой, но куда пропадали эти самые люди?

После фееричного забега Мастера Цзи репутация оного была окончательно растоптана. Но Яна не расстраивалась: чем меньше от нее ожидали, тем вероятнее она могла выжить в ходе сюжетной заварушки.

– Куда делись люди? – жестко спросил Глава Огненной резиденции, заставляя тварь обратить на себя внимание.

Старуха рассмеялась. Смех этот был чем-то похож на надрывный кашель смертельно больного: он словно цеплялся за ночную тишину, ещё надолго повиснув в воздухе.

– Сдохли! Все они сдохли! Их тела съели звери, а души поглотили демоны! – безумно кричала милая старушка, запрокинув голову назад. 

Переведя взгляд на учеников, Яна бросила:

– Проверьте окрестности. Может, люди где-то заточены. Но по одному не ходите, только группами.

Она ещё не договорила, как старуха вновь рассмеялась. Слепые глаза ее смотрели прямо в душу, безошибочно найдя скромную фигуру стоящего в тени Мастера Цзи.

— Да будь ты проклят! Проклят! — она рванула вперед, сверкая безумной улыбкой. — Вспомнишь ещё мои слова!

Махнула даже когтями, но Фэн Чэнмэй успел перехватить ее раньше, чем та вскочила с места и располосовала попаданке лицо. Яна отшатнулась, волнующе хмурясь.

— Убожество, — прокомментировал ее гримасу Фэн Чэнмэй.

— Глава Фэн, не стоит быть таким категоричным. Главное не средство достижения, а результат, — глубокомысленно произнесла Яна, имея ввиду то, как неблагородно она ночью избавилась от существа. — Марионетка больше никого не побеспокоит.

Презрение в глазах Фэн Чэнмэя не ушло после ее слов, а только возросло. Он навис над Яной, как могильная плита над покойником.

— Ты должен был пойти за ней, чтобы узнать где пропавшие люди. Так мы смогли бы спасти их, не теряя драгоценного времени, — голос его по мере возмущения все возрастал, едва не сорвавшись на крик.

«И в идеале умереть в процессе, чтобы не действовать тебе на нервы» — осталось между строк.

Продолжая все так же безмятежно  обмахиваться шляпой, Яна ей же попыталась скрыть слащаво-натянутую улыбку, которую любой человек мог сразу охарактеризовать как выражение искреннего презрения в сторону собеседника. Она прикусила губу, в последний миг хватая за хвост уже готовые вырваться слова. В бездонных глазах Фэн Чэнмэя Яна увидела подтверждение своим мыслям: мертвый Мастер Цзи был Главе Огненной резиденции куда привлекательней живого.

***

Людей не нашли. Ученики обоих резиденций проверили каждый цунь деревни, излазили берега реки, лес, но те словно растворились в воздухе. Ши-Ши докладывал об этом тихо и столь виновато, будто это он виновен в их пропаже.

– Где люди? – повторил вопрос Фэн Чэнмэй, приподняв лицо старухи кончиком меча.

Руки его дрожали от едва сдерживаемого гнева.

Старуха улыбалась. Ее глаза выпали и лежали в дорожной пыли вместе со слоями кожи, а остатки волос трепетали на ветку ядовитыми змеями. Но это, казалось, совершенно не повлияло на ее настроение.

Не дождавшись ответа, Фэн Чэнмэй занёс меч.

Яна зажмурилась, не желая видеть как голова сорванным овощем падаем с худых плеч. Она не боялась крови, но была достаточно впечатлительной, чтобы видеть по ночам не только глупые бессюжетные сны, как и полагается каждому человеку, но и кошмары, вытащенные из глубин памяти.

– Дрянное дело, – отметил Глава Огненной резиденции, пряча меч в ножны.

Он не хотел отправляться дальше, ведь одно дело – сумасшедшая старуха, рискнувшая играть с темной энергией из-за старых обид. Похищение людей – это другое, что-то более опасное.

— Предлагаю поручить ученикам выявить марионеток, — предложила Яна Главе Огненной резиденции, разглядывая землю под ногами.

Фэн Чэнмэй согласно кивнул, почти сразу отворачиваясь в сторону. Яна поджала губы, недовольная чужой "многословностью". Глава Огненной резиденции не хотел общаться с Мастером Цзи, предпочитая безмолвно следить за пейзажами.

Яну начинало откровенно бесить то, что пока она пытается хоть как-то наладить отношения с Фэн Чэнмэем, сам мужчина строит из себя вознесшегося в небесные чертоги Небожителя.

Ну же! Обернись, прислушайся к словам! Перестань умудренным старцем смотреть вдаль, словно ничего земное тебя не касается!

…Нет пытки страшнее равнодушия. Можно вынести ругать, крики, обвинения, но не тишину, которая затягивает все мысли в бездонный болотный омут.

Яна понимала, что прошлая владелица тела плевалась в мужчину ядом при каждом удобном случае и это, безусловно, слегка испортило их отношения. Впрочем, понимание этой простой истины никак не помогло: какая-то по-детски горькая обида поселилась в горле и не желала уходить.

— Ваше первое задание на практике — выявление марионеток.

***

Тишина давила.

Мужчина медленно шел по коридору, слушая слабое эхо собственной поступи. Взгляд его был рассеян, создавая на лице глуповатое выражение.

Три поворота, и вот они – собственные покои. Скромная обстановка, что совершенно не меняется с годами, словно хозяин застрял в вязком прошлом. Слуги шепчутся, что будто раньше каждую неделю стены эти видели новые картины и веера, много безделушек, совершенно разных и необычных. И лишь когда весь Клан Зеленого Дракона примерил белые одеяния, застыла жизнь в огромных покоях. Потеряли они красивые картины и красивые же веера, став совершенно пусты, как не были почти никогда до этого.

Повесив на дверь заглушающий талисман, мужчина позволил себе закричать так сильно, как только могли голосовые связки. Кричать долго, до хрипа, а потом ладонью ударить по стене. Хотелось бы кулаком, чтобы кровь наконец окрасила бледную кожу, но это желание – непозволительная роскошь.

Он сполз по стене, с трудом подавив желание удариться головой. Позволил себе впиться ногтями в ладонь, чувствуя как выступают капли крови.

Сначала казалось, что этот день он даже не заметит. Забудет, словно и не было никогда.

Но именно сегодня (конечно, когда  ещё!) в клан прислали подарки, среди которых ядовитой змеёй лежал гребень.
И предательница-память, словно в насмешку, тут же сравнила его с другим, до боли похожим гребнем для волос.

Глупость, что прорвала плотину боли.

Позже он спокойно встанет, поправляя расшитые узорами халаты, дрожащими руками уложит волосы и выйдет в общий зал.

Но это будет потом, когда глаза перестанут застилать злые слезы.