Глава 37 Очередные догадки
Белладонна проснулась от странного, давящего чувства. Словно чей-то медный кулак мёртвым грузом лежал на её груди. К горлу подступала рвота. Белла попробовала перекатиться к краю кровати, но не смогла пошевелиться.
Рывок, ещё один и ещё... Белла всё также лежала на прежнем месте. Она с ужасом осознала, что не может двигаться, и, к тому же, задыхается. Тошнота резко усилилась. Горло обожгла подступающая рвота. Девочку пронзил смертельный ужас, ещё немного, и она захлебнётся. Будучи не в силах повернуть хотя бы голову, Принц посмотрела в потолок, на глаза навернулись слёзы. Как отвратительно умереть вот так!
Нельзя... Белла зажмурилась, сдерживая слёзы. Она не имеет права умирать так, умирать здесь и сейчас. Ей столько предстоит, она столько должна успеть... Девочка сглотнула, стараясь отсрочить момент. На удивление, это помогло, тошнота отступила. На несколько секунд Белла ощутила блаженное облегчение.
Но повернуть голову она всё ещё не могла. Надеясь, что скоро и это пройдёт, Принц решила просто лежать. Но не прошло и нескольких минут, как снова вернулась тошнота. Белла почувствовала, что дрожит. "Нет, нет, нет, — внутренне содрогнулась девочка. — Нужно успокоиться." Стараясь не думать о перспективе скорой гибели, Белла смотрела вверх, стараясь сосредоточить всё своё внимание на потолке, которая, вероятно, это будет последняя картин в её жизни.
Потолок выглядел древним и опасным, ещё немного, и обвалится. По нему шли глубокие трещины. Чёрные, белые, серые, они разбегались во все стороны. И как будто бы образовывали странный узор или даже слово. П. Р. И...
"Принц." Девочка прищурилась глаза. Нет, ей не показалось трещины складывались в слово "принц". Она явственно видела эти буквы. Принц. Принц. П-р-и-н-ц. Дышать стало ещё тяжелее. Медный кулак превратился в каменный.
В дальнем углу что-то шевельнулось. Краем глаза девочка заметила, как оттуда поднялся тёмный силуэт. Дыхание Беллы стало прерывистым и поверхностным. Постепенно силуэт обретал черты. Низкий, полный, с лысиной, едва прикрытой мышино-жёлтыми волосами, с круглым крысиным лицом, на котором блестела тонкая, кривая улыбка. Сам силуэт пугал. Мужчина, которому он принадлежал, повергал в ужас.
Белладонна почувствовала, как по шее потёк холодный пот. Она хотела перестать смотреть, но не могла закрыть глаза. Девочка недвижимо лежала, а мужчина приближался. Он наклонился к лицу Беллы и пропищал:
— Я ждал тебя. Почему ты не приходила раньше?
Из его рта пахло тухлой рыбой и ландышами. Белле захотелось закричать, но голосовые связки отказывались подчиняться. Тогда девочка отчаянно начала пытаться встать. Она дёргалась, каталась, визжала, но при этом оставалась на том же месте, не издавая ни звука. А мужчина-крыса всё смотрел.
Белла изогнулась и ногой стукнула по стене. Пятка тут же отозвалась тупой болью. Девочка шумно втянула воздух и рывком села. Горло пересохло и саднило. Дыхание стало частым и прерывистым. Сердце билось, словно раненая ласточка. Принц сглотнула и обернулась к углу. Силуэт пропал. Трещины на потолке тоже.
Белладонна протёрла глаза и снова посмотрела вверх. Никакой надписи. Девочка шумно выдохнула.
— Просто сон, — пробормотала она себе под нос.
Принц легла обратно и ощутила под головой что-то жёсткое. Девочка приподнялась, вместо подушки лежала куртка, вывернутая мехом наружу. Белла хмыкнула. Неожиданно к ней пришло осознание: она не в своей комнате. Принц мгновенно подскочила и чуть не рухнула на пол. Медленно поднявшись, девочка села на кровать и потёрла ладони, убирая приставшие песчинки.
— Если я тут спала, — начала бормотать колдунья. — То либо это ничья кровать, либо кто-то мне её уступил.
Она напрягла память. Магия... Слово вспыхнуло яркой чёрной искрой где-то в глубине сознания. Магия, печать, тьма. Белладонна осмотрелась по сторонам. По воспоминаниям, она осталась в комнате Никки. Значит, он должен был быть где-то здесь.
— Никки... — не выдержала девочка, её голос дрогнул. — Никки!
Где он? Рой не ушёл бы посреди ночи. Особенно, учитывая, что она здесь. С другой стороны, где же он спал... На окне зашевелилась мягкая куча, мгновение – и из неё появилась лохматая голова.
— Ты проснулась! — просиял мальчик.
Он сладко зевнул и потянулся.
— Рассвет только занялся.
— Армия?
— На месте! — отмахнулся видящий. — Стоят. Я их и без факелов вижу.
— Что вчера произошло? — Белладонна коснулась головы.
Ощущалось так, словно внутрь залили раскалённый металл, резко его остудили, а затем хорошенько по нему ударили. Вдобавок ко всему Беллу немного подташнивало.
— Это было просто нечто! — Рой сел на кровать, скрестив ноги. — Ты вся сияла! Я никогда не видел, чтобы во время колдовства кто-то так сиял! Я помню одного мальчика, чья аура напоминала это, но она, всё-таки, была немного иной. К тому же, не такой сильной. Но ты... Это просто невероятно!
Белла тупо кивнула:
— Спасибо, — спустя секунду она спросила. — Получилось?
— Ещё как! Я её не трогал, но даже отсюда вижу, как всё сияет.
Рой перевёл дыхание:
— Я оставил всё на звезде.
— Прости... Я заняла твою кровать...
— Не страшно! — отмахнулся мальчик. — Я читал! Точнее, пытался читать.
Он спрыгнул с окна, взял одеяло и задумался, свободных рук не осталось. Несколько секунд мальчик ломал голову над проблемой, но в конце концов махнул рукой, сунул бестиарий подмышку и пошёл к Белле. Никки сел на кровать, накинул на себя одеяло, а книгу раскрыл и пододвинул подруге. Вверху страницы значилось "Конец Господаря Гроз". Брови Беллы невольно дёрнулись: какое оригинальное название!
— Вот тут, — Рой постучал по нижней части страницы.
— Последним, кого схватили маги, стал змий, — прочитала Белла. — Стал змий – плод злобы и ненависти. Его заточили в серых горах, близ которых расположили лагерь ректурианцев, что должны были следить за горой и монстром.
Белладонна замолчала. Внизу находилась небольшая переписка: "Спустя многие века над темницей змия приемники огня выстроили крепость, что получила имя Серая цитадель."
— Цитадель – это Башня, — сказал Никки. — Я так понимаю.
— Думаю, что так.
Принц вернулась к страницам, заполненным красивым витиеватым почерком. "В годину кровавого ока ночи змий вырвется на свободу. Его смерть спрятана в костях Господаря, кои так и не нашлись. Другой гибелью, вероятно, может служить справедливый." Последнее слово было написано не то с большой, не то с маленькой буквы.
— Справедливый? — девочка оторвалась от книги. — Это ещё что такое?
— Наверно, это какой-то герой... Тут же были реактурианцы... Неважно! — отмахнулся Рой. — Суть в другом! Змий живёт под Серой Башней. И согласись, маги знали об этом. И в те времена они бы рассказали драконам!
— И те построили бы тюрьму?
— Я думал о каком-нибудь секретном ходе. Как тот, по которому мы бежали.
Белла кивнула.
— И туда ведёт серая дверь...
— Жаль, я не знаю крепость, — посетовал Рой. — Иначе я бы понял, где она.
— Может быть, она тебе приснится? — рассмеялась Принц.
— Возможно... — Никки зевнул. — Я как раз собирался ещё немного спать.
Отодвинув книгу, Белла встала. Она немного постояла на месте, привыкая к новому положению. Девочку тряхнула руками и сделала первый шаг. По ощущениям, она перелетела целую пропасть. Собрав все силы, Белла подошла к двери:
— Тогда до вечера? — Принц обернулась другу. — Или до когда-нибудь потом.
— До вечера, — оптимистично сказал Никки.
Белладонна махнула ему рукой и вышла.
В коридоре было тихо и прохладно. Девочка прижалась к стене и выдохнула, прикрыв глаза. Белла ощущала странную дрожь во всём теле. Как будто она бежала без остановки целый день, а потом ещё таскала камни. Однако самой усталости Белла не чувствовала. Она понимала, что единственное, что мешает ей, это дрожь. Руки, ноги, даже шея – всё дрожало. Девочка хотела просто лечь и забыться во сне. Вот только впереди у неё маячил долгий рабочий день. В который раз Белла подумала, что осада никогда не закончится, и в который раз она невольно начала мечтать, чтобы чёрная армия пошла на приступ, и ей бы не пришлось постоянно мешать лекарства.
В лекарских покоях стоял душный запах ведьминого ореха, из сока листьев которого готовили средство для остановки кровотечения. Девочка посмотрела на стол, где стояли миски с готовыми заготовками для лекарств, и скривилась. Она нехотя села на скамью, надела широкие перчатки из мягкой кожи и приступила к работе.
Лазарь ещё не пришёл. Белла посмотрела в окно. Улица ещё тонула в полумраке. Колдунья тяжело вздохнула и заставила себя смотреть на светло-зелёные листья ореха. "В конце концов, — подумала она. — Это просто работа, нужно начать думать о чём-то другом, и всё быстро закончится. В конце концов, ты пережила королеву Тир-Тана, а тут всего лишь пара скляночек." Принц взяла ступку и со всей злостью вдавила листья в миску, когда появился зеленоватый сок, девочка безумно улыбнулась.
***
День ещё не начался, а Лазарь уже опаздывал. С какого-то перепуга Аластор решил устроить совет сразу на рассвете. Лазарь, после того, как его разбудили, слишком долго смотрел в стену и теперь нёсся сломя голову, чтобы не прийти последним. По ощущениям, это уже не имело смысла.
Практически бегом Лазарь преодолел коридор, отделяющий лестницу от Малого зала советов. Прежде чем войти, он глубоко вдохнул, чтобы успокоиться. Раньше на подобные собрания ходил Дендр, теперь эта привилегия перешла к его ученику. Одиночество лекаря должно было длиться ещё около тридцати дней. Их Дендр планировал посвятить разгадке тайны Чёрной армии. А тем временем Лазарь должен был лечить людей.
По всем правилам, на собрании присутствовали комендант, Первый рыцарь, начальник сыска, хранитель оружия, начальница тюрьмы и главные камердинер и камеристка. Когда Лазарь вошёл, все уже сидели за большим дубовым столом и слушали Джерри. Аластор хмуро посмотрел на ученика лекаря и кивнул в знак приветствия. Парень занял своё место и стал внимательно слушать.
— Еды хватит ещё на пару месяцев, — сказал Джерри. — При условии сильной экономии, разумеется.
— Насколько сильной? — Мелани постучала по столу. — Хлеб и вода?
Она нервно хохотнула, и Лазарь явственно понял, что вопрос этот задан отнюдь не из праздности. Камила Борко поджала бескровные губы:
— Порции будут составлять одну пятую от обычной. Первыми закончатся молочные продукты, потом мясо, затем зелень.
— То есть в один момент мы станем есть лишь каши? — осведомился Людовик и тут же хмыкнул. — Как это ужасно!..
— Они собираются заморить нас голодом, — высказался камердинер. — В таком случае, становится ясно, почему они не нападают...
— С этой армией ничего не может быть ясно, — улыбнулся Хоровиц. — Мне иногда кажется, что они всего лишь плод нашего воображения.
— Что это значит? — спросил Бейн, в голосе зазвучала угроза, его уже порядком достали и весёлость Первого рыцаря, и его незнание происходящего.
Дэниэль по привычке проигнорировал интонацию коменданта.
— Стража стоит круглые сутки. За всё это время никто не видел, как меняются солдаты. Они даже костры не разводят! Если честно, я не верю, что это люди. Они даже не едят.
— Маги... — пробурчал Медведь. — Это их рук дело.
— Вполне возможно... — кивнул Первый рыцарь.
— А что ты думаешь? — Бейн посмотрел на Лазаря.
Парень несколько секунд медлил, а потом аккуратно сказал:
— Я бы не говорил о магах.
— Почему?
— Если это маги, то почему они не колдуют? — спросил ученик лекаря. — Они не отводят наши снаряды. Не ставят защиту от огня. Но главное, он для них не опасен. Будто бы что-то защищает их от него.
— Единственное, что наверняка может защитить от драконьего огня, — снисходительно улыбнулась Мелани. — Это драконья чешуя. Ты ведь не думаешь, что вся эта армия...
Лазарь неловко кивнул, мысль о доспехах из драконьей чешуи казалось дикой лишь на первый взгляд. Роуз-Дей покачала головой:
— Чёрных драконов не существует.
— Но ведь можно покрасить...
— Краска бы слезла, — фыркнул Дэн.
— Если только не был найден способ закрепить её.
— Возможно, существует иная цель, — сменил тему Людовик.
Он посмотрел на Бэрта:
— Что мы слышим о Манороке и Роталлебе?
— Это глупая сказка, — лицо Медведя перекосила нервная улыбка, больше напоминающая оскал загнанного зверя. — Очередной миф, который распространяет магическая шваль, надеясь пошатнуть нас. С Золотых месяцев о них нет никакой информации. Только слухи. Да и те говорят лишь о том, что Манороком и Роталлебом интересуются маги, не более.
— Но порой мифы вдохновляют на геройства, — сказал хранитель оружия.
— Геройства? — не удержался от смешка Джерри.
— В нашем случае, безумства, — пожал плечами Людовик.
— То есть всё из-за глупых детишек? — удивился Хоровиц. — Это больше, чем безумство.
— Не факт, что они дети, — возразил Бэрт. — Шанс есть... Это объяснило бы, почему о них не говорили раньше. Но пока что прямых доказательств этому нет. Учитывая всё, Манороком и Роталлебом могут быть дети, могут быть взрослые, а могут быть тени на стене.
— Безумство опасно, — сказал Бин. — Тем более такое, у которого есть такой символ. Кем бы они не были, сейчас Манорок и Роталлеб ничего не решают. Но они действительно символ, символ, который вдохновляет массы. Вспомните, с чего начинаются все восстания? С кучки недовольных властных людей и символа, который вдохновит толпу.
Лазарь тихо вздохнул и подумал, что хранитель оружия прав. Вполне вероятно, что армия пришла к Серой Башне из-за Манорока и Роталлеба. И что она готова убить всех, кто находится внутри, лишь бы добраться до своих героев. Незадолго до осады Лазарь по совету Дендра изучал историю Дрейка. При прочтении одной из хроник, его заинтересовал занимательный момент. В середине Эпохи Дракона народ Дрейка узнал, что внука их любимой королевы держат в крепости, и что вместо него на троне сидит его троюродный брат. Тогда крестьяне и горожане подняли бунт, дошли до королевского двора и до крепости и поменяли короля и узника местами. Кровавая получилась история. Маловероятно, что до такого дойдёт в этот раз, но кто может знать наверняка?
После собрания Лазарь вернулся в лекарские покои. Там он нашёл несчастного стюарда с вывихнутой рукой и Беллу, которая сладко спала в окружение настоек для остановки крови. Ученик лекаря быстро расправился с вывихом и повернулся к своей помощнице. Она ему нравилась: милая, старательная и такая красивая. Однако спать в такое время – непозволительно даже для милых, старательных и красивых девочек. Лазарь уже хотел начать читать гневную отповедь, но тут дверь открылась, и вошёл Флориан. Ему срочно требовались швы на рассечённое предплечье. От его громкого решительного голоса Принц вздрогнула и проснулась. По привычке она сперва схватила ближайшую ступку и только потом посмотрела на источник шума. Когда она увидела, как Лазарь ловко обрабатывает рану Грина, девочка закатила глаза и глупо посмотрела на листья, стоило ли ради этого просыпаться?
Едва ему закончила зашивать предплечье, Флориан вскочил и под неодобрительный взгляд Лазаря быстро покинул покои. Эта рана оказалась весьма кстати. Благодаря ей у мага появилась возможность уйти с их тренировки. Несмотря на занятость и отсутствие наставников, старшая декада старалась хотя бы раз в день собираться в в зале или в гостиной и оттачивать своё мастерство, ведь теперь никто не знал, когда им придётся пустить его в ход, может быть, спустя пару лет, а может завтра.
Но сегодня Элиот решил устроить собрание всех магов Башни, и его не сильно волновали их дела. Один такой совет уже проходил в начале осады. Тогда эрбианцы единогласно решили не вмешиваться. Они оставались в цитадели и продолжали притворяться драконами. В лагерь об этом они не докладывали. Ещё не хватало, чтобы их братья и сёстры рисковали жизнями из-за такого пустяка.
Чёрная армия не казалась магам чем-то страшным. Они всегда знали, что смогут либо убить их, если ни огнём и мечом, то магией, или же, если убить не удастся, эрбианцы всегда могли исчезнуть. Поэтому теперь маги просто наблюдали за происходящим. Всем хотелось узнать, кто настолько тронулся умом, что решил напасть на Серую Башню? То, что под стенами крепости стояли не колдуны, эрбианцы знали. Магическая война не шла, и поэтому, если бы какой-то клан и решился на что-то подобное, Эрика бы знала и непременно отправила весть Элиоту, который по факту являлся главой магов Башни.
Идя к его покоям, Флориан невольно гадал, по какому поводу будет собрание? Уже у самой двери парень решил, что темы может быть только две: либо армия, либо Король и Воин. К его приходу в комнате уже почти не осталось свободных мест. Кровать, стол, кресла и даже подоконники – всё занимали маги. Флориан сел справа от двери и прислонился к стене. В комнате стоял гул, но стоило на пороге появиться Элиоту, как все замолчали и единодушно уставились на вошедшего брата.
Элиот прикрыл дверь, прошептал заклятье тишины и сразу же заговорил:
— Сегодня я хотел отправиться в лагерь, — сказал он, и прежде чем кто-то успел задать вопрос, продолжил. — Я хотел узнать, не видел ли кристалл Манорока и Роталлеба.
Флориан одобрительно кивнул. Последнее время кристалл Эрбы перестал реагировать на Манорока и Роталлеба. В его зелёных глубинах больше не возникали даже слабые отголоски их силы. Флориану нравилось считать, что всё это – следствие неправильного отношения магов к будущим героям. Впрочем, скорее всего, это произошло из-за того, что он стал снимать кулон, если знал, что встретит Сайлоса или Мишель.
— Я подошёл к проходу, — сказал Элиот.
Проход... Флориан отстранённо подумал, что так и не обсудил с Элиотом тот странный барьер. Сначала его сбила осада, а потом этот вопрос сам собой выскользнул из памяти, возникли дела поважнее.
— Я собирался переместиться. Я прочитал заклинание и... Ничего не произошло. Две дальнейшие попытки так же ни к чему не привели. Тогда я использовал открывающее заклинание, и мне явился барьер.
По комнате пошёл удивлённый шёпот.
— Кто-то установил над нами барьер, — подытожил маг. — И мы находимся в ловушке.
"О боги..." — Флориан похолодел. Значит, проблемы куда серьёзнее, чем они думали. Впрочем... Грин нахмурился, это всё ещё могло быть влиянием Короля и Воина. С другой стороны, зачем им барьер?
— Значит, на нас напали маги? — спросила Эдит. Дожидаясь ответа, она откинула назад светлые каштановые волосы и чинно сложила руки на коленях.
— Напал кто-то другой, — возразил Элиот. — О нападении магов мы бы знали... С другой стороны, драконы полагают, что это армия Манорока и Роталлеба. И я должен признать, что эта версия очень убедительна.
— То есть, они хотят увидеть Манорока и Роталлеба? — спросил Флориан. — Или цель – убить их?
"Или их подняли Манорок и Роталлеб... — подумал он. — Если это из-за этой дурацкой печати... Я лично прибью их! Нет, не буквально, конечно. Превеликая тень, я всё ещё за них."
— Этого мы не знаем, — Элиот посмотрел на всех собравшихся. — Мы должны найти их. Теперь это не попытка доказать чью-то неправоту, а наш шанс на выживание. Скорее всего, они смогут положить конец осаде.
— Каким образом? — спросила Эльза, миниатюрная девушка, пару лет назад закончившая обучение.
— Если они умрут, то воевать за них станет бессмысленно, — объяснил мужчина. — Придётся объявить об этом... Не знаю, как... Но в любом случае, не думаю, что Медведь не ухватится за такую новость.
— Возможно, я их видел, — подал голос юный маг.
Флориан с трудом припомнил, что он сейчас на втором году обучения.
— Кто они?
— Имён не помню. Один рыжий. Другой родом из Пустоши.
Глаза Элиота вспыхнули от восторга:
— Оскар и Бенджамин. Ты уверен?
— Ещё не совсем...
— Молодец, Эмин.
Элиот посмотрел на всех остальных и объявил:
— Пусть все следят за ними. Если хоть кто-то увидит доказательство, пусть немедленно скажет. Мы найдём Короля и Воина. Теперь у нас нет другого выхода.