8. Крыса
Перечитывала только что эту работу, нашла множество ошибок, за которые прошу прощения - невнимательна.
На камерах отчётливо виднелась сгорбившаяся спина, обтянутая плотной серой тканью. Сергей уже пятый день приходил к одному из экземпляров, сближаясь только теснее, что нужно было присечь еще на начале общения, но Сеченов ясно осознавал все плюсы подобной связи, из-за чего не просто не мешал взаимодействию этих двоих, даже перестал следить за Лизой, полностью вверяя её в чужие руки. Серёжа потом сам расскажет то, что нужно.
А вот Мария, вторая подопытная крыса в учённых руках, была окружена всевозможными психиатрами, что пытались проанализировать ее модель поведения, узнать тип мышления, понять различия или же просто затюкать уставшую девушку, что через пару дней такой интенсивной работы возвела в абсолют тревогу. Она точно находится в психиатрической лечебнице, ее просто не отпускают галлюцинации. Все врачи - это обычный мед.персонал, Сеченов — главный врач, а солдаты с автоматами — санитары. Но кто же тогда Лизавета? Подруга по палате, что только подпитывает ее сумасшествие?
А ведь она была обычной девушкой. Работа в маленькой тихой конторке бухгалтером, где все сотрудники старше тебя минимум на десяток лет, куда ты носишь обеды в своей пластиковой коробочке, и которую ты, хоть и не ненавидишь, любишь. Пара друзей, книги, вечерняя готовка, музыка в наушниках, отпуск где-нибудь на Черном море, солнечное рабочее утро, вовремя пришедшая зарплата.. Тихая жизнь со своими достижениями и падениями. Такая любимая и быстрая.
И вот она поехала рассудком, родители, наверное, говорят родственникам, что она переехала в город побольше и просто много работает, а сами ходят к ней в палату раз в месяц. А младшая сестрёнка совсем ее не вспоминает, они были слишком далеки друг от друга для того, чтобы она сопереживала ей в данную минуту.
Внезапно слезы покатились по щекам, осознавая, на сколько сейчас ее маленькая, совсем маленькая сестрёнка далеко и даже вряд-ли вспоминает о ее пропаже из ее привычной жизни. Почему-то именно это осознание наконец разорвало плотину мнимого спокойствия, наконец давая усталости и стрессу сыграть на струнах сердца молодой девицы.
***
— Дима. Девушка.. психологическая помощь явно требуется. Там, конечно, ничего особенного, просто тревожность, даже, я бы сказал, паранойя, но это все в уже тяжёлой форме так, что я бы порекомендовал ей как-то помочь.
Лев Вениаминович Штольц был "первым" психиатром в СССР. Тесное общение с Сеченовым помогло быстрее взобраться по карьерной лестнице. Различные открытия, наработки, Лёва любил делиться своими знаниями с миром — постоянные бесплатные лекции для любого желающего, открытость к интервью, да и этого человека можно было просто выловить на улице и разговорить за чашкой чая в каком-нибудь ближайшем кафе на часы, которые тот с радостью предоставлял.
Когда он покинул чужой кабинет, глаза Сеченова впились в записи камер видеонаблюдения. Вот иная отрешённо беседует с врачами. Вот её осматривает робот. А вот она неподвижно сидит на краю кровати уже как седьмую минуту.
Дверь распахнулась, заставляя вздрогнуть и повернуться на звук — в дверном проеме стоял академик. Его статная фигура заслоняла свет, идущий из коридора, от чего выражение лица не было видно. Истерика, так неудобно подкравшаяся сзади, за секунду вбила в голову мысль о том, что сейчас ее расстреляют за что-то, а потом также быстро сказала, что всё это — галлюцинации, и к ней просто пришел глав.врач, который сейчас утихомирит буйную шизофреничку с помощью какого-нибудь укола.
— Мария, все в порядке?
Мягкий голос раздался где-то над головой, но ответа на него не последовало, только жалобный всхлип, и тело пробило дрожью.
Теплая рука опустилась на напряжённую спину, по-отечески поглаживая. От этого мужчины весело веяло теплом, спокойствием, заботой, по этому уже через пару мгновений к его боку прижалась Смирнова, оставляя мокрое пятнышко на белой рубашке.
— Я в психиатрической б-б-б.. больнице, да?
— Почему Вы так решили?
— Думали бы Вы по-другому, если б оказались в моей ситуации? — Дима лишь тихо вздохнул, проводя пальцами по спутанным волосам.