Верните сердце Романову

— Мира, я же сказал, что не буду в этом участвовать! Как ты не понимаешь этого? — прорычал парень, едва сдерживая свои бушующие эмоции. Впервые за долгое время он находился на грани эмоционального срыва. Сестра переходила все границы, в погоне за своим статусом в обществе и это дико его бесило. Митя терпеть не мог унижаться, подлизываться и прогибаться под какие-то рамки, тем более выходя за нормы морали, ради того, чтобы угодить каким-то буржуям с толстыми кошельками и ради своей выгоды готовым на все что угодно. Такие как они не гнушаются использовать шантаж и угрозы, а может и что по хуже, он будет вовсе не удивлен этому.

— Это ты не понимаешь! — вскипела девушка. Хоть она и любила своего брата, но конкретно сейчас ей хотелось оставить ему звонкую пощечину, чтобы привести в чувства. — Такой шанс выпадает один раз на миллион. Сейчас мы должны объединиться и бросить все свои силы на победу в этом тендере. И это единственный способ в нем победить. Не хочешь в этом участвовать? Прекрасно, тогда забудь о своем дорогостоящем обучении в высшей архитектурной школе, потому что я не дам тебе ни копейки. А если ты забыл, то у меня такая же равная доля в компании, как и у тебя. А также право голоса и право вето, на использование средств компании, дорогой братец. Ставь свою подпись и не мешай мне вести нас и компанию в светлое будущее.

Голубоглазый тяжело вздохнул. Он мечтал о поступлении в это заведение с самого детства и упорно трудился, чтобы поступить своими силами, однако, как и везде, оказалось необходимо заплатить вступительный взнос, сумма которого сильно превышала его собственные накопления.

Компания «МиМи» досталась им по наследству от отца, который к сожалению, скончался в прошлом году от инсульта. Мать сложила свои полномочия и полностью передала все свои акции детям, отдалившись от мира и оплакивая свою единственную любовь. Они с отцом были неразлучны с самого детства. Митя даже завидовал силе их любви. Которая смогла преодолеть абсолютно все на своем пути. Кроме внезапной смерти Николая Громова. И вот теперь, его родная и любимая сестра, его двойняшка, буквально шантажировала своего брата и угрожала лишить его самого главного в жизни – его мечты, всех его трудов и работы за долгие годы жизни. Ведь они уже давно не маленькие дети, не подростки и даже не молодежь, по меркам общества. В этом году им должно стукнуть ни мало ни много, а целых 30 лет.

— Я надеюсь, что ты не пожалеешь о том, что только что сделала, Мира. Поверь мне, я найду способ заплатить за обучение и без денег компании. А подпись я теперь принципиально ставить не буду. Выкручивайся как хочешь. Но я почему-то уверен, т нас по миру пустишь, на все четыре стороны. — Митя тяжело вздохнул и уже не дожидаясь реакции сестры быстрым шагом направился прочь, желая, как можно скорее оказаться где-нибудь по дальше отсюда и не видеть этих бесстыжих глаз. Такого от нее он точно не ожидал. Митя сестру любил безумно, но просто не мог допустить, чтобы они все остались совсем без средств существования. А в этом он не сомневался. Афера, которую собиралась провернуть сестра – пахла сильно жаренным, и Митя хотел сохранить хоть какие-то активы и акции, чтобы им было на что жить в дальнейшем. Те люди, с которыми она связалась, сильно смахивали на пару криминальных авторитетов. Ну или по крайней мере их заместители. Да, наверняка они самостоятельно такими вещами не занимаются. Сидят себе где-нибудь на Богамах и попивают коктейли с трубочками под палящим солнцем.Он тоже не отказался бы от такого вечерочка или даже пары недель. С такими размышлениями Громов покинул компанию.

***

Как только брат скрылся за поворотом, Мира закатила глаза и быстрым шагом направилась к подоконнику. Переживать отказ ей особо не пришлось, девушка изначально догадывалась о реакции близнеца, а посему подготовила план Б, которому именно сейчас и собиралась следовать. А именно в ее планы входила подделка подписи документа, что не особо доставило ей проблем. Не смотря на то, что подпись у брата была довольно заковыристой, Мира так часто ее видела и пыталась срисовать, что за долгие годы совместной жизни научилась это делать практически идеально.

— Вот и все, готово. Зря ты сопротивлялся, братец. Все равно, когда разбогатеем, спасибо мне еще скажешь. — девушка улыбнулась и мечтательно вздохнула. Она планировала эту сделку уже больше года и наконец-то подошла к реализации самого главного. К передаче активов компании в более крупную, дабы улучшить свое состояние. Их способы работы сильно отличаются от тех, что использовал отец, когда создавал и работал над компанией. Но его сейчас с ними нет, а жить дальше как-то нужно. и Мире надоело, что она не может позволить себе абсолютно все, что хочет. Смешки со стороны подружек, косые взгляды в высшем обществе. перешептывания, все это порядком било по ее самолюбию. И тогда она решила устроить небольшой переворот. Вот только отец скончался раньше, чем она предала его. Так даже лучше, он никогда не узнает на что пошла его дочь для достижения своей цели.

— Спи спокойно, папочка, я позабочусь о нашей семье. — промурлыкала рыжеволосая и направилась на выход. Это лишь только первый этап ее плана. Конечно, Мира закончила бизнес-факультет, но честно говоря ей бы не хватило мозгов все провернуть в одиночку. На самом деле ей помогал любимый человек, именно к которому она сейчас и спешила с радостными новостями.

Быстро добравшись до парковки, голубоглазка посмотрела по сторонам и направилась прямиком к дорогущей бентли, забираясь на переднее сиденье. Она радостно улыбнулась и поцеловала мужчину, сидящего за рулем. Он молча отстранился и внимательно посмотрел на нее. Взгляд был холодным и отчужденным, словно рядом не любимая, а кто-то посторонний. Мира поежилась, но не придала этому значения. Может у Эдика просто проблемы и у него нет настроения, мало ли что могло произойти за время ее отсутствия.

— Ну, ты сделала?

— Конечно, а ты разве во мне сомневался, милый? — девушка положила папку ему на колени и обворожительно улыбнулась, рассчитывая на похвалу и ласку за проделанную работу. «Эдик», конечно, тут же оттаял. Его глаза заблестели в предвкушении, и он позволил девушке обвить себя руками, а после и поцеловать. Заслужила. — Нет, детка, я ни капли не сомневался в тебе. Давай отметим это событие сегодня вечером? Я приглашаю тебя к себе на ужин. И может даже завтрак, если ты захочешь остаться, — хмыкнул мужчина, проходясь своей рукой по ее бедрам и не сильно сжимая. У Мирославы перехватило дух и засосало под ложечкой. Она быстро облизнула губы и придвинулась ближе.

— Нам обязательно ждать вечера, чтобы отметить это событие? — рыжая бестия недолго думая перебралась на колени к мужчине. Ее дыхание сбилось, сердце бешено колотилось, а руки действовали словно самостоятельно. Ловкими пальчиками девушка начала расстегивать пуговицы на рубашке брюнета, попутно осыпая поцелуями его шею и спускаясь ниже, на сколько ей позволяла эта поза. На самом деле было крайне неудобно и не комфортно, но она попросту не могла уже сдерживать свои чувства. Они встречались почти два года, и он ни разу так и не дошел с ней до самого конца, ограничиваясь лишь легким петтингом, оральными ласками и прикосновениями. Мира просто изнывала от желания почувствовать его наконец-то целиком, но мужчина все тянул и оттягивал этот момент. Так скоро можно и взорваться.

Мужчина хмыкнул, практически не останавливая девушку. Положил руки на ее бедра и сильно сжал, оставил несколько горячих поцелуев на шее девушки, а потом все же решил прекратить сладкую пытку, вдоволь насытившись ее жаждой, внимательно заглядывая в голубые глаза. — Детка, не спеши, я же никуда от тебя не денусь. Давай дождемся вечера и проведем не забываемую ночь вместе. А потом мы уедем, далеко отсюда, где нам никто не будет мешать. А сейчас мне нужно на работу, ты же знаешь, малышка.

Мира послушно закивала и переведя дыхание сползла обратно к себе на сидение, поправляя прическу и юбку, что задралась до самых трусиков. Девушка была разочарована, но виду не подала. Она была уже давно не маленькая, но Эдуард то и дело находил новые отмазки, дела, события и поводы, чтобы не оставаться с ней наедине. И давно уже можно было его в чем-то заподозрить, если бы Мира не была влюблена в мужчину окончательно и бесповоротно. Ее розовые очки уже практически приросли к коже, но она упорно ничего не замечала или вовсе не хотела замечать.

— Выходи, мне пора ехать, — приказал Эдуард, забирая документы и быстро пряча их в бардачок своей машины. Громова молча покинула автомобиль и направилась прочь, вызывая себе такси. Он посмотрел ей в след и только после того, как девушка скрылась за углом, достал носовой платок, тщательно вытирая ее следы со своего лица и губ. — Тьфу, мерзкая дрянь, всего меня обслюнявила. Сколько это можно терпеть? Не понимая, зачем она нам вообще нужна и почему именно я занимаюсь всей грязной работой, — Распутин был крайне недоволен после каждой встречи с девушкой. С каждым разом она становилась все настойчивее, а он едва успевал придумывать очередной повод, чтобы не оставаться наедине дольше, чем положено. Достав телефон из кармана брюк, мужчина набрал номер, который знал уже наизусть.

— Документы у меня, можно приступать ко второй части. И давайте как-то по быстрее уже, я устал с ней возиться.

— Не ной как девчонка, — и на другой линии послышались гудки.

— Черт возьми, урод! — злой как собака Эдуард выплеснул свой гнев на ни в чем не повинный автомобиль, а после закурил, высовывая руку в окно. Телефон упал на асфальт, после чего бентли проехался по нему несколько раз, окончательно стирая в пух и прах, не оставляя даже шанса на восстановление. Это был не первый подобный случай. Распутин докурил сигарету, выбросил бычок в окно и уехал с парковки, оставляя после себя только срач.

***

— Клара ты не понимаешь, сегодня наконец-то все произойдет. Я должна выглядеть идеально. Ой, вот не надо, я точно это знаю. Нет. Нет я тебе говорю. Ой, да пошла ты, сама разберусь, — Громова бросила трубку и чертыхнулась. Лучшая подруга испортила настроение, но сегодняшний вечер должен все исправить. Отправившись домой, девушка приняла обжигающе горячую ванную с пеной и бокалом белого вина, использовала все возможные крема и масла, чтобы ее кожа была идеальной, без единого покраснения. Выбрала свой самый эротический комплект нижнего белья, который и бельем то толком не назвать, так пара тройка шелковых ниточек, якобы что-то прикрывающих. И надела ярко алое платье, подчеркивающее все изгибы ее фигуры. Неброский макияж, туфли, клатч и идеальная укладка. Все, она готова. Мира покрутилась перед зеркалом и осталась вполне довольной своим видом. Мужики слюнями давятся, толпами ей бегают и носят цветы, подарки, деньги. А ей так скучно и противно от всего этого одновременно. Громова зависима лишь от одного, того, кто даже не посмотрит в ее сторону лишний раз, не говоря уже о том, что он никогда не дарил ей цветов и не говорил, какая она красивая.

— Ничего, ты все равно станешь моим, — улыбнувшись своим мыслям, она направилась прямиком к ожидающему ее такси. Встреча с любимым уже не за горами, он не должен ее ждать дольше положенных пяти минут.

Когда девушка добралась до загородной резиденции Распутина, наступил уже поздний вечер. Таксист, постоянно подсматривающий за ней в зеркало заднего вида, нервно сглотнул. Зная, что он смотрит на нее, Мира села ровно по середине сидения и чуть раздвинула ноги, позволяя воображению доделать все за нее. Поездка была очень быстрой и крайне опасной, но не менее веселой для девушки. Она поблагодарила бледного водителя и направилась в дом наследника одной из самых крупных бизнес-империй в стране. Почему Митя так сопротивлялся вообще? Он совершенно не понимал, что им светит потрясающее будущее. Они будут обеспечены на всю оставшуюся жизнь. Пусть хоть тридцать раз поступит в свой этот архитектурный университет, им хватит оплатить его на сто лет вперед.

На крыльце ее уже ждал дворецкий. Девушка удивленно посмотрела на мужчину.

— А где хозяин дома? Разве он не должен меня встречать?

— Эдуард Константинович ожидает вас в большой гостиной, велено сопроводить вас.

— Ну сопровождай, раз велено.

Эдуард ожидал девушку с нетерпением. Наверное, впервые, за все время знакомства с ней. Сколько бы он ее не видел, каждый раз Мирослава вызывала в нем отвращение, с которым никак не удавалось справиться. Но ничего, ему не долго осталось мучиться.

Взглянув мельком на вошедшую девушку в сопровождении дворецкого, он даже хмыкнул. Выглядела она, конечно, потрясно, вот только ни капли не возбуждала. Да и к тому же он уже удовлетворил свои потребности прямо в этой гостиной, несколько минут назад. Любезничать с Мирой смысла больше не было, поэтому он даже не дернулся, когда на глазах у изумленной рыжей из-под стола, возле которого он стоял, вылезла хорошенькая блондинка, облизывая губы. Она хищно улыбнулась и поцеловала Эдуарда. Мира остановилась на месте как вкопанная. Все ее мечты и планы были разрушены в одно мгновение. Сжав руки в кулаки, она с ненавистью смотрела на спутницу ее парня. Ей хотелось выколоть той глаза, выдрать волосы и пару раз пройтись ее головой по асфальту. Дернувшись вперед, рыжая почти успела добраться до соперницы, прежде чем ее скрутила пара охранников, появившихся так внезапно, что девушка даже их и не заметила.

— Ну тише-тише, дорогая, зачем же так на людей бросаться, — хохотнул брюнет, отдавая охране команду связать рыжую и посадить на стул посреди комнаты. — Не спеши тратить свою энергию, вечер будет длинным. Тебе понравится, я же обещал.

— Ты изменил мне с этой сукой? Как ты мог вообще? И отпусти меня! Что это вообще значит! Зачем ты меня связал, что происходит, Эдуард! Немедленно объяснись.

— Все очень просто. Я купил твою компанию, а теперь избавляюсь от беспечных и бесполезных наследников. Мне бы не хотелось, чтобы ты из мести попыталась вернуть все назад и оспорила в суде мои права на владение бизнесом. Да и честно говоря, меня просто тошнит от тебя. Ты меня достала.

— Я тебе не верю. Это не правда. Ты же любишь меня! Ты обещал на мне жениться!

— Ой я тебя умоляю, ты настолько наивная дура, что это было легко провернуть. Пара ласковых фраз и прикосновений, и ты уже была готова раздвигать свои ноги.

Сердце Миры пропустило несколько ударов. Воздуха резко перестало хватать, слезы брызнули из глаз. Ей было больно и обидно. Девушка задрожала всем телом и обмякла в руках охранников. — У тебя ничего не получится. Митя обязательно найдет выход и спасет меня и нашу компанию, — сквозь поток рыданий пролепетала девушка.

— Это тот самый, подпись которого ты подделала? Очень хорошая девочка, настолько качественно справилась с задачей, что ее вообще невозможно отличить от оригинала. А раз на документах есть подпись, то уже ничего нельзя поделать и доказать ее подлинность мне не составит труда. Да и к тому же, ты скоро увидишься со своим братцем.

В голове промелькнула мысль, в которую она совсем не хотела верить. Образы, воспоминания, ощущения, все смешалось, скрутилось в клубок и будто не было выхода из этой каши с событиями. Но она наконец-то прозрела. Очки треснули, и голубоглазая взглянула на Эдуарда ясным взглядом, без примеси обожания и любви. Что что, а дурой она не была. По крайней мере, до этого наваждения, словно кто-то ее приворожил магией и ей не оставалось ничего, кроме как подчиниться.

— А вот тут вы девушка, совершенно правы, — неизвестный пожилой мужчина вошел в гостиную и посмотрел на Миру так, словно залез в ее голову. Она поежилась под проницательным взглядом. — Магия, она действительно существует и вас определенно околдовали.

— Да не смешите меня, вы что, совсем больной?

— Жаль, что тебе не удастся посмотреть на изменение будущего этого города. Хотя я бы тебя оставил. Ты мне нравишься. Скажите, она хорошенькая, Антон Федорович.

— Да, я бы ее трахнул пару раз, — задумчиво произнес еще один незнакомец. Дальше в гостиной стало появляться все больше людей. В руках у них были бокалы с шампанским, настроение однозначно веселое, мужчины и женщины переговаривались между собой, смеялись, шутили, обсуждали какие-то непонятные для Миры темы и словно не замечали прикованную к стулу девушку посреди гостиной. Наконец дверь захлопнулась за последним вошедшим. Им был высокий и стройный парень, лет двадцати пяти, в черном смокинге с бабочкой. Он бросил оценивающий взгляд на Громову и вернул русло разговора снова к ней.

— Вы можете оставить ее для своих утех, Матвей Игнатович. Пользоваться этой шлюшкой может каждый присутствующий в этом доме. Можно так же продать, подарить или отдать во временное пользование. Она вовсе не будет сопротивляться, поверьте. Да и ко всему прочему, девочка девственница. Кто опробует ее первой зависит от того насколько много денег вы готовы выложить за эту рыжую бестию, — Мира аж поперхнулась от услышанного. Она хотела было возразить. Но из горла не вырвалось ни единого звука. Словно кто-то ее выключил. Она дернулась, вновь попыталась закричать, сказать хоть что-нибудь, но из ее рта не издавалось ничего. Веревки так крепко связывали запястья, что Мира корчилась от боли, когда пыталась пошевелиться. Что за чертовщина, почему она не может говорить? Паника накрыла ее, и девушка уже не слышала, что происходит вокруг.

— Да кому надо за нее платить, давайте просто воспользуемся ей все по очереди.

— Полностью солидарен. Я давно хотел поиметь ее отца, жаль вот он только скончался до того, как я смог бы завладеть его бизнесом, так хоть дочурка ответит за папашу. К тому же она очень недурна внешне.

— Она же не единственный его ребенок. Где второй мальчишка? Я бы его тоже попробовал.

— Его скоро привезут, не переживайте, этот лакомый кусочек достанется только вам, Федор Борисович. — мужчина в возрасте с очевидной сединой в волосах хищно оскалился и кивнул.

— Отведите эту шлюху в соседнюю спальню. — наконец подал голос Эдуард. — Господа, давайте сначала поговорим о деле, ради которого мы все здесь собрались. Мы очень долго к этому шли и компания Громова лишь только начало. Теперь нет преград на нашем пути, и мы все сможем обрести то могущество, которым должны обладать по праву рождения. Наша власть будет непоколебимой и мир падет к нашим ногам, на колени, перед великим могуществом. Наконец, именно сегодня мы откроем портал в нашу новую, светлую и беспечную жизнь! — в комнате раздались аплодисменты.

Но Мира их уже не слышала. Ее отвели в соседнюю комнату, где девушка ожидала своей участи будучи совершенно опустошенной. Голос ей так и не вернули, а эти чокнутые старики, которым уже не светит ничего хорошего в жизни воспользовались предложением хозяина дома и насиловали ее, входя в комнату по очереди. Честно говоря, она даже не пыталась сопротивляться. Нет, по началу она вырывалась, пыталась кричать, царапаться, кусаться, лягаться, но после пятой или шестой пощечины, после нескольких ударов по ребрам, вырванных клочков волос, уже перестала бороться. Так меньше боли, если не сопротивляться. Слезы бесконечным потоком застилали глаза. Девушка свернулась в клубочек прямо на холодном полу в своем порванном платье. Ее жизнь была окончена. Она не видела смысла дальше жить. Не после того, что произошло сегодня. Но кажется у ее бывшего жениха были совершенно иные планы.

Рыжая не знала, сколько прошло времени, прежде чем ее выволокли обратно в гостиную, под шум веселых и пьяных голосов и бросили на пол посреди комнаты. Она не пыталась даже подняться. А зачем?

— Мира…Мира! Что происходит! Мира, что случилось?! — голос Мити ударил по ушам как набатом по колокольне. Как он здесь оказался? Неужели и его схватили? Нет нет, он должен был быть дома. Он должен был вызвать полицию и спасти ее. Он должен был прийти раньше. Он не должен был позволять им издеваться над ней. Это он во всем виноват. Он мог настоять на своем, мог не ставить подпись, мог запретить ей. Мог забрать ее домой. Он все мог исправить. Но не сделал ничего. Это его вина, что она сейчас умрет. Он предал ее. Он больше не ее брат. — Убирайся! Это ты во всем виноват, это твоя вина. Ненавижу тебя! — с ненавистью закричала девушка. О, а вот и голос вернули.

Митя от неожиданности даже отшатнулся от сестры. Он совершенно не понимал, что происходит. Ему прислали сообщение, что его сестра срочно просит его приехать и помочь ей в этот загородный дом. Он бросил все свои дела и помчался к ней, совершенно не зная, во что она вляпалась. А теперь он видит ее на полу гостиной в незнакомом доме, абсолютно разбитую, с размазанным макияжем по щекам, опухшими от слез глазами, в порванном платье. С такой ненавистью она смотрела на него, что Митя даже не поверил сначала, что это его сестра. Что он такого сделал? В чем его вина? Мысли путались в голове, никакого понимания и осознания не было. Да еще и толпа этих странных и далеко не трезвых людей. Он хотел было снова подобраться к сестре, поднять ее, обнять и успокоить, но ему не дали. Тяжелая мужская рука опустилась на плечо и обернувшись, Митя увидел двух амбалов, явно призванных для того, чтобы удержать его. — Что вам надо от нас? — парень обвел взглядом всех вокруг, чтобы понять, с кем разговаривать вообще.

— Да ничего такого, не переживайте. Мы просто принесем вас в жертву ради своих целей, — хмыкнул Эдуард, с улыбкой наблюдающий за разворачивающейся сценой.

— Каких целей, что за бред вы несете?

— Так, все хватит. Мне надоели эти разговоры. Пора начинать, — Распутину порядком уже надоело это семейство, да и время приближалось, пора было начинать ритуал. В помещении появилось несколько человек. Облаченных в длинные плащи с капюшонами, что скрывали их лица. Митю и Миру поставили рядом в середине комнаты, вокруг них очертили круг каким-то белым порошком. Все остальные оказались за его пределами. Дальше неизвестные встали по трем сторонам и поставили на пол, прямо на линию круга три свечи, размером с крепкое мужское предплечье. Словно по мановению волшебной палочки они зажглись. Капюшоны стали читать какие-то строки на неизвестном никому языке и делать странные движения руками. Митя присел на корточки и не смотря на сопротивление его рыдающей и бьющееся в истерике сестры, он крепко прижал ее к себе и не отпускал, с ужасом наблюдая за происходящим. Вокруг словно воцарилось гробовое молчание. Резко отключили все звуки. В комнате поднялся неизвестно откуда взявшийся ветер, освещение погасло, единственным ориентиром было пламя свечи, которое казалось таким крошечным. А под ними как будто разворачивалась черная дыра. Воронка размером с целый дом. По крайне мере именно так ему показалось. Еще секунда и Громовы с криком провалились в пустоту, а воронка захлопнулась...