Все хотят Оливию

 Окружающая обстановка напоминала Ольге декорации из старинного фильма про вампиров – такие же мрачные черные стены без единого окна, освещаемые слегка подрагивающими огоньками нескольких десятков свечей, а по центру этой округлой комнатки стоит на возвышении алтарь. Свечей на нём было больше всего, и, что удивительно, сколько Ольга ни смотрела на них, свечи не уменьшались, и даже воск с них не стекал. Как будто взяли один момент горения свечи и воспроизводят его на повторе бесконечное число раз. В блеске огоньков сверкало лезвие лежащего на алтаре ножа, а на другом конце комнаты, подальше от свечей, висело подвенечное платье, очень старомодное и пожелтевшее от времени.

- Карл, может, ты всё-таки объяснишь мне, что, чёрт побери, тут происходит?

- Всё очень просто, Ольга. мы должны пожениться.

- Чтобы эта мерзость влезла в моё тело? – Ольга вскипела и брыкнулась, но Карл крепко прижал её к себе. Он прислушивался некоторое время, глядя вверх по лестнице в комнату, из которой они пришли, но там было тихо. Ольге плакать хотелось оттого, насколько родными казались ей его объятия и от того, что через одеколон, который ей так нравился, пробивался пока еще тоненький, но уже уловимый омерзительный запах гниения.

- Не влезет, если ты согласишься. Ты должна сказать «да». Извини, мне придётся сделать тебя дважды вдовой. Мне, кажется, конец.

Карл горько усмехнулся и погладил Ольгу по волосам. Она не смогла удержаться от слёз.

- Боже, Карл, как же тебя угораздило вляпаться во всё это?

- Ну, ты же помнишь Оливию? Её все хотят. Точнее, хотели. И никто и не догадывался, какая дрянь сидит у неё внутри.

- Ты спал с Оливией? – спросила Ольга, хотя прекрасно помнила, как Амелия рассказывала ей про это. Может, она надеялась, что это всё же неправда, а ещё надеялась, что Карл не расслышал нотки ревности в её голосе. Конечно, трудно не ревновать – Оливия ведь в сотни раз красивее, моложе, свободнее...

- Да. Я по дурости согласился, успел передумать в процессе, но Амелия меня уговорила. И в итоге вышло совсем не так красиво. Даже совсем некрасиво и глупо. Оливия была в ярости. Она пришла ко мне и заявила, что такого не потерпит и что я как порядочный человек теперь обязан на ней жениться. Я тогда подумал, что это шутка, сказал, что она сама принимала активное участие и ей вроде бы понравилось. Так что остановимся на простой дружбе, без перегибов. Но тут она пришла в ярость. И тогда я увидел, что говорит со мной уже не Оливия, она показала мне своё истинное лицо. так я познакомился с Кариной. Она потребовала взять её в жены, она не потерпит, чтобы её обесчестили и выбросили на помойку. Она грозилась убить меня. Я просто испугался. Мне пришлось пойти с ней.

- Значит, её зовут Карина? Кто она такая?

Карл открыл рот для ответа, но замер и снова прислушался. Сверху донёсся еле уловимый шум, какой-то стук. Карл торопливо прошептал Ольге на ухо:

- Это всё не важно, милая. Запомни только – главное, скажи «да».

Ольга не понимала, зачем ей соглашаться на что-то, чего она не хочет, но возражать не стала – ведь Карл наверняка во всём этом соображает больше, так что ей придется просто подыгрывать, другого выбора нет.

Сверху из комнаты доносилась какая-то возня, как будто таскали что-то тяжёлое, а потом раздался голос Марии:

- Карл, дорогуша, отстегни от нашей бедной овечки те наручники и давай их сюда!

Карл недоумённо посмотрел на Ольгу, пожал плечами и наконец снял с неё эти железные браслеты, которые натерли Ольге всю руку, пока Мария таскала её за собой. Он поднялся по лестнице. Ольга только и успела, что оглянуться в поисках путей для отступления, но, разумеется, единственный выход был наверх по лестнице, где Мария с чем-то копошилась.

- А вот и я! – раздалось буквально через пару секунд, и Мария спустилась вниз, держа под руку покорно притихшего Карла. Она выглядела чрезвычайно довольной, и Ольге захотелось подбежать и выбить из неё чем-нибудь тяжелым эту широкую улыбку. И тут она, повинуясь даже не до конца осознанной, а пробежавшей где-то на задворках сознания мысли, бросилась к алтарю и схватила с него нож, и так же стремительно подбежала к Марии и воткнула ей в грудь острое лезвие, молясь, чтобы оно прошло между ребер. Оно прошло, Ольга почувствовала, как нож по самую рукоятку вошел в мягкую податливую плоть Марии. Мария, точнее, Карина, звонко рассмеялась и перехватила руку Ольги ещё до того, как она успела её отдернуть.

- Да ты ж моя девочка. Мне нравится твой боевой настрой. Но ты разве не знаешь, что нельзя убить то, что уже мертво?

Она вытащила нож из груди, который Ольга до сих пор продолжала ошарашено сжимать, по одному отцепила её пальцы с рукоятки и передала руку Ольги Карлу.

- Подержи это, милый.

Карл взял Ольгу за руку, Карина вытерла нож об одежду Марии и отнесла его обратно на алтарь.

- Больше не надо фокусов, договорились? Нужно быстрей со всем покончить, мне уже не терпится сбросить с себя эту вонючую мерзость, - Карина встряхнула руками, как будто по ней полз огромный паук.

Она взяла подвенечное платье и подала его Ольге, велев переодеться. Ольга беспомощно посмотрела на Карла, но тот только легонько кивнул, и она стала раздеваться, складывая свою одежду на ступенях.

Когда Ольга осталась в одном нижнем белье, Карина, которая бродила взад-вперед по подвальчику, оценивающе посмотрела на неё и одобрительно покивала:

- Что ж, а неплохо. Та спортсменка, конечно, более подтянутая, но у тебя тоже всё вполне сочно.

- Я тебе не кусок мяса, ты, дохлая сука! – Ольга вспылила, чем спровоцировала только очередной приступ смеха у Карины. То, что её всё происходящее так забавляет, взбесило Ольгу еще больше, плюс осознание своей беспомощности, плюс это дурацкое платье, пахнущее плесенью и сыростью... Она отшвырнула его в сторону и заявила, что не будет ничего надевать. Карина только закатила глаза.

- Ох, ну я же попросила побыстрее. Ты даже не представляешь, как омерзительно в этой туше. Я в любом случае получу желаемое, это только вопрос времени. Или убью тебя. Буду отрезать по маленькому кусочку, есть сама и угощать Карла, пока ты будешь вопить от боли и истекать кровью. Ты этого хочешь? Или прекрасной, долгой продуктивной жизни? Многих жизней, в которых ты можешь быть кем угодно? Ну, что ты как маленькая, ей-богу. Одевайся.

Ольга, всё ещё кипя внутри, подняла платье и стала натягивать его на себя. Карл помог ей затянуть корсет, поправил ей растрепавшиеся волосы, взял за руку, легонько улыбнулся и подвел к алтарю. Карина довольно потерла руки.

- Вот и отлично, дети мои, осталась маленькая формальность. Не люблю всю эту показуху, но без этого, боюсь, может не сработать, - откуда-то из алтаря она достала толстую книгу, судя по виду, даже старше, чем это дурацкое платье, и принялась торопливо зачитывать что-то на латыни, торжественно размахивая в такт рукой. Потом ей, очевидно, надоело, она плюнула и отбросила книжку в сторону, - бла-бла-бла. Ерунда какая-то. С моей прекрасной Оливией всё сработало без прелюдий, может, и в этот раз сойдёт. Правда, она не брыкалась... - Карина призадумалась на мгновение и махнула рукой, - Ладно, попробуем так, не получится – вернёмся к занимательной литературе. Карл, держи невесту.

Ольга почувствовала, как Карл чуть крепче сжал её руку, но Карина покачала головой и велела ему держать нормально. Тогда Карл обхватил Ольгу за плечи, а Карина тем временем принялась её разглядывать. Ольге стало не по себе.

- Что ты задумала?

- О, не переживай, я просто прикидываю, в каком месте тебя лучше надрезать, чтобы не сильно повредить.

- Надрезать? – с визгом крикнула Ольга и попыталась вырваться, но Карл не отпускал.

- Да говорю же, не переживай, - Карина взяла нож и подошла к Ольге. – Ты, главное, не брыкайся, а то останется уродливый шрам, а я этого не хочу, - короткими резкими шагами Карина приближалась к Ольге и широко улыбалась. На зубах у неё виднелась запёкшаяся кровь, но не это пугало Ольгу, а её глаза, которые расширялись и становились всё темнее. – Согласна ли ты, Ольга-как-там-тебя, взять в мужья Карла-как-там-его...

- Не-е-ет! – мотала головой Ольга и пыталась вырваться. Карина улыбнулась ещё шире, теперь это была уже не улыбка, а оскал, обнажающий длинные острые зубы.

- Правильный ответ, - промурлыкала она и сделала ещё пару шагов, явно наслаждаясь паникой своей жертвы и растягивая момент. Ольга же вопила так, что у неё запершило в горле и в конце концов пропал голос.

И тут обстановка резко переменилась – когда Карина уже совсем приблизилась к ним, Карл резко, но аккуратно отбросил Ольгу в сторону, схватил Карину за руки и вывернул их ей за спину. Так же он выхватил нож у неё из рук и приставил его к её горлу.

- Ты что вытворяешь?! – завопила она нечеловеческим голосом и стала вырываться, но Карл прижимал её к себе изо всех сил.

- Беги, спасайся, я что-нибудь придумаю! – крикнул он Ольге, пока та в недоумении смотрела на эту картину. Ольга лихорадочно пыталась придумать, что делать, как обезвредить её и помочь Карлу, но тут остатки здравого смысла шепнули ей, что Карлу уже ничто не может помочь. Она бросилась вверх по лестнице. Вслед ей раздавались вопли Карины, и она узнала тот загробный глухой голос, который названивал ей на телефон Карла – значит, её истинная сущность стала рваться наружу из тела Марии, и кто знает, на что она способна в таком состоянии.

Наверху Ольга подбежала к двери и обнаружила, что та заперта.

- Вот чёрт! – выругалась она и вспомнила, что Карина всегда закрывала за собой дверь и убирала ключ в карман. Неужели ей придется снова спуститься туда за ключом? Но как долго Карл сможет удерживать её?

- Эй, ты Ольга? – раздалось вдруг у неё за спиной. Ольга от неожиданности подпрыгнула и оглянулась назад. Только сейчас она заметила в дальнем конце комнаты девушку, прикованную наручниками к каминной решётке.

- Да. А ты кто? Откуда ты здесь?

- Нет времени болтать. Эта тварь ещё не вселилась в тебя, судя по воплям?

- Нет.

- Ты не ранена? Если твоя кровь попадёт на платье, так просто ты уже от неё не отделаешься.

- Нет, я... она внизу, пытается догнать меня, но Карл удерживает её. Мы должны бежать, только ключи остались у неё в кармане.

- Нет, рано убегать. Сожги это чёртово платье.

- Платье?

- Да, это типа артефакта, который удерживает её здесь. Пока платье цело, бежать от неё бесполезно. Сожги его.

Ольга послушно кивнула и стала стягивать с себя платье, но ничего не получалось из-за затянутого корсета.

- Иди сюда, - подозвала её Мелинда. Ольга наклонилась к ней, та ослабила шнурки, и тогда Ольга смогла стянуть наконец ставшее ненавистным подвенечное платье и бросила его в горящий камин. Но ничего не произошло, платье как будто легло сквозь огня. Ольга в недоумении протянула руку и засунула её прямо в пламя, но не почувствовала ничего, температура не стала выше ни на градус, ни малейшего движения воздуха.

- Да, я тоже почувствовала, что огонь тут липовый, просто думала, может, я так сильно промёрзла.

- Вот почему свечки не плавятся, - поняла Ольга и замерла, тупо глядя невидящим взглядом на лежащее в бестолково пляшущих огоньках пламени платье.

- Ну а спички у тебя есть? А то я-то не курю.

- Ну конечно! – Ольга хлопнула себя по лбу, - у меня же есть зажигалка. Ох, только она в куртке в подвале.

- Придется прогуляться, дорогая.

Ольга и сама понимала это. Она тяжело вздохнула и пошла к подвалу. Она тут же отметила, что больше никаких криков оттуда не раздавалось. Неужели Карина прикончила Карла и теперь притаилась там, внизу, понимая, что они всё равно не смогут никуда выйти? Ольга беспомощно повернулась к девушке и прошептала одними губами:

- Там тихо.

Мелинда только пожала плечами, но помочь она ничем не могла – ключи от наручников так же благополучно сгинули в недрах кармана Марии, как и её пистолет. Ольге пришлось действовать самостоятельно. Она сделала несколько осторожных шагов вниз по лестнице. Там, внизу, на последних ступеньках лежала оставленная ей одежда. Всего-то и дел, взять эту стопку, прибежать с ней наверх, достать из кармана зажигалку и поджечь платье. Однако чутьё подсказывало Ольге, что не может быть всё так просто. Она наклонилась, чтобы увидеть происходящее внизу, и сразу же заметила лежащее возле алтаря неподвижное тело Марии, которая была мертва уже, судя по всему, окончательно. Карл сидел на полу и прямо смотрел перед собой, как под гипнозом.

Когда Ольга торопливо спустилась за вещами, Карл повернулся на звук её шагов.

- Я убил её, мисс Ольга. Никогда никого не убивал. Но ведь она уже была мёртвая, значит, это не считается. Не считается, так ведь? Не считается?

- Не считается, Карл. Ты всё правильно сделал, - успокоила его Ольга, хотя сама никакого спокойствия не испытывала. Ведь Мария – это всего лишь оболочка. Карина уже проторчала в ней, мёртвой, целый день, и могла бы торчать и дальше, что с ней ни делай, разве что голову отрежь. Так что Ольга ничуть не считала её мертвой, наоборот – и даже хуже, – она просто сменила дислокацию и теперь может быть где угодно. Хоть в одном из наваленных в гостевом доме тел, выбрать, что посвежее, и затаиться в нём до тех пор, пока они не пойдут мимо.

Всё это Ольга прокручивала в голове, пока торопливо надевала свои вещи на случай, если понадобится бежать, да и в нижнем белье ходить довольно прохладно. Карл молча наблюдал за ней, всё ещё пребывая в состоянии лёгкого транса.

- Ты сняла платье, - прокомментировал он безо всяких эмоций.

- Конечно, сняла. Воняет оно ужасно.

- Куда ты его дела?

- Уничтожила.

- Не-ет, ты не уничтожила его, - протянул Карл и покачал головой. Он встал и направился в сторону Ольги, - если бы ты уничтожила его, тут бы всё рухнуло, и меня бы тут не было.

Ольга, которая успела уже одеться, попятилась назад, вверх по ступенькам. Карл с улыбкой шел в её сторону, и эта улыбка Ольге совершенно не понравилась, она развернулась и бросилась вверх, но тут перед ней просвистело и грохнуло, кусок стены в полуметре от неё раскололся, каменная крошка брызнула во все стороны, в том числе и в Ольгу, которая еле успела прикрыть лицо. Она повернулась и увидела в руке у Карла пистолет. Звук выстрела, казалось, до сих пор покачивается в спёртом воздухе подвала.

- Куда же ты, моя маленькая мышка. Мы с тобой ещё не закончили.

- Ах, ты ж... - Ольга от бешенства не могла найти слов. Нет, только не в него, только не в Карла. Карина захохотала. Она поигрывала пистолетом в руке, наслаждаясь произведённым эффектом, и Ольга решила рискнуть. Она воспользовалась моментом и снова бросилась вверх, перескакивая через ступеньки. Она с удовлетворением услышала, как Карина подавилась смехом, выругалась и выстрелила ещё раз. Сейчас она целилась получше, но Ольга уже почти скрылась наверху, поэтому пуля, она почувствовала её, пролетела в паре миллиметров от её пятки, но упёрлась в лестницу.

Наверху Ольга, не теряя времени, перемахнула через кофейный столик из массива дерева. Мелинда вся извелась, она пыталась спрятаться за камин, но длины наручников не хватало. Она крикнула Ольге:

- Бросай мне зажигалку и прячься! У неё осталась еще пара патронов!

Ольга ошалело кивнула и стала рыться в карманах, присев за тот самый кофейный столик, который показался ей достаточно надежным. Пока она рыскала по карманам в поисках зажигалки, которая куда-то запропастилась, Карина вышла из подвала.

- Цып-цып-цып, - позвала она, - даже не думай учудить какую-нибудь глупость.

Мелинда сжалась при виде неё, но спрятаться ей было некуда. Вид у Карины был устрашающий – это было всё ещё тело Карла, в голове которого Мелинда своими руками и этим же пистолетом проделала дырку всего лишь утром (хотя ей казалось, что прошла уже целая вечность), но поверх него голограммой накладывалось истинное лицо Карины, дышащее гневом, скалящееся острыми зубами. Она хохотала, но смех выходил дьявольский, такой, что мурашки по коже бежали от ужаса. Да ещё эта Ольга сто лет копошится в карманах.

Карина медленно, даже как будто чуть пританцовывая, приближалась к Ольге.

- Милая, ну не брыкайся же. Ты же не хочешь умереть в самом расцвете. Молодая, красивая, в самом соку. Нам будет очень хорошо вместе. А иначе, если будешь делать глупости, мне придётся тебя убить. А не хотелось бы. Я-то не пропаду, у меня есть ещё Мелинда, но мне ведь и её придется убалтывать чёрт знает сколько времени, а я уже порядком подустала.

- А ты отпустишь Мелинду? – Ольга наконец догадалась достать пачку сигарет, и зажигалка оказалась внутри. Она с облегчением выдохнула.

- Ты отпустишь Мелинду. Когда пустишь меня. Мне-то она не нужна, я её для Оливии хотела взять – отметь, кстати, мою благородность. Я позабочусь и о тебе.

- Ну хорошо, - сказала Ольга и, положив зажигалку на пол, незаметно подтолкнула её ногой в сторону Мелинды, молясь о том, чтобы она долетела и Карина ничего не заметила. – хорошо. всё равно ведь от тебя не отделаться. Может, это действительно будет весело.

Ольга медленно встала из-за стола и повернулась к Карине. Она старалась не подавать вида, как сильно пугает её этот мертвый Карл с просвечивающей голограммой чудовища на лице. Главное сейчас – чтобы Мелинда дотянулась до зажигалки и смогла незаметно поджечь платье.

- Что мне нужно сделать?

- Всё то же самое – надень платье. – видя, что Ольга снова расстёгивает рубашку, Карина махнула рукой, - брось ты это, надевай его поверх. Не будем терять время. Куда ты его дела?

- Я засунула его в шкаф, - соврала Ольга, потому что это единственное, что заставило бы Карину отвернуться – массивный шкаф тёмного дерева стоял как раз у неё за спиной, - только в панике я не помню, куда именно, я пыталась его спрятать.

Карина повернулась к шкафу, но только на мгновение, а потом с сомнением переспросила у Ольги:

- В этот шкаф? Ты уверена?

- Ну да, - Ольга совсем не была уверена.

- Ну хорошо, раз ты уверена. Открой его.

Ольга медленно обошла кофейный столик, ругая про себя Мелинду за нерасторопность. А что, если зажигалка не долетела до неё, и она никак не может дотянуться? Самой Ольге вряд ли уже удастся добежать туда под прицелом у этой сумасшедшей. Карина нетерпеливо переминалась с ноги на ногу:

- Что же ты копаешься, шевели колготками, Ольга, я устала торчать во всякой дохлятине.

- Я просто не делаю резких движений, чтобы тебе не пришло в голову в меня выстрелить.

- Да не выстрелю я в тебя, ты нужна мне живой. Шевелись.

Ольге очень хотелось повернуться к Мелинде и посмотреть, как у неё продвигаются дела, но она не хотела привлекать к ней внимания, поэтому нехотя всё же подошла к шкафу и открыла одну из створок, а увидев, что внутри, ахнула и отпрянула, чем вызвала очередной приступ смеха у Карины. Изнутри шкаф оказался шире, чем выглядел снаружи, в нём не было ни полок, ни книг, ни одежды, только три иссохшие мумии, две в женской одежде и одна в мужской. Одежда была грубая, посеревшая и истрепавшаяся еще, кажется, при жизни. Мумии натужно улыбались сухими ртами, взгляды твёрдых потемневших белков были безумны, как в припадке нездорового приступа смеха.

- Познакомься, это моя семья. Папик, мамик и сестрёнка Корнелия.

Ольга судорожно сглотнула, нервная дрожь пробежала по всему телу и сконцентрировалась где-то в груди. Голос Карины стал суровым:

- А теперь говори, где платье, и покончим со всем этим.

- Да вот твоё платье, тупая сука! – раздалось сзади. Мелинда держала в руках пожелтевшую кружевную тряпку и, щёлкая зажигалкой, язычками пламени дотрагивалась до ткани с разных концов.

Карина завопила нечеловеческим, каким-то утробным воплем и подняла руку с пистолетом. Для Ольги время вдруг как будто замедлилось, и она набросилась на Карину ещё раньше, чем она успела прицелиться в Мелинду. Прогремело два выстрела, оба из которых угодили в тот дубовый столик, и Ольга повалила Карину на пол. Однако ей помог исключительно эффект неожиданности, мало того, что Карина была в накачанном мужском теле, так и сама была сильна, как дьявол. С воплем она отбросила Ольгу в сторону и бросилась к Мелинде. Ольга прилетела прямиком к раскрытому шкафу, больно ударившись головой о дверцу, налетела на мумии и сшибла их. Пока она, запутавшись в сухих и твердых, как прутья, конечностях, пыталась встать на ноги, Карина в несколько прыжков пересекла комнату и подскочила к Мелинде. На саму Мелинду она мало обратила внимания, её заботило только полыхавшее весёлыми рыжими огоньками платье, и это её погубило, потому что Мелинда тоже времени даром не теряла. Пока на неё никто не обращал внимания, она отвинчивала каминную решетку найденной в кармане брюк Амелии монеткой. Когда Карина бросилась спасать платье, Мелинда подняла решётку и, размахнувшись как следует, вогнала острые прутья прямо в шею Карла, пригвоздив Карину к полу, после чего села сверху на его спину и заломила руки наверх.

Карина вопила, её сущность рвалась наружу, но не могла покинуть тело, она не могла ничего сделать, кроме как беспомощно дергать ногами и с криками наблюдать, как горит её платье. По мере того, как платье всё больше обращалось в горстку пепла, вопли Карины становились всё тише, она бледнела и стиралась, и вот платье догорело, и всё стихло. Мелинда сидела на неподвижном теле Карла, но не могла заставить себя пошевелиться. Ольга подошла к ней сзади, потирая ушибленную голову.

- Кажется, она всё.

- Кажется, да, - повторила Мелинда, продолжая сидеть. Ольга наклонилась, расслабила руки Мелинды, которыми та до сих пор удерживала руки Карла, и помогла ей подняться.

- Надо убираться отсюда.

- Ты права. Только сначала нужно спуститься в подвал за ключами.

Мелинда выдернула из Карла каминную решетку, и они вместе спустились в подвал. Пока что слабо верилось в то, что всё кончено, поэтому девушки спускались плечом к плечу, настороженно всматриваясь во все темные уголки. Ольга аккуратно достала из кармана Марии ключи, освободила Мелинду от наручников и та наконец смогла бросить каминную решётку. Девушки пошли к выходу, стараясь не оглядываться. Когда они вышли, долгая зимняя ночь уже пошла на убыль, и краешек неба был выкрашен в светло-серый цвет, на фоне которого эффектно прорисовывались высокие белые горы. Рядом с машиной Ольги лежал полусгнивший труп женщины, в которой Мелинда узнала ту, которая напугала её до чёртиков несколькими часами ранее. Теперь она не шевелилась.

- Наконец-то все они обретут покой.

Ольга села за руль и девушки поехали прочь из города.

КОНЕЦ