Князь

После смерти того надзирателя, подобных больше не появлялось.

Мальчика отмыли и вернули в темницу к остальным. Им приставили другого охранника, а после начались тренировки суровые и беспощадные. Детей выводили на арену и заставляли учиться.

Первый мастер, был отвратительного характера мужик, он орал и бил каждого, кто косо на него смотрел или просто не понравился. Особенно от этого досталось полукровке. Его взгляд был холодный и пронзающий, и он ничего не мог с этим поделать, от того получал по лицу и спине. К вечерам его тело болело так, что он не мог подняться, но вставать приходилось. Детей кормили и отвадили на арену где все продолжалось дальше.

Однако кое в чем этот учитель действительно был хорош, ему хватало одного взгляда, чтобы понять, какому ребенку, какое оружие подойдет больше. И на одиннадцатый год жизни он решил распределить всех по классовым оружиям. Полукровка стоял вместе с "первым рабом". Учитель подошел к ним и надменно произнес:

- Этот... будет разбойником. Пусть управляется кинжалами или ножами, - отступив на шаг, он подошел к первому рабу. - А вот этот. Мх...какой взгляд, мне нравится. Ему подойдет стиль боя война.

Он пошел дальше, когда полукровка посмотрел на первого раба, тот был выше его всего на несколько сантиметров.

- Че тебе? - рыкнул он.

- Ничего.

- Ну так и не пялься.

После распределения, детей начали водить в столовую, им стало позволяться есть тупыми вилками и ложками. Это был переломный момент, все непокорные уже давно отсеялись, они либо самовольно умерли с голоду, либо были убиты, а все, кому позволялось заходить в столовую, уже считались будущими боевыми, покорными солдатами.

И с того дня так же начались тренировки на личную специализацию.

Один ад сменился другим. Тренировки день изо дня могли чередоваться только с побоями от учителя, который по поводу или без повода сбавлял пар на полукровке. Тому приходилось, стиснув зубы подниматься раз за разом. Однажды, учитель пнул его ногой в спину и тот упал, раскидав стойку с оружием. Вокруг были другие рабы, они тренировались, как и он, но громкий шум отвлек их от занятий.

Чуть привстав парень тряхнул головой, отросшие волосы мешали нормально тренироваться, из-за них в этот раз учитель взъелся на него и пнул с такой силой. Тут полукровка вдруг услышал сдавленный смешок и поднял взгляд. Недалеко как раз стоял первый раб, он скривившись пытался не засмеяться, глядя на распластавшего на земле.

- Че уставился? - спросил полукровка.

- А, что не видно? Чтобы посмеяться.

- Глаза лишние?

- Че сказал?

- Видимо уши тебе тоже не к чему.

Сорвавшись с места, он налетел на первого раба, и они начали драться, завалившись на землю, вышибая друг из друга дух. Надзиратели и учителя с трудом оторвали их друг от друга.

Но после этого жизнь у полукровки стала еще сложнее. Первый раб спелся с учителем. Теперь за то, что тот мешает, ему докладывали больше еды.

Парень сжимал кулаки от бурлящей в груди ненависти. На счастье, первого раба, тот оказался в пятерке тех, кого перевели в другую темницу. А иначе, полукровка убил бы его, даже не дожидаясь, пока первый уснет.

Два года издевательства и непрерывных тренировок взрастили в груди такую злость, от которой, казалось бы, никогда нельзя будет избавится. Он пытался хоть немного унять ее отрезая ножом собственные волосы. Хотя бы одна причина издевательств пропала, однако жизнь не стала лучше.

На тринадцатый год, учитель привычно поставил первого раба с полукровкой вместе, чтобы понаслаждаться над избиением второго. Защищаться парень мог, но все было бессмысленно, учитель не отставал, пока первый бы не избил его.

- Эй, этот раб, - позвал учитель с улыбкой на лице. Позади него проследовал первый. Полукровка тренировался с ножом, и учитель показал на него пальцем. - Ты снова будешь драться с первым рабом. Но сейчас усложняем задачу. Чтобы бой не затягивался... ты убери нож в чехол.

Покорившись, парень засунул нож за спину. Учитель поманил первого раба и тот достал меч.

- Вы будете драться так. Приступайте.

Дав отмашку, он отступил на пару шагов и первый раб, усмехнувшись крепче сжал рукоять меча.

Полукровка смотрел на невероятную несправедливость и надменное лицо первого раба. Он не мог взять нож и единственное, что сделал сжал кулаки так, что выступили вены.

- Ты опять уставился на меня, - заметил первый раб. - Решил, что сможешь проткнуть взглядом? Почему не нападаешь?

- Думаю. Как лучше убить тебя.

Тот рассмеялся.

- Убить меня? Да ты совсем кретин. Это ты единственный кто сейчас сдохнет.

- Ты не прав во всем.

Первый раб, закинув меч, побежал на полукровку. Тот успел увернуться от удара пригнувшись, но вместо этого получил пинком в голову от чего упал на землю.

- Это кто тут ошибается, ублюдок!

Он снова занес меч, но тот успел встать до удара. Подпрыгнув, парень вознес ногу над первым рабом и ударил тому по плечу, опустив на колено. И как только первый упал, полукровка схватился ему за голову и свернул шею.

Потерявшее жизнь тело тут же упало оземь. А парень резко обернулся, взглянув на замешкавшегося учителя. Тот не успел ничего предпринять, как полукровка подбежал к нему, подпрыгнул в воздух. В это же мгновение вытащив из-за спины нож, вонзил ему в лоб. они одновременно упали на землю. Раб отпустил рукоять оружия и посмотрел на мертвое тело учителя с кривым застывшим вырежем лица. Вдруг, что-то сидящее в его груди долгие годы вырвалось наружу, и он засмеялся.

Громкий радостный смех раздался по всей арене. Другие тут же прекратили тренировки, а тот счастливо хохотал. Он не знал, что будет дальше, но это мгновение принесло невероятное спокойствие и радость.

После этого, полукровку несколько дней избивали хлыстом в одиночной камере. Лишать жизни еще одного раба было не выгодно, потому он был наказан. Но даже так он не перестал улыбаться.

- Какое... Черт побери, знакомое чувство! - улыбчиво воскликнул он захихикав.

Охраняющие его камеру, недоуменно оглянулись, посмотрев на мальчишку.

- Больной ублюдок...

И в новь годы полные тренировок потекли своим чередом. Нового учителя нашли сразу же. Однако доверия как мастер, этот не вызывал, а потому парень часто просто игнорировал его уроки тренируюсь сам. Другие учителя, как и надзиратели, хоть и не давали ему вольностей, но старались обходить стороной. Он был единственный раб на памяти этого места, которого боялись даже наставники. Все надеялись на нового учителя и постоянно твердили ему:

- Ты же учитель, так усмири мелкого ублюдка.

Но тот боялся им признаться, ему не хватало для этого опыта, потому он мог только из дали орать на "мелкого ублюдка".

Через полгода, когда мальчику исполнилось четырнадцать, двое надзирателей проходя мимо камеры, в которой тот находился остановились.

- Смотри. Мелкий ублюдок даже сейчас не может нормально сидеть, тренируется, - усмехнулся тот, что крупнее. Второй взволновано отмахнулся.

- В клетках они могут делать, что хотят.

Четверо рабов, не обращавшие внимание на тренирующегося тут же посмотрели на полукровку и сазу же перевели нахмуренные взгляды на надзирателей.

- Пойдем лучше... - неуверенно произнес второй. Но первый продолжил смотреть.

Полукровка поднялся и обернулся и грубо спросил:

- Что надо?

Надзиратель усмехнулся.

- Сидишь в клетке и еще умудряешься грубить?

- А, что завидно?

- Пахаха! Какой смелый! Осмелел после того как убил парочку людей?

- Я тебя раньше не видел, - произнес раб и перевел взгляд на второго надзирателя поменьше.

- Он здесь всего пару месяцев.

Тот возмутился, посмотрев на товарища.

- Зачем ты перед ним отчитываешься?! Это просто раб, которого мы скоро продадим!

Парень усмехнулся.

- Некчемыш. Не приятно, когда к рабу обращаются более уважительно чем к надзирателю?

Тот чуть улыбнулся, кинув на парня острый взгляд.

- Не слишком ли ты дерзкий?

- А ты?

Мужчина стал раскрывать темницу. Обычно рабы тут же расходились, давая пространство надзирателем. Но те, что были вместе со "мелким ублюдком" даже не поднялись с пола.

- Послушай, да оставь ты его. Пойдем лучше. У нас еще дел навалом.

- Постесняться. Хочу поговорить с мелким ублюдком.

Мужчина удивительно вежливо показал тому на выход. Раб ничуть не смутившись вышел. И надзиратель, заперев темницу увел того на арену.

Ворота им открыл ночной стражник, он устало зевнул и произнес:

- Я не хочу сидеть и ждать пока вы тут наиграетесь.

Первый надзиратель, подумав, улыбнулся.

- Можешь закрыть дверь и уйти спать. Мы будем развлекаться до самого утра.

Тот так и сделал, впустив их на арену, закрыл ворота и ушел.

Там, под светом магических камней они прошли на пустое пространство. Прежде парень не разу не видел, чтобы на арене никого не было.

- Ну и зачем надо было это делать? Тебя не напрягает, что мы всего втроем здесь? - спросил второй надзиратель.

- Не понимаю, с чего ты волнуешься. Два надзирателя и один раб. Мы можем всю ночь преподавать ему правила хорошего поведения.

Второй сложил руки на груди. Он смотрел в уверенную спину своего товарища, который не сводил взгляда с мальчика.

- Ты ведь понимаешь, что он боевой раб. Это в любом случае довольно опасно.

- Ахах. Да, что он нам сделает голыми руками!

Рассмеялся тот, но вдруг стоящий сзади увидел его лицо, что было совершенно противоестественно, так как тот стоял к нему спиной. Изумленное выражение так и застыло, прежде чем упасть на землю.

- Это даже весельем не назовешь, - произнес раб, потерев нос, будто не произошло ничего не обычного. Подняв взгляд на второго, мальчик стал идти на него, преграждая путь к воротам. - Я давно хотел с тобой встретиться. Поболтать по-приятельски.

- С-со мной? - спросил надзиратель начав пятиться.

- Да. Ты меня, наверное, и не вспомнишь уже, как и девочку, над которой потешался лет семь назад. Зато я помню. Да и другие ребята ее помнят.

- Девочку? Какую девочку?

- Маленькую девочку. Вы вдвоем с той свиньей изнасиловали ее с открытой дверью, чтобы все дети в темнице слышали. Я до сих пор, иногда видя твою рожу представляю, как выковыриваю тебе глаза и вырываю язык. И делаю тоже самое, что случилось и с той свиньей. А ты ведь знаешь, что я с ним сделал? Не завидно.

Тот упал на землю схватившись за гордо. Парень подошел к нему и присел.

- Да ладно тебе, я же нечего с тобой не делал! Не нужно выковыривать мне глаза. Давай оставим все как есть, так и будем не замечать друг друга как раньше. А за этого... этого придурка - он показал на труп впереди. - Тебя даже не накажут! Зуб даю!

- Да хоть все. Знаешь, а ведь девочка заболела. После того как вы поиграли. Заболела так, что зачахла и умерла. Так как урод "первый раб" умер от моей руки, можно предположить, что это ты ее заразил. Но вот ты живой я рад.

Тот не понимая покачал головой, смотря как юноша достал из-под одежд ложку.

- Хочешь узнать, насколько мучительная смерть от убийства ложкой? Нет? А я очень хочу.

На утро, когда ворота открыли, то обнаружили два трупа, один из которых был безобразного вида, истекающий кровью. Поверх них сидел мальчик он с улыбкой встретил вошедших.