.|'Беззубик и его три желания'|.

Жизнь на Олуне вскоре вошла в странное русло, связанное с Беззубиком.

Во-первых, Иккинг занялся тем, что взял Беззубика в качестве ездового животного, а Факела и Мягколапку — в качестве новых драконов в их маленькую группу. Он разработал снаряжение. Они с Астрид составили график тренировок, которого неукоснительно придерживались.

Тем временем Фишлегс проводил много времени, изучая его в исследовательских целях, и постепенно привык к его перевозбуждённому поведению.

Ему потребовалось много времени, чтобы привыкнуть к Рыжей, которая, как понял Беззубик, настойчиво флиртовала с ним. Она отступала всякий раз, когда рядом был Иккинг, который мог метко бросить в неё сердитый взгляд, но Иккинга не всегда оказывалось рядом, и иногда Беззубику приходилось самому выпутываться из этой ситуации.

И он обнаружил, что избавиться от Торстона очень непросто.

— Ты могла бы просто, ну, знаешь, — предложила Астрид, которая вмешалась, чтобы помочь, — сказать ей, что тебе это неинтересно. Просто идея.

— Я так и сделал! — крикнул Беззубик. — По крайней мере, мне так кажется. Я почти уверен, что сказал именно эти слова. Но иногда я сомневаюсь, что Раффнат и Таффнат говорят на том же языке, что и я.

Астрид вздохнула. «Лучше бы в этом не было столько смысла, сколько есть», — пробормотала она. «В конце концов ей станет скучно, вот увидишь. Это просто этап. То же самое было с Эрет». Беззубик хмыкнул. «К тому же есть тот факт, что Иккинг убьёт её, если она действительно прикоснётся к тебе, — добавила она, ухмыляясь. — И хотя она не признаётся в этом, она немного боится Иккинга».

«Меня это почему-то успокаивает», — признался Беззубик. Астрид только рассмеялась.

Самым странным в его новой жизни на Олуше было то, что ему приходилось видеть Иккинга с другим драконом. Конечно, он знал, что сам в этом виноват. Он не имел права чувствовать себя неловко из-за этого.

Тем не менее он это сделал, и когда он увидел, с какой нежностью Иккинг относится к Торчу, пока они кормят своих драконов, он не смог сдержать лёгкой зависти.

— Что ж, сегодня ты какой-то весёлый! — рассмеялся Иккинг. — Тебе это нравится, бу-

Он замолчал, напряжённо застыв. Он взглянул туда, где Беззубик сидел с Мягколапкой и медленно засыпал, почёсывая чешую за ушами.

— ... приятель, — тихо сказал Иккинг, и Факел игриво толкнул его.

Пока Факел был занят раскопками, Иккинг подошёл к Беззубику. Беззубик не поднял головы, когда Иккинг сел позади него, но его сердце ёкнуло, когда Иккинг обнял его и прижал к груди.

— Прости, — прошептал он. — Ты всегда будешь моим другом, хорошо? Я обещаю, что не буду называть его так при нём.

Беззубик улыбнулся, радуясь, что Иккинг всё понял без лишних слов.

От этого ласкового прозвища он всегда чувствовал себя любимым. Мысль о том, что оно может принадлежать кому-то другому, причиняла боль.

— Спасибо, — прошептал он.

— Ты скучаешь по этому? — спросил Иккинг. — По тому, чтобы быть драконом?

Беззубик задумался. «Иногда я скучаю по тому, чтобы быть твоим драконом, — признался он. — Особенно когда я вижу тебя с ним.» Он помедлил, прежде чем добавить: «Я скучаю по полётам с тобой».

— Я тоже по нему скучаю, — согласился Иккинг, положив голову на плечо Беззубика. — Он был особенным.

Они помолчали. Затем Беззубик сказал: «Но я не жалею об этом. Я бы сделал это снова, чтобы иметь возможность вот так с тобой разговаривать».

Он услышал улыбку в голосе Иккинга, когда тот сказал: «Хорошо. Потому что ты мне тоже очень нравишься как человек».

Беззубик улыбнулся. Когда Иккинг отстранился, ему сразу же стало не хватать его тепла и поддержки.

Иккинг поднялся на ноги и протянул руку. «Ты идёшь?» — спросил он.

Беззубик кивнул и взял Иккинга за руку, позволив ему поднять себя на ноги. Он поморщился, когда при движении у него свело бёдра.

— Твоя травма? — обеспокоенно спросил Иккинг. Ему не потребовалось много времени, чтобы понять, что после превращения в человека травма хвоста переместилась на поясницу и бёдра, влияя на его движения.

— Да, — вздохнул он. Иккинг сжал его руку.

— Давай ещё раз попробуем ту пасту, которую дала нам Готи, — предложил Иккинг. — Ты сказала, что она немного помогла?

— Немного, да, — кивнул Беззубик, и они пошли обратно к дому.

Иккинг всегда хорошо понимал, что нужно Беззубику, даже когда тот был драконом. Но теперь, когда он стал человеком, он научился понимать это ещё лучше. Он напоминал Беззубику о необходимости пить и есть, когда тот забывал об этом, потому что ещё не привык прислушиваться к потребностям своего человеческого тела. Он сразу заметил, что Беззубику стало холодно, ведь чувствительность к холоду была одной из черт Ночных Фурий, которую он, очевидно, перенёс в свою человеческую форму. Теперь, когда он не мог разводить костры, чтобы согреться, он зависел от посторонней помощи. Иккинг быстро принёс ему тёплый плащ из шерсти и кожи яка, в котором было гораздо теплее, чем в стандартном снаряжении викингов. Должно быть, он стоил ужасно дорого, но Иккинг лишь отмахнулся от его вопросов. Он также обнимал его всякий раз, когда видел, что тот дрожит перед огнём, без слов предлагая своё тело в качестве источника тепла.

Кроме того, он обычно первым замечал, когда Беззубик терялся в общении с другим человеком, и ненавязчиво приходил на помощь, когда это было необходимо.

Это успокаивало. Он чувствовал себя любимым и защищённым. И вскоре он нашёл способы быть полезным в ответ.

На самом деле он начал экспериментировать с готовкой от отчаяния. Потому что блюда, которые готовила Валка, было невозможно есть постоянно. Но вскоре он кое-чему научился и понял, что на самом деле неплохо справляется. К тому же это было весело.

(Даже если в итоге он два дня из трёх подавал рыбу. В конце концов, в душе он всё равно был драконом.)

Иккинг всё больше полагался на Беззубика во всех вопросах, связанных с драконами на Олуде. Часто было проще отправить Беззубика поговорить с парой шумных юнцов, чем заставлять Иккинга рвать на себе волосы и целыми днями гоняться за ними.

И Иккинг, как и Рыбьеног, любил задавать ему вопросы, которые помогали ему лучше понять драконов. Хотя он делал это гораздо менее настойчиво.

(Это не помешало ему переработать все оборудование, которое он когда-либо создавал, с учётом полученной новой информации. Потому что Иккинг был настоящим перфекционистом.)

Однако, несмотря на всю искреннюю поддержку Иккинга, были вещи, которые Беззубик с трудом мог понять.

Например, фестивали.

— Зачем мы снова это делаем? — вздохнул Беззубик, усаживая Иккинга на стул и развешивая гирлянду. Торч помогал ему с другой стороны.

— Потому что наступает весна, — усмехнулся Иккинг.

«Но ведь всё равно очень холодно?» — заныл Беззубик. — «Так зачем это праздновать?»

«Потому что викинги любят праздновать!»

— Верно. — Он нахмурился. — Они ведь собираются петь, не так ли?

Иккинг рассмеялся. «Определённо». Беззубик застонал. «Но у тебя больше нет сверхчувствительного слуха», — заметил он. «Так что, может, всё не так плохо?»

— Ты слышал про Гоббера? — напомнил ему Беззубик.

Иккинг неэлегантно фыркнул. — Верно, — кашлянул он. — Я забираю свои слова обратно.

— Я так и думал, — проворчал Беззубик.

«Ладно, я закончил. Поможешь мне спуститься?»

Беззубик потянулся к руке Иккинга и, держась за его бедро, осторожно поднялся со стула.

— Может, всё не так плохо, — попытался утешить его Иккинг. — Обычно это очень весело. Там танцуют, пьют, едят, и у всех хорошее настроение.

Беззубик нахмурился. «Ты имеешь в виду пьяных викингов, которые кружатся вокруг костра? Это опасно, а не весело».

Иккинг закатил глаза. «Ты такой драматичный!» — пожаловался он.

— Должно быть, научился этому у своего хозяина, — невозмутимо ответил Беззубик.

Иккинг равнодушно посмотрел на него.

«Ты можешь поторопиться?» — заскулил Факел. «Я уже целую вечность здесь стою!»

Беззубик откашлялся. «Думаю, тебе стоит помочь Факелу выбраться».

— Верно, — Иккинг моргнул. — Остальное я возьму на себя. Почему бы тебе не проверить, как там другие драконы, и не убедиться, что у них достаточно еды и воды на арене на сегодня? Мы бы хотели уберечь их от всего этого шума.

«Можно я останусь с ними?» — спросил Беззубик. Когда Иккинг лишь многозначительно посмотрел на него, Беззубик возмутился: «Что?! Я всё ещё дракон в душе!»

— Но я бы хотел, чтобы ты была там, — настаивал Иккинг. — Пожалуйста?

Беззубик глубоко вздохнул и закатил глаза. — Ну ладно, — пробормотал он. — Но ты нечестно играешь!

— Я и не утверждал, что это так, — просиял Иккинг. — Увидимся позже!

Беззубик лишь сердито посмотрел на него и ушёл.

- А теперь посмотрите, кто это, - протянул Кривоклык. - Я думал, вы забыли о нас, раз уж стали людьми.

— Я о тебе не забыл! — возмущённо сказал Беззубик, ставя корзину с рыбой в центр арены. — Я просто был… занят.

«Занят спариванием со своим человеком», — резонно заметил Барф.

«Мы не... это не... и ты ещё спрашиваешь, почему я не навещаю тебя чаще!» — защищаясь, воскликнул Беззубик.

«То есть ты хочешь сказать, что не хочешь, чтобы он стал твоим партнёром?» — в замешательстве спросил Белч. «Потому что это было бы очень странно после всего, что произошло за последние пару недель».

«Но ты же Зубастик», — торопливо сказал Мясной. «Конечно, вы будете парой! Это история любви на века! Драконы и люди будут рассказывать вашу историю на протяжении столетий».

Беззубик просто посмотрел на неё. «Я даже не знаю, что на это ответить», — пробормотал он.

«Может, тебе просто признать, что ты любишь Иккинга и хочешь быть с ним?» — мягко предложила Штормфлай. «Правда освобождает, друг мой».

«Погоди, он так и не признался в этом?» — в замешательстве спросила Нежная Шёрстка. «Я думала, мы уже на месте? Они спят в одном гнезде!»

«Беззубик немного медлительный», — вздохнул Крюкозуб. «Ты к нему привыкнешь».

Беззубик беспомощно переводил взгляд с одного дракона на другого.

«Давай, Тути», — подначивал Барф.

«Это только наше дело», — подбодрил его Белч. «Мы же не можем пойти и настучать людям».

Беззубик сник и с тяжёлым вздохом опустился на землю.

— Ладно, хорошо, — проворчал он. — Я люблю его. Я влюблён в него. Теперь ты довольна?

«Очень», — сказал Митлаг.

«Нет», — возразила Штормфлай. «Мы будем счастливы, только когда ты будешь счастлива, дорогая».

«Фу», — застонал Крюкозуб. «Это слишком сентиментально для меня».

«Мисс Штормфлай права», — сказала Мягколапка. «Что ты собираешься с этим делать, мой благородный друг?»

— Я не знаю! — простонал Беззубик. — Хотел бы я знать, ясно? Но я думаю, что Иккинг всё ещё видит во мне своего лучшего друга, который когда-то был его домашним драконом. Это не очень располагает к романтике.

«Ты уверена?» — скептически спросил Митлаг. «Мне кажется, он в меня влюблён».

«Ну, для тебя мир — это место, где живут радуги и единороги», — протянул Крюкозуб.

«Ты пробовала брачный танец?» — спросила Мягкая Лапка. «Я всегда считала, что это очень эффективно».

«Думаю, в мире людей всё устроено иначе», — заметил Беззубик.

‘Я не совсем уверен’, — сказал Барф. ‘Ты видел, как человеческие пары танцуют на этих фестивалях? Кажется, это очень полезно для процесса спаривания.’

Беззубик поморщился. «Ну, — пробормотал он. — Я не умею танцевать ни один из человеческих танцев. Я бы выставил себя дураком».

«Ты выставишь себя дураком, если попытаешься спариться с Ночной Фурией», — фыркнул Крюкозуб. «Давай будем честны, ты слишком ручной. На самом деле тебе лучше спариться с человеком».

— Спасибо за вотум доверия, — огрызнулся Беззубик.

«А ещё ты можешь попробовать принести Иккингу подарки?» — предложил Белч.

«О, Иккинг подарил Астрид это ожерелье, когда они собирались пожениться», — вспомнила Штормовая. «Ей оно очень понравилось!»

— То есть... ты хочешь, чтобы я подарил Иккингу украшения? — спросил Беззубик, у которого голова шла кругом. — Он даже не носит украшения!

«Ну, это необязательно должны быть украшения», — пожал плечами Барф. «Ты же знаешь, что ему нравится!»

«Он уже каждый вечер приносит ему еду», — задумалась Нежная Шёрстка. «Разве это не считается спариванием?»

«Думаю, да!» — радостно сказал Митлаг.

— У меня от вас голова идёт кругом, — вздохнул Беззубик.

«Мы просто пытаемся помочь», — сказала Штормфлай, ласково толкнув его в плечо.

Беззубик улыбнулся. «Я знаю. И я это ценю».

Однако их разговор был прерван, когда Иккинг окликнул его у входа на арену. Беззубик поднял голову и увидел его в сопровождении Факела, Дагура, Слейтера и Ветроша.

— Привет, — сказал Беззубик, поднимаясь на ноги. — Извини, я отвлёкся на догонялки.

— Не волнуйся, — улыбнулся Иккинг. — Ты помнишь Дагура? Он, Мала и Хизер сегодня пришли на пир.

— Это Беззубик? — спросил Дагур, и его голос зазвенел от волнения. — Клянусь Одином, посмотрите на него! Он выглядит таким же очаровательным в человеческом обличье, как и в облике дракона. Эти щёчки!»

А потом Беззубик почувствовал, как перевозбуждённый берсерк больно сжимает его щёки. Он взглянул на Иккинга в поисках поддержки. Тот лишь поморщился и пожал плечами.

«Ну что, какие новости?» — спросил Слейтер у других драконов. «Они уже все спарились?»

‘Да!’ — крикнул Виндшир. ‘Нам нужны все подробности!’

Беззубик закрыл глаза и подавил стон.

Беззубик, как оказалось, был очень популярен в первую часть фестиваля. Во время ужина Мала вовлекла его в обстоятельную беседу и в конце концов попросила его присоединиться к ним с Дагуром на острове Кальдера, чтобы поговорить с их Великим Защитником.

«Я думаю, нашему племени было бы очень полезно лучше понимать потребности Великого Защитника», — объяснила она.

— Я буду рад помочь, — согласился Беззубик.

Хизер, с другой стороны, попросила его найти время и приехать на остров Берсеркер.

«Теперь, когда Чудовище из Бездны больше не отпугивает большинство драконов от острова, у нас возникла проблема с миграцией драконов-оборотней, — объяснила она. — Может, ты сможешь нам помочь?»

— Я посмотрю, что можно сделать, — кивнул он. — Может, Мягкая Лапка сможет с ними поговорить?

Когда заиграла музыка, жители деревни вокруг них начали подбадривать друг друга и подниматься на ноги, чтобы пуститься в пляс. Дагур протянул Мале руку.

— Могу я пригласить вас на танец, моя королева?

— Можете, мой король, — улыбнулась она, и они направились к танцполу.

Беззубик заметил, как Хизер обменялась быстрым взглядом с Астрид, которая густо покраснела, прежде чем вовлечь Иккинга в срочный разговор. Она вздохнула и с улыбкой повернулась к Беззубику.

— Хочешь потанцевать, Беззубик? — спросила она.

— Я правда не знаю как, — в ужасе пролепетал Беззубик.

— О, не волнуйся, — рассмеялась она. — Я могу тебя научить.

Беззубик колебался. Ему действительно не хотелось выставлять себя дураком, но Хизер всегда была добра к нему, даже когда он был драконом. Он не хотел показаться невежливым.

— Ладно, — вздохнул он. — Но не смейтесь, когда я буду спотыкаться о собственные ноги! Они у меня не так уж давно!»

— Я бы никогда этого не сделала, — улыбнулась она, вставая. Беззубику ничего не оставалось, кроме как последовать за ней.

На самом деле Хизер была довольно хорошей учительницей. Беззубик был вынужден это признать. Она была мягкой и терпеливой и не смеялась над его неуклюжестью.

— Видишь, — широко улыбнулась она, когда он начал запоминать последовательность шагов. — Ты не так уж плох! Тебе просто нужно немного попрактиковаться!

Беззубик подумал, что она, возможно, лжёт, чтобы не ранить его чувства, но было бы невежливо указывать ей на это.

Через некоторое время Беззубик заметил, что Иккинг танцует с Астрид неподалёку от них. Он задержал на них взгляд — достаточно надолго, чтобы Иккинг заметил. Их взгляды встретились, и Иккинг улыбнулся Беззубику. Беззубик улыбнулся в ответ.

Они оба споткнулись. Астрид со смехом ударила Иккинга по руке. Хизер взглянула на них и ухмыльнулась.

— Эй, Иккинг! — позвала она, перекрикивая музыку. — Меняешься партнёрами?

Он успел лишь моргнуть в ответ, как Хизер схватила Астрид за руку и потащила её дальше в толпу, смеясь над потрясённым выражением лица Астрид.

Иккинг и Беззубик переглянулись, широко раскрыв глаза. Какое-то время они стояли в нерешительности.

Песня сменилась. Несколько жителей деревни зааплодировали. Беззубик рассеянно подумал, что узнал мелодию. А потом Стоик начал петь.

«Я буду плыть и бороздить бурные моря
Не боясь утонуть
И с радостью покорять волны жизни
Если ты выйдешь за меня замуж»

Беззубик огляделся и увидел Валку и Стоика посреди площади. Они кружили друг вокруг друга, и Валка, сияя от радости, присоединилась к ним.

«Ни палящее солнце, ни лютый холод
Не остановят меня в моём путешествии
Если ты пообещаешь мне своё сердце
И будешь любить меня вечно»

Беззубик не мог сдержать улыбку, наблюдая за ними. Возможно, Барф был прав, когда назвал танцы одной из форм человеческого брачного ритуала. Родители Иккинга, похоже, были очень влюблены друг в друга.

Он оглянулся на Иккинга, и у него перехватило дыхание, когда он увидел, что Иккинг протягивает ему руку с застенчивой, но в то же время озорной улыбкой на лице.

Недолго думая, Беззубик взял Иккинга за руку. И Иккинг улыбнулся ещё шире.

К тому времени к Валке и Стоику присоединились другие викинги, и никто не заметил, как к ним присоединился Иккинг.

«Но мне не нужны великие свершения
Когда я чувствую твои объятия»

— Кажется, мы говорили о пении? — позвал Беззубик, когда Иккинг неуклюже развернул его.

Иккинг рассмеялся и толкнул его локтем в бок. Беззубик ухмыльнулся и не стал его останавливать.

- И я бы уберег тебя от всякого зла
Если бы ты осталась рядом со мной
Мне не нужны золотые кольца
Мне плевать на твои стихи
Я хочу только, чтобы ты держал меня за руку
Я хочу только, чтобы ты был рядом со мной
Любить и целовать, нежно обнимать
Танцевать и мечтать
Преодолевать все жизненные невзгоды”

И они скорее натыкались друг на друга, чем танцевали, и Иккинг смеялся так сильно, что едва мог подпевать, и всё это было совершенно нелепо, но Беззубик улыбался так широко, что у него болела щека, а сердце было так полно, что казалось, вот-вот разорвётся.

А потом песня закончилась под всеобщее восклицание: «И ты выйдешь за меня!» Раздались аплодисменты, и они оба разразились истерическим смехом.

«Ты танцуешь ещё хуже, чем я!» — обвинил Беззубик. — «Не говоря уже о твоём пении!»

— Ну, попробуй потанцевать с металлической ногой! — фыркнул Иккинг.

Их взгляды встретились, и смех сменился нежными улыбками. Они долго смотрели друг на друга.

Руки Иккинга всё ещё обнимали Беззубика за талию, а Беззубик всё ещё держался за его плечи. Никто из них не отпускал другого.

Взгляд Иккинга скользнул по губам Беззубика и тут же вернулся обратно. Он сглотнул.

Сердце Беззубика бешено колотилось, как будто оно знало что-то, чего не знал он.

Затем Гоббер крикнул: «Меда всем!» — и они отскочили друг от друга, широко раскрыв глаза.

Иккинг откашлялся и нервно рассмеялся, потирая затылок. — Мид?

— Я никогда этим не занимался, — сухо напомнил ему Беззубик.

— Что ж, думаю, пришло время, — пожал плечами Иккинг и направился к выходу с танцпола.

Сердце Беззубика всё ещё билось о грудную клетку, как пойманная птица.

Беззубик поморщился, впервые попробовав медовуху. Иккинг рассмеялся.

«Зачем вы это пьёте?» — спросил он, проглотив напиток.

— Потому что так теплее? — предположил Иккинг. — И потому что викинги, наверное, любят алкоголь.

“ Почему?” Непонимающе спросил Беззубик. “Это ужасно на вкус!”

— Думаю, на какое-то время это притупляет все чувства, — пожал плечами Иккинг, делая глоток из своей чашки. — Я сам никогда особо не напивался, так что не могу сказать наверняка. Я пью только в компании.

Беззубик покачал головой и посмотрел на свою чашку так, словно она могла раскрыть ему свои секреты, если бы он только хорошенько на неё посмотрел.

— Ты не обязан это пить, если не хочешь, — ухмыльнулся Иккинг. — Давай сюда.

— Нет, — упрямо ответил Беззубик. Он сделал ещё один глоток и поморщился от отвращения. — Я могу привыкнуть.

— Драконы, — Иккинг закатил глаза. — Упрямее любого викинга.

Беззубик без особого энтузиазма посмотрел на Иккинга. Иккинг лишь невинно улыбнулся.

— Иккинг! Брат! — позвал Дагур. Беззубик понял, что тот явно выпил больше одной кружки. — Давай! Мы ещё не танцевали!

— Я не знал, что нам это нужно, — пробормотал Иккинг.

— Конечно, знаем, — рассмеялся Дагур. — А теперь пойдём, мой тощий друг! И с этими словами он утащил Иккинга обратно в толпу. Иккинг беспомощно оглянулся через плечо на Беззубика. Тот лишь ухмыльнулся и пожал плечами.

Однако ухмылка исчезла с его лица, когда рядом внезапно появился Стоик. Он выпрямился.

— Шеф, — пробормотал он.

Не то чтобы он боялся Стоика. Он слишком давно знал этого человека, чтобы бояться. Но он заметил, что отец Иккинга слишком пристально наблюдает за ним с тех пор, как он стал человеком, и у него возникло неприятное ощущение, что Стоик видит его насквозь и знает обо всех его не самых благородных намерениях в отношении его сына.

Однако Стоик смотрел на него сверху вниз с усмешкой. «Беззубик», — кивнул он. «Получаешь удовольствие?»

— Да, — кивнул Беззубик. — Это... э-э... мило?

— Я видел, как ты танцевала с Иккингом, — сказал Стоик с понимающим выражением лица, делая глоток из своей чашки. — Вы казались такими милыми.

Беззубик почувствовал, как краснеет. Он ненавидел эту реакцию человеческого организма. — Эм, — сказал он, потому что что ещё он мог сказать?

— О, расслабься, — рассмеялся Стоик, хлопая его по плечу. — Ты думаешь, я слепой? Я вижу, как вы смотрите друг на друга. Это не такая уж и неожиданность.

— Это... не так? — слабо произнёс Беззубик.

«Мы с Валкой уже несколько недель ждём, когда вы двое наконец определитесь, — пожал он плечами. — Я имею в виду, я знаю, что Иккинг немного тугодум в этом плане — наверное, стесняется. Я имею в виду, посмотрите, сколько времени ему понадобилось, чтобы сблизиться с Астрид. Но, честно говоря, с вами двумя всё так очевидно!»

— Неужели? — спросил Беззубик, повышая голос.

Стоик бросил на него взгляд, полный жалости. Беззубик решил сделать большой глоток медовухи. Может, алкоголь не так уж и плох.

— Я даже рад, что это ты, — сказал Стойк после небольшой паузы. — После того как он расстался с Астрид… Ну, я волновался. Но я знаю, что могу доверить его тебе. Ты всегда так поступал. И, наверное, нет никого, кто заботился бы о нём больше, чем ты. Кто знает его лучше. — Стойк улыбнулся Беззубику с такой нежностью, что тот растерялся. — Я знаю, что уже говорил это, когда ты был драконом, — немного смущённо пробормотал он, — но я хочу сказать это снова, теперь, когда говорить стало проще. Спасибо тебе за то, что спас Хиккупу жизнь, когда я был настолько глуп, что напал на драконье гнездо. И спасибо тебе за все те разы, когда ты его спасал. Я знаю, что без тебя его бы сегодня здесь не было.

«Без него меня бы здесь тоже не было», — прошептал Беззубик.

Стоик сжал его плечо. «Я знаю, что с тобой он будет в надёжных руках, — сказал он. — И я благодарен тебе за это».

Беззубик хотел возразить, что они невместе, но слова застряли у него в горле.

— Мы с Валкой тут подумали, — продолжил Стоик, — что в доме становится тесновато, нас четверо, и как бы мне ни нравилась твоя стряпня, мысль о том, что вы двое спите в одной постели наверху, сводит меня с ума, если ты понимаешь, о чём я... — Беззубик снова покраснел и сделал ещё один большой глоток своего напитка. — Так вот, мы подумали, что есть свободная хижина чуть выше по склону. Это было бы идеально для тебя: достаточно места для твоих драконов снаружи, ведь новый дракон Иккинга огромный, и недалеко от нас, так что ты можешь прийти, если мы тебе понадобимся… Он ещё раз сжал плечо Беззубика. — Поговори об этом с Иккингом, ладно? Мы думаем, что тебе это подойдёт.

Беззубик лишь кивнул. Стоик улыбнулся и оставил его наедине с его мыслями. Беззубик уставился в пустоту, а затем допил свой напиток. Он поморщился.

— О чём ты говорил с моим отцом? — спросил Иккинг, появившись рядом с ним и заставив Беззубика подпрыгнуть. — Ого, полегче, — сказал он, протягивая руку, когда Беззубик пошатнулся. — Ты допил свой напиток, пока я ходил за добавкой?

Беззубик пожал плечами и поставил чашку на стол. «Полагаю, всё было не так уж плохо?» — пробормотал он.

Иккинг выглядел сомневающимся.

«Твой отец хочет, чтобы мы съехали», — выпалил он.

— Что? — Иккинг моргнул.

— Ну, нет, — нахмурился Беззубик. — Он сказал не совсем это. Но он сказал, что там есть дом. А в твоём доме тесно. Так что мы могли бы переехать туда. Или что-то в этом роде.

Иккинг выглядел ещё более растерянным. «Хорошо, — моргнул он. — Я поговорю с ним позже. Посмотрим, в чём дело».

Беззубик сомневался, что Иккинг правильно поступает, разговаривая со Стоиком. В конце концов, у него сложилось впечатление, что они вместе. И Беззубик не особо возражал. Но он же не мог запретить Иккингу разговаривать с отцом, верно?

У него закружилась голова.

— Похоже, тебе стоит присесть, — обеспокоенно сказал Иккинг.

— Мне кажется, мне стоит присесть, — кивнул Беззубик. От этого мир вокруг закружился.

Иккинг обнял его за талию и повёл к костру. Вокруг костра сидели парочки. Он увидел, как Эрет с энтузиазмом целуется с каким-то парнем в экипировке «Защитников Крыла». Несколько детей пекли хлеб на палочке.

Иккинг усадил его на самодельную скамью и обнял, чтобы тот не упал.

— Напомни мне, чтобы я больше никогда не разрешал тебе пить алкоголь, — пробормотал он.

Беззубик замурлыкал. Пляшущее перед ним пламя завораживало.

«Тебя сейчас стошнит?» — уточнил он.

Беззубик задумался. «Нет?» — предположил он. «Я так не думаю?»

— Хорошо, — с облегчением вздохнул Иккинг. — Давай пока останемся здесь. Я скоро принесу тебе воды. У тебя должно быть много воды.

Беззубик снова замурлыкал. Он прислонился к Иккингу, положил голову ему на плечо и закрыл глаза.

— Не засни, — сказал Иккинг с улыбкой в голосе.

“ Я просто отдыхаю, ” запротестовал Беззубик. - А тебе тепло.

Иккинг ласково усмехнулся и крепче прижал его к себе.

Викинги пели слишком громко и совсем не мелодично. Они танцевали, кричали и смеялись. Но почему-то Беззубика всё это не беспокоило, ведь он был счастлив в объятиях Иккинга.
______________________________________

3965, слов