Немного о генезисе идей Яна Гуса
Студенческие годы.
Приходской священник посоветовал бедным крестьянским родителям Яна отправить талантливого мальчика в университет, где тот сможет выбиться в люди и получит в дальнейшем возможность помогать родителям.
Приезжим студентам без дохода в Пражском Университете были положены бесплатные общежитие и стипендия. Но вместо того, чтобы делать, как сказал священник, мать Яна взяла сына за руку и пошла вместе с ним «поступать» в университет, прихватив взятку для приемной комиссии в виде пирогов и гуся (гусь по дороге сбежал), и сняла жилье в Праге. Со стороны она подала ситуацию так (она пришла на собеседование вместе с Яном), что переехала вместе с сыном и имеет тут работу, по этому комиссия посчитала, что общежитие и стипендия абитуриенту не нужны. Мать уехала, а сын остался бездомным и безработным студентом в большом городе.
Сначала Ян устроился петь в хоре, где ему при капитоле дали жилье и платили маленький оклад. Точнее, заплатили ему всего раз, и тут же выгнали за профнепригодность.
Тогда юноша начал зарабатывать тем способом, которым тогда зарабатывали многие бедные студенты в Праге - пошел в сферу сексуальных услуг. Справедливости ради надо отметить, что при определенном навыке студент, благодаря такой подработке, мог оказаться на содержании или даже жениться на богатой вдове, но у Яна общение с клиентками не заладилось... Отсюда и пошла его риторика о дьявольской сущности женщин и их греховности.
Второй его работой была продажа индульгенций.
Он на себе испытал все то, что потом будет обличать в своих проповедях. Это можно понять. Но он не мог смотреть шире. А это просто непрофессионально.
Проповедник.
И так, проповеди Гуса были во многом основаны на его личном опыте. Часто он говорил об этом напрямую. И в этом нет ничего удивительного — такой стиль проповедования был достаточно распространен.
Особое место Гус отводил в своих проповедях употреблению алкоголя. Тоже личный опыт - будучи молодым преподавателем он часто пил со своими студентами. Примечательна история, как будучи в нетрезвом состоянии он бегал с шахматной доской за одним из своих студентов, чтобы побить его ей за то, что тот его обыграл. Этим студентом был Иероним Пражский, который обыгрывал учителя не только в шахматы, но и в спорах, хотя горечь от последнего не принимала столь экстремальных форм. Также, с формулировкой «как всем известно», Гус порицал пьяный гнев с последующим рукоприкладством... у женщин. Возможно, ему часто доставалось от пьяных клиенток в студенчестве, хотя тот же недостаток Жан Жерсон подмечал у парижских сотрудниц общепита.
Занимателен тот факт, что несмотря на все женоненавистническую специфику проповедей Гуса, основными его поклонницами были именно женщины, преимущественно, аристократки. Так же Гус активно порицал чиновников, которые тоже благоволили Гусу.
Тот же король Вацлав дал три голоса чехам («Кутнагорский Декрет»), чтобы Гуса не сожгли, а Прага не попала под интердикт, когда Вифлеемского Проповедника впервые отлучили от церкви, что закончилось в скором времени смертью архиепископа Зайица и тем, что Гус стал ректором Пражского Университета. Но тут, в отличие от женщин, все прозрачно — порицая чиновников, Гус активно апеллировал к богоизбранности любой власти, тем самым косвенно укрепляя авторитет Вацлава среди горожан.
Ироничным аспектом проповедей Гуса является еще тот факт, что, осуждая продажу индульгенций и параллельно запугивая людей муками ада, он тем самым повышал спрос у населения на индульгенции, из-за чего порицаемые им церковные чиновники также несильно расстраивались из-за замечаний в свою сторону.
Примечателен тот факт, что свой экземпляр Уиклифа, на основании которого Гус начнет вести свою инновационную проповедческую деятельность, он получил от старого университетского друга юриста Есеница, так как Иероним Пражский не думал, что его любимый веселый преподаватель-пропойца сможет заинтересоваться таким произведением, поэтому не включил его в рассылку, так сказать.
Важно отметить, что до того, как Гус «заболел» Уиклифом, он уже некоторое время вел общественную образовательную деятельность, включавшую в себя реформу чешского языка и обширную социальную деятельность по ликвидации безграмотности среди горожан, в которую он вкладывал почти все свои деньги (и деньги, которые ему выделяла на этот проект лично королева Зофья). То есть он нашел свое призвание (и поддержку короны) как учителя простых людей и реформатора еще до того, как начал «нести ересь», и раньше, чем получил работу инквизитора.