Недосказанность
Подбежала к окну, только коснувшись письма поняла от кого оно. Да, было грустно, только весть от него и могла привести в себя. Быстро развернула бумагу и пробежалась глазами, от чего и сжала кулак из свободной руки, настолько сильно, что почувствовала лёгкое, но постоянное покалыванию по всей ладони.
- Он попрощался словно... - слетело с уст, поправила платье, оставляя письмо на подоконнике.
Кто-то подошёл сзади, не зная почему сделала несколько шагов назад, не поворачивая головы. Хотела верить своему чувству, ведь его точно бы смогла разлисить, пусть ход все мужчины собрались бы под её окном. Особая энергия, что придаёт сил, не позволяет заплакать в самые сложные минуты.
Это кто-то другой, опасности не чувствует, а внутри что-то не так, у самого сердца. Так дивно, глаза не светились уже, а надежда начала гореть тем самый ужасающим пламенем. Как же странно, что не может резко развернуться, как при ссорах с сыном-падишахом. Даже при всём желании. Словно что-то сковало все движения с какой-то скрытой целью.
Прикоснулись пальцы к плечам, как-то достаточно резко и с некой тяжестью. Так мог коснуться лишь один паша, от которого совсем не стояло ожидать чего-то хорошего. Кесем Султан сама выжидала когда тот скрыто предаст. Не могла доверять уже достаточно давно, только одно могло быть исключение.
- Скажите о том, что Вас так беспокоит. Это видно.
- То, что в моих покоях находится мужчина. - холодно заметила и посмотрела на массивную дверь, которая вела на террасу.
Ту самую, где столько мечтала о нём, единственном в своём совершенстве и приносящий массу новых тревог. Раньше ни о ком так не думала, столь откровенно и отчаянно, будто бы больше ничего нет в её мире, пусть она и зарылась в документы и дела вакфа, которые тоже требовали много писанины, от чего боялась превратиться в писаря с усталостью и без чувств. Почти. Ведь никогда бы не лишилась их как человек, сердце было слишком уж большим.
- Слишком не гостепреимно, султанша. - этот голос, теперь поняла о чём напоминал.
Перс. Слышно по самой речи, особенно когда они начинают льстить, пускай и пытаются то скрыть.
Холодно становилось, камин был уже достаточно далеко, а паша близко. Хотелось провалиться сквозь землю, ли шь бы не видеть его противной ухмылки.
И всё из-за недосказанности....