Вихрь эмоций
Вечер был чудесным, наполненным смехом и разговорами. Все собрались у Дианы Барри, как и планировалось, в её уютном доме, который был украшен огоньками и цветами. Атмосфера была торжественной, но в то же время домашней, всё напоминало старые добрые времена. Я выбрала для этого события своё лучшее платье — бирюзовое, пышное, которое плавно ложилось на пол, и решила сделать кудри, как когда-то я мечтала. Казалось, что это вечер, когда можно забыть обо всех заботах и просто быть собой.
Я шла к дому Дианы, сердце немного сжалось от волнения. Весь этот год я пыталась не думать о нем. Я заставляла себя забыть, закрывала глаза на воспоминания. Но сейчас, когда я снова была здесь, среди этих знакомых лиц, каждый шаг казался как возвращение в прошлое. Я встретила Диану, и её лучезарная улыбка снова наполнила меня теплотой. Она была прекрасна, как всегда, в голубом платье, с высокой прической, что подчеркивала её элегантность. Мы обнялись, радостно переговариваясь, и тут мои глаза скользнули по комнате.
Я увидела их — Джози, Руби, Джейн и Тилли. Все они были такими же, как раньше. Смех и разговоры, знакомые голоса, и я чувствовала, как часть моего сердца возвращается в эти мгновения, которые были так ценны и ярки. Я поспешила подойти к ним, но вдруг... моё внимание привлек кто-то другой.
Он стоял там, в группе своих друзей. Гилберт. Мой мир как будто перевернулся. Я не ожидала этого. Всё, что я пыталась забыть, вернулось ко мне, и его присутствие словно растопило все мои защитные барьеры. Его волосы, короткие, но всё ещё с теми самыми кудрями, которые я когда-то так любила. Его глаза, такие знакомые, полные того же огня, который когда-то освещал наши взгляды. Он улыбался, и в этот момент я почувствовала, как весь воздух вокруг меня стал плотным, как если бы пространство сузилось, оставив только его и меня.
Но как только наши взгляды встретились, его улыбка исчезла, а на его лице появилась какая-то непонятная эмоция. Что-то между шоком и болью — я не могла понять. Это было настолько знакомо и болезненно, что мне захотелось отвернуться. Я быстро отвела взгляд, будто пытаясь скрыться от этой боли, от этих воспоминаний. Но вместо того, чтобы отступить, я подошла к своим друзьям, и хотя я пыталась скрыть свои чувства, сердце колотилось так сильно, как будто оно не могло успокоиться.
Гилберт
Гилберт наблюдал за ней, и что-то внутри него сжалось. Когда его взгляд встретился с её, все вокруг будто исчезло. В животе закружились бабочки, как в те дни, когда они впервые встретились, когда все было так неопределённо и сложно. Воспоминания нахлынули с такой силой, что ему стало трудно дышать. Он вдруг вспомнил те моменты, когда они тихо говорили друг с другом, обмениваясь взглядами, полными надежды и страха одновременно. Как много он тогда чувствовал, но как мало понимал. Он вспоминал тот день, когда она уехала, и как это чувство оставалось в нём ещё долго после её исчезновения.
Но вот, она была здесь. Реальная. Живая. И его сердце снова застучало так, как оно когда-то стучало для неё. Но когда она отводила взгляд, когда её глаза избегали его, он почувствовал резкую боль, словно её взгляд был для него последним. Она отошла к друзьям, и Гилберт ощутил, как реальность возвращается к нему. Он попытался вернуть себе привычную осанку, продолжив разговор с друзьями, но в его голове было только одно: она была здесь, она была рядом, и всё, что он пытался забыть, снова вернулось, как тень, которая не отпускала его.
«Ты можешь её забыть», — говорил он себе. Но его сердце, его душа, каждая клеточка тела знала, что это невозможно. Он снова захотел взглянуть на неё, но вместо этого тихо вздохнул и продолжил беседу. Но внутри его что-то всё ещё трещало.
Энн
Весь вечер был наполнен светом, смехом и дружескими разговорами. Мы сидели за столом, где была разложена домашняя еда, и, конечно, наливка, которую Диана привезла из дома. Вино чуть согревало, и веселье становилось всё ярче с каждым моментом. Мы смеялись, разговаривали, вспоминали прошлое и радовались тому, что снова все вместе, после стольких лет. Уже восемнадцать, уже взрослые, но всё же так молоды в своих душах, так живы в этом круге. Время не касалось нас, по крайней мере, в эту ночь. Все вокруг казалось таким знакомым и одновременно новым. Мои щеки горели от смеха и вина, а голова слегка кружилась от этого чувства свободы, от веселья, которое пронизывало воздух. Всё это было чудесно, но в то же время, каждое мгновение было будто разорвано на части, когда я чувствовала его взгляд.
Я старалась не думать о нём, старалась сосредоточиться на разговорах с друзьями. Джози шутила, Руби рассказывала, как прошло её лето, Тилли смеялась до слёз. Мы вновь были теми людьми, которыми когда-то были, когда казалось, что время не имеет силы над нами. Но его взгляд — я не могла не заметить его. Он был где-то в углу моего восприятия, всё время рядом, как невидимая тень. Я видела, как он украдкой следил за мной, как его глаза, полные тоски и чего-то ещё, встречались с моими. Но я не могла понять, что именно они пытались мне сказать. Это было болезненно. И я не могла позволить себе думать об этом. Я смеялась с друзьями, поддерживала разговор, наслаждалась тем, что мы снова все вместе, несмотря на расстояния, несмотря на время.
Гилберт
Гилберт чувствовал, как лёгкое опьянение от наливки смешивалось с чем-то гораздо более сильным и личным. Он смотрел на неё, и это чувство было намного более насыщенным, чем любая выпивка. Это был тот самый момент, когда взгляд, жест, улыбка, запах — всё, что было связано с ней, снова становилось важным. Каждый её жест, каждое слово, произнесённое ей, казалось, проникали прямо в его душу, как старые, давно забытые воспоминания. Он был не только немного пьян — он был пьян ею. Её образом. Её светом.
Когда он был с Унифрэд, он думал, что это было правильное решение. Он думал, что так будет лучше. Но его душа не обманула его. В конце концов, через полгода, он понял, что она не была тем человеком, с кем он мог бы быть. Он бросил её. Это было мучительно, но он знал, что поступил правильно. Единственная девушка, о которой он не мог забыть — это Энн. Он каждый день думал о ней. Она была тем, о чём он не мог не думать. Он считал себя полным дураком, когда решил, что мог бы построить что-то с другой. Он был с ней, но её образ не покидал его, как тень, как постоянное воспоминание, которое не отпускало.
Теперь, когда она стояла перед ним, такой нежной, красивой, сияющей, всё его тело, вся его душа тянулись к ней. Она была как свет, и всё в нём отзывалось на неё. Он не мог оторвать глаз. Как же она изменилась и как осталась такой же — это было чудо. Но всё, что он делал — сидел, молчал, наблюдал. Он не знал, что сказать. Он был пьян, но это было не от алкоголя. Это была она. Эта неиссякаемая сила, которая возвращалась в его жизнь. И его сердце, его душа, они снова были живыми, потому что она была рядом. Он уже не мог так долго скрывать эту боль и тоску, которые были частью его жизни с тех пор, как она уехала.
Когда их взгляды встретились, всё вокруг как будто затихло. Звуки разговоров, смех — всё исчезло на мгновение. Он был только она и он. Мгновение длилось вечно, и в этом взгляде он снова прочитал всё, что он хотел узнать. Она видела его, она чувствовала его. И боль в её глазах, она была такой знакомой. Ему стало тяжело дышать, сердце ускорилось, и он понял, что она всё ещё его мучает, как и он её. Всё было так неправильно, но в то же время так правильно. Он снова почувствовал ту связь, которую когда-то прервал. И теперь, смотря на неё, он не знал, как быть, не знал, что делать с этим чувством. Но одно было ясно: он не мог её забыть.