Город летних снов

Руку лизнуло что-то мокрое и тёплое.

- Тявк.

Глаза открылись, и предстала четырёхлапая обояшка - Шарлотта, милый золотистый ретривер Одры. Она поставила свои лапки мне на пуф. Волнистая карамелевого цвета шерсть так и манила зарыться пальцами и погладить её. Последствия недосыпа сказались на моих затёкших ногах и страдающей шее.

Одра разговаривала с Майн.
- ЧТО, ЕЩЁ ОДИН РАЗ Я НАДЕЛ КОСТЬЮМ ЕНОТА? ДА НИ ЗА ЧТО!
- Почему нет? Он очень подчёркивает твои синяки под глазами! Советую в нём на выпускной идти!
- Да ни за что, мисс Странное Хобби.
- Привет, Одра...
- И тебе. Уговори его примерить пару вещичек!
- Извини, но мы обещали помочь сегодня Лоле.
- Роуз, той девчонке с фестиваля?
- Да, можем предложить в помощь Люка.
- Он одного роста со мной, но в объёме груди больше, - отозвался Майн, играя с Шарлоттой рядом.
- Уговорили, давайте его номер.

После пяти минут разговора Одра ушла, а мы позавтракали.
Давно заметил, что интерьер его дома темнее, чем у меня. Пересекая коридор, вдвоём шли к кухне.

Было семь часов утра. Стал замечать сразу, когда он начинает волноваться. Его глаза бегали от моего взгляда, и он ёрзал на стуле. У него сейчас хуже всего получается скрывать тревогу. Пока он сам не захочет поговорить, смысла лезть в голову я не вижу. В комнате витала тишина.

- Немного тревожно в последнее время ходить по улице даже днём. Слишком много... людей, - с беспокойством сказала, хотя холодное выражение безразличия не выдавало её эмоций и беспокойства.
- Ты не доверяешь Энни, - выдал Майн, посмотрев внимательно в глаза девушки.
Лола от удивления раскрыла глаза.
- Нет, нет! Ты что. Дело не совсем в нежелании Энни идти на службу. Не хочу её беспокоить и заставлять переживать.

Майн держал свою белую чашечку у рта и не делал ни единого глотка, а просто смотрел на угол стола, где была фруктовница. На красное большое яблоко.

-Думаю, нам пора. Встав, я направился в коридор к прихожей. Рука стала подрагивать с кружкой чая.

- Вздох.
Майн встал и оставил кружку не допитого чёрного чая на столе. Солнце заливало половину внутренней части чашки, высветляя, пронизывая янтарную массу напитка.

Задев и даже не заметив, стал надевать красные кеды и вышел за дверь.
Не услышав стук упавшего яблока, покатившегося по полу и вставшего гнилой стороной вверх к потолку.

Договор был встретиться на Лэйлбол-стрит через два квартала от церкви.
У знака перехода дорогой нас ждала Лола.
- Доброе утро.
- Привет.
- И тебе доброе... - с неохотой выдавил из себя Майн.

Почти молча мы дошли до церкви.
Центральная церковь в действительности поражала своей красотой.
Крыша остриём стремилась вверх, здание поражало своей чистотой белого цвета. Фиолетовые витражи отражали отрезки солнечного света. Большая чёрная дверь открыта, и у входа практически все люди уже зашли. Я с Лолой прошли к ним.

Обернувшись назад, увидел застывшего Майна, смотревшего вверх - наверное, на кончик крыши, который украшал символ церкви: голова ягнёнка в круге, во лбу которого зиял полумесяц.
- Майн?
- Иду...

Воздух был тяжёлым и пропитанным лавандой и воском. Летали приглушённые голоса и шёпот прихожан. Белый свет шёл по центру церкви, а половины по обе его стороны - в полу темени, где мы и находились.

С потолка свисали фиолетовые ткани, украшенные серебряной вышивкой и луной по центру. По бокам белые колонны украшали стены. Шторы из шёлка, ковёр по центру тёмно-фиолетового цвета тянулся до амвона священника и белого алтаря со статуей Богоматери, вокруг которой овцы.

Авель был не обычным священником, а епископом всех церквей города. Статный мужчина в своей робе с длинными белоснежными волосами до локтей, голова которых прикрыта головным убором. Он благоговейно здоровался со всеми верующими и улыбался им.

Вдруг его взгляд попал в нашу сторону. Его чёрные глаза смотрели с полминуты, и он отвлёкся. Холодок прошёлся по всему телу.

Мы сели в шестом ряду с правой стороны, ближе к колоннам. Майн сидел последним в ряду, полубоком, как будто в любую секунду сбежит.
Зал неожиданно затих, и служба началась.
Священник начал с приветственной речи:
- Милые вы мои верующие люди. Я очень благодарен, что вы решили посетить службу, вознести молитву нашей богине и очиститься.

Мягкий голос ударился от стен и доносился в голове звоном. Майн начал переминать пальцы.

- Особую благодарность хочу выразить людям, сделавшие пожертвования в церковь на нужды сирот, школ и приютов.

Улыбка и мягкий тон не исчезали на протяжении всей проповеди. Выступил пот на висках. Майн схватился за грудь и смял футболку в этом месте, он начал резко дышать, согнувшись, и закрыл уши руками. Не успев дотянуться до его плеча, он вскочил и сквозь зубы сказал, что выйдет подышать.

- Я на 5 минут...

Выглядел так, что ещё минута - и его стошнит.
Лола села впереди с какой-то женщиной, знакомой её бабушки, та потащила её за собой на разговор. На службе они сидели вместе.

Беспокойство скрутило живот, непривычный запах ухудшал самочувствие.

- Впервые вижу вас тут.
Слева от меня прозвучал голос девочки лет десяти.

- А?
- Меня зовут Лили, а вас как? - девочка улыбнулась, протянув руку для рукопожатия.

Лили сидела рядом, в светло-голубом платьице и чёрных лаковых туфлях. Распущенные блондинистые волосы цвета колоса и с заколкой ромашкой.

Пожав ей руку аккуратно, паника стала отступать, и перестал ощущать запах лаванды.

- Тётушка Хильда говорит, что разговоры помогают человеку отвлечься и успокоиться.

- Хех, ну что ж, она была права.

- Почему вы пришли сюда?

- Потому что друг попросил.

- Он, наверное, тебе дорог?

- Все мои друзья для меня важны. Было время, когда не было и одного...

- Ты почему тогда сюда пришла?

- Мне не очень хорошо в последнее время, голова иногда болит, и я прихожу сюда помолиться.

- И помогает?

- Да, после этого мне становится тепло и хорошо. Думаю, Фобитора за всеми присматривает и всех любит! Я ей рассказываю, как день прошёл и как дела у Печеньки.

- Печенька - твой пёсик?

- Да, мой единственный друг...

- Если помолюсь, мне станет легче?

- Если ты сделаешь это искренне, то, думаю, она тебя услышит и подарит много, много друзей!

- Хех, думаю, да.

Направив взгляд вперёд, задумался об искренности этого ребёнка, с какой уверенностью, доверием и любовью она преподносит своё маленькое сердце вере. Иногда так не хватает просто верить, не сомневаться, а быть уверенным безусловно во что-то, что тебя не предаст.

После хора служба кончилась. Я попрощался с Лолой и Лили, искал у ворот Майн и звал его. Ко мне подошёл парень в чёрной толстовке и рваных джинсах и передал сложенную бумажку.

Чёрной ручкой было написано:

«Если хочешь ещё раз увидеть своего друга в целости и сохранности, приходи к складу за новой фармалогической фабрикой. В 22.
С любовью, Д.»