Часть 21. Письмо
Утром Антон щурится от пробивающегося сквозь шторы света, который слишком яро слепит глаза. После выпускного прошло уже двое суток, в хорошем отходняке, с таблетками и минеральной водой, в полном беспамятстве. Сегодня должно состояться ЕГЭ по математике и вспоминая это, парень переводит взгляд на мерцающий экран телефона. На однотонной заставке чёрным по белому написано «10:13», Шастун резко подымается с кровати, едва не теряя равновесие, и бежит: обуваться, одеваться и делать всё подряд и одновременно, лишь бы не опоздать. Хватая паспорт и другие нужные бумажки с конспектами, парень проскальзывает через входную дверь, быстро закрывая её за собой. Срывается с места, пытаясь успеть дойти до метро, а оттуда уже добраться до нужной ему школы.
В трясущемся вагоне юноша повторяет конспекты и формулы. Пытаясь привести, не до конца отошедший от сна мозг, в нормальное функционирование. Экзамен начинается ровно в 10:40 и кажется, что Антон, вполне себе, успевает приехать вовремя. По прибытию у него остаётся ещё около десяти минут в запасе, поэтому половину от этого времени он тратит на перекур, а всё оставшееся — уходит на то, чтобы зайти в школу, где ранее он не был и направиться в поиски нужной аудитории. В малознакомом помещении он ориентируется довольно плохо, но проходя на второй этаж, где среди толпы неизвестных ему одиннадцатиклассников, он встречается взглядом с приветливой одноклассницей — проходит к нужной аудитории. На двери весит распечатанная надпись «Соблюдайте тишину, идёт экзамен», но гул возле входа в аудиторию стоит ещё некоторое время, пока всех не пропускают внутрь.
Пробники Шастун решал хорошо, да и само ЕГЭ казалось легче некоторых задач из сборников, которые он решал ранее. Антон один раз выходил в туалет, но даже не для того, чтобы списать, а когда уже почти закончил — на перекур. Нервы, всё же, чуть шатались и он думал осторожно покурить в кабинке туалета, самая крайняя находилась возле открытого окна и давала возможность не выходить на улицу. Но в проходе парень встретил одного из тех самых «подставных учеников», который почти слёзно спрашивал есть ли у него шпаргалки. Шастун всю эту «историю» знал и ничего в ответ не говорил, списывать он — не планировал, так что расстроился лишь тому, что не сможет сейчас покурить.
***
Выходя из здания школы, Антон идёт размеренным шагом, желая растянуть свою прогулку до дома. Теперь он раздумывает о том, удачно ли он сдал экзамен, ведь появляются небольшие сомнения. Шастун бежал, хотя скорее даже летел, к этой школе, с огромными передышками, чтобы успеть, а сейчас появилась возможность прогуляться спокойно. Он передвигается большими, но медленными шагами, ничего кроме прошедшего экзамена не попадает ему в голову. Он нервно перекручивает кольца на пальцах, пытаясь вспомнить, можно ли было решить какую-то из задач по-другому, или он сделал всё верно?
Телефон вибрирует в заднем кармане и Шастун просовывает руку, доставая гаджет. На экране высвечивается системное уведомление от настроек, но на него парень не обращает внимания: он смотрит на дату. Некоторое время не может понять, что его смущает, но как только понимает — вспоминает одну важную вещь, о которой он забыл в суматохе из-за подготовки. Теперь он срывается с места, лишь бы быстрее добраться до дома.
Шастун впопыхах проворачивает ключ в замочной скважине, в коридоре быстро стягивает с себя обувь, наступая на пятки. Такое ощущение словно это «что-то», что уже год мирно лежит у него в тумбочке, сейчас может куда-то убежать, исчезнуть. Парень быстрым шагом преодолевает коридор, заходит в свою комнату и садиться на пол перед тумбой. Она была маленькой и представляла из себя «коробочку» с двумя шуфлядками. В верхней находится всякая мелочь: наушники, какой-то одеколон, ещё кучка забытого хлама, и кстати, почти новая пачка сигарет! Антон прятал её туда, под кучу вещей, на случай, который называют «чёрным днём», но он так и не наступил. Нижняя шуфлядка остается же почти пустой, иногда там находился ноутбук и зарядка для него, но сейчас там в одиночестве лежит только подписанный конверт. Ради которого, собственно, парень так рвался попасть домой.
Шастун переводит дух, пока крутит запечатанную бумажку в руках и всё ещё думает, стоит ли ему его открывать. Сомневается, не станет ли хуже, от знания того, что написано в письме. Руки начинают потеть, а дыхание моментами сбивается. Верно говорят: перед смертью не надышишься. Сердце постепенно уходит к пяткам, когда парень по сантиметру, медленными движениями начинает его открывать, отрывая от липкого слоя бумагу. Листок «А4» сложен вдвое, чтобы помещаться в конверт, юноша делает последний глубокий вдох и на выдохе разворачивает лист.
В первую очередь из него выпадает распечатанная фотография, маленькая, она скорее всего поместится даже в чехле для телефона. Антон ненадолго откладывает письмо и пробегает глазами по фотографии. Он конечно не помнит, когда её сделали и поначалу не понимает что к чему, но потом вспоминает ту ночь:
Вожатый пододвигается ближе к сонному юноше, давая его голове приземлится на более удобное место — своё плечо. Антон не замечает происходящего в полусонном состоянии, но теперь у него получается расслабиться и нормально заснуть. Арсений смотрит в пустоту, сидя на балконе и глупо улыбается осознавая всю эту ситуацию. Шепчет вслух что-то неразборчивое, но Антон его уже не слышит. Вожатый проверяет отключён ли звук на его телефоне и делает селфи на котором его лицо видно лишь на половину, а основная часть снимка занята лицом спящего мальчика.
Шастун содрогается смотря на маленький клочок бумаги, в котором содержится целое воспоминание. Сердце начинает стучать быстрее, а к горлу кажется подступает ком, который хочет выбраться наружу вместе со слезами. Красивая фотография, от которой не плещет разлукой и потерей друг друга. Антон откладывает её, предварительно ещё раз пробегая взглядом по еле заметной улыбке мужчины на ней и возвращается к письму.
Шастун не начинает вчитываться в текст, лишь просматривая сам лист. Почерк каллиграфический, слишком идеальный. Парень запрокидывает голову к потолку, ощущая что слёзы вот-вот могут выйти наружу и глубоко дышит. Всё ещё вспоминая, что «смерть» в лице знания, уже не избежание, когда он держит письмо в руках. Проходит ещё несколько минут, прежде чем Антон, всё-таки, возвращается к тексту, через силу начиная его читать.
«Привет, Антон! Надеюсь ты читаешь это как я и просил, только следующим летом.
Как прошёл учебный год? Как провёл выпускной? Как там ЕГЭ? Решил куда будешь поступать? Я всё хочу узнать, позвони мне или напиши пожалуйста!
Я пишу это, за день до вашего отъезда, завтра ты уже будешь дома и я буду очень скучать.Много чего хотелось сказать тебе всё это время, но знаешь — я был твоим вожатым и по «политике работы с детьми» я не мог себе этого позволить. Я не знаю, решился ли сказать тебе некоторые вещи перед твоим отъездом, но думаю, что дня на размышления мне всё-таки не хватило...
Надеюсь, что сейчас у нас всё хорошо и мы счастливы вместе, я много думал все эти две недели, о тебе и о том, какой ты удивительный человек. Хотел извиниться за всё то, что я мог сделать или сказать не так. С завтрашнего дня я уже перестану быть твоим вожатым и поэтому сейчас я могу договорить то, о чём я молчал:
Ты не такой как они все — для меня ты особенный
Я не интересуюсь людьми младше меня, Антон, но ты слишком удивительный. Удивительный случай.
Ты уже не ребёнок, хотя я никогда тебя им и не считал, тебе исполнилось восемнадцать, порылся в бумагах недавно, чтобы узнать, когда у тебя день рождения;)С прошедшим, Антош! Хотя думаю я и без того тебя уже поздравил.
Пожалуй это всё, не забудь позвонить мне после прочтения!»
И маленькое нарисованное от руки сердечко в уголке листа.
Антон бегает взглядом по написанному, не понимая, что из этого всего бьёт сильнее: забота и внимание, это ласковое «Антош» или то, что сейчас ему по всей видимости ответили на чувства, правда было уже слишком поздно. Парень сжимает клочок бумаги, на него сверху капают горячие слёзы, которые сейчас он уже не может сдержать.
— Почему вы сбежали от меня, Арсений? — надрываясь, через силу и ком в горле шепчет парень, жадно хватая воздух и вытирая слёзы стёкшие до подбородка.
От всех строк исходит столько чувственности, это всё слишком любезно и несвойственно, со стороны мужчины. И ведь могло у них быть всё хорошо и могли они быть счастливы «вместе». Шастун даже на секунду улыбается, снова перечитывая написанное, но улыбка сходит, когда он вновь разбивается о существующую реальность. Вспоминая, что сейчас это всё невозможно, и что сейчас это всё, словно только в его голове. Антон навсегда сохранит воспоминания о том, что с ним случилось, а Арсений, вероятнее всего, даже будет сожалеть о том, что сделал.
Сейчас, все произошедшее когда-то, застряло в буквах и словах этого письма. Потому что за ним, в реальном мире, этого всего уже не существует. Нет Арсения, его успокаивающего голоса, голубых глаз. Нет той любви и трепета, с которыми были написаны все предложения на этом листке. Нет ничего, кроме острой, бьющей прямо в самое сердце боли. Она не пропадает, не оседает на дне, не развеивается. Боль остаётся, горит не так сильно, но до сих пор оставляет ожоги.
В глубине своего сознания, парень упрямо пытается найти ответы, на тысячи возникающих в голове «почему?». Он до самого конца пытается оставаться честным, с самим собой, но не может найти ни одного ответа, даже на самый простой вопрос: «почему я всё ещё на что-то надеюсь?»
На данный момент Антону необходимо вернуться к жизни, не забыть об остальных экзаменах и о поступлении. Ему нужно помнить, что жизнь, вероятнее всего, наладиться, когда он наконец-то переедет в столицу к друзьям. Жизнь останется такой же пустой и в ней, наверное, навсегда будет оставаться пробел, который раньше заполнял Арсений. Скорее всего, он никогда не узнает, что случилось и почему мужчина решил так поступить. Но сейчас он будет знать лишь одно: видимо это было взаимно и возможно на это были причины.
Эмоций много и все они противоречат друг другу, всё ещё хочется плакать и дышать по прежнему трудно. Антон поднимает с пола фотографию и осторожно вкладывает её в лист помятой бумаги. Письмо заворачивается обратно в конверт и отправляется в ту же самую тумбу, где оно ранее пролежало весь год. Сам Шастун медленно поднимается с колен, перебрасывая уставшее тело на кровать и закрывает глаза.
***
Осознай свои проблемы. Пересмотри свои приоритеты. Анализируй прошлое, Спасая своё настоящее. Наберись от этого опыта, А не живи этими событиями. Являйся личностью.
Докажи, чего ты стоишь, Игнорируя клеветников. Соберись с мыслями, Такое случается с каждым, А значит и ты с этим справишься. Навсегда ничего не бывает, Цикличность тоже несёт последствия! И если ты сможешь отпустить, Являться будешь снова собой.
Всё звучит сумбурно и довольно странно, но подобным фразами, текстами и словами — Антон успокаивает себя ещё очень долгое время. Каждая из этих фраз, помогает отпускать произошедшее и помогает простить, пытаясь забыть. Когда чаша весов с отчаянием перевешивает ту, что со здравым смыслом — парень всячески пытается переубедить себя и свои же мысли, настроится на то, что на самом деле всё хорошо, даже если моментами всё было совсем наоборот.
Жизнь шла на лад, юноша сдал все экзамены, написал в телеграм канал, что смог поступить. В комментарии посыпались поздравления от друзей и одно от незнакомого абонента, без имени и фото и со скрытым номером. «Молодец, Антон!» — всё что было отправлено и парень думал какое-то время над тем, кто это мог быть. Автор данного комментария не был подписан и парень решил для себя что это тот самый, его личный «фанат», хотя таких скорее называют «сталкерами».
Сейчас он живёт в Москве, пока что у Димы, а уже ближе к сентябрю, за пару дней до начала учебного года, переедет в общежитие. Он как и хотел, смог поступить на бюджет и попасть в список людей на жительство не составило особого труда.
Всё шло своим чередом, Шастуна окружали друзья и он был счастлив, сейчас просто счастлив. Никто в компании никогда не затрагивал тему с Арсением, все это считали чем-то вроде «красного флага», и Антон начинал постепенно отпускать. Забыть всё произошедшее он никогда уже не сможет, но медленно отрывать от себя ту часть воспоминаний, начал. Он не злился на мужчину, но сейчас уже не отдавал себе отчёта в том, как именно к нему относиться, он просто предпочитал об этом не думать. Антон смог со временем спокойно и без лишних мыслей, засыпать без сообщений о новостях Арсения. Дима сильно ему помогал, даже просто своим присутствием, конечно и с остальной компанией ребят ему тоже было спокойнее, пожалуй, если бы их не было, парню приходилось бы сейчас намного сложнее.