Опасная дистанция

До контрольной по биологии остаётся два дня, а до начала долгожданных всеми зимних каникул всего четыре. Экзамены по всем остальным предметам были сданы ещё на прошлой неделе. К счастью Антона — на почти отличные оценки. Все четверки, кроме истории, по ней у юноши тройка. В тот день была запланирована и контрольная по биологии, но её перенесли: уже не первый раз. Словно этими действиями специально оттягивали неминуемый для Шастуна стресс. 

 За оставшееся время нужно сосредоточиться на всём материале, что они изучали с Арсением ранее, учитель из него и вправду отличный, однако даже осознание того, что впервые за всё время ты понимаешь предмет — не придает особой уверенности. Завтра понедельник и биологии в расписании нет, от этого мысль о походе в школу не такая тревожная, скорее ослабленно-равнодушная, ведь можно будет отдохнуть от наседающих слов преподавательницы и вспомнить о них лишь во вторник — в день экзамена. 

 Сейчас, когда парнишка не работает все выходные напролёт — дни проходят довольно лениво: просмотр фильмов или сериалов, периодические перекуры и диалоги с друзьями, не очень напряжно, но на то они и выходные. Укладываясь спать, после очередного дня проведённого в подобной рутине, Шастун откладывает телефон в сторону, предварительно пожелав спокойной ночи своему временному преподавателю, с которым сегодня у них был последний урок — чтобы прогнать в голове всё изученное за последнее время. Теперь, каждый раз, когда он укладывается спать, Антон непроизвольно вспоминает все события, произошедшие в его жизни за последние несколько месяцев. Так, что ли, на душе спокойнее, то ли ощущение одиночества, которое он постепенно снова начинает испытывать по приезде домой, уходит. 

 Последний глубокий вдох, перед тем как окунуться в сон преддверий последних двух дней учёбы. И через полчаса юноша уже тихонько сопит у себя в постели.

***

В горло поступает комок, вероятнее всего из-за избыточно ярких эмоций, которые Антон сейчас испытывает. Наполовину тусклое помещение, освещение в котором обеспечивает лишь прикроватная лампа, и то свет которой из-за явной желтизны — не очень то и меняет общей картины. Шастун словно впечатан всем своим телом в кровать и ему сложно, или попросту не хочется делать лишних движений, лишь бы картинка не поплыла и он мог продолжать так чётко наблюдать за происходящим. 

 В комнате довольно жарко, скорее всего, из-за накаляющейся обстановки событий, но это скорее предаёт ещё большей атмосферы, чем смущает юношу. Сюда не доносятся абсолютно никакие посторонние звуки и в мрачном освещении комнаты сейчас сосуществуют только двое. Рубашка в которую одет Антон уже слегка поджимает горло и не даёт кислороду полноценно поступать в легкие, но он не спешит расстёгивать её сам — ему хочется предоставить это дело человеку, который сейчас оценивающим взглядом рассматривает уже заждавшегося юношу. 

 Мужчина постепенно подходит к кровати и опускается на её край, Шастун спускается чуть ниже, для того, чтобы оказаться ближе к рукам, которые тянуться в его сторону. Когда они уже достаточно близко, парень наконец-то может насладиться выступившим из тусклой комнаты лицом своего компаньона. Он обводит взглядом каждый сантиметр его облика, цепляясь за каждую деталь: изгибы лица, родинки, обворожительные длинные ресницы. Но самое прекрасное в этом портрете — глаза. Бескрайний океан, бушующее море, небо без единого облачка, их можно описывать бесконечно. Затаив дыхание парень ждет момента, когда мускулистые на вид, но на самом деле до жути нежные руки Арсения, коснутся сначала его лица, а потом окажутся на шее, плечах, ключицах... Ждет пока эти руки начнут одну за одной, расстёгиваться пуговицы на его рубашке, а затем и вовсе снимут её. Ощущать его прикосновения — это поистине лучшее, чего можно желать в тот момент, хотя самое лучшее только впереди. 

 Антон словно начинает таять от прикосновений мягких губ к его коже, он чувствует как дорожка из поцелуев, идёт от его пылающих огнём щёк и постепенно спускается к шее. Расстёгивая только первые несколько пуговиц, чтобы ткань можно было спустить с плеч, дорожка продолжает свой путь: простираясь вдоль ключиц, а затем уже ниже к грудной клетке. Мурашки пробирают его всего, и сквозь жар резким ударом накатывает холодная волна дрожи, неизвестно откуда взявшаяся и наполняющая всё его тело. 

 Шастун резко поднимается на локтях, из той комнаты снова оказывается в своей: серой и холодной. Резко открывшееся окно, на старых петлях, окутало всю комнату холодным, уже зимним ветром. 

 — Сон, — шепчет вслух парень, вставая с кровати, чтобы закрыть окно и избавиться от противного мороза. 

 Он часто думал об Арсении, представляя их отношения в более романтическом, нежели сексуальном плане, но то что приснилось, ему определённо понравилось. Однако, всё это казалось парню чем-то странным, ведь будь это кто-то другой, за прошедшее время он бы уже вероятнее всего забыл, отпустил, «переключился» на что-то иное от чувств. Но одни только мысли о мужчине доставляют ему столько счастья, даже если всего того, что он видит во снах никогда не произойдёт. 

 На улице с утра ни чуть не теплее, на дворе, как никак, конец декабря и даже лучи изредка проступающего солнца уже не греют. Сегодняшний день легкий, уроков мало и делать на них особо нечего: оценки уже известны, а присутствие лишь формальность. 

 Вокруг уже полным ходом кишит новогодняя атмосфера.Холл в школе уже прикрашен старыми, ежегодно одинаковыми,украшениями, которые во время остального учебного года, пылятся в коробках актового зала. Разноцветные дождики, маленькая ёлка с пластмассовыми игрушками и вырезанные ещё пару лет назад снежинки, из белой и синей бумаги. 

 Дома у Антона уже несколько крайних лет не существовало ничего новогоднего, родители и в такой, казалось бы большой праздник, остаются неизменно верными работе, поэтому в их семье — это и праздником назвать нельзя. В этом году всё останется таким же неизменным и радует только то, что парень уже купил билеты в Москву и третьего января выезжает на встречу к друзьям. 

 За последнее время, в постоянных занятиях и контрольных, Шастун никак не успевал сообщить об этом Диме, поэтому сейчас, после окончания учебного дня, он печатает краткое сообщение, чтобы узнать не занят ли сейчас его друг. Получая лаконичный и греющий душу ответ: «Для тебя свободен почти в любое время дня и ночи», парень подносит телефон к уху и ожидает пока гудки прервутся и начнётся диалог. 

 — Привет, у меня для тебя есть радостная новость, — сразу как снимают трубку молвит парень. 

 — Я весь во внимании, — слышится по ту сторону действительно заинтересованный голос Димы. 

 — Я купил билеты в Москву, третьего ночью выезжаю и ближе к утру уже буду у вас, — радостно сообщает юноша. 

 — Наконец-то, а я то думал, говоришь «скоро, скоро» да всё никак не отвечал когда именно, — Дима делает легкую паузу перед тем как продолжить, — пойду скажу маме, чтобы она готовила гостевую комнату, полагаю жить это время ты будешь у нас. На сколько кстати приезжаешь?

— Пока что всего на неделю, но думаю мы успеем наверстать всё пропущенное позже, когда я разберусь ещё с некоторыми вещами, но это будет уже летом, — сообщает Антон перед прощанием с другом, пока что точно не конкретизируя суть своих слов, он ещё сам до конца не решил, но уже почти уверен куда переедет, а в будущем и поступит там в университет, после школы. 

 Шастун спешит попасть домой по уже заснеженным и покрытым гололедом дорогам, чтобы побыстрее оказаться в тёплом помещении. Он не особо любит зиму, ничего радостного в ней для него нет, первый за год снег? Херня это, а не радостное событие, сейчас, когда спустя два года он снова открылся миру, он и вправду может рассудить — что для него значит настоящее счастье. 

 Вваливаясь на кровать и доставая старый ноутбук, Антон включает фильм, который не досмотрел вчера: «Уровень 16». На самом деле, смотрит он его уже не первый раз, но от этого менее интересно ему не становиться. Вроде кто-то говорил, что «Хорошая книга хуже не станет, сколько не читай» и у юноши это применялась скорее относительно некоторых фильмов и сериалов, нежели книг. На них нужно было тратить слишком много времени: понять сюжет, прочувствовать персонажей... И это ему не нравилось больше всего, а в целом была у него парочка любимых книг. 

 Фильм по началу непонятный, но это только для тех, кто смотрит его первый раз, поэтому парень позволяет себе не ставить на паузу, что обычно делают чтобы не упустить сюжет и события, когда ему приходит новое уведомление. 

 Арсений:Как дела, ученик? 

 Странная форма обращения к нему и Шастун бы скорее предпочёл, чтобы мужчина называл его ласкательно-уменьшительными словами, ну или что более возможно — по имени.

Антон: Нормально, фильм смотрю. У вас как?

Не то чтобы не заинтересованный, скорее очень обыденный ответ. 

 Арсений:И что, больше к контрольной не готовишься, не переживаешь совсем?Я в целом — отлично, занимаюсь поиском подходящих для себя вакансий, но пока безуспешно. 

 Мужчина как-то упоминал, что изначальные «проблемы» на работе, привели к увольнению с должности, но он не захотел вдаваться в подробности, а Шастун их и не требовал.

Антон: Переживаю и очень сильно, но толку от этого мало, вот и пытаюсь отвлечься

Арсений:Понял, что по планам на Новый год?

Антон: Всё неизменно — один дома буду, а потом третьего января рвану в Москву к ребятам.

Арсений:Что ж, надеюсь не совсем загрустишь в сам праздник.Я у родителей буду, в Омске, потом вернусь в Питер.Шастун не спрашивал, но был не против узнать о планах мужчины, на как он назвал этот день - «праздник» 

 Арсений:У меня, кстати, для тебя подарок будет, но отдам его при встрече) 

 Парня одновременно радует и ошарашивает это сообщение. Причина радости ясна: чем бы не являлся этот «подарок», он принимает его жестом внимания в свою сторону. А вот ошарашен он уже по двум причина. Первая из них ясна как день — сам он подарок не готовил и было бы не очень культурно с его стороны, только принимать, но не дарить в ответ. Но никто точно не знает когда они встретятся, так что он думает, что время ещё будет. 

 Вторая причина чуть более глубокая, вытекающая из причины его радости. Безусловный знак внимания, как он сам хочет это считать, к его персоне — довольно приятен, но разве это ещё сильнее не сближает их? Да, они безусловно и так общаются иногда на гранях флирта, которые Шастун замечает, но с уточняющих тем раз за разом съезжают. И в целом любое обсуждение их взаимоотношений — словно запрет к тому же под замком, после любого неловкого уточняющего вопроса, мужчина отстраняется, на время становится чуть более холодным, избегая этой темы. И зачастую юноша не понимает, к чему вообще ведёт происходящее, для себя он знает одно: он точно влюблён, но его собеседник-вожатый-репетитор, да назвать его можно по разному, много «ролей» он уже сыграл в жизни Антона, остаётся таким же загадочным и непреклонным. 

 И тем не менее, со временем диалог сходит на дружелюбное прощанье и юноша возвращается к просмотру фильма, который уже прилично пропустил мимо ушей, за время пока сначала общался потом обдумывал, так как на паузу всё же не поставил. Перематывая фильм на хороших двадцать пять минут назад, он отвлекается от всего и снова находится в атмосфере происходящего на экране.

***

День контрольной по биологии, как ярлык, который безоговорочно делает этот день хуже других, в которые это «мероприятие» не проводится. Мероприятие —странное слово, для описания сорока пяти минут, за которые ты проходишь несколько кругов ада, пытаясь вспомнить весь изученный материал. И несмотря на довольно хорошую подготовку, Антон переживает, сидя на стуле, по каким-то причинам без своей соседки. Возможно, преподавательница биологии заметила, что последние практические работы Шастун писал на отлично и решила отсадить его от всех, чтобы никто не списал. В целом это не имело никакого значения, сидит один, а значит шансов сконцентрироваться на нужных темах у него больше, с вопросами докапываться не будут и никто не помешает.Получая свой злосчастный листик с тестовыми заданиями, юноша читает первый вопрос и ответы на него.

«Какие организмы, способны за счет специальных адаптаций переживать сильный стресс, живут или в условиях дефицита ресурсов, или в условиях, ограничивающих потребление этих ресурсов?»

Парень точно помнит, как изучал этот термин с Арсением, но сейчас какая-то путаница в голове, ещё и контрольная на первом уроке, не могли хотя бы на третий поставить? Он ещё раз перечитывает вопрос, а затем варианты ответов на него:

 а) Виолент                                                                                                                                                           б) Тип С                                                                                                                                                                 в) Эксплерент                                                                                                                                                     г) Патиент

Как помнит сам Антон, именно с этим термином его конкретно подзаебал Арсений. Он моментами забывал отличие «Эксплерента» и «Патиента», но за всё время точно должен был выучить наизусть эти два понятия и точно помнить их отличие. Помнит, просто из-за резкого прилива стресса мысли сложно собрать в кучу. Он чувствует, наверное, на более подсознательном уровне, что правильный ответ «Г» его и отмечает. Остальные вопросы даются легче, когда тревога со временем откатывает волной, так же как ранее и появилась.Он сдаёт листок, до конца неуверенный в том, что все ответы правильны, но надеется всё же на четверку, чтобы сравнять с остальными оценками. 

 Выходя из школы, ровно через пять минут, когда он только успевает уйти с территории учебного заведения, телефон в кармана разрывается звонком. Арсений. Другого контакта он увидеть и не ожидал, словно чувствует, когда именно он ему звонит, а когда кто-то другой. Он проводит по подмерзающему экрану пальцем и поднимает трубку, для этого руку приходиться держать на морозе, так как прижать ухом к плечу не вариант — его куртка имела странное свойство из-за своей ткани и телефон соскальзывал в прошлые разы. Однажды он упал на асфальт и чуть не разбился, юноше новый кто-то вряд ли купит, а самому снова пахать по тридцать пять часов в неделю не очень то хочется. Перчатки Шастун носить не любит, все кольца за них цеплялись, а снять их — это как распрощаться с каким-то жизненно важным органом, поэтому руки зимой мерзнут в первую очередь.

— Ну как, написал? — тут же слышится из трубки, едва ли Антон успевает нажать на кнопку принятия звонка. 

 — Написал, деваться было некуда, оценки скинут в группе на этой неделе, так как семестр уже закончен, — довольно чётко и ясно поясняет юноша. 

 — И как, со всем справился? 

 — Да, всё было легко, только над первым вопросом помучался, — возможно не стоило об этом говорить, так как после этого очевидно спросят что был за вопрос, а тема которую пытался донести Арсений до парня кучу тысяч раз и была этим вопросом. 

 — Ага, адаптация на клеточном уровне? Всё же забыл про ценотипы, — вздыхая, с ощутимо недовольном интонацией, спрашивает мужчина. 

 — Да, простите, но я вроде верно написал, — сейчас уже снова слегка сомневаясь в этом, объясняется Шастун. 

 Далее диалог почти сразу спускают с обсуждений биологии, по инициативе Антона конечно же. Мужчина уже хотел было сходу начинать объяснять всё заново, но парень отвёл его внимание на другую тему. Он не особо хотел говорить и об этом, так как вопросы тоже возникнут, а врать не хочется. Хотя, в целом, это было дело его — личное. И не соврёт, а немного недоскажет. 

 — Вы мне, кстати, снились вчера, — эта фраза и звучит для смены обстановки, этим невозможно не заинтересовать и поэтому про тему ценотипов забывают окончательно.— Даже так? И чем же мы занимались? — фраза довольно протяжная и очевидно ответ на неё очень томит Арсения, но кто ему вообще сказал, что они чем-то там занимались? Ведь юноша лишь сказал, что он ему снился, никто и не говорил что сам Антон принимал активное участие в своём собственном сне. Но Арсений — мужчина не промах, стреляет метко и уж слишком догадлив, но точного ответа ведь не узнает, в голову парня он залезть не может, к счастью. 

 — Да так, ничего особенного, — не врёт, недосказывает, вспоминая яркие события ночных видений. Он прекрасно знает реакцию мужчины, на все подобные и не только вещи, поэтому и не говорит. Только для чего тогда вообще нужен был этот наводящий вопрос? Всё таки хорошо, что люди не умеют читать мысли или просто лезть в чужие головы, иначе Арсений бы просто утонул, в мыслях парня о его персоне. 

 Приходя домой, делать особо нечего, да и желания заняться чем-то действительно отличающимся от рутинной жизни —тоже нет. И всё снова по классике: быстрый перекур в открытое окно, выходить на улицу как-то уже не хочется в такой морозов; ноутбук и просмотр нового фильма. 

 Осталось дожить до объявления оценок за работы, а потом мимолётом, как-то пропустить из жизни неделю до третьего января. А позже будет повеселее и в целом — получше, чем сейчас.