Погодник

 - Спину держи ровно, говорю! Лицо попроще! Ты не «похоронные танцы» исполняешь! – окрики Старика до боли напоминали ругань моего тренера по танцам с Земли, и от приятных воспоминаний широкая улыбка против воли расползалась по моему лицу.

- Ровнее! Четче! Соблюдай ритм! Ты совсем не можешь услышать музыку, прочувствовать ритм!

«Да всё я могу! Не даром был одним из лучших в своей танцевальной группе!» - мысленно фыркнул я в ответ на претензии старика.

Да, моей вины в том не было – что поделать, если при исполнении местных танцев меня так и тянуло вставить традиционные – земные – движения!

О! Простите – Вы же не в курсе ситуации! Позвольте исправиться и все Вам объяснить...

В общем-то, все банально и обычно: я – попаданец. С Земли. Зовут Влад, и мне 23. Остальное: моя фамилия, кто мои родители, кем я был, где учился и прочее – не так важно. О! Кроме, конечно, того факта, что я с малых лет профессионально занимался танцами. Вот это вот мое умение – вопреки всем законам фэнтезийных жанров – мне очень даже пригодилось в новом мире. А этот новый мир, кстати, называется Каррит.

Здесь, в принципе, не плохо: солнышко (два), травка (светящаяся в темноте, как в «Аватаре»), ёлочки (размером с небоскреб), животинки разные (тоже отличающиеся повышенной «светопроизводимостью»), люди (маги и волшебники – как и полагается) – в общем, могло быть и хуже, но мне повезло. И дважды повезло, что мое танцевальное хобби не просто пригодилось мне в новой жизни, но и сделало меня этакой «элитой» Каррита.

А все дело в том, что магия в этом мире не совсем такая, какую я ожидал увидеть, начитавшись в детстве «Гарри Поттера» и насмотревшись всяких фэнтезийных сериалов и фильмов про магов. Если по-простому – настоящей магии на Каррите почти и нет: местные жители просто могут изготавливать нехитрые амулеты, которые потом напитываются мировой энергией, и использовать их в быту. И когда я все это узнал, то быстро потерял интерес к местной «магии». А вот те, кто действительно достойны самого пристального внимания, это као.

«Као» в переводе на земной язык - «танцоры». Да-да, те, кто танцует. Но меня заинтересовали они не из-за рода их занятия, которое близко мне самому, а совершенно по другой причине.

Као - это кто-то вроде местных шаманов: разукрашенные и полуголые они танцевали на специальных площадках под звуки невиданных мне ранее музыкальных инструментов и этими своими плясками «ублажали взор» местных Духов. И те в благодарность исполняли просьбы као, выраженные в их танцах. Да-да! Тут даже существовали специальные ритуальные танцы, которым меня в настоящее время и пытался обучить Старик. Как оказалось, раньше он сам был кем-то вроде этих самых шаманов, но давно уже вышел на заслуженную пенсию, даже сейчас получая при этом немаленькие выплаты от государя за свои прошлые «профессиональные заслуги».

Меня, кстати, отчасти и привлекло то, с каким трепетом и уважением местные относились к као: тут вам и всякие льготы, и гарантированное «рабочее место», и немаленькая такая заработная плата, и любовь всех и каждого! И это всё твое, если сможешь выучиться в специализированной школе для као. Да: стать као мог любой, но не каждый. Ведь надо же иметь талант танцевальный. Ну или богатых родителей, которым было бы по силам оплатить услуги учителя из числа вышедших на пенсию као. Как, например, мой старик-наставник. Так-то его зовут Айрэнкэ, но я зову его просто Старик, потому что он не очень любит свое имя – кажется, это как-то связано с его карьерой, которую ему пришлось оставить не столько из-за своего почтенного возраста, сколько из-за травмы правого колена. Ведь на самом деле Старик еще вовсе не старик: он с тем же успехом мог еще лет 40 отплясывать ритуальные танцы, если учесть, что као – в силу специфики своей работы – старели намного позже рядовых жителей Каррита. Так вот! Старик был еще «ого-го!» - даже на мой придирчивый взгляд, но не мог больше танцевать из-за своей травмы, с которой явно была связана какая-то мутная история. Но Старик не спешил меня просвещать, а я не лез с расспросами. Потому что – как бы эгоистично это ни звучало – мне вся эта ситуация была только на руку: из-за своего «темного прошлого» Старик проживал посреди леса с теми самыми небоскребными ёлками. Хотя мог бы сейчас почивать на лаврах в каком-нибудь новомодном особняке в центре столицы и изредка давать уроки танцевального мастерства местным богатеньким мажорчикам. А так, мне не только посчастливилось наткнуться в лесной чаще на домик Старика, но и стать его учеником! Хотя, по правде, первые месяцы моей новой жизни в этом мире были не ахти какие счастливые...

Начнем с того, что до встречи со Стариком я почти целую неделю бродил по этой, люминисцирующей по ночам, великановской тайге. И я правда в первые дни очень-очень боялся, что, как тот Гуливер, попал в Страну Великанов! И лучше Вам не знать, что я пережил за неделю скитаний по этой чертовой чаще. Хотя, если сравнить первый месяц моей жизни с нахальным Стариком – то я даже и не знаю, что было хуже...

Старик оказался очень вздорным, наглым, грубым и до жути ехидным существом. Уж не знаю: то ли он таким родился, то ли стал таким «по долгу службы», то ли одинокая жизнь в лесу так сказалась на его характере, но натерпелся я от него – дай Бог! Хотя, я должен быть благодарен Старику за его помощь и за то, что он не выбросил меня за порог своего дома, а разрешил жить вместе с ним и даже просветил меня насчет того, куда я попал. Но, если честно, никакая его помощь не стоила всех тех унижений, насмешек и грубости, что мне пришлось вынести в свой адрес! Порой мне так и хотелось вырвать из рук противного Старика его чертову пижонскую трость и настучать ею по его седеющей голове!

И когда я уже реально был на грани, когда раздумывал, что лучше: убежать жить в лес подальше, или все-таки воплотить в жизнь свои кровавые фантазии – в этот момент всё изменилось.

В общем-то, тогда был обычный день – я, по привычке уже, во время послеобеденного сна Старика убежал на ровную площадку за ближайшей ёлкой-великаном, чтобы спустить пар и накопившееся в душе раздражение. А делал я это посредством обычных танцев. Я вспоминал разные танцевальные движения, которые разучивал еще при жизни на Земле, проигрывал в голове подходящую музыку и, закрыв глаза и представив себе обычную сцену, начинал танцевать. Это могло занять у меня целый час, но мне никогда не наскучивало это делать, потому что я искренне любил танцы. И это даже несмотря на то, что мое знакомство с этим видом искусства было навязанным желанием моей маменьки. Да, сначала я всей душой ненавидел танцы, а потом ничего – втянулся. И к своим 20 годам добился весьма неплохих результатов на этом поприще. Но сейчас мы немного не об этом!

В тот день я, как обычно, «затанцевался», погрузился в себя и в ритм воображаемых музыкальных композиций и совсем не заметил невольного зрителя моих релаксирующих танцев. И когда я сделал последнее движение своего танца и драматично замер на месте, на меня вдруг свалилась «тонна восхищения» Старика. Точнее это были просто всякие разные ругательства, сказанные очень воодушевленным тоном – по-другому выражать свои чувства Старик, кажется, просто не мог.

И именно с этого дня распорядок моей новой жизни, к которому я более-менее успел привыкнуть, круто изменился. Теперь я с ночи до утра тренировался, «постигал танцевальную науку под чутким руководством моего наставника». Кажется, меня так даже на Земле не гоняли, хотя я до сих пор не мог без дрожи вспоминать свою учительницу по балетным танцам, которая терроризировала меня во времена моей сопливой юности. Даже руководитель моей – уже бывшей – танцевальной группы был отнюдь не божьим одуванчиком, но вот поди ж ты! Старик переплюнул их всех! Возвращаясь с его «тренировок», я в буквальном смысле тут же заваливался в постель, совершенно не чувствуя своих ног! И после первого месяца такой напряженной учебы я даже был готов все бросить, но Старик сумел меня переубедить, за что я ему - на самом деле – безмерно благодарен. Ведь неизвестно, как бы повернулась моя дальнейшая судьба, если б я бросил все на полпути...

В тот день, когда я уже был на пределе и по ощущениям готов был взорваться, Старик вдруг решил устроить выходной и, силой усадив меня на диванчик рядом с собой, рассказал мне одну старинную легенду. Историю того, откуда вообще появились в мире Каррит као...

Это было во времена, когда враждебные духи Воды и Огня в пылу битвы почти разрушили этот мир. И тогда к Верховному Богу Жизни с молитвой обратился прелестный принц одного из людских государств. Но Бог не слышал обращенные к нему песни, и тогда охрипший от долгих песен юноша решил излить свою душу в танце. Он танцевал в безмолвной тишине перед алтарем полуразрушенного храма, и танец его был столь прекрасен, что Верховный Бог Жизни обратил на него свой взор. Принц сердцем почувствовал его благосклонное внимание и стал танцевать еще усерднее. Его танец продолжался несколько дней - юноша не прерывался ни на секунду, стремясь в движении своего тела передать всю горечь своей души из-за гибели родного мира. И вот, когда принц упал на пол пустого храма, не чувствуя тела от усталости, Бог, наконец, ответил. Он, впервые показавшись на глаза простому человеку, поблагодарил юношу за его прекрасный танец, от которого просто не в силах был оторваться, и тут же выполнил его просьбу, жестоко покарав зачинщиков творившегося в мире безобразия. А самого принца Бог забрал с собой, сделав того своим младшим мужем. И этого юношу теперь традиционно считают Богом-покровителем као. В его честь даже назвали академию, где этих самых као обучают. В общем, с этой-то истории и пошла традиция «ритуальных» танцев.

И тут же, закончив с легендой, Старик рассказал мне о танцах. Оказалось, основных видов всего три и классифицируются они по типу «просьбы», которую хочет высказать танцор. Первый и основной танец – так называемый, вызов дождя. В принципе, ничего нового – у земных язычников тоже было что-то подобное. Этот танец представлял собой этакий медленный вариант классического танца живота: плавные движения рук, медленные перетекающие шаги, изящные прогибы – знакомо, в общем. Потом идет «танец плодородия» - чтобы, значит, урожай был хороший. И это была – вы не поверите! – обыкновенная чечетка! Конечно, тут были свои ритмы, да и некоторые элементы земной лезгинки присутствовали, но мне это показалось очень легким. И чего местные говорят, что стать као так сложно? И третий вид «молебного танца» - для вызова благоприятного ветра. Обычно подобное танцуют раз в неделю на всех местных пристанях и во время долгих морских путешествий – прямо на кораблях. И этот танец представлял собой типичный балет с его прыжками, крутками на месте и общей изящностью движений. Конечно, встречаются еще разновидности ритуального танца, что-то вроде «избавление от мора и массовых заболеваний», «призывание удачи» и т.п. Но именно первые три танца - самые важные для жителей Каррита и самые сложные, и оттого као, умеющие исполнять их, считаются настоящей элитой среди своих «товарищей по цеху».

И после всего озвученного я наконец-таки понял всю важность своих изнуряющих тренировок. Ведь стоит као ошибиться хотя бы в одном движении танца, считай, всё – конец! Неудовлетворенные Духи просто растерзают недотепу на тысячи кусочков – как сказал мне с пугающим оскалом Старик, и я ни на секунду не сомневался в его словах. Но не только по этой причине я решил оставить всё свое недовольство и возобновить тренировки со Стариком. Ведь танцы као – это не просто развлекаловка, чем – по сути своей – являются танцы на Земле. Это в первую очередь очень важный ритуал, от которого зависит - ни много ни мало - благополучие жителей мира Каррит, а иногда и даже их жизни... И у као просто нет права на ошибки!

И с таким вот воодушевлением со следующего дня я вернулся к своим тренировкам. Старик, горделиво усмехаясь, даже усилил нагрузку и каждую минуту преувеличенно громко нахваливал свои «преподавательские способности». Но как бы он ни восхищался собственным «умом и сообразительностью», к концу недели я снова был близок к тому, чтобы плюнуть на всю эту «мировую значимость као» и уйти жить в лес, подальше от своего наставника-маньяка. Потому Старику пришлось вновь устраивать нам выходной с элементами психотерапевтического сеанса.

И в этот раз говорил я. Я в сердцах обругал Старика и его «методику», под действием явно алкоголесодержащего морсика рассказал как на духу историю своей земной жизни и в конце вяло высказался насчет того, что «нам нужен новый план». Старик, глубокомысленно почесав наполовину седую макушку, согласился с моими полупьяными выводами и, отправив меня отдыхать, засел в своей комнате в компании с кувшином того самого подозрительного морсика.

А наутро его гениальный мозг выдал тот самый «новый план». Теперь я тренировался совершенно по-другому: если раньше я просто бездумно заучивал движения самых простейших «шаманских» танцев, то сейчас я с чувством, с толком, с расстановкой учил те самые три танца, входящие в топ танцев элитных као. И это было куда проще, ведь я просто проводил параллели с земными танцами, которые в той или иной мере были знакомы мне, начиная чуть ли ни с пеленок!

И как итог: я выучил все нужные движения и с блеском сдал вступительный экзамен в Школе имени Каорэя (той самой, где обучались все као). Старик, который не поленился самолично привести меня в школу, представил меня собравшейся там комиссии как своего ученика, при этом натурально светясь от самодовольства и гордости. А уж когда я завершил свое триумфальное выступление, он выглядел так, будто это он сам только что отплясывал в световом кругу экзаменационной площадки! Но я тогда только усмехнулся молча, ведь Старик имел полное право выглядеть как настоящий босс-победитель, потому как именно его стараниями я добился таких высоких результатов. А еще не только ему хотелось утереть нос местной комиссии, которая – как я предполагал – состояла из самых именитых и уважаемых као. Среди которых наверняка были «одноклассники» Старика и – возможно – тот самый виновник его травмы...

В общем, добившись зачисления в Школу для као, я попрощался со Стариком, которого обещал не забывать и обязательно навещать во время своих каникул, и начал свое обучение. Если честно, поначалу я очень боялся того, что меня ждет, но по итогу все оказалось куда проще, чем я себе вообще мог представить! Потому как каждодневным урокам в Школе было очень и очень далеко до моих тренировок со Стариком. Правда! Я даже начал скучать по тому зверскому темпу, который старался поддерживать мой маньяк-наставник. Да мне даже пришлось заниматься дополнительно, чтобы хоть как-то продолжить соблюдать прежний распорядок и не «зарасти жиром» от безделья. Хотя, это я немного преувеличил – все-таки учителя в Школе хорошо знали свое дело и неплохо готовили своих учеников. Но дело в том, что все основные моменты из школьного материала мне уже дал Старик. Да он даже обучил меня движениям тех трех самых главных танцев, хотя в Школе каждый као изучал только один из данных танцев – на выбор. Но, конечно же, немногим удавалось их выучить, а я, вот, вообще уникумом оказался – за время учебы довел свои навыки до совершенства и изучил все имеющиеся танцы! Потому что нечем было заняться, пока все мои одноклассники отрабатывали свои движения. А мне только и оставалось, что доводить до автоматизма ранее изученные.

В итоге, занимаясь всегда отдельно от остальных, я так ни с кем и не подружился. У меня даже не было на примете знакомого «оператора» или наводчика/настройщика – как хотите. Для справки: «оператор» - это такой «специально обученный» человек, которого приставляют к каждому као, и который помогает во время его «рейдов». Обычно наводчик «заправляет музыкой», которая в этом мире заключается магами в специальные амулеты. И их только и остается что активировать в нужный момент, и все.

Так вот, своего «оператора» я даже не знал – вообще никогда не видел этого парня-громилу под два метра ростом с пудовыми кулачищами и с ничего не выражающим лицом. Честно, я б такой шкаф не только в напарники не взял, да даже б при свете дня за километр обходил! Но выбора у меня не было – ни с кем из группы наводчиков, которые обучались тут же в Школе вместе с као, я не был знаком, что уж говорить о дружбе! Поэтому в последний год меня просто поставили перед фактом, мол, «знакомься-осваивайся-братайся». И мне, волей неволей, пришлось смириться. Хотя сам Лирнэй от перспективы нашего совместного сотрудничества тоже не был в восторге. Что выражалось в его случае тяжелым взглядом, мрачным молчанием и постоянной хмуростью. Ну, а что касается меня – своего навязанного «партнера» я несколько побаивался и не спешил строить с ним дружеские отношения. Оттого моя отчужденность от других као и вообще от всех людей вокруг меня начала возрастать в геометрической прогрессии. И не сказать, что самому мне это так уж и нравилось...

Но как бы там ни было, моя учеба в Школе имени Каорэя наконец-таки подошла к концу. И передо мной встал выбор: куда податься дальше? Ведь у каждого као после выпуска из Школы было два варианта. Первый: стать обычным рядовым као, который поступал в распоряжение государя своей страны и начинал выполнять свои нехитрые обязанности «танцевального шамана». В этом случае као и его наводчик становились кем-то вроде государственных служащих и трудились на благо своей страны: танцами вызывали дожди в годы засухи, призывали плодородие на земли местных крестьян, желали «попутного ветра» морякам – в общем-то, обычные такие обязательства, не требующие каких-то особенных талантов. Но конкретно мне это не очень походило, я ведь не был обычным као! Потому как мог танцевать абсолютно любой из ритуальных танцев, которые были доступны для местных шаманов! Этакий као-универсал, да. Именно поэтому в первую же секунду, разобравшись в этой всей системе, я без всякого сомнения выбрал второй вариант: службу в Мировом Погодном Центре.

О-о-о! Этот самый Мировой Погодный Центр был еще той штукой – не хуже, чем земной ООН! Если кратко: Центр отслеживает всякие погодные аномалии, возникающие по вине Духов. Эти Духи, кстати, та еще проблема – их никто не может видеть, так что и предсказать их появление в той или иной области просто невозможно. Поэтому Центр следит за климатом по всем миру и через специальные порталы отправляет пары «као-наводчик» в места, где были зафиксированы какие-либо отклонения от нормы. А эти самые отклонения на самом деле достаточно серьезны. Это вам не дождик в месяц сухостоя вызывать! Отдельные Духи способны иногда такое учудить, что так и кажется, что сам Апокалипсис наступил!

К примеру, во время своей первой вылазки в качестве рядового сотрудника Центра я чуть ли не поседел от ужаса! Нас с Лирнэем тогда решили в первый раз «протестировать», перед этим промурыжив целый месяц на всяких подготовительных курсах. И мы были полны воодушевления и желания показать себя (по крайней мере я – точно, но вот насчет Лирнэя не ручаюсь – по его каменному лицу вообще было сложно определить его эмоции).

В тот день нас вместе с еще двумя парами таких же новичков и несколькими «старичками» отправили на Юг, в какую-то страну с труднопроизносимым названием на «Шхты», дабы мы «ублажили» танцами разбушевавшихся Духов Южных Ветров. Да-да, у этих самых Духов была даже своя классификация. А конкретно эти Духи «отвечали» за сухие южные ветра, которые в итоге стали причиной стремительной засухи в этой стране, начинающейся на «Шхты».

Если честно, при слове «засуха» мне на ум пришла картинка с жарким летним днем, палящим солнцем и пожухлой от «сушняка» травой. Но я совсем не ожидал оказаться в самом центре чертовой пустыни да еще и во время разыгравшейся там песчаной бури!

Да я еле на ногах устоял, когда вышел из портала следом за все таким же непоколебимым Лирнэем, который в отличие от меня выглядел так, будто до этого сам жил посреди пустыни. Я же вообще не представлял, как смогу в таких вот условиях не то что танцевать – стоять ровно! Потому как порывы этих южных ветров были такими сильными, что я всерьез боялся за сохранность собственной жизни. Но делать было нечего – мы пришли сюда, чтобы выполнить приказ начальства. И мне пришлось отодвинуть свой страх и, противно скрипнув песком на зубах, настроиться на танец.

В данном случае нам, као, требовалось исполнить «танец призыва дождя». И если обычно, чтобы устроить дождик, хватало и одного танцора, то в нашей ситуации и трех као могло не хватить. Тут все зависело от мастерства «танцевальных гуру». Ну, и от настроения самих Духов, которые, если вдруг ритуальный танец пришелся им не по душе, могли разозлиться еще пуще! Ведь это не као «творили магию», это Духи, насладившись нашими танцами, успокаивались и возвращались к своим делам, на какое-то время переставая терроризировать местных жителей.

Так вот, совладав с дрожью в коленях, я занял свою позицию в центре заранее подготовленной ритуальной площадки из серого камня, на которой - вопреки здравому смыслу – не было ни одной песчинки. Хотя, объяснение было простым: эта каменная глыба сама по себе была самым настоящим амулетом, защитным по своей сути, который предохранял као от любой опасности и не пускал никого за границу круга. И когда я начал танцевать под «включенную» Лирнэем музыку, меня вдруг пробрало невидимой волной энергии, и сухой колючий ветер вообще перестал мною ощущаться.

Я, не прерывая движения, закрыл глаза и полностью сосредоточился на знакомом ритме. Все вокруг, кроме моего танца и музыки, перестало для меня существовать. Я двигался самой настоящей змеей, искусно пригибался к нагревшейся от магии каменной плите, поочередно вскидывал руки и ноги и двигал бедрами и мышцами пресса так, будто всю жизнь профессионально занимался танцами живота.

За всем этим танцевальным трансом я совсем потерял счет времени. Очнулся, только когда зазвучали финальные аккорды мелодии, и я с искусным изящным прогибом распластался в поклоне по серому камню плиты. Этот «ритуальный поклон», кстати, является обязательным элементом каждого ритуального танца – этим жестом као выражают свою «покорность и почтение Великим Духам». А как по мне – это просто неплохой способ закончить танец. Все равно что традиционный поклон в конце выступления, мол, «спасибо за внимание!».

Но даже когда музыка стихла, и к моим ногам прилила волна усталости, я не спешил открывать глаза и подниматься со своего места. Мне было немного страшно: я не знал, что должно идти дальше – на этот счет мне никаких инструкций не давали. И я попросту не знал: справился ли я? Ждать ли мне расплаты от неудовлетворенных моими «танцульками» Духов?

И в тот момент, когда я готов был умереть от разрыва громко стучащего в висках сердца, мне на плечо опустилась тяжелая рука, и всё также невозмутимый Лирнэй ровно пробасил над моей головой:

- Вставай. Пора возвращаться.

И я всё же рискнул приоткрыть глаза, чтобы в следующую же секунду распахнуть их еще шире, раззявив от искреннего удивления рот. Потому как представленная перед моим шокированным взором картина просто не могла быть реальностью! А все дело в том, что пейзаж вокруг уже не напоминал безжизненную пустыню с тоннами горячего песка. Воздух вокруг уже не был таким сухим и обжигающим – льющийся с потемневшего неба дождь успешно увлажнил не только воздух, но и пески вокруг. Тут и там из-под земли начали появляться травы и кусты, стремительно наливающиеся изумрудной зеленью. Кое-где заблестели брызгами подземные ключи, напитывающие влагой озёра и извилистые реки. И через пару минут нельзя было даже представить, что полчаса назад в этом месте бушевала песчаная буря! Одним словом – магия...

Мой первый страх померк под напором восторга от творившегося вокруг чуда. И было приятно осознавать, что ты сам в какой-то мере поспособствовал свершению этого самого чуда.

Лирнэю пришлось силком тащить меня с площадки к открывшемуся порталу, так как я просто физически не мог оторваться от этого прекрасного зрелища. Зато потом, выслушивая сдержанную похвалу от куратора и его вердикт о том, что мы прошли первую проверку, я не переставал думать. В основном о том, как все-таки важна работа као, и что я точно не прогадал, предпочтя непыльной работенке на благо «своей» страны службу в Погодном Центре.

И именно с этого момента началась новая страница моей новой попаданской жизни. Я всерьез взялся за себя и свою работу, и уже через год стал самым известным као во всей истории Мирового Погодного Центра! Моя «универсальность» способствовала тому, что меня отправляли на всякие разные задания чуть ли не каждый день! А это, между прочим, в пять раз чаще, чем отправляли остальных као. Но мне эти задания не были в тягость: я очень любил танцевать, но еще больше – наблюдать за магическими изменениями вокруг, которые происходили под влиянием благодушно настроенных Духов. Конечно, «старички» смотрели на меня со злостью и завистью, шептались за моей спиной и демонстративно кривились лишь при звуке моего имени. Но меня их недовольство мало волновало. Ведь зато меня любили и даже боготворили обычные жители, которых я своими танцами – без малого – спасал от гибели, и новички, которые смотрели на меня с обожанием и чуть не падали в обморок от восторга, когда я страховал их во время первой проверки на проф.пригодность.

Но даже став самым популярным као, я не забывал о Старике и исправно посещал его домик в небоскребной тайге раз в месяц-два минимум. Старик каждую нашу встречу повторял, что без него я бы не стал тем, кем был сейчас, и я лишь устало кивал на все его самодовольные реплики – ведь это же правда. Но вопреки всему Старик отказывался переезжать из леса, хотя я пытался переманить его покупкой огромного особняка в подарок от меня за все его старания. Старика не переубедили даже его возросшая до небес популярность в качестве наставника самого известного «шаманского танцора» и целая куча предложений от богатеньких родителей юных као. Он словно рогом уперся в этот свой лесок и маленький косой домишко, так что мне пришлось смириться с его решением и продолжить исправно наведываться в гости в эту богом забытую чащу.

Ну и, в общем-то, все было просто замечательно. За этот год я даже сумел найти общий язык с немногословным и мрачным Лирнэем, которого я ни за что не хотел менять на какого-либо другого «оператора». Хотя по статусу я мог бы сделать это, но не делал – меня вполне устраивала кандидатура моего угрюмого товарища. Отчасти потому, что насмотрелся в Центре на не особо дружеские отношения в парах «као-оператор». И если я ничего не имел против любви между танцовщицей и ее наводчиком, или танцором и его наводчицей, то вот сугубо мужские пары, не стесняющиеся показывать свои отношения на публике, меня немного напрягали. Как и мои многочисленные поклонники мужского пола, которые так и норовили подойти «просто поздороваться», а заодно и отвесить парочку пошлых комплиментов, и полапать, и облобызать мою руку до самого локтя. Короче, равнодушная хмурая морда моего компаньона меня вполне устраивала, так что менять его на кого-то более сговорчивого я не стал и не стану, м-м-м... в ближайшее «никогда»!

Да, как я сказал выше: всё в моей новой жизни было расчудесно. Но! Я же попаданец. А для попаданца не может быть всё так замечательно, радужно и расчудесно. В общем, где-то через пару-тройку лет после моего попадания в этот мир, всё вдруг перевернулось с ног на голову...